Любовные поэмы на празднике Ветряных Цветов

Весело.       Он бегал рядом, развлекаясь и спотыкаясь из-за камней, но совершенно не обращая на это внимания. Друг бежит впереди, смеясь. День прекрасный. Даже солнце немного выглядывает из-за облаков. Небо пасмурное, но это не мешает. Наконец, он догоняет и дружески толкает его в спину, и он падает, но мягкая трава смягчает его падение. И упавший тянет его за собой, и тот случайно нависает над ним. Они вновь смеются. И обнимаются, крепко хватая друг друга за плечи и спину.       Если вы поняли, этими парнями были Рэйзор и Беннет. Всё было просто прекрасно. Просто невероятно. Настолько, что даже не верится, особенно с удачей Беннета. Рэйзор быстро дышал, обнимая обеими руками пояс парня и смотрел на небо. Пустое, но мирное небо. Он был счастлив и искатель приключений тоже был счастлив. По другому их не описать. Беннет привстал и отправился за цветками сесилии, оставив волчонка ждать. А когда пришёл, он положил голову Рэйзора, чтобы тот наблюдал и стал плести венок. Руки все в соке цветов и плетение не шибко ровное, но всё сделано с любовью. Он надел на него венец и Рэйзор улыбнулся. И… он поцеловал его в щёку? Что ж, очень мило. А Беннет словно не удивился этому и чмокнул его в ответ. Они вели себя как пара в конфетно-букетном периоде, которые в нём достаточно долго.       Но недолго счастье продлилось. И пошёл противный дождь, который заставил землю пропахнуть сыростью и намочить траву. Неподалёку ударила молния. Беннет позвал Рэйзора, чтобы спрятаться под навес их палатки, но не смог. Просто не смог. Голос как будто сорвался или просто удача Беннета покинула навсегда, и он родился немым. Или он позвал, но волчонок не услышал. Он все отдалялся и отдалялся. А Беннету почему-то становилось всё хуже и хуже. Голова стала кружиться, очень сильно болеть, а в глазах плыть. Ох, в ушах звенит чей-то голос… Э? Это Рэйзор? Он заметил, что Беннета нет и вернулся за ним? Ах, как жаль, но он уже начал отключаться и теперь не слышал уже он. А тело кололо и тяготило, словно в вены залили свинец. «Кха-кха!» — кашель и кровь. Кровь выхаркивается на руки, уголки губ и… что? загорается? что за бред? Загорается очень ярко, а потом затухает и исчезает. «Что это… означает?» — подумал Беннет перед тем как упасть в обморок.

***

      Парень проснулся весь в холодном поту. Ну, было чётко понятно что это сон, достаточно жуткий сон. Но Беннет поверил почти всему, что там происходило. И поцелуям и объятьям. Он понимал, что сейчас его должно волновать кое-что другое, например на то, что он харкал загорающейся кровью но-о-о… Его сознание разделилось на две части: на жутко влюблённую, которая вся дрожала от столь реалистичных ощущений, и на ту, которая была в ужасе от данного кошмара. И не понятно, какая из них сейчас доминирует. Был бы это обычный день, то Беннет даже не зацикливался — кошмары ему снятся постоянно и были похуже этого. Однако парень чувствовал всем нутром, что этот сон вещий. Возможно, он сам себя обманывает, да вот только он слишком в это верит.       Он видел кровь на себе. И достаточно часто для неудачливого путешественника, словно она всегда с перерывами текла с него. Однако он никогда её не выкашливал… Впрочем, сон, а точнее кошмар, был необычным. И что самое противное, привкус крови остался на языке и где-то в глотке. Ну вот почему всегда так? Были прекрасные деньки, ничего не внушало беды, так тут такое. Но опять же, наверняка он просто себя накручивает.       Беннет торопливо встаёт с кровати и быстро одевается. Прилетает на кухню и достаёт из своеобразного шкафа мешочек с небольшой кучкой моры. Там где-то пять тысяч, что хватит на завтрак. Торопился он того, чтобы быстрее отойти от кошмара. Парень всегда так делает, но навязчивое чувство никак не уходило. Будто что-то непрерывно следует по его следам, наступая прям на пятки. В реальной жизни он бы убежал куда глаза глядят или сразился с этим что-то с глазу на глаз… Но с кем сражаться? От чего убегать? Неясно. Искатель приключений выскочил из дома и побежал к Саре, когда там уже рассосалась толпа. Он заказал пару шашлычков и один рыбацкий бутерброд, и стал есть, сидя за столиком неподалёку, вкушая каждый укус. По улице ходили привычные лица с небольшой сонливостью, изредка зевая и кивая друг другу в знак приветствия. Стояла пасмурная погода, солнышко выглядывало из-за серых облаков на долю секунды и тут же скрывалось обратно. В воздухе витал холодок, что немного странно после так долго стоявшей жары. Но, впрочем, это было к лучшему. Беннет продолжил разглядывать проходящих мондштантцев и краем глаза заметил Анхен. Она шла насупившись и разглядывая что-то мелкое в руках, и это что-то было очень похоже на плоское серебряное кольцо.       — Анхен! — крикнул ей Беннет и та от неожиданности чуть не выронила кольцо, спрятав его во внутренний карман зелёной накидки.       — Привет, Беннет, — её голос показался тихим и хриплым, и, возможно, сонным, — Прости, не выспалась просто.       — Та я сам сегодня плохо спал.       — Из-за чего? — поинтерисовалась девушка.       — Кошмар снился…       — Понятно, а что у тебя там с поэзией?       — Отлично! — радостно вскрикнул Беннет, словно не он сейчас судорожно вспоминал то что видел, — Учитель Венти очень хорош в своём деле, и завтра у нас будет повторный урок. Я с Рэйзором вчера делал домашнее задание.       — С Рэйзором? Он за компанию? — перебила его Анхен.       — Эм… Нет, он тоже захотел попробовать себя в поэзии. На самом деле теперь мне будет тяжелее скрывать свои намерения, ибо одно неверное движение и весь Мондштант об этом узнает.       — Понимаю, у меня такое же ощущение про меня и Таю. Я больше всего боюсь её реакции, ты, наверное, тоже боишься реакции Рэйзора, — Беннет кивнул, — Если бы не их реакция, мы бы признались уже давно. Так ведь?       — Ты права, — вновь согласился парень, доедая свой завтрак, — Кстати, не хочешь сходить со мной проветриться?       — Прости, Беннет, но я не могу. У меня сегодня встреча с капитаном Кэйей, ну, точнее, он об этом не знает. Я просто слышала, что он мастер флирта, поэтому хочу подловить его сегодня в таверне или где-нибудь ещё и попросить совета, — девушка нервно перебирала пальцы и смотрела куда-то в сторону.       — Ааа, — протянул он, — тогда ясно. Удачи тебе, хе-хе. Произнеся последнюю фразу, искатель приключений неловко засмеялся, понимая, как это странно звучит с его стороны. Анхен же поняла его смущение и заулыбалась, стараясь подавить несуразную атмосферу. Та всё ещё смотрела куда-то в сторону, иногда перенося взгляд на свои ботинки, а руки со стола на свои две туго заплетённые косы.       — Ну почему тебе тогда не позвать Рэйзора? — скомкано спросила девушка.       — Ээээ… нет, не могу… Тем более он сегодня чем-то занят, не хочу его тревожить попусту.       — Понятно, — коротко сказала Анхен и встала, когда заметила каштановую макушку на другом конце улицы. Вроде это был Шанн, брат Таи. Наверное, она надеялась что он ей чем-то подсадит, например, сказал, что она любит больше всего, — тогда бывай. Будь осторожен, до встречи!       — Пока! Девушка отдалилась и направилась в сторону парниши, стуча подошвой на всю улицу. Беннет же недолго остался смотреть ей в след, а после встал со стула и поблагодарил Сару за вкусную еду. У него всё было готово и тот направился в путь, разглядывая уже такие привычные пейзажи.

***

      Пока-что всё шло хорошо. Ветер проникал глубоко в лёгкие, и Беннет таким образом пытался выветрить из себя навязчивые чувства. Ну и просто запах хвои и других роскошных деревьев, ветки которых слегка доставали до макушки парня, какие раньше он мог достать только рукой. Сколько же воды утекло с тех самых времён, когда искатель приключений был простым и всё, что для него нужно было — хорошее приключение и сундук с небольшой горсткой моры. Хотя, не так уж много и поменялось. Разве что ко всему этому ещё добавились докучливые мысли о влюблённости, да и другие подростковые проблемы. Казалось, что же может пойти не так у такого добродушного юнца? Хах, мы говорим о Беннете — у него всегда может что-то произойти не в его пользу.       Он заходил всё дальше, пока не забрёл в самую гущу леса. Возможно это был каньон Светлой Короны, но ветки закрыли и так редкое солнце, и лес чудился бесконечным лабиринтом острых веток и торчащих корней. Где-то рядом хрюкал кабан, однако Беннету он был неинтересен. Парень вышел на поляну, где в её середине были какие-то старые развалины. Даже деревья стояли поодаль. «Может тут где-то лагерь хиличурлов?» — промелькнула короткая мысль в голове и тут же затерялась во множестве других. Искатель приключений прошёл до середины поляны и огляделся. Тихо. Слишком тихо, настолько, что парню стало некомфортно.       — Что? Что за… Ох, он что-то заметил. Большое. Очень большое. И оно движется. Этим что-то, как распознал Беннет по звукам, был страж руин. Противный тип, один из тех, с кем даже такой отважный юноша не захочет встречаться.       Беннет вытянул меч, становясь в боевую позу. Он хорошо знал каждую его атаку. Страж руин встал, сделал поворот своим туловищем и издал предупреждающий звук. О нет, это ракеты. Капелька пота появилась на виске, парень подождал, пока враг выпустит ракеты. Вот они совсем рядом. Кувырок в сторону, не столь удачный, задело ногу, но терпимо. Не впервые. Но почему-то эти ракеты были мощнее, чем обычно. Беннет насторожился, сердце нервно стучало в груди. Страж выпрямился и направился прямо к нему, ступая тяжелыми железными ногами. Парень сделал рывок и ударил по ногам, огибая их необъятным пламенем. Результата, как показалось, это не дало, и автоматон замахнулся. «Итак, два удара и прыжок!» — пролетело в голове. Раз… Два…Три?!       Беннету крупно и очень больно прилетело по голове железным кулаком. Он отлетел на пару метров и потёр ушибленное место. Ох, снова будет шишка… Не успел парень подумать, как на него летел робот. Он не смог отползти на нужное расстояние. Его снова пришибло. Что-то треснуло. Оу, нет… Он сломал ногу. Боль растеклась по всей ноге и она была такая сильная, что захотелось закричать. Но Беннет подавил это желание, захрипел и схватился за больной участок. Отлетел на большую дистанцию, пройдёт некоторое время, когда страж руин успеет к нему подойти. Хлопок. Беннет встал, опираясь на целую ногу. Он ещё не собирался сдаваться. Однако, автоматон так не думал, если он вообще может думать. И он стал крутиться. Сердце на секунду замерло. Тело задрожало. Он просто не успеет отскочить. «Он же должен был прыжок после хлопка!» Это был какой-то странный страж руин. Беннет это заметил только когда подошёл к нему. Огромный размер, какие-то шипы на руках и какой-то другой глаз. Автоматон стал крутиться сильнее и быстрее, а из его глаза на спине вылетели другие маленькие механизмы, которые парень никогда раньше не видел. Те же в свою очередь подлетели к Беннету ближе и стали жутко раздражать, мешать сконцентрировать внимание на битве. Беннет понял, что самое время бежать. Он постарался убежать, прихрамывая на одну ногу… И, как назло, вновь упал, взвывая от невыносимой боли. Те самые механизмы летали теперь уже возле сломанной ноги и резали её своими маленькими крылышками. Алая, как глаз бога, кровь брызнула из неё и потекла, капая на смятую траву. Щипало, болело и пульсировало всё то место, где остались ранки. Робот всё больше и больше приближался. Но остановился и снова замахнулся… «Вот чёрт!» — выругался про себя Беннет, перед тем, как боль от удара вдарила в голову, и парень упал в обморок.

***

      Больничная койка и запах каких-то медикаментов. Не все раны лечатся силой гидро элементов, поэтому лекарства тоже нужны, и они лежали неподалёку от белой кровати на каталке. Рядом с постелью сидел миловидной внешности парень: каштановые, чутка волнистые, волосы, серые с голубым отливом глаза, и бинты, покрывающие большую часть тела, но это не столь важно, так как он сжал руки и громко цокнул языком. Ожоги сильно болели. Эти парнем был раньше упомянутый Шанн — младший брат Таисии Бруннер. Он возвращался с миссии, с тяжёлыми ожогами и именно тогда заметил лежащую на земле безжизненную фигуру искателя приключений. Шанн хоть и кажется очень противным молодым человеком, но в беде человека оставить он не мог. И притащил на спине Беннета в церковь. Сейчас он лежал на той самой белой койке и просто спал. Раны были слишком тяжелы даже для него. Для парня, который чуть ли не каждый день приходит к Барбаре и просит подлечить, неловко потирая ушибленное место.       Когда Барбара и в тот момент находящаяся Ноэлль увидели их, то, как показалось Шанну, в их глазах был настоящий ужас. Вот только непонятно от чего: от кровоточащих ран на теле Беннета, или от ужасных ожогов Шанна. Но он так и не выяснил этого, потому что упал в обморок. Возились с ними достаточно долго, что с того момента, когда парень приполз к ним, прошло часов так шесть… Он чихнул. Слишком сильный запах мази, покрывающий его тело, вбивался в нос.        — Будь здоров. В комнату зашла Барбара с подносом в руках. Вид у неё был уставший и немного измученный.        — Почему ты не в кровати? — спросила она, нахмуриваясь, — Твои ожоги еще не зажили!        — Знаю, знаю… — пробубнел Шанн, — Но я не могу просто так лежать и ничего не делать!        — Я заметила. Вон смотри, лежит перед тобой такой же неугомонный. Парню семнадцать лет, а энтузиазм никак не спал. Я, конечно, — девушка села рядом на кровать, перед этим поставив поднос с ужином на тумбочку, — не осуждаю, наоборот, сама бы хотела так пойти и найти приключение, но всё же нужно в меру!       Барбара тяжко вздохнула и посмотрела на парнишку, который спокойно лежал на спине под капельницей, трубочки которой шли от пузырька с лекарством. Беннет равномерно дышал и абсолютно не дёргался, чем несколько часов назад, когда у него нервно подрагивал палец и верхнее веко. А ещё Беннету повезло (и одновременно нет), что у него вены достаточно хорошо видны и проблем, чтобы ввести лекарство в организм не было. Правда, пришлось повозиться с некоторыми ранами, которые трудно было бинтовать, но всё обошлось и на том спасибо. Как однажды сказал сам Беннет или Барбаре или Люмин — «Неудача обходит меня только тогда, когда я сплю!». Парень сильно закашлялся. Шанн сгорбился и мучительно кашлял, хоть и пытался скрыть гримасу боли.       — Ляг на кровать, ты ещё не восстановился, — устало указала Барбара, сминая подол своего платья. Её эта возня с двумя больными в критическом состоянии сильно вымотала, и она очень сильно хотела оставить двоих парней на других сестёр. Она уже достаточно им помогла и они в стабильном состоянии.       — Хорошо, — не стал противиться Шанн и улёгся на кровать, стараясь расслабить все мышцы.       — Отлично, ну тогда я… Её перебил кашель, но уже не Шанна, а Беннета.       Он открыл глаза и тут же закрыл их от яркого света. Поёжился, покряхтел и вздрогнул от слишком неожиданно появившейся руки певицы на своем плече. Беннет выглядел немного напуганным, что выдавали его дрожащие ладони.       — Беннет! — одновременно вскрикнули они, и Шанн перешёл в сидячее положение, — Ты как? Всё хорошо? Ничего не болит? — дальше продолжала уже Барбара и она старалась как можно спокойнее говорить, без повышенного тона, но у неё получалось не шибко хорошо. Тот удивлённо поморгал и заторможено кивнул. Он присел, бегло осмотрелся и заметив бинты по всему телу, заметно погрустнел.       — Прости, Барбара, — проговорил парень, потирая шею, — Я опять доставил тебе столько забот…       — Можешь не извиняться, это моя работа! — горько проговорила она и в порыве чувств, обняла его за шею, — Я так рада, что ты жив… Как себя чувствуешь? Недолго думая, он ответил:       — Будто мне сломали все кости, а остатки вытрясли из меня.       — Эээ, — не зная как реагировать на такой пессимистичный ответ, девушка забегала глазами по комнате, — Ну… Еще недельку-две походишь и всё заживёт, будешь как новенький. Барбара аккуратно погладила его по спине и отпустила, всё ещё продолжая держать за плечи.       — Как я тут оказался? Я же вроде в самую глушь зашёл… — удивлённо спросил блондин.       — Тебя принёс Шанн, ты, наверное, его знаешь. Однако он тоже был в не самом лучшем состоянии, я даже не знаю чьи раны были хуже или труднее. И как бы я его не расспрашивала, он не хочет рассказывать, как оказался рядом с тобой! — после этих слов певица развела руками, а Шанн смущенно нахмурился и отвернулся от них, — Я не хочу тебя сильно нагружать вопросами, но как ты вообще смог такие ранения получить? Он замешкался с ответом.       — Я решил развеяться после ночного кошмара, решил пойти прогуляться и набрёл на какого-то странного стража руин, который меня… побил.       — Ах! В тех местах ходит активированный страж руин?! Это ужасно! Надо будет сказать об этом рыцарям Ордо Фавониус или магистру Джинн! — вскрикнула Барбара, сцепив ладони в замок, — Ну, теперь всё понятно. Шанн, может быть и ты на него наткнулся?       — Нет, не встречался с ним, — сухо ответил парень, — Я увидел Беннета когда он уже подрался с этой махиной. К слову, когда я там был, я не заметил никакого автоматона. Только выжженная и мятая трава.       — Ещё хуже… Он сбежал. Что же теперь делать?       — Ты не должна об этом беспокоиться. Этим займётся Ордо Фавониус.       — Эх… Ты прав, Шанн, — согласилась девушка, — Но мне всё равно как-то не по се… Э? Беннет, всё в порядке? Она остановилась, как только заметила, что Беннет панические осматривает свои карманы и в особенности какую-то верёвочку на ремне. Он посмотрел на неё и с выражением лица, которое описывает полное отчаяние:       — А где мой… Глаз Бога? В комнате повисла напрягающая тишина. Тихий стук часов, завывание ветра за окном. Глаза Барбары округлились и выражали непонимание, а сама она нервно задрожала.       — Всмысле… Он же всегда был с тобой…       — Да, это так, но его нет! Вот доказательство! — он показал неровно обрезанную верёвку, а после и вовсе вытащил её, чтобы лучше рассмотреть.       — О Святой Барбатос, такого ещё никогда не случалось! Может быть ты его обронил во время битвы?       — Я постоянно его использовал, я не мог его обронить раньше времени! — нервно ответил Беннет, одной рукой хватаясь за волосы.       — Не волнуйся, Беннет, — подал голос Шанн, — Его обязательно найдут. Я слышал, что там уже шарят рыцари Фавониуса, поэтому обязательно что-то да найдут. Беннета это не успокоило, а только сильнее взволновало, ибо ему казалось, что что-то в этом есть. Странного. Даже несмотря на все свои неудачные приключения с раннего детства, никогда такого не было, чтобы та верёвка даже потёрлась. Да, иногда он её менял на более стойкую, чтобы та не перегорела случайно, но разрез был точно не от огня. А как будто ножиком её подрезали. Или чем-то тупым. Да и страж руин был слишком странным. «Как всё запутанно…» — обречённо подумал парень и закрыл своё лицо руками.