Freak

Тик-так…тик-так…тик-так… — с каждым монотонным тиком и таким же таком голову сводило ещё сильнее. Карлу хотелось встать с обшарпанного, и вероятно, обоссанного кресла, снять часы и разбить их обо что-то, но несмотря на свои желания, он остался сидеть на месте, перебирая в руках уже мокрую от пота визитку. «Елизавета Галоперидоловна, ваш лечащий мозгоправ, » — гласилось на визитке чёрным жирным шрифтом. И только от этого чёрного жирного шрифта и слова мозгоправ Карлу становилось плохо. Он жутко боялся посещать психолога. Он боялся даже осознать, что ему нужен психолог. И это было никак не связанно с какой-нибудь детской травмой, трагической семейной историей или еще какой-нибудь подобной херью. Карл просто боялся осознать, что ему нужен психолог или что-то посерьезнее психолога. " Меня же не увезут в психушку?» — думал он всё время ожидания. И на этот вопрос нельзя было дать однозначного ответа, ведь вероятность того, что в переполненную псих. больницу привезут ещё одного человека достаточно мала. Но! Карлу действительно стоило бы подлечиться, если так посудить. Все же, панические атаки, бессонница и паранойя не были здоровым состоянием для человека. Даже для студента четвёртого курса. Стрелка на часах подходила к шести. Скоро Карла позовут в кабинет мозгоправа. Скоро он будет сидеть на таком же обшарпанном, и вероятно, обоссанном кресле, но уже напротив человека, который будет пристально наблюдать за каждым его движением и словом. Зачем же он тогда пошёл к психологу, если так их боится? Не знаю, хотя нет, знаю. Сам Карл не очень хотел идти к мозгоправу, но его, можно так сказать, заставил Ник, после того, как уже окончательно задолбался находить его спящим в самых сомнительных местах квартиры (история умалчивает, в каких именно) и лицезреть панические атаки. Якобс сжал визитку и положил в карман. Он больше не хотел видеть пугающие надписи черным шрифтом. Теперь Карл ничего не теребил в руках, из-за чего ему было как-то не по себе. Администратор что-то медленно печатала на клавиатуре. Её пальцы медленно, словно улитки, перемещались с кнопки на кнопку. И Карл за этим наблюдал. Точнее, он наблюдал за состоянием этой женщины, ведь всё время, что он тут сидел, она казалось какой-то труповатой. Цвет кожи был зелёно-жёлтый, глаза от монитора она, за все двадцать минут, ни разу не отвела, да и вообще, казалось, что она не дышит. Голова администраторши завалилась на бог. Карл от этого встрепенулся. Женщина больше не смотрела на монитор, но всё равно что-то печатала. Карл наклонился вперёд, чтоб разглядеть её лицо, но бросил эту затею, когда заметил, что она на него пристально, с какой-то агрессией, смотрит. И от этого взгляда становилось жутко, ведь ее глаза была словно пластиковые, даже не стеклянные. И этот пластик, из которого они, должно быть, сделаны, был самым дешёвым в мире. Она немного приоткрыла рот. Из её лёгких будто вышел последний воздух… Никому не рекомендую видеть, видимо, смерть старушки на рабочем месте. Но она всё равно продолжала печатать… Или это уже глюки? У Карла побелела кожа, а мозг перестал соображать. Что ему делать? Кричать? Или звать на помощь? Попытаться дозвониться в скорую? Или тихонько слиться, восприняв это как знак с выше? Мозг включился. И самое лучшее, что пришло на ум, это спросить: — С Вами всё хорошо? — сказал он с максимально вежливой интонацией. Администраторша молчала. Её зрачки куда-то уплыли. Слава всем существующим и не существующим богам в этом бренном мире, женщина издала какой-то более-менее живой человеческий хрип. А потом она закашлялась, на пол из её горла вылетело что-то красное и отвратительное, и она, не поднимая головы, все еще хрипло, но, хотя бы, чётко сказала: — Принеси мне водички, внучок… Карл подскочил с места. Сейчас он чувствовал просто неописуемое облегчение. Он как можно быстрее набрал воду в пластиковый стаканчик и подошёл к админше. На его лице красовалось неприкрытое недоумение с беспокойством и страхом. Ему даже казалось, что это какой-то несмешной розыгрыш, но никто не вылез из-под стола со словами «Это пранк!» Уголком глаза Карл увидел непонятный набор букв на мониторе, вместо ясных, человеческих слов. Он решил об этом не спрашивать. Вдруг так и надо. Карл поставил стаканчик на стол. На его лице теперь ещё больше страха, непонимания и беспокойства. И старушка это заметила. И чтоб его успокоить сказала: — Не боись, это скоро и с тобой случиться, — её голос сейчас был ещё более хриплым, болезненным и труповатым. «Почему со мной скоро это случиться? — испуганно подумал Карл, — И что вообще случиться?» Это были хорошие два вопроса, на которые он не знал ответа. Женщина, казалось, знала какую-то вселенскую тайну, о которой Карл не спросил. Скорее всего, это будет мешать ему спать по ночам. Хотя он и сейчас не спит. Админша, до сих под не подняв голову, открыла рот, взяла стаканчик и просто плеснула себе на лицо водой. Потом облизнула свои старческие губы, размазав всю ядрено-розовую помаду, и снова приступила к бесполезному печатанью на компьютере. — Мне не вызвать скорую? — спросил Карл, совершенно обескураженный случившимся. Но женщина ничего не ответила. Карл повторил вопрос, только более громко и чётко. Ему всё равно не ответили. Она опять начала походить на зомби. Карл медленными шажками вернулся на кресло. Сейчас он был будто на автопилоте. Стрелка на часах показывала шесть. Его коленки инстинктивно затряслись. Он не хотел туда идти. — Вас ждёт врач, — сказала администраторша. Её голос был как у яндексовской Алисы. За пять минут она так и не подняла голову. Карл встал с кресла. До двери — два шага. Только два шага отделяют его от мозгоправа. К слову, начёт мозгоправов: этого вида врачей боится весь город. И не просто так, ведь было очень много убийц, наркоманов, педофилов, ну из этих товарищей. Что достаточно иронично, если так посудить. И какое же счастье, что Карл не так уж усердно следит за новостями. Ведь если бы следил, то даже поссать в одном поле с психологом не сел, не говоря уже о походе на прием и изливании души. Дверь открылась. Кабинет психолога был похож на приемную. Такой же обшарпанный и старый. Разве что обои в нем были не жёлтые, а блевотно-зелёные. В середине кабинета стоял небольшой столик, а вокруг него — два красных, и вероятно, обоссанных кресла. И на одном из них восседала психолог в белой сорочке и черных штанах, на которых был отчетливо виден след от кофе. Вид её был чуть менее безжизненный, чем у администраторши: это было заслугой косметики, и возможно, не только ее. — Присаживайтесь, — на лице женщины была вымученная улыбка. Из-за этого со стороны даже могло показаться, что Карл работает психологом. Якобс сел на соседние кресло. Он так странно, несвойственно себе сидел: абсолютно прямая спина, ноги под углом девяносто градусов, руки, положенные на колени, очень сильно выдавали его нервозность. — Расслабьтесь, — сказала психолог, — я вас не обижу. — Её улыбка стала ещё более наигранной. И Карл был уверен, что сейчас она поливает его всеми этажами мата в своей голове. — Здравствуйте, я Лиза. Можете обращаться ко мне на ты. Карл заглотил комок в горле, и выдавил из себя: — Добрый день… Тогда и вы обращайтесь ко мне на ты, — он вымучил на лице такую же улыбку. (Ключевое слово: вымучил) — Как твоё имя? — она неудачно попыталась сделать заинтересованный тон, который больше был похож на ту интонацию, которой с кошками разговариваешь. И от этого Карлу стало как-то обидно. — Карл… Карл Якобс. — И какая же у тебя проблема, Карл? — от её интонации завял цветок на подоконнике. — Ну… у мня на протяжении трёх недель бессонница. И максимальное время которое я могу проспать за всю ночь это час, максимум два. — Ты при этом чувствуешь усталость? — эта интонация не понравилось Карлу и другому цветку ещё сильнее. Якобс подумал, что с ним разговаривают как с дебилом, а цветок подумал, что он уже больше не выдержит, и лучше всего в ближайшие минуты покончить с собой. Что за цветы-сиуцидники пошли… — Конечно, только я…- но Карла перебили. — Значит вы здоровы! В чём ещё проблемы есть? «Зашибись какие у нас психологи классные конечно… Ни чё не могу сказать» — подумал Карл. Как же он хотел сказать это вслух. — Нет, вы не поняли. Я само собой чувствую потребность во сне, но я не могу уснуть… И, — ему снова не дали договорить. — Так что ты сразу не сказал! Это скорее всего уже не бессонница, — Елизавета записала что-то в блокнот, который достала непонятно откуда. — Вам какое снотворное больше нравиться: «Непроснисьин» или «Передозирин»? Карл впервые слышал такие названия. И почему ему не предложили какой-нибудь «Фенобарбитал» или что-то подобное? Ну, что-то, что более-менее известно. — А можно другое? — психолог посмотрела на Карла вопросительным взглядом. — А чем вам эти не нравятся? Это отличные средства на самом деле. Могу на своём опыте сказать. — Елизавете Галоперидоловне явно заплатили, чтобы она выписывала эти средства. — Так, какое ты будешь? Карл пораскинул мозгами. По названию сначала более сносным показалось «Непроснисьин», но вероятность выжить после передозировки выше, чем от средства с подобным названием, поэтому Карл выбрал «Передозирин». Ручка пробежалась по листку бумаги, выводя рецепт на препарат. Потом психолог с шумом вырвала листочек из блокнота и передала Карлу. — Держи. Якобс недоверчиво посмотрел на рецепт, но всё-таки взял. Рассматривая подчерк Елизаветы, он произнёс: — А есть какие-нибудь ограничения или запреты? — Нет, — в этот раз голос её был, к счастью, не наигранный, но такой беспечный. Она им прям выдавала, что ей абсолютно посрать на своих пациентов, — Можете принимать сколько угодно. Хоть пять за раз. Карл сделал недоверчивое лицо и про себя сказал: «Кто в здравом уме в этом мире, захочет за раз выпить пять таблеток снотворного с названием «Передозирин»?» Но, несмотря на свои правильные адекватные мысли, Карл промолчал. Как-никак он не врач, сказать точно не может. Убрав рецепт в карман, он начал ждать следующей фразы от психолога. Но увидев, что она сейчас что-то рисует в блокноте, решил первым прервать тишину и её занятие. — А мы не будем выяснять причину моей бессонницы? Елизавета Галоперидоловна выпрямила спину, закрыла рукой обидный рисунок про Карла и сказала: — Конечно… конечно будем. — Сказала она, будто Карл — пятилетний ребенок — Расскажи поподробнее о своей бессоннице. — Карл на просьбу инстинктивно кивнул. — Ну, в последние недели я либо не могу нормально спать, либо вырубаюсь в абсолютно любом месте. И могу так проспать два-три часа. А люди, которые меня находят, не могут меня разбудить, и… — Все мысли Карла на тему его странного состояния отказывались строиться в пригодные для человеческого понимания предложения. Снова повисла тишина. Но в этот раз она было какой-то нагнетающей. Тишину попыталась разрушить Лиза. — А когда в последний раз случились ваши выпадения? — на этой фразе она стала говорить формальностями. — Выпадения? — Это ваши провалы в сон. — Вот опять она назвала его на вы… Странно. Видимо поняла, что Карл не умственно отсталый… — Хорошо…в последний раз они случались дня четыре назад, если не ошибаюсь. — Карл опять затих. И вот не понятно, из-за чего он так тупит. Из-за того, что ему до сих пор страшен психолог? Или же из-за того, что он просто не спал три дня подряд? — А о чем они были? — Она закрыла и положила блокнот на стол. В её глазах читался вымученный интерес и дикая усталость. Всё таки мне её жалко… — Я не очень хорошо помню, если честно, но там точно был какой-то город призрак…вроде бы он назывался Мизу. И там всё по обстановке напоминало будущее, типа там были всякие никому неизвестные механизмы, да и люди были одеты как в стимпанке… Я помню, что в том городе был какой-то странный человек, его вроде звали Боб, или Ранбоб… И он хотел нас убить ради какой-то книжки… И…это вроде всё; — Карл замолчал. Потом посильнее напряг мозги и вспомнил ещё кое-что. — А нет, там был ещё один персонаж: Дрим, он был что-то типа умершего героя, или божества… Я не помню как он выглядел, но на нем точно была маска со смайликом. — Вот теперь Карл договорил. И его слова про то, что он не очень хорошо помнит «выпадения» были ложью. Он, по крайней мере сейчас, всё прекрасно помнил. Помнил, как его убили ножом, помнил, как на его глазах жестоко убили ещё троих человек. Помнил Дрима. И помнил ещё то, что перед тем как проснуться, записал все подробности сна в книжку. Или он записал их когда только проснулся? Вот этого он уже не помнил. — Я могу сказать точно, вы даже очень хорошо помните подробности сна. И я, кстати, знаю причину ваших выпадений. Ваш мозг просто старается по возможности отключиться и восстановить силы. Вы это уже не контролируйте, И единственное верное решение, чтобы так больше не отключаться, это восстановить режим сна и пить снотворне. — Она опять всё свела к таблеткам… Супер. — Ещё могу посоветовать веси дневник сновидений. Ну, а так все. — Она потянулась к блокноту. Сейчас до Карла окончательно допёрло, что он потратил сорок долларов за ничего. Ведь то, что ему прямо сейчас сказала психолог, он нашёл в инете по самой первой ссылке. Просто прекрасно, блин. Он остался сидеть в кресле, в ожидании ещё чего-нибудь. Но Елизавета укоризненно посмотрела на него и сказала ещё более противной интонацией, чем прежде: «Сеанс окончен». Как можно быть настолько плохим человеком, чтоб взбесить практически святого парня? И нельзя было по нормальному сказать, а не этим пассивно-агрессивным тоном? Нет, всегда надо накрутить немного драмы и интонации старой кассирши Пятёрочки. «Уже?» — подумал про себя Карл, потом взглянул на часы и увидел, что уже пол седьмого. И правда окончен. А по ощущениям будто пяти минут прошло…самых мучительных в его жизни пяти минут. Карл встал с кресла, зачем-то отряхнул джинсы, сказал спасибо, и вышел из кабинета. Он с облегчением вздохнул, когда перед глазами опят возник мрачный холл с труповатой администраторшей. Её голова уже была откинута назад и смотрела в потолок. А её кисти уже больше ничего не печатали. Карл подошёл к ней поближе. Глаза администраторши смотрелись ещё более безжизненно. Плюс, ещё большей труповатоси прибавлял приоткрытый рот, который можно было сравнить с черной бездной. Карл посмотрел на монитор. На нем был синий экран смерти с ошибкой 404. Видимо, жизнь администраторши настолько была связана с работой, что она умерла тогда же, когда умер компьютер.

***

Было поздно, часа три ночи. За окном был типичный начало-апрельский дождь. И этот дождь, на пару с вырубленным электричеством, так дополнял атмосферу одиночества, отчаяния и тревоги. Прям ничего лучше нельзя было сыскать! Карл сидел один, закутавшись в одеяло и, как человек с каким-то шизоидным расстройством, качался вперёд назад, бормоча что-то себе под нос. Как назло, именно в этот день у Сапнапа ночная смена, и Карл не может взять разбудить его, а потом на протяжении двух часов сидеть и обнимать его, прося посмотреть в окно на наличие той страшной херни. И как назло, именно в эту чертову ночь произошла какай-то страшная паранормальная хрень, которую Карл никак не мог логически объяснить. Хотя вру, мог. Он увидел ту страшную хуйню, когда собирался закрыть окно. И когда он заметил её, то не побежал на кровать, прятаться под одеяло, а остался на месте, будто пленённый маской. Он тогда с каким-то восторгом рассматривал зелёный плащ существа с золотыми, красиво отсвечивающими узорами, потом рассматривал его странное гуманоидное тело, которое будто растянули в Фотошопе. Но особенность этого тела было не только в росте под два с половинной метра, а в абсолютно черной коже, которую будто надели на скелет. Но всё-таки красивее всего, и одновременно страннее всего, была маска с символом XD, который тоже был написан золотой краской. Карл рассматривал это существо минуту, может две, пока оно не разрушило, предположительно, зрительный контакт, и не начало двигаться ближе к его дому. В тот момент Карл сорвался с места и побежал на кровать, предварительно накрывшись одеялом. И сейчас он сидит и не понимает, галлюцинация ли это была, как тот человек с маской-смайликом, или же реальное существо. И сейчас он сидит и не понимает, звонить ему в полицию или в психиатрическую лечебницу. Хотя насчёт полиции… Если она и ответит на вызов, то скорее всего пошлёт Карла на три весёлых буквы, как раньше, ведь так называемые «защитники порядка» в Ламамбурге каждую минуту заняты борьбой с «преступностью». Хотя, чисто теоретически, это можно назвать правдой, если борьбой с преступностью является потреблением шавухи с пивом и просмотром телешоу «Пусть говорят». Карл не знал, что делать. И в моменты, когда он не знает, что делать, он тянется за телефоном и гуглит. Одним словом, он на эмоциях и с трясущимися руками забил в поисковую строку такой заголовок: «что это за странная хуйя под моим окном с маской на которой нарисовано XD?» И к его удивлению, ему выдались целые статьи про существо, которое в сети все звали XD. Карл перешёл на самую первую, и ему открылся пост в твиттере. Заголовок этого поста был примерно таким: «ЧтО ЭтО За СтРаНнОе СуЩеСтВо В НАШЕМ (красным шрифтом) ЛеСу?????!!!», ну а после шло постановочное фото в плохом качестве, где человек, нацепивший на себя маску, типа летал. И самое комичное было то, что создатели этой фотки даже не удосужились закрасить тросы. Карл спустился ниже в комментарии. И хоть фотография уже почти год висит в сети, под ней до сих пор бушуют срачи на тему есть ли это существо, что кажется крайне глупым. Карл вышел с твиттера и перешёл на другой сайт, на который даже нормально не смог зайти, ведь вездесущая реклама просто не хотела открывать обзор на текст. Поэтому он перешёл по другой ссылке, потом по третьей и так далее, и так далее. Паника ушла сама собой, когда он начитался скептиков, которые просто в пух и прах разбомбили легенду и теорию про XD (какое же всё-таки тупое название), и поэтому Карл решил снова подойти к окну и смириться с тем, что он сходит с ума. Но то странное существо никуда не пропало. И Карлу пришлось повременить с участью сумасшедшего. Существо стояло прям у него под окном и, подняв голову вверх, посмотрело на него. Карла опять будто что-то пленило. Его мозг требовал от тела бега до кровати, но его никто не слушал. Эта херня положила свою тощую руку на маску, и медленно начала стягивать ее с лица. Первые два сантиметра предполагаемой головы были абсолютно черными, такими же черными были следующие два сантиметра. Очертания головы не было видно, и вообще казалось, будто за маской — пустота. Стал виднеться глаз существа, который, словно белая ворона, выделялся на фоне свей этой черноты. Радужка была изумрудно зелёной, а вот зрачка не было. И в склере, даже из далека и при темном освещении, можно было разглядеть лопнувшие ярко-красным сосуды. Но Карл так и не узнает сегодня, как полностью выглядит лицо этого создания, ведь его ноги наконец послушались мозга, и добежали до кровати, а руки укрыли всё тело одеялом. В этот раз сердце стучало ещё сильнее, ещё громче. Руки снова начали трястись. Тело обливалось литрами пота. А идея позвонить в полицию уже не показалось такой бредовой. Сознание отказывалось думать. Хотя оно думало, но не здраво. Карл высунул руки из-под одеяла, схватил телефон, и не медля ни секунды, всунул руку обратно. Он открыл последнюю ссылку. Она снова перекинула его на пост в твиттере. Заголовка большими буквами, как у всех предыдущих статей, не было, и всё выглядело достаточно невзрачно. Карл промотал ниже и увидел там уже другую фотографию, которая в отличии той первой, что Карл сегодня видел, выглядела реалистично, ну или по крайней мере как умелый фотошоп. На ней было то существо, которое прям сейчас стоит у Карла под окном. Только вот на фото у существа буквально не было тела, а только плащ, который висел как мусорный пакет с бантиком там, где должно было быть горло. Но несмотря на это, Карл был уверен, что это — то же существо. Ну, так по крайней мере можно было подумать по одинаковым узорам на плаще и одинаковой маске. Какое же хорошее зрение у Карла, прям завидую. Но был один огромный минус у фотографии. Существо на ней было размыто. Хотя нет…оно будто телепортировалось. Карл промотал к началу статьи. Первым, что привлекло его внимание, была дата публикации. Пост был выложен всего лишь неделю назад, то есть 31-го марта. Совсем недавно, если так подумать. И от этого мысль о том, что это абсолютно разные создания, ушла в никуда. Карл ещё немного порассматривал фотографию, и наконец принялся читать пост. Вдруг хоть он даст хоть какую-то полезную информацию NotFound. 31.04. 21 Неделю назад я встретил в лесу при Ламамбурге существо под название XD. Я его выследил по странному жужжанию и приятной мелодии, исходившей от него. У этого существа, как я понял, нет тела. Когда я попытался его сфоткать, оно телепортировалось куда-то, или же вообще исчезло. На фотографии как раз запечатлён это момент. В будущем я сделаю более развёрнутую статью про это. И скорее всего, опять пойду в лес. Но про последнее не обещаю. Пост не дал никакого ответа на самый главный вопрос: что эта херня под окном от Карла хочет, и что вообще с ней делать, он лишь дал больше поводов на истерику, ведь теперь Карл точно был уверен, что он, к сожалению, не сошёл с ума. Карл, находясь в приступе истерического смеха, который на самом деле сочетал в себе страх и отчаяние, перешёл на страничку этого человека. Там было много всяких разных постов про продажность ламамбурдского правительства, инопланетян, паранормалную активность в Ламамбурге. И на первый взгляд, можно было подумать, что это очередной аккаунт РЕН ТВ, который решил замаскироваться под что-то модное и молодёжное, но если упустить те посты про инопланетян пятилетней давности, за которые, скорее всего создателю было очень- очень стыдно, то всё остальное было достаточно правдоподобно и приправлено доказательствами. Плюс, Карл сам был согласен с теорией про правительство Ламамбурга. Карл ещё раз пробежался глазами по аккаунту, и перешёл во вкладку «сообщения». Ему пришла гениальная идея написать человеку про ту странную хрень под окном. Он стал трясущимися от страха рука набирать сообщение. И как же хорошо, что он так и не отключил Т9. Karl jacobs Прямо сейчас это существо стоит у меня под домом, и видимо чего-то от меня хочет, ведь каждый раз что я подхожу оно сморит мне прям в глаза, хотя точно это я сказать не могу. Он отправил сообщение. И перечитав его, сразу же удалил, ведь он поймал дикий, если говорить по модному, кринж от написанного. Карл был даже уверен, что если бы он не удалил сообщение, то его бы внесли в чёрный список. Он принялся перепечатывать сообщение менее сумбурно и более адекватно. И он, из-за того, что поставил себе цель не писать про что-то дико странное, решил написать только про «выпадения», как их называет психолог. И только косвенно, не углубляясь, упомянул смайлики, которые сопровождают его на протяжении месяца. Ну и про его дневник снов, который он уже не помнит сколько ведёт. И по моему мнению, Карл сейчас ступил.