Nut

После робкого поцелуя Шона, Ван Ибо потянул парня на себя. Чжань без сопротивления сел сверху на его бедра, обнимая за шею, держа одной рукой за дужку снятые очки. Ибо сначала лизнул родинку под губой, затем подхватил пухлые губы парня в мягком поцелуе, прикрывая глаза. Они порывисто целовались, отстраняясь друг от друга на пару секунд, прежде чем прильнуть вновь, углубляя поцелуй. Погладив Чжаня по спине, он освободил край рубашки, запуская ладонь под нее, касаясь голой кожи, крепче прижимая к себе. Шон обмяк в его руках, и мужчина слегка оттянул назад его черные пряди, заставляя приподнять голову, и втянул нежную кожу у основания шеи, оставляя мокрый след, который уже начал расцветать, приобретая ярко-бордовый цвет. Он подул на метку, извлекая из Чжаня ласкающий слух, абсолютно невероятный всхлип. Их отвлек звук открывающейся двери, вернулся старший брат, закончив разговор по телефону. Чжань поспешно слез с коленей Ибо, пытаясь привести в порядок свою белую рубашку. – Упс, я, кажется, не вовремя. Прошу прощения, – Хайкуань им улыбнулся и обратно закрыл сёдзи. Ван Ибо усмехнулся и чмокнул мило раскрасневшегося Чжаня в шею. – Неловко вышло. Извини. – Не извиняйся, – Шон покачал головой и тихо рассмеялся. Его глаза сияли, и заворожённый ими Ибо снова потянулся за поцелуем. Лю Хайкуань зашел в ВИП комнату и присел за стол напротив младшего брата, когда Сяо Чжань вышел в уборную. – Он милый. И он определенно твой типаж, – мужчина ухмыльнулся, подперев подбородок рукой. – Тебе всегда такие нравились. Ван Ибо сидел, прямо держа спину, и пожал плечами, ничего не ответив, и улыбнулся старшему. «Всё-то он знает». – Ладно. Время уже позднее, – брат посмотрел на наручные часы, – ты же на машине? – Да, не волнуйся. – Не хочешь заехать в гости? Твоя племянница тебе будет рада, – у брата при упоминании дочки уголки губ сразу же поползли вверх, а на щеках появились ямочки. Он тоже соскучился по маленькой Лу Лу, но поехать сейчас было не очень хорошей идеей. Ибо покачал головой. – Сначала отвезу Чжаня, потом поеду домой. Лучше я завтра загляну к вам. – Хорошо. Не теряйся и отвечай на звонки, раз уж ты теперь в отпуске, – брат потянулся через стол и похлопал младшего по плечу.

***

Повернув ручку крана, Сяо Чжань ополоснул покрасневшее лицо холодной водой и посмотрел на свое отражение, нависнув над раковиной из мрамора. Не так он представлял себе окончание обычной рабочей смены. Чжань плохо видел без очков, прищурившись, он приблизил лицо ближе к зеркалу, вытянув шею в бок, и потрогал кончиками пальцев багровую отметину на шее и усмехнулся. Они знакомы едва ли пару часов, но руки Ибо что-то такое сделали с ним, что он так ему доверился. Все еще свежи в памяти Чжаня – низкий грудной голос, пристальный взгляд, прикосновения теплых ладоней и губ, из-за которых он до сих пор чувствовал лёгкое возбуждение. Этот невероятный мужчина определенно ему нравился. Выйдя из ресторана на свежий воздух, Сяо Чжань не ожидал, что будет так прохладно. Ночью температура совершенно непредсказуемая штука. Ван Ибо ждал его возле машины и, заметив Чжаня, открыл для него дверь. «Сколько он меня так ждал на таком холоде, чтобы сделать такой незначительный жест внимания?» – Ты мог бы просто подождать меня в машине, ты же, наверное, продрог до костей, – Сяо подошел к Ибо, накрывая его руки своими. – Всё в порядке, – мужчина перехватил ладони Шона, поднеся к губам, коротко их поцеловав, – садись скорее, холодно. Сердце Сяо Чжаня сжалость от нежности, которую ему дарили. Этот мужчина абсолютно точно ему нравится. Ван Ибо остановил машину на подземной парковке апартаментов, оставляя двигатель на холостом ходу. Во время поездки они практически не говорили, Ибо не из тех кто много болтает, уже понял Чжань. Тишина не была неловкой, казалось, что их обоих устраивала атмосфера безмолвия между ними, будто так и должно быть, и не хотелось портить ее глупыми светскими разговорами. Ван держал руки на руле, чуть наклонившись вперед, посмотрел на Чжаня, покрасневшими от усталости глазами. – Я дал обещание тебя подвезти, и я его сдержал, – он ухмыльнулся. – Надеюсь, Вам понравилась предоставленная услуга нашей скромной службы такси. Водитель Ван Ибо надеется получить пять звезд. Сяо Чжань рассмеялся. Но он не дал себя отвлечь шуткой, Шон искренне беспокоился за состояние Вана. Синева под глазами Ибо была не просто неудачно упавшей на его лицо кривой тенью. Совершенно не хотелось отпускать мужчину вот так. – Не зайдешь на чашку кофе? Чжань поднял уголки губ в подобии лёгкой улыбки, заметив как искренне Ибо удивился, забавно округляя глаза, хотя у самого сердце бешено колотилось, ошеломленный собственной смелостью. Откуда взялась в нем эта смелость? – Когда я говорил про пять звезд, я и не надеялся получить миллион, – Ван тихо пробормотал. – Кажется, я сорвал джекпот. – Так ты идешь? – Сяо собрался с духом, отстегнул ремень безопасности, открыл дверь, выходя из машины. Не оборачиваясь, он направился в сторону лифта, краем уха услышав, как монотонное урчание мотора остановилось. Лифт был просторным, по сравнению со стандартными моделями. Ван Ибо прислонился спиной к горизонтальному поручню ниже зеркала, прикрыв глаза, лампочка светила слишком ярко. Чжань пристально следил за цифрами, сменяющимися на маленьком табло, мысленно их подгоняя, ожидая число семнадцать. – Ты какой предпочитаешь кофе? – спросил Сяо Чжань, пропуская гостя вперед в свою квартиру. Светильники с датчиком движения автоматически включились, освещая не очень просторную прихожую. – Больше предпочитаю чай. Любой. Шон кивнул, на ходу расстегивая манжеты рубашки. Закатав рукава, он направился в сторону кухни. Ван Ибо сел на высокий стул и облокотился на длинный барный стол, наблюдая за его действиями. Чжань достал из шкафчика прозрачную стеклянную банку, где хранился листовой чай, и поставил на столешницу, затем залил в электрический чайник воду из фильтра, включая его. Когда вода закипела, он обдал кипятком типод и чашки, прогревая фарфор. Засыпав заварку во внутреннюю колбу типода, Сяо залил воду и закрыл крышку. Выдержав нужное время, он нажал на кнопку слива, настой перелился во внешнюю колбу, теперь чай можно разливать. Чжань поставил чашку перед Ибо. – Кажется, ты часто завариваешь чай, – Ван осторожно сделал глоток. – Вкусно. Сяо Чжань ему улыбнулся. Он смотрел как мужчина, который безумно ему нравится, пил заваренный им чай, посреди его кухни, в четвертом часу утра. Всё было на своем месте. До рассвета оставалась пара часов. Сяо Чжань, подойдя к Ибо, сидящему на высоком барном стуле, приложил ладонь ему к скуле, легко прикасаясь кончиком большого пальца к нижнему веку, поглаживая. – Устал? Мужчина накрыл его кисть своей, поднес к губам и чмокнул внутреннюю ее часть. Он не ответил на вопрос, продолжая уже покрывать поцелуями пальцы, запястье, предплечье. Было невероятно приятно, мурашки от этих ласк распространялись по всему телу. Чжань положил свободную ладонь ему на коротко стриженный затылок, ведя вверх, зарылся пальцами в волосы, сжимая. Ван Ибо, отпустив руку Шона, обнял его за талию, переплетая пальцы в замок, уткнувшись лицом в грудь. Внезапно для Чжаня, руки мужчины медленно спустились ему на ягодицы. Он, встав с места, на котором сидел, подхватил его и усадил на стул, поменявшись. Закинув ноги Чжаня себе за спину, Ибо устроился между ними и потянулся за поцелуем, углубляя его. Они целовались до тех пор, пока потребность в кислороде не стала критической. – Ты останешься? – Шон старался успокоить свое учащенное дыхание. – Вряд ли я сейчас в состоянии предложить тебе большее, – Ибо тяжело дышал ему в шею, его голос был охрипшим. – А я и не говорил о сексе, – усмехнулся Чжань. – Я волнуюсь, что ты не доедешь до дома. – Мгм. Сяо Чжань дал ему сменную одежду, выбрав самую оверсайз футболку – плечи Ибо были шире, чем его. Спать они легли вместе.

***

В полевой столовой было людно и шумно. Ибо ел горячий завтрак, и он был ему несказанно рад. Когда они с напарником вернулись с ночной вылазки, он еле снял снаряжение и сразу же завалился спать, сил не хватило на то, чтобы поесть. – Ты же был на ночной, – напротив присел Руди, поставив поднос с завтраком. – Я думал, ты спишь без задних ног. – Голод победил сон, – Ибо сделал глоток холодной воды. – Не попадись тогда сержанту на глаза и спокойно вали досыпать, сегодня вечером мы с тобой тоже выдвигаемся, – он открыл дезинфицирующую салфетку в индивидуальной упаковке и протер столовые приборы. – Уставший снайпер – плохой снайпер. Плохой снайпер – мёртвый снайпер. – Так и сделаю, – Ван зевнул. Вечером, когда солнце клонилось к закату, Ибо закончил чистку своей М4, затем облачился в полную экипировку песочного цвета. Набросив на плечи рюкзак с расходным арсеналом и провизией, он перекинул через одно плечо лямку защитного кофра со снайперской винтовкой. Он был готов. Ван Ибо выдвинулся на ночную разведку, взяв в руки автомат. Было холодно. В этой чертовой пустыне, где вечно палящее солнце. Но ночью было холоднее, чем, наверное, в Сибири зимой. Он лежал на спине, смотря на звезды, сейчас была очередь Руди вести наблюдение. Спать нельзя. Да и как тут уснешь, когда зуб на зуб не попадает. Нужно дотерпеть до рассвета, когда начнется операция, а пока они с напарником, замаскировавшись, ждали в укрытии. – Эй, Ван, а тебе сколько лет, всё хотел тебя спросить, – прошептал Руди. – И ты решил, что сейчас это подходящее время, чтобы спросить? – Ибо так же шепотом ему ответил. – Ага. Так сколько? – Двадцать два. – Черт. И они отправили тебя сюда? Ван Ибо не ответил. Когда было время поступать в университет, он не стал подавать документы ни в одно учебное заведение. Пошел и завербовался в армию. Дома никто этого не понял. Хайкуань тогда приехал из Стэнфорда, посреди экзаменов, чтобы спросить у него – «Какого хрена, братишка?». Ибо никому не говорил, зачем он это сделал. Хотя причина была банальной – отец ждал от него, что его сын так же, как и Хайкуань, поступит в крутой университет, отучится и присоединится к семейному бизнесу. Настойчиво. Практически принуждая. Ему настолько это не нравилось, что он сбежал. После учебки и пары лет службы на базе – он оказался здесь. Мама тогда страшно плакала, когда узнала, что ее единственного родного сына командируют на Ближний Восток. Во время утренней операции при перевозке информатора все пошло по охренительно плохому сценарию. Ван Ибо практически перестал дышать, когда в прицеле увидел, как военная машина перевернулась от взрыва. У саперов была целая ночь на то, чтобы этот участок территории был чист как слеза младенца. Как они могли не заметить мину? Машина горела, черный густой дым поднимался столбом в небо. Ибо чувствовал, что здесь что-то не так. Желудок затянулся узлом от напряжения. Боль от пронзающей пули, никогда еще не была такой внезапной. Ван Ибо резко проснулся, сдерживая крик. Сильно зажмурив глаза, он мысленно посчитал до десяти, в попытке успокоиться. Медленно вдыхая и выдыхая, мужчина открыл глаза, посмотрев на белый потолок. В комнате было светло. Повернув голову набок, Ибо взглянул на спящего Сяо Чжаня, он его не разбудил – хорошо. Взяв в руки телефон и посмотрев на время, он шепотом ругнулся. Снова поспал пару часов, не удивительно, что голова так раскалывается. Что он делает не так, что из его жизни исчез глубокий сон, а вместо него были быстрые фазы с неприятными снами-флешбеками. «Нужно принять душ, – подумал Ибо, вряд ли он сможет уснуть вновь». Быстро ополоснувшись под горячим душем, Ван Ибо встал перед раковиной с запотевшим от пара зеркалом и протер его рукой. Найдя новую запакованную зубную щетку, он открыл ее, надеясь, что Чжань не будет против, и почистил зубы. Приведя себя в порядок, он вышел из ванны. «Надо предупредить Шона, что я ухожу, – подумал Ибо, сев на край кровати рядом со спящим мужчиной». – Чжань, – Ван погладил его по щеке, позвав его шёпотом, – я ухожу. – Куда ты уходишь? – Шон сонно открыл глаза, посмотрев на него непонимающим взглядом, и снова закрыл. – Который час? – Ещё рано. Спи, – Ибо поцеловал его закрытые веки. Чего Ван Ибо не ожидал, так это того, что Сяо Чжань опрокинет его на себя, крепко прижимая руками и ногами. – Что случилось? Сбегаешь? – он спросил слабым голосом, что нельзя было сказать о силе хватки его конечностей. – Нет. Просто уже проснулся. – Сколько времени? Только не говори, что еще рано, – Чжань легко его ущипнул за бок. – Полседьмого. – Ты поспал пару часов и хочешь сказать, что выспался? – он приоткрыл глаза, забавно прищуриваясь. – Нет, – Ван Ибо наклонился, чуть тронув его губы своими. – Я зубы не чистил, – Шон повернул голову в бок, открывая шею. – Звучит как вызов. Думаешь, я не смогу найти другой способ, как тебя поцеловать? Ибо заметил бордовую отметину, лизнул ее, затем поцеловал. Руки на спине крепче его прижали. Он начал покрывать короткими поцелуями всю изящную шею Чжаня, наслаждаясь каждым его тихим вздохом. Забравшись ладонями под футболку, Ибо огладил его бока, пробираясь все выше и выше, пока ткань не собралась гармошкой на груди, мешая. – Подними руки, – мужчина прошептал ему в ухо, прихватывая мочку губами. Сняв мешающий предмет одежды, он продолжил покрывать поцелуями ключицы и грудь. Облизнув розовый сосок, он подул на него, и Чжань, застонав, мелко и часто под ним задрожал, сильнее надавливая ступнями на поясницу Ибо. «Чувствительный». Вновь возвращаясь к шее, он начал не в полную силу прикусывать тонкую светлую кожу, пробираясь ладонью уже за кромку домашних штанов, приспуская их, обнажая чужое возбуждение. Ибо демонстративно облизал ладонь, смотря в затуманенный взгляд Чжаня, и обхватил горячий ствол, медленно лаская, постепенно ускоряя темп. Шон сладко стонал, подмахивая бедрами, полностью теряясь в ощущениях, его пальцы вплетались в волосы Ибо, сжимая и оттягивая их. Крупно задрожав, Чжань излился в руку мужчины, крепко его обнимая.