Состязание наших душ

Я сторонюсь суеты. Даже не так, я ее боюсь. Спешишь, хочешь успеть сделать всё качественно и быстро. А в такие моменты я теряюсь, словно забываю всё на свете. Ищу четыреста шестую аудиторию. Сначала поворачиваю в правое крыло здания, однако там номера кабинетов размещены по возрастанию. Возвращаюсь в левое крыло, верчусь вокруг своей оси и опять иду налево. Тишину разорвал оглушающий звонок над самим ухом. От неожиданности я вскрикнула, на сколько это позволило горло. Сглотнула, прошла в просторную, но полностью заполнену студентами аудиторию. Плохое зрение очередной раз дало о себе знать. Я искала свободное место, которого нет. - Пойдём, дорогуша. Меня толкнули вперёд, затем поволокли по маленьким, деревянным ступенькам. Хватило манеры поведения, чтобы узнать кто проявил милосердие. Мы подошли к огромному окну. Девушка поправила юбку и аккуратно села на подоконник, который на уровне с полом. Как позже оказалось, несколько групп и курсов объединили общей парой. И таким образом напряжение усилилось благодаря моей надоедливой соседки. - Ты комплексуешь из-за лишнего веса? Я целиком прикована к просмотру скучного фильма на огромном экране телевизора и, который почти не вижу. Лучше терпеть звук без картинки, чем отъехавшую однокурсницу. - Ну прости, что ли. Я не специально ляпнула, ты ведь тоже не слабо задеваешь. Так что людям свойственно ошибаться, я признаю это. Её настырный шёпот режет слух. К нам обернулась незнакомая личность, на что получила не приемлемый жест от девушки. - Мы оказались в одной упряжке, и я хочу подружиться с тобой, но не с того начала, - продолжила она, выражая искренние эмоции настороженности и смятения, - пойдем сегодня в пиццерию? Я не умею обижаться и обижать. Ни моя мать, ни чертов отец не наделены таким даром, чтобы передать мне его по наследству. Очень жаль. - Забыли. А что ещё сказать то? Пустой болтовнёй только и привлекаем внимание обозлённых студентов. - О, классненько. Спасибо за проявленное взаимопонимание, - тонкий голосок отразился эхом в кабинете. Я повернула голову. Покраснев, надоедливая одногруппница наблюдала не за фильмом, а мужчиной, коим являлся профессор. Он хлопнул крышкой ноутбука и жестом показал ей встать. Все затихли, в том числе актёры. - Ваше имя и группа. От его сердитости я мысленно нам сочувствую. - Дина, факультет журналистики, - нервничает, но выговорила достаточно уверенно. - Я задам вам вопрос, Дина. Ответите - это будет единственное предупреждение, если нет - для вас пара окончена. Никогда не находила общий язык со строгими преподавателями - они твердокаменные. Дина въехала ладонью в спину ржущей девчонке, что та еле удержалась на стуле. - Какие философские виды анализа существуют? Я включила и напрягла мозг. Самодовольный профессор стучит по столу чем-то похожим на карандаш, уничтожая мои нервные клетки. Это ты всех нервируешь, в том числе мать и сестру. Дина, как ни в чем не бывало собралась. С гордо поднятой головой продефилировала к двери, покинув тесные стены помещения. Мужчина хмыкнул, малейшим действием выворачивая наружу свой мерзкий характер. - Прошу прощение, - поднимаю руку, коим поступком обращаю внимание. Зачем, Хельга? Ты без того шарахаешься всех. - Насколько я помню, характеристика анализа распределена пятой лекцией по аналитическим жанрам журналистики. Второй курс только приступит к изучению данного предмета, а стало быть вы задали вопрос, на который студентка чисто теоретически не сможет ответить. Следовательно, вы допустили ошибку... Я затыкаюсь. Сказать, что чувствую себя букашкой среди великанов, ничего не сказать. Осуждающие взгляды кричат о моей тупости, загоняют в себя. Наживаем себе врагов. Издевательский смех из уст профессора и аплодисменты что-то внутри ранят. Будто я не защищала Дину, а унизила себя. Вместо признания ошибки, он портит отношения со студентами. Подхватила сумку и поступила так, как одногруппница - эгоистично, но бесконфликтно. Я хлопнула дверью со всей силы, что стеклянный шкаф напротив кабинета задребезжал. Из меня вырвался вздох облегчения. Буквально через пару секунд после вышли новенькие - друзья Дины. Девушка улыбнулась мне. - Зря ты так. Ей то сойдёт с рук, а вот за себя не подумала. Я улыбаюсь. Забавно, что подобный пустяк будет причиной для проблемы. - Накручиваешь, Лизи, - парень сочувственно сжал губы, взъерошив волосы. Их пальцы переплелись. - Адриан. - Хельга, - мы обменялись улыбками. Я отвернулась, скрестив руки на груди. Куда не глянь, на фоне студентов я выгляжу пингвином. Лизи - миловидная блондинка с копной кудрявых волос, синими глазами и стильным одеянием: красный платочек на шее, чёрный классический костюм, в тон лодочки. У Адриана же внешность три в одном - брутальный-красавчик-дите: правильные мягкие черты лица, не перекаченное тело, серьёзный взгляд. Он снимает тёмно-зеленый пиджак, аккуратно повесив его себе на предплечья. Длительную паузу развеяли следующим предложением: - Через дорогу есть кафетерий, пойдем? В голове подсчитываю сколько я взяла денег. Моя улыбка гаснет. Даю отрицательный кивок, прощаясь с ребятами до завтра. Между этажами прямо перед носом возникла счастливая Дина. Она загадочно потрясла телефоном. - Мы едем в пиццерию, - скрытно залепетала, - и это не обсуждается. - Без меня, - обхожу её, - я домой. Одногруппница досадно простонала, побежав за мной. - Подружиться, помнишь? Я перепрыгиваю через две ступени, моля Бога, чтобы не спотыкнуться и сбежать. Однако моё терпение во второй раз подорвалось, когда я чуть не упала. - Оставь ты меня уже! Я не планирую ни с кем шляться по пиццериям, а уж тем более "подружиться", - моя речь звучит громче и жестче, чем ожидалось. Дина застыла, сложив руки в боки. - Да ты вообще какая-то больная! Лезу из шкуры вон, а она свой конченый характер показала. У тебя явно не все дома, - зло крутит пальцем у виска. Я прижала к лицу раскрытые ладони. - В чём дело? Действительно. Молчи! Молчи! Молчи! - Денег не взяла. Потому что да. Потому что для неё пятьдесят гривен, как двадцать копеек. - И? - удивлённо поправляет платье. - Отчим заранее зарезервировал столик в "Сакуре". Ах, ну естественно, набиваюсь в нахлебники. Обязательно. Опускаю руки по швам. - Нет, Дин, - настаиваю на своём. Девушка закатывает глаза. - Пойми, деньги для меня не главное. Главное присутствие человека, которого позвала. Тебе нечего стесняться. Я угощаю. Иначе, имей ввиду, не отстану. - Посидим без всякого "а давай-ка...", - сдаюсь, внутри радуясь. Тогда я и не догадывалась, что согласие станет началом другой моей жизни: с любовью, дружбой, ненавистью и принятием себя.