Белая тьма

— С кем ты там говоришь, зайчонок? — голос долетал в мою комнату с первого этажа и по мере усиливался: мама поднималась в мою комнату. Не успел я сообразить, как она уже вошла. — Ам… С Алисой, — я низко опустил глаза. Мама обвела взглядом всю комнату и, еле зацепившись взглядом за Алису, вновь уставилась на меня. — А, ясненько. Привет, Алисия, — почему-то мама постоянно называла ее Алисией, да и сама девчонка не протестовала, так что я ее не исправлял. — Хорошо, через пять минут бери Алисию с собой и пойдем кушать. Не ожидая ответа, мама вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. — Твоя мама невероятно милая женщина, ты должен ею гордится как никем другим, но ты должен знать, что ее погубит ее же доброта. К слову, так и случилось. У мамы была сестра, которая не могла работать в связи с состоянием ее здоровья, а мать же считала, что ее долг — обеспечивать немощную так, чтобы прокормить и свою, и ее семьи. Она устроилась на какую-то фабрику по производству химикатов. В выбросах находилось довольно много химических соединений, которые повлияли на ее организм, в результате чего через год у нее обнаружили рак. Как и полагалось, через пять минут я с Алисой спустились на кухню, где был аккуратно накрытый стол: 4 тарелки, для меня, мамы, папы и Алисии, посередине — большая салатница с фирменным маминым зеленым блюдом, а у каждой тарелки — кружка с чаем. Отец уже принялся за еду, а когда я зашел, даже не обратил внимания на меня, но зато мама почти не отрывала беспокойного взгляда. Я сел за стол и, поблагодарив маму за прекрасную еду, принялся кушать, как вдруг заметил, что Алиса и не прикоснулась к еде. — Алиса, а почему ты не ешь? — растерянно спросил я, как вдруг кухню разразил резкий звук бьющегося стекла: на пол полетела чашка отца, а тот с широко распахнутыми глазами и тяжело дыша смотрел прямо в мою душу. — Как ты з! *? %л, мелкий сучий сын! ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО НЕТ НИКАКОЙ АЛИСЫ? Ты, инкубаторное отродье, что не может социализироваться и от одиночества создал вымышленного друга. — Не смей! — закричала мать, но папа ее не услышал… Или сделал вид, что не услышал. — Ты каждый день по сотне раз упоминаешь ее имя, но тебя не смутило то, что кроме тебя ее никто не видит? Ты больной кусок... — Хватит, — моя тарелка полетела на пол вместе с половиной ужина и вилкой.

***

— Ты же понимаешь, что он больной? У него какая то беда в голове, не иначе! — утверждал отец. — У него такой возраст, это пройдет, я уверена. Ему просто сложно найти друзей вот и все. Дай ему еще немного времени! Он пойдет в школу, и ты увидишь, он заведет друзей (нет, не завел). Если нет, то… То я обещаю, я сама пойду с ним к доктору, — так и не пошла: не успела. Через 3 месяца после этого случая умерла. Я слушал всю эту дискуссию насчет моего психического здоровья у себя в комнате при выключенном свете, уткнувшись спиной в стену в углу, опустив голову между коленей, и громко всхлипывал, как вдруг на мою щеку легла теплая рука… Такое знакомое ощущение… Алиса… Я поднял взгляд: на ее лице сияла неизменная улыбка, отчего, узрев ее, я невольно улыбнулся…