Обычная профессия или как стать куратором боевого факультета

Сама же начала осуществлять свою же затею. Честно говоря, я уже давно заметила в этой местности дух смерти, здесь лежал неупокоенный, чуть ли не древний. Но когда это останавливало мои идеи? - вопрос риторический. Я подошла к самому гиблому месту, опустила руки на землю и прислушалась. Каким-то внутренним чутьём я почувствовала, что где-то в глубине зашевелилось нечто опасное, озлобленное, уставшее бренностью бытия, но отнюдь не обессиленное. Но не отступать же от намеченного? Да я, собственно, и не собиралась. — Пусть был твой долог путь, заблудшая душа, Пусть свет не прогревает кости боле. Былого не вернуть, чего бы не хотела воля ваша И как бы душа не кривилась от боли. Не нападай, тебе это не след Вниз не спадай, уж много пережил ты бед Не бойся уходить, не больно это, Больней поболее ходить по свету. Я тебе путь укажу, силы хватит, Коли сам забыл дорогу к дому. Просто будь, ведь душа не охватит, То что положено иному. Медленно, с воем и шипением, вылезало умертвие. Оно шипело, скалилось, но не подходило близко, будто чего-то опасаясь. Ведьмочка даже не понимала какую услугу оказала ей местная флора, откликнувшись на её призыв. Ведь нежить её, слившуюся воедино с природой, похоже воспринимала растением. __________ Не сказать, что Ирине было легко, скорее уж она вообще уже мало верила в успех своей затеи, но всё же. Спустя полчаса женщине всё-таки удалось свалить упыря наземь. А вообще кто-нибудь когда-либо задумывался над тем, почему всякая нежить ходит, ну там покойники из могил встают и почему Господь их не забирает. От того-то и не забирает, что они сами (мёртвые) себе покоя не дают, злобой своей, скверной внутри сердца, удерживая душу в чёрном теле, даже после смерти растрачивая её на зло. __________ Вот и сейчас я, рискуя, даже очень, положила одну свою длань на живот бьющейся в истерике твари, другой же, накрыла её лоб и произнесла: — Как могу, своей душой освобождаю тебя от страхов, болезненных воспоминаний, незаконченных дел, горестей и тревог. Это тело больше не должно неволить тебя, твой же крест я беру на себя. Если же всему виной твоя сила, я тоже её забираю, покойся с миром. Вся гниль же, что была в тебе, пусть канет в небытие и очистится всё то, что оставалось в тебе живым, не давая уйти. Я же освобождаю твою душу, выходи из этой оболочки, хватит с тебя мучений. И в тот же миг остатки, наверняка бывшие когда-то человеком и лежавшие сейчас передо мной, превратились в прах. Показалась сама душа, помятая временем, измученная и обессиленная убогим существованием, она просто поникла передо мной. Я глазам своим не поверила. Передо мной на коленях стоял и чуть ли не рыдал мужчина лет 60-70. Честно, я ожидала… прямо скажем я не знала что ожидать, но чтобы такое! — Спасибо. Я не даже не представлял что такое вообще возможно. Каким образом вам удалось меня освободить? — А это и не было возможно. - я улыбнулась тому живому, что осталось в этом теле и что смогло пройти мучения в этой посмертной судьбе. - — С этого дня я обязуюсь выполнить то, что тяготило вас все эти годы, обещаю исполнить дело вашей жизни, клянусь своим родом. - с этими словами я оцарапала себе руку до крови и несколько капель упало на землю рядом с привидением. (Так ведь принято, в магическом мире, все клятвы заверяют кровью,( ну почти )) - (традиции, что с них взять) Продолжила говорить: — Также восстанавливаю (можно сказать) утраченные вами ранее фибры души. - и с чего спрашивается я такая щедрая? И он помолодел, серьезно. От меня неожиданно потёк еле-зримый энергетический поток, стремящийся к мужчине. С каждым мгновением призрачные черты неупокоенного становились четче, сглаживались подобия морщин и через несколько мгновений я бы уже дала ему на вид лет так тридцать с хвостиком. — Ну забирай тогда вместе с даром и памятью и тяготу жизни моей, а я в забытье уйду. Ох и попортит тебе это кровушки, но сама захотела, никто не предлагал. - с этими словами призрак и исчез, а если быть точнее, истаял в воздухе. Мне как-то вдруг стало некомфортно. А на что это я только что, собственно, подписалась. Что-то мне уже не нравится эта затея. Кажется я всё-таки неисправимая дура. Мне об этом часто в детстве говорили: — Ира, с виду умница-умницей, а по факту такая дура, всегда найдешь возможность вляпаться в какую-нибудь историю. - (Так и живём!) — Хотя мужика всё же жалко, уж не знаю, что у него приключилось, но быть умертвием более тысячи лет, поганя своими бренными останками землю, не в силах обрести покой, не лучшая участь. Надеюсь отправится в рай, хватит с него, и так натерпелся. Тем более, я как могла очистила и излечила его душу от прошлых прегрешений. Примет ли Бог, только ему и ведомо, сами понимаете… Мда уж, надо ещё с бременем разобраться и с так называемым даром, что мне в наследство вкупе с памятью покойного досталось. Дела-дела! Но меня отвлекли, отовсюду из-за деревьев, кустов, казалось, со всех сторон, показывались один за другим мои дети, да дети. На вид они представлялись еле живыми, бледными, но с взглядом неистового восторга в зеркальных глазах одухотворенными людьми. Они смотрели на меня чуть ли не как на божество, что по-моему крайне неверно, поскольку я как-никак православная, воспитанная и выращенная в России. Так что в лучших традициях русского народа ответила: — Да ничего со мной бы не случилось, я же крещеная!.. Создалось впечатление, что столкнувшиеся вокруг меня люди вот-вот разревутся. Но их слёзы опередила сестренка, внезапно появившаяся в воздухе, и начавшая орать на меня благим матом: — Ты куда поперлась дура, даже я в такие места не суюсь, да ты вообще знаешь что на себя взяла и какой там, волчица безголовая, дар. Уму непостижимо, как ты жива осталась! Я пожала плечами, а что я могла на это ответить. — И вообще, что значит твоё “я крещеная, ничего со мной бы не случилось ”. Ну не сказать, чтобы я такая уж истинная верующая, но зачатки православия во мне имеются. — Я уже давно думала, почему люди вместо того чтобы помочь умершим, лишь усугубляют положение, развоплощая их, ведь ни им, ни покойникам от этого не легче. Отрицательная энергия только лишь перетекает из умертвия в окружающую среду, на этот раз нанося вред ей. А почему бы не помочь одной душе другой, ведь хуже не станет? Наша душа подарок Бога и априори является неисчерпаемым источником энергии, правда мало кто об этом догадывается. Вот так и выходит, если искренне хочешь помочь упокоиться душе, пожелай…, просто пожелай добра, убери из неё грязь, забери все её тяготы и отпусти в мир иной. Наверняка, вас этому учили, хотя… не каждый может верно истолковать урок жизни. Да и как вы здесь оказались, мы с Миленой вроде под шумок удрали, в тихую ушли - Хотя, действительно, именно что удрали. — А нас чему-то всё-таки научили в академии до вашего прихода. Мы пошли вас искать и нашли вас, усмиряющую хранителя капища, о нём ходили не просто слухи - легенды. - за всех ответил Михаил, невысокий, тощий парень с 3-его курса. — Мы думали, что все тут сгинем. - слегка дрожащим голосом сказала Винта, по другому Винтана, брюнетка с лазурно-синими глазами, железной хваткой вцепившееся в руку другу, коренастому, плечистому парню с прямыми каштановыми волосами ( и с веснушками на носу). Про этих двоих знаю то, что они дальние родственники, хотя больше их связывают дружеские узы. Можно сказать я наблюдаю за ними время от времени. Паренька вроде зовут Егором, это если на русских манер, а так Гером. Признаюсь честно, я так запуталась в этих бесконечных именах и их наречиях, что мне уже начали в открытую разрешать себя именовать, как мне удобнее. Я даже сейчас время от времени называю этого молодого человека, то Егором, то Громом, Гардвордом и ещё каким-нибудь извращением, днако парню даже нравится. Теперь это забава такая, сколько я кому вариантов имени подберу, часто получается, что они превращаются в клички. Винта у меня даже как-то Виной стала и Винником, впрочем, что-то я отдалилась от темы. Вернувшись к исходным мыслям, я в привычной манере развела руками. — Видно не суждено, да и рановато вам, молодые ещё. - (про себя то уж молчу, если не брать в расчёт, что в наших мирах люди живут меньше и иначе идёт время, то мы примерно ровесники, а может даже я моложе). — Ну что, - продолжила я - Возвращаться будем, или как? (Как-никак уже три дня прошло... Все присутствующие расстроенно опустили плечи. Ну да, в первый день они думали, что я свихнулась и им тут предстоит передохнуть в одночасье. А потом, раскусили блин, воли, силы, бунтарства и моего умеренного пригляда. Я же не сильно ограничивала своих студентов, даже наоборот, зачастую мои предложения были гораздо безумнее их, тем не менее они (мои идеи) были с энтузиазмом приняты. По правде сказать, у меня ещё были планы, но куда уж больше. Ученикам и так приключений хватит, за всю жизнь не упомнят. Вспомнить даже как мы из шкурки саламандры пытались огонь высечь, когда все уже валились с ног от усталости, а магический резерв был истрачен подчистую, будто и не было его вовсе. Хорошо ещё, что в этом “междумирье” перегореть, (то есть лишится магических сил, истощившись), мы не сможем, как не старайся. Да и всё же лучше здесь узнать свой предел, чем в реальном мире опыты устраивать. Таким образом, выбирались мы от сюда (да именно выбирались), чуть ли не с победой, а трофеев то, чего духи-защитники лишь стояли. Только вот форс-мажор вещь такая, неожиданная. Один из парней, решив искупаться в речке, нет не потонул, подобрал утопленника. Хотя, был ли он мертвым ещё вопрос. Еле-еле откачали. Мда уж… прокол, надо ребят ещё целительству начать обучать, а то ишь обнаглели, на меня всё сваливают, не дождетесь. И если до этого прецедента ещё оставались сомнения стоит ещё возвращаться или будет лучше повременить, то вопрос отпал сам собой. Стоит. Жизнь, будь она хоть чья стоит слишком много, чтобы ей разбрасываться.