Забудем, что они натуралы

На полигоне как всегда было шумно. Но это было отнюдь не из-за тренирующихся рыцарей. - Ух ты, именно так ты стараешься для своей хозяйки? - язвительно заметил Рейнольд, разглядывая парня, которого купила Пенелопа, - Жалкий простолюдин, как ты смеешь портить наше имущество?! - ему надоело смотреть на то, как Эклипс с каждым разом разбивал всё больше и больше деревянных мечей, предназначенных для тренировок новичков. Бывший дворянин молчал и не смотрел Рейнольду в глаза, что последнего очень всбесило. - Эй ты, не смей меня игнорировать! Я с тобой разговариваю, щенок. Второй Эккарт подошёл к уже давно принятому рыцарю и нагло усмехнулся ему в лицо. - Как жаль, что Пенелопа купила такую бесполезную вещь, как ты. Какого от тебя толку? Только и делаешь, что зря тратишь рыцарские ресурсы. Эклипс молча следил за каждым его движением с ничего не выражающим лицом. - Тц. Как ты меня бесишь, - фыркнул голубоглазый, не понимая, как можно терпеть это отродье, - Если бы не отец, я бы вышвырнул тебя в ту помойку, откуда ты выполз вместе со своей госпожой, блохастая псина. Рейнольд был максимально раздражён. Мало того, что Пенелопин раб постоянно ходит с безэмоциональной мордой, ничего не отвечает, ломает деревянные мечи, так ещё и не поддаётся его приказам. Несколько раз у них был спаринг, где сам молодой аристократ постоянно одерживал победу. Но только то, что раб сражается в пол силы, чувствовалось сразу. Второй из Эккартов никак не мог принять то, что какой-то нищеброд может быть сильнее его. - Молодой господин Рейнольд, - подбежал к ним новобранец, которого приняли примерно полгода назад. - Что надо?! Не видишь, что я занят?! - Эм.. М-молодой господин... Деревянные мечи... как бы... закончились... - Всмысле?! - переключился он на другого паренька, - Этого не может быть. Мы только недавно закупились ещё партией и её должно было хватить на полгода ещё минимум. Но даже месяца не прошло с тех пор. Новобранец замялся и склонил голову перед своим главным, не говоря больше не слова. - Чёрт. Как же вы меня задолбали своими прихотями. И чего, по-твоему, я должен делать с этой информацией, а? - Молодой господин... - Отвянь. Я сам всё проверю. А теперь прочь с моих глаз и не смей показываться больше. - Есть! Паренёк сбежал, а Эккарт направился в подсобку, где находились нерассортированные военные атрибуты. - Ты, - ткнул Эклипса пальцем, - За мной. Не думай, что я так просто всё забуду. Твоим наказанием будет рассортировка всех партий военных принадлежностей. Темноволосый отправился за говорящим, всё также храня молчание. Шли они не быстро и всё это время Рейнольд отпускал колкие и грубые замечания рабу, который как обычно его игнорировал. Действительно очень хотелось взять и избить этого наглеца, а потом выкинуть из поместья, чтобы больше не видеть его опустошённый ничего невыражающий взгляд. Молодой господин не понимал, чем же этот простолюдин понравился его сестре. С каких-то пор, его стало волновать присутствие Эклипса. Раньше он бы просто не обращал на него внимание, даже бы если его купили за цену, превышающей его ожидания. Но его привела Пенелопа, которая резко начала вмешиваться в его жизнь. Естественно, то, что этот нахлебник здесь находиться - заслуга девушки. Но это не самое главное. Рейнольда выводило из себя, когда раб сверлил его взглядом, в то время как он отворачивался к другим. Но бывший Дельманец при встрече зрительный контактом с розоволосым сразу переставал проявлять свой напор. А второй Эккарт не понимал почему это происходит. Но всё-таки сошёлся на мнении, что Эклипс его ненавидит, и из-за этого Рейнольд, победно усмехнувшись, перестал отмечать различные взгляды на своём теле. Но сейчас, когда они подходили ко входу к подсобке, парня охватило какое-то странное чувство: внезапная тревога в перемешку с какой-то неловкостью. Это было до невозможного необычно, так как раньше такого не происходило. - Да что же такое, - сквозь зубы тихо пробормотал Рейнольд, стоя у входа в подземное помещение, никак не находя в себе силы переступить порог. У него было плохое предчувствие, будто там с ним что-то должно случится. Но Рейнольд не был самим собой, если бы не плюнул с высокой горы на эти свои детские страхи и не вошёл бы внутрь. В подсобке было очень темно. Мало кто знал, где здесь находятся маслянные лампы. Но второй наследник быстро пошарил руками по их предположительным местам и с лёгкостью зажёг огонь. Эклипс же со всей внимательность наблюдал за каждым его движением. На теле розоволосого были одни лишь брюки с тонкой шёлковой рубашкой, которая свободно закрывала его торс. Она была растёгнута на три пуговицы сверху, поэтому иногда ключицы Рейнольда оголялись из-за его движений. Не смотря в сторону раба, следующего за ним по пятам, парень начал глазами искать партию деревянного оружия. В том дальнем углу, где почти ничего не было видно, за большими коробками лежали ящики, покрытые специальной тканью, скрытые от лишних глаз. - О, вот же они. - спустя какое-то время сказал голубоглазый, наполовину зарывшись в ящиках, убеждаясь в своих догадках, - Рассортируешь их после тренировки, понял? Ответа не последовало, скорее всего щенок снова кивнул головой, не издав ни звука. Не обратив на это внимания он стал выпрямляться. - Чёрт, и почему я должен возиться с этим-ха! - парень вздрогнул от неожиданности, когда чья-то рука надавила на его спину, заставляя выгнуться и полностью прижаться к уже закрытом ящику. Чужая рука скользнула по брюкам, касаясь его эрогенной зоны. - Капитан... позвольте провести индивидуальную тренировку с вами... - голос Эклипса оставался всё таким же равнодушным, не смотря на то, что его руки крепко сжимали торс молодого Эккарта, надавливая на поясницу, вызывая довольно смешанные ощущения. - Что за... - тот собрался разразиться проклятиями, однако рука задвигалась снова, на этот раз уделяя большое внимание точке между ног. - Что ты чёрт возьми творишь?! - воскликнул парень, освобождаясь от чужой хватки. Повернувшись к нему лицом, разъярённый и не менее ошеломлённый данной ситуацией, Рейнольд оттолкнул раба и отошёл на пару шагов в сторону. Тот упал на пол и оказался в сидячем положении. Голубоглазый впал в ступор на пару секунд, ведь в нём бушевал огонь всевозможных чувств: замешательство, ярость, некое смущение и отвращение. Но вскоре ярость взяла верх, от чего он набросился на Эклипса, желая забить того до смерти. Раб не растерялся, как только кулак парня практически коснулся его лица, одним метким движением нанёс удар по сонной артерии, не настолько сильный, чтобы вырубить, но хотя бы обездвижить на какое-то время. Потерявший контроль над телом Рейнольд начал падать, но его поймал сопляк, которого он хотел прибить. Парень не мог пошевелится или заговорить, однако всё ещё чувствовал, как его даже слишком аккуратно положили передом на ящики и слишком быстро связали руки за спиной. Когда второй Эккарт смог прийти в себя, он только и сделал, что замычал. Его охватил внезапный страх. Запястья, связанные крепким узлом за спиной, упорно напоминали о критичности ситуации. Он снова оказался в той позе, в которой находился несколько мгновений назад. Поясница Рейнольда была немного прогнута из-за напора совершенно чужих ладоней. Попытавшийся выбраться из столь смущаещего захвата, молодой аристократ терпел неудачу. - Тварь! Выпустил меня немедленно! Если этого не сделаешь, я.. Внезапное мокрое прикосновение чьего-то языка на собственных ключицах заставило Рейнольда прервать свои угрозы и вздрогнуть от внезапного, полностью покрывшего всё его тело, табуна мурашек. - Ах ты... пусти! - он начал елозить, пытаясь освободиться и спихнуть с себя раба, - гх! - но его планам снова помешали, а именно ладонь Эклипса закрывшая ему рот и локоть больно давящий на поясницу, который заставлял выгнуться ещё сильнее. Рейнольд снова почувствовал нечто новое, его ключицу укусили, а потом стали зализывать болящее место. Тем временем вторая рука аккуратно сползла с поясницы и опустилась вниз по брюкам, на этот раз не беспокоясь о преградах. Выбраться стало ещё сложнее, поскольку щенок навалился своим телом на спину молодого аристократа. Неожиданно для себя голубоглазый отметил, что укусы вызывали болезненные ощущения, за которыми следовало что-то вроде удовольствия. Движения внизу были медленными и точными, затрагивающими каждый миллиметр чувствительной зоны. - Х-хватит-т, - зашептал голубоглазый, теряясь во времени. С каждым укусом Эклипса он чувствовал себя всё более и более странным. Рука купленного раба скользила по его пятой точке, щекоча закрытую тканью кожу. Внезапный хриплый стон вырвавшийся из его рта заставил Рейнольда чувствовать себя смущённым. Он громко взглотнул и прикусил свою губу, надеясь, что это ему послышалось. Эклипс же, кусавший сейчас чуть ниже задней часть шеи, стал уделять этому месту больше внимание, грубо почти прокусывая плоть. С каждым разом Рейнольд сильнее сжимал челюсть, стараясь не издавать лишних звуков. Невозможно было описать все эмоции, которые он испытывает. Сейчас его мнение о Эклипсе полностью разрушилось: он перестал казаться бесхребетным, ничего не делающим юным мальчишкой. Больше всего сейчас Рейнольд хотел сбежать. Чувствуя свои тряссущиеся от волнения ноги, парень перестал здраво мыслить. Темноволосый парень немного отсранился, не понимая, почему его командир оставил попытки выбраться из под него. Эклипс своим затуманенным от желания взглядом следил за своим пленником, пожирая глазами. Глядя на эту стройную, можно даже сказать хрупкую фигуру под ним, никто бы не догадался, что это главнокомандующий рыцарями особняка герцога. Кто бы мог подумать, что второй наследник Эккартов сейчас согнут своим же подчинённым, которого он ненавидит, под углом в девяносто градусов. Белая рубашка, которая сейчас оказалась порванной, была спущена до локтей так, что половина спины была открыта. Ярко-алые укусы на шее парня гармонировали с его бледной кожей. А запястья, туго связанные за спиной, были расслаблены. Сердце Эклипса колотилось, как ненормальное. Весь вид парня, на которого он смотрит не отрывая глаз, был великолен. Недавно юноша понял, что стал полностью одержим Рейнольдом. Его телом, его голосом, его мимикой. Сначала он мучался, не в силах объяснить, почему именно второй Эккарт, а не Пенелопа, которая купила его и много раз спасала. Девушка была для него будто спасательный круг из жизни заключённого. В её глазах он видел тоже самое, ведь юная герцогиня как-то хотела использовать его в своих целях. В случае с Рейнольдом же, раб хотел его злить больше и больше, игнорируя его приказы, купаясь в эмоциях разозлённого Эккарта. Разум у обоих был затуманен. Только у Эклипса он был наполнен только жгучей страстью, которую он в полной мере хотел передать, а у его господина отчаянием. Рейнольд никак не мог выбраться из захвата. С каждым прокусом щенка тело дрожало, а на коже появлялись мурашки, от нарастающего непонятного возбуждения или от страха. То, чем они сейчас занимаются, было больше похоже на какой-то ночной кошмар. Нет, Эккарт слышал, что некоторые аристократы используют рабов, чтобы удовлетворить себя, хоть и являются одного пола, но это же очевидно не та ситуация! Это его согнули и делают с его телом ужасные вещи! Рейнольд тут же ожил и стал пытаться сопротивляться пока ещё укусам от своего похитителя свободы. Он мычал ему в руку, закрывающей его рот, елозил, мешая Эклипсу оставлять свои отметины на его собственном теле. Но ничто будто не отвлекало бывшего раба. Темноволосый как будто не замечал этих действий. Но розоволосый отметил что его ноги были свободны, хоть и тряслись, как у ненормального. Он хотел было как-то прицелиться и ударить со всей силы этого грязного зверёныша, но следующая фраза, достигшая его ушей, застигла его в расплох. - Господин Рей.нольд, - Эклипс приблизился к его ушным раковинам и горячим шёпотом зашептал его имя, немного разделяя его на части от своего сильного напряжения. Его язык не смог удержаться, чтобы не лизнуть его мочку, а потом всё ухо, снаружи и изнутри. Если бы Рейнольда не держали, то от столь неприличных, по его мнению, ощущений, он бы упал. - Мммм! - от резкого укуса раковины его ушка, парень вздрогнул и замотал головой в разные стороны, пытаясь отогнать своего 'противника'. - Тише. Я ведь могу.. - темноволосый переложил свою руку с его рта, после чего у Рейнольда началось сбивчивое дыхание, на шею командира, больно сжав, заставляя хрипеть, - и убить вас, оставив в этом положении.. - Не.. Не.. Не посмеешь, скотина.. - протяжно задышал голубоглазый, чувствуя жуткую ауру, исходящую сзади, - Хотя.. Разве ты этого.. Не пытаешься.. Сделать.. Гадёныш... - Нет.. А вы не понимаете, что я хочу с вами сделать?.. - Отпусти.. Живо пустил меня.. Иначе хуже для.. тебя.. будет.. Эклипс ничего не ответил, лишь из полуприкрытых глаз обвёл изящную спину парня, находящегося под ним. Под приглушённым светом рядом стоящего фонаря Рейнольд выглядел немного по-другому, нежели обычно: более хрупким казался его силуэт, но тем не менее соблазняющим, до потери контроля над своими действиями. Что сейчас мешает рабу просто сорвать с него эти тряпки, называемые одёжкой благородных, и заставить сгибаться от внутренней заполненности, сжимаясь от резких и глубоких толчков, пробивающих насквозь, тем самым доставляя самому себе удовольствие? Каким будет его хрипящий, молющий остановится, рваный голосок из не сумевших сомкнуться вместе губ от быстрого темпа его движений? Наверняка, если он повернёт его к себе лицом во время их слияния, по лицу аристократа будут литься крупными каплями дорожки из солёных капель слёз. Под конец розоволосый просто не сможет ничего сделать. Рейнольду придётся полностью отдаться ему и через боль стонать от его прикосновений как и по телу, так и изнутри. (Ааааааааааааааааааааа, что мы пишем?!?!?!)