Blood, sweat and love

Беспокойный ветер холодеет с каждой секундой; колышет листочки на скрипящих деревьях, лижет нежную кожу окрашивая её в нежный розовый. Солнце медленно спускается за город, а луна в окружении рассыпных звёзд становится чётче. Яркие фонари освещают главные улицы, и фары от мимо проезжающих машин прекрасно их дополняют. Тэхён заходит в кафе сразу же приметив широкую спину Чонгука, который находился в процессе изготовления напитка для одного из посетителей. Не став привлекать внимания, парень сел на излюбленное место у окна продолжая наблюдать за барменом. Его движения лёгкие и аккуратные, будто он боится нажать не на ту кнопку на кофемашине. Волосы немного взъерошены, нижняя губа закушена, взгляд сосредоточенный, фартук туго обтягивает рельефную грудь. Секунда и смоляные глаза уже глядят в тэхёновы карамельные. — Снова ты пришёл так поздно, — Чонгук быстро оказывается у столика и с улыбкой на губах вызванной появлением Кима, усаживается напротив. — Сделать тебе Латте? — А могу я к напитку заказать ещё и баристу? — Тэхён смеётся и Чон тоже. Он спокойно оглядывает помещение, а затем говорит: — Здесь всего один посетитель и то уже обслуженный, так что до конца смены я могу посидеть с тобой, — в ответ кивают, складывая руки на стол, приближаясь чуть ближе. — Подождёшь пока я тебе кофе заварю? — Научишь меня? — Странное стремление в таком заведении, ведь я тебя обслуживать должен. Но желание посетителя для меня закон, — Чонгук поднимается на ноги, продолжает улыбаться и подмигивает в конце сказанного предложения. — Пошли. Через десять минут ароматный Латте в фарфоровой чашке уже стоял на столике, а пара продолжала начатый ещё за учением возле кофемашины разговор. На улице стало ещё темнее, помещение опустело, а на маленьком гвоздике на двери повисла красная табличка с белым понятным «Закрыто». Чонгук поглядывал на часы, но прекращать разговор никак не хотелось. Хотя, начальник скорее всего, как и другие работники по окончанию трудового дня ушёл, можно и задержаться. — Уже значительно стемнело, так что сегодня я переночую у тебя, не против? — Тэхён мило щурит глаза и увидев сначала не ожидавший взгляд, а затем как широкая улыбка расползлась по чужому красивому лицу, перегибается через столик и быстро чмокает Чона в щёку. Возможно парень специально удерживал его пустым разговором, чтобы этот день завершить в компании друг друга. Чонгук быстро среагировав попытался ухватить пухловатые губы во взрослом поцелуе, но не успел. Тэхён отстранился с до покалывания сексуальной усмешкой и встав, начал медленно отходить к бару, при этом держа свой взгляд на ничего не понимающем партнёре. Боксёр зачарованно наблюдал за ним, а как только сообразил, куда его пытаются заманить, сразу же подскочил. Оказавшись в раздевалке и бережно закрыв за собой дверь, Чонгук прижимает игривого, флиртующего и чертовски соблазнительного Кима к холодной поверхности железного шкафчика. Жадно накидывается на алые губы с поцелуем, облизывает, оттягивает, проникает ловким языком в чужой горячий рот и сплетает с тэхёновым в жарком танце. Властно укладывает широкие ладони на упругие ягодицы, слегка сжимает и получает тихий стон перемешанный с улыбкой в сладкий поцелуй. Тэхён обнимает Чонгука за шею, давит на его затылок, прижимая к себе ещё ближе. Наигравшись с поцелуями, боксёр с яростной страстью нападает на персиковую кожу тонкой шеи, оставляет лёгкие касания губ на ней. Поднимается к мочке уха, легонько прикусывает, виновато облизывает и спускается к открытым ключицам. Его руки блуждают по тэхёновой талии, любопытной змеёй заползают под одежду, оглаживают выпирающие рёбра. Тэхёна ведёт с таких мягких прикосновений, тело отзывается на каждое чужое движение; возбуждение накрыло пах, одежда оказалась лишней, в раздевалке стало жарче, а дыхание совсем сбилось. Пальцы цепляются за широкие плечи как за спасательный круг, устоять на ногах тяжелее. Отстранившись, Чонгук снимает с Кима футболку, бросая её куда-то на пол и вжимает голое тело в шкафчик ещё сильнее, позволяет холоду коснутся тёплой плоти. Тэхён ахает, обнимает парня крепче, пытается согреться в его объятьях. Боксёр коротко смотрит расфокусированным взглядом в карие глаза напротив, тихо усмехается и продолжает до этого начатую сеть из влажных поцелуев-бабочек. Припадает к вкусной шее, резко втягивает кожу в рот и так же быстро выпускает, оставляя небольшое розоватое пятнышко. Парень чертыхается, на заглушённом от возбуждения фоне понимая что его только что пометили, очертили собственную территорию так сказать, да и ещё на таком видном всем месте. Предстоит засосу попасть на глаза Чимину, как тот по гадски улыбнётся и подкалывать начнёт. И всё равно ему будет, сколько Тэхён не убеждал, что это всего лишь для лучшего результата. Всё же должен с позором самому себе признаться, что иногда перегибает палку, делая необязательные вещи. Как сейчас например: подразнил лёгким поцелуем для жаркого продолжения. Чон хлопает по упругой половинке ладонью, а в расслабленный мозг Кима от чего-то моментально доходит и тот подпрыгнув, обхватывает лодыжками чужие бёдра. Чонгук сразу же даёт ему надёжную поддержку своими руками, подхватив под ягодицы и поднимает Тэхёна на себе повыше, чтобы припухшими от поцелуев губами оказаться на уровне чужих набухших сосков. Не дав времени одуматься, боксёр дотрагивается горячим языком тёмной бусины и получает в ответ краткий стон. Хмыкнув, обхватывает сосок горячими губами, рисует на нём быстрые узоры, а затем снова прижимает Тэхёна к железу за его спиной. От контраста жара и холода, Кима прошибает лёгким током и он невольно дёргается в чужих руках, скрещивает лодыжки сильнее, закатывает глаза и закусывает губу, чтобы не закричать. Чонгук продолжает махинации с его сосками, довольствуется томным мычанием и наблюдает из-под ресниц за корчащимся в воздушном удовольствии Тэхёном. — Очень приятно Чонгука-а, — Ким вновь выгибается, зажимает в пальцах шелковистые пряди баристы, поджимает пальцы на ногах. — Дай мне сказать, — тихо просит и Чонгук послушавшись отстраняется, а Тэхён опустив голову, глубоко его целует, меняет углы, гладит скулы, щёки и собирается с мыслями. — Можно я отсосу тебе? — на услышанное боксёр тихо рычит и обессилено утыкается носом в тёплую чужую-родную шею с расцветающим засосом на ней. Свёргнут наповал. Тэхён бешено восхитительный, сексуальный и развратный. Да он вообще чёртов бог разврата! Чон шепчет короткое «Конечно», опускает парня на ноги, а тот уже сам не медля спускается на колени. Поддерживает зрительный контакт, что делает Кима ещё более развращенным. Блять, Чонгук возбуждён до предела и Тэхён потянув молнию на джинсах вниз, следом спустив боксеры, сам в этом убеждается. Довольно улыбается, смотрит на колом стоящий член, прижатый к животу поверх футболки, на то, как головка блестит от пары белёсых капель. Облизывается, но Чон замечает по движению кадыка, как он волнуется. — Я никогда раньше не делал кому-то минет, — парень шепчет и воздух исходящий из его рта достаёт до члена, от чего тот дёргается. — Поэтому если тебе будет не приятно, сразу скажи мне. Попробую сделать приятно по другому, — Чонгук кивает в ответ, будто бы что-то понял, хотя вообще не слушал. Уши заглушила мысль о том как близко пухловатые алые губы Тэхёна находятся к его не менее красной головке. Ким несмело поддаётся вперёд и высунув язык на пробу проводит по всей длине. Вроде бы ничего ещё не произошло, но Чон уже видит яркие звёзды перед глазами, руки ищут за что ухватится, а ягодицы невольно напрягаются. Тэхён заходит дальше, оставив короткий поцелуй на уретре, он обводит языком всю головку и услышав первый чонгуков стон, становится увереннее. Ловкий кончик языка проползает по всем выпирающим венкам на члене, а затем Ким готовится к большему. Бросив томный взгляд из-под ресниц, парень берёт в рот сначала головку, после заглатывает на половину. Дальше не решается, боясь не выдержать и опозорится, но Чонгуку и не надо. Он не давит, сам в горячий рот не толкается, а просто запускает длинные пальцы в шелковистые волосы. Слегка гладит выражая так похвалу, ведь кроме матов в восхищённом и возбуждённом тоне выдать не сможет. Услышав шаги за дверью раздевалки, Ким резко отстраняется, замирает глядя в сторону источника шума. Ручку начинают безуспешно дёргать, но хоть она и закрыта на замок, сердце обоих парней рухнуло в пятки от страха. — Кто там? — задаёт вопрос мужчина, в голосе которого Чонгук узнал своего начальника. Ручку теребят настойчивее, добавляют ещё и стуки. Возбуждение только сильнее давит, но Чон уже было тянется к футболке Тэхёна лежащей на полу, как вновь ощущает язык на своём члене. — Что ты…? — шепчет боксёр, шокированный поступком своего партнёра. Тот активнее лижет и сосёт половой орган, пытаясь быстрее довести баристу до кульминации. К слову выходит у Тэхёна просто прекрасно и Чонгук с силой закусывает ребро своей ладони, пытаясь глотать рвущиеся наружу стоны. Шагов, стуков и голоса больше не слышно. Либо начальник ушёл, либо Чону на него стало абсолютно похер, так, что все посторонние звуки заглушились. Чувствуя приближающуюся разрядку, Чон не сильно отталкивает ненасытного Тэхёна от своего члена и доводит себя сам. Под недовольный взгляд с нахмуренными бровями и поджатыми губами, Чонгук кончает в свою ладонь и расфокусированным взглядом ищет куда бы присесть. Упав на железную скамью посередине раздевалки, парень пытается отдышаться и прийти в себя после оргазма. — Я хотел помочь тебе кончить, — боксёр слышит недовольное высказывание прямо под ухом и чувствует табун мурашек по всему телу. Кажется он чуть снова не возбудился от одного лишь шёпота тэхёнова глубокого голоса. В замочной скважине проворачивается ключ, дверь распахивается и начальник кафе наконец забравшийся в комнату ради правды, смотрит на двух парней: затраханного и недовольного. Ещё и полуголые оба. Брови мужчины взлетают вверх от недовольства и тот в шоке открывает рот, но ни слова вымолвить не может. Его толстые пальцы невольно сжимаются в кулаки. Тэхён и Чонгук переглянувшись в спешке натягивают одежду и уже стоят напротив начальника с опущенными головами. Ужасно страшно от полного незнания что сейчас произойдёт, так как ни один из вариантов не лезет в пустую голову. Но можно заранее сказать, что предстоит пиздец, никак иначе. Пугаться уже поздно — что случилось, то случилось. — Чон Чонгук! Да как Вы могли? И на рабочем месте! — Рабочий день уже закончился, — встревает Тэхён, бросает аргумент в защиту, но получает лишь ещё более строгий взгляд мужчины и не одобряющий хлопок по ладони от Чонгука. — Замолчите и вообще убирайтесь отсюда! — начальник в бешенстве кричит указывая на дверь, а затем переводит взгляд на своего работника. — А Вы, пройдёмте в мой кабинет. В этот вечер один Чон Чонгук лишился работы.

💥💥💥

Тэхён медленными шагами идёт вдоль бледных стен, внимательно оглядывает скучный интерьер дома боксёра, делая в смартфоне какие-то только ему понятные пометки. Блеклая мебель, количество которой минимально — ни капли не радует карамельных глаз. Как можно вообще здесь жить, задаёт самому себе вопрос парень, а затем осекается. Исходя из рассказа Чонгука про его совсем несчастливые последние два года жизни всё становится на места. Смысл жизни потерян, а душа заснула долгим сном, так что на обстановку вокруг себя стало всё равно. Даже если бы всё тут сверкало, блестело и искрило яркими оттенками это бы не исправило абсолютно ничего: не вернуло бы усопшим жизни, не заставило бы вернутся к любимому занятию. Дом стал просто коробкой, в которой можно спрятаться, закрыться ото всех и всего, кроме мыслей и воспоминаний, к сожалению. Стараться не для кого, стремится тоже. Но сейчас, жизнь Чонгука резко перевернулась с ног на голову по поступлению Тэхёна в неё. Появился смысл хотя бы просто быть и улыбаться, зная как это поднимет настроение твоему любимому человеку, потому-что… взаимно. Ким бросает ласковый взгляд на нахмуренного и сосредоточенного Чона, обрамлённого кучей свежих городских газет. Он выглядит усталым, уже как четвёртый час пытаясь найти подходящую ему вакансию. Везде требуют документ о завершении обучения той или иной профессии, а у Чонгука кроме многолетнего стажа в боксе ничего нет. Ну и ещё недолгой работы баристой конечно, о которой он никому говорить не должен. Один звонок нового работодателя на его старое место работы и считай крест на себе поставил. Он и не жалеет за произошедшее тогда в раздевалке, так как отсос был восхитительным. На следующий день Тэхён безызвестно исчезает у Чимина и Чонгука, вытащив сим-карту. Да, он не предупредил родных, что весь день будет гулять по магазинам. Да, они конечно будут волноваться, но Ким позабыл обо всём, сосредотачиваясь на сюрпризе для Чонгука. И так, разгуливая по магазинам, парень не заметил как солнце медленно устремилось за город. А уже утром следующего дня, вновь переночевав у Чона, проверяет привезённую грузчиками мебель на целостность. Кажется сами высшие силы сговорились с Тэхёном, раз боксёру так удачно назначили собеседование. За эти два быстро пролетевшие часа, Ким успел устроить глобальную перестановку в гостиной с добавлением нескольких элементов в виде новенькой мебели. Настоящий ремонт с окрашиванием стен и заменой линолеума с надеждой на то что получится сюрприз, Ким сделать не сможет. Всё-таки Чон здесь живёт на постоянной основе, на две недели его не выманить. Также комнату обустроил только одну, самую парой посещаемую, а остальные украсит только если хозяин квартиры против не будет. Основным сокровищем послужил светло-серый огромный диван нашедший себе место напротив уже ранее установленной плазмы. Хоть цвет и не яркий, выглядит он довольно роскошно. Аккурат перед ним изящный журнальный столик из тёмного дерева, наверху которого Тэхён установил светлую вазу с рыжими тюльпанами. Тёмные занавески заменил на белоснежные, а к дальней стене придвинул невысокую, но длинную тумбу под цвет столика. Добавил лёгкие, но элегантные украшения, чёрные часы, пару небольших незамысловатых картин и пушистый молочный ковёр прямо посередине комнаты. Оставшись довольным, парень гордо хмыкнул в тысячный раз оглядывая результат. Уже не нужную мебель Тэхён отодвинул в коридор. Дело за малым — дождаться Чонгука. А тот вновь как по велению Будды не заставляет себя долго ждать. Провернув ключом пару раз в замочной скважине проходит в дом, поникший головой и с кислым выражением лица. Выбежавший ему навстречу Ким сразу понял, что на работу боксёра не приняли, но энтузиазма не поубавил. — Не расстраивайся, примут тебя на работу и не на неблагородную какую-нибудь, а по истине стоящую, — успокаивал Тэхён своего парня как мог, обнимая и осторожно гладя по спине. Чон в ответ согласно кивал, внушая себе, что и правда всё у него ещё будет. Тем временем, Ким медленно вёл Чонгука в гостиную, которую по прибытию парень не узнал. Комната будто ожила, а вот бывший бариста наоборот завороженный тэхёновым сюрпризом замер. — Это… так потрясающе, Тэхён, — еле хрипел парень, прибывая в шоке, хотя больше в ахуе. Эта живая атмосфера окунула его в счастливые времена, когда мама часто баловала его вкусными блинчиками, от которых аромат рассеивался прям по всему дому. — Вау просто, спасибо Тэхёни, большое спасибо. — Одним «спасибо» ты не отделаешься, Чон Чонгук, — шепчет уже в его губы Ким и затягивает в страстный поцелуй, до прикрытых глаз, дыхания на двоих, звёздочек в ясной темноте и ускоренного сердцебиения. Когда Тэхён так официально его называет мурашки бегут по всему его крупному телу, настолько это возбуждает. Настолько этот парень невозможный. — Опробуем новый диван на прочность? — шепотом в припухшие алые губы шепчет, пошло поднимает уголок губ вверх и смотрит глазами полными мутного возбуждения. Чонгук по-настоящему дуреет, на всё согласный утягивает Кима в поцелуй и крепко сжав в своих сильных руках тонкую мужскую талию, валит на новейший диван. Гладит любой выступ на совершенном любимом теле, оставляет поцелуи-бабочки на щёках, носу, подбородке, ушах, прикрытых веках и спускается к шее, где тёмно-фиолетовый засос только в самом расцвете. Тэхён под ним извивается, подставляется под лёгкие касания влажных губ, закусывает свои, внутренне просит перетерпеть эту изнуряющую игру с прелюдиями. — Хочу тебя в себе, — приглушённо озвучивает, пахом трётся о чонгуков пресс и тихонько скулит от комбо в виде возбуждённого рычания парня, трения и нового мокрого поцелуя. Чон уже тянется к ширинке чужих джинсов решая долго не тянуть, но раздаётся музыка на телефоне оповещая о входящем звонке. Теперь рычит сам Тэхён, но крайне недовольно. Любимая песня резко стала самой раздражающей. Кто посмел их двоих остановить на таком моменте? — Аллё. — Привет братец, буду короток. Разговор есть, приезжай сейчас же в особняк, — требует чиминов голос на том конце провода и после шипящего едкого «Всенепременно» от Кима, сбрасывает звонок. Чонгук поняв, что никакого секса им сейчас не светит, разочарованно выдохнув встаёт на ноги. Впервые Тэхён говорил с братом при нём и судя по этому короткому отрывку, братские отношения между ними не очень.

💥💥💥

— Чего ты хотел? — входит в чужую комнату Тэхён, привычно натыкаясь на спинку отвёрнутого кресла. По улицам гуляет день, но Чимин всё равно удобно разлёгся на мягком стуле, лениво потягивая холодный горький кофе, устремив взгляд вдаль в поисках обожаемой луны. Помешанный на этой ночной красавице. Он не поворачивается на появление брата, а ждёт пока тот сам подойдёт и присядет рядом. Ким знает своего брата как свои пять пальцев, поэтому взяв стул садится, паля взглядом сосредоточенное на поисках лицо. — Я хотел, чтобы ты уговорил Чон Чонгука на бой со мной, для чего было необходимо втереться в его доверие. Но что я вижу, — Пак делает паузу в своём высказывании, поворачивается лицом к брату. Оглядывает его с макушки до пальцев ног, проглядывающихся через белые носки. Всё замечает: растрёпанные волосы, припухшие губы, лиловый небрежный засос и горящие глаза. Пухлые губы Чимина на секунду взлетают в лёгкой улыбке, недопитую чашку он отставляет на стол, продолжая. — Нелепая влюблённость, бесполезно использованное время и куча бабок выкинутая на того идиота. Что в своей цели ты понял не так? — Прекрати. — возмущается Тэхён, задетый наглым тоном и грубыми словами. — Ты дал мне три месяца, прошло только два, а ты уже отчитываешь меня за невыполненную работу, — их отношения стали больше напоминать рабочие, нежели братские. — Всё идёт не по плану, Тэ. Ладно, плевать я хотел на твои нелепые чувства к нему, решите как-нибудь потом, — парень переводит взгляд обратно вдаль. — Мои деньги исчезают невероятно быстро и в больших количествах. Я разрешил брать тебе сколько душа пожелает, но не переходи границы. — Я не просто их трачу, а ради тебя, — чуть ли не шипит Ким, захлёбываясь в чужой жадности. Нахмурив брови, он смотрит на изменившегося брата, каким прежде его не видел. — Ты спасаешь задницу Чонгука, стараешься ради него, — Чимин повышает голос, до предела раздражённый. — С меня хватит. Уговаривай его бесплатно. До конца месяца ни одной купюры из моего кошелька не возьмёшь, а все банковские карты сдашь мне сейчас же. — Брат, ты сейчас ослеплён жадностью, не слушаешь меня, — прозрачные слёзы наворачиваются на карамельные глаза. Тэхёну не из-за денег обидно, а из-за того что проделанную им работу любимый родственник не ценит. Снова он считает его любовь не настоящей, проверяет Кима, доводит. — И не желаю слушать. Остался месяц, поднажми и выполни наконец наш уговор. Ты ведь не хочешь расстроить своего обожаемого братика, — Чимин лукаво улыбается, допивает оставшийся кофе, после вставая с кресла. Он пару раз хлопает по плечу растерянного Тэхёна в знак поддержки и направляется к выходу из собственного кабинета, собираясь оставить запутавшегося братишку совсем одного. — Банковские карты мне на стол, зайду позже, проверю. — чеканит Пак перед тем как выйти за дверь. Тёплые слёзы срываются вниз по щекам.