365 дней. Грани

Без пяти три часа ночи. Кофе ещё не остыл и горячая струйка дыма поднимается вверх невесомой лентой и тает в воздухе. Пальцы ни в какую не хотят согреваться о керамическую поверхность и до сих пор немеют. - Лампу бы включила, - Алекс плюхнулся на стул напротив и залез в свой телефон. Яркий свет от дисплея неприятно слепил глаза и я отвернулась. Я вампир, мать вашу, летящий на крыльях тьмы. Устала, от чего вздох вышел особенно мученическим. - Весело проводишь время? - спросил, не поднимая голову от экрана. - Обхохочешься, - не спеша сделала глоток и приятное тепло разлилось по телу. Капли с одежды падали на пол и уже образовали небольшую лужицу. Поежилась от холода и снова схватилась за кружку. - Купаться ночью в одежде не самая лучшая твоя затея и кофеин с алкоголем не совместим. - Я с кипяченым молоком пью. - Три бутылки вина, два бокала текилы, полпачки сигарет и пьяная Ева орущая на всю улицу "Смотрите как я умею прыгать дельфинчиком!". Но главное, что молоко кипяченое. Кстати, Арно не подходит для водных процедур, в реке вода грязная. - Я её не пила. Я трезвела. - А, то есть так было задумано... - мужчина встал, вальяжно потянулся и начал рыться в кухонном шкафчике, но не нашёл ничего подходящего. Он упёр руки в бока и уставился в холодильник. - Ты бы хоть оделся. - Чего ты там не видела? Всё видела. Но это не повод разгуливать передо мной в одних трусах. Я себе такого не позволяю. - Когда поедешь в Рим? - Завтра. - Я это уже неделю слышу, - Алекс захлопнул дверцу и забрал пачку сигарет, к которой я протянула руку. - Так давай со мной. - Не могу. - Почему? Что за дела ты мутишь? - я искоса кидала взгляд на то, как он закурил. А говорит, что из-за меня вся квартира пропахла. - Меньше знаешь лучше спишь. Я и так почти не сплю, висну на грани между сном и реальностью, а когда всё же удаётся забыться, то видения возвращают меня на Сицилию. А это ещё страшнее. Три недели прошло, но до сих пор не отпускает, давит в груди при каждом воспоминании и заставляет ненавидеть себя ещё больше. Запивать чувства алкоголем здоровья больше не осталось, за прошедшие дни англичанин дважды вытаскивал меня из клубов, где я танцевала на столиках и раз даже влезла в драку. С кем в упор не помню, но плечо потом знатно саднило. - Я не хочу одна, - взмолилась и через секунду оказалась приобнятой сзади. Так хорошо, спокойно, только что-то не так. Что-то не то. - Марии как раз нужно в офис, отправитесь вместе, - мужчина поцеловал меня в затылок и вышел, а я так и осталась сидеть на тёмной кухне. Лунная дорожка ложилась сквозь невесомые шторы, закрывающие выход на небольшой балкончик. Да, Алекс был прав, квартирка в моем вкусе. Белая, просторная, хоть в футбол играй, с огромным количеством окон выходящих на центр города, через которые днём льётся ослепительный солнечный свет, забитая под самый сводчатый потолок с деревянными балками стеллажами с книгами и антиквариатом. Уж не знаю, у кого он такую снял, но сумма вышла явно астрономическая, с учётом расположения. В гостиной стоял только один диван и огромный домашний кинотеатр во всю стену. Мы часто играли на нем в видеоигры и когда мне удавалось победить, то Алекс в отместку за это лупил меня подушкой со всей дури, мать его. Но я ему за это отомстила — впихнула в баночку с шампунью оттеночный бальзам и он два дня ходил с лиловой шевелюрой и не разговаривал со мной. Мария по приезду хохотала так, что чуть живот не надорвала. Но в целом, я была до безумия благодарна ему, что он как всегда оставался рядом, не задавал лишних вопросов и мы обошлись без слов "я же предупреждал". На моё желание снять отдельную квартиру, он каждый раз приводил один весомый довод: у него много комнат, а вместе нам веселее. Пожалуй, он был прав, потому что каждый раз, когда я отказывалась одна, охватывало дикое чувство тоски. Даже покупать новую одежду мы отправились вместе с его подружкой и, конечно, ужрались в хлам и попали в полицию. Тут мне и пригодился паспорт на имя Бьянки иначе, как у иностранки, пусть и с видом на жительство, могли бы быть крупные проблемы. Мои чешские документы пылились в шкафу в спальне в одной полке с нижним бельём. Там им и место. О прошлой жизни напоминала только восстановленная старая кредитка, потому что пользоваться средствами, что мне так благосклонно подарили на День рождения желания не было никакого. Алекс деактивировал имплантат и достал его, встретив меня ещё на подъезде к Флоренции, когда я позвонила ему по дороге. Только в тот момент я смогла вздохнуть спокойно, потому что о новом убежище англичанина Торричелли не знал и это давало надежду на то, что он не найдёт меня и не проломит башку за всё, что я со злости наговорила. Чёрт, я стреляла в него. А если бы попала? А если бы убила? Нет, пусть живёт, найдёт себе кого-нибудь или к бывшей вернётся, только меня не трогает. Как бы не обстояли дела на самом деле, а я, подумав, решила, что настоящего расклада не знаю, но он отпустил. "Пошла вон". Это было всё, чего я достойна. Мы с Алексом потратили два дня на просмотр фото всех известных предпринимателей, банкиров, бандитов и кого только ещё возможно, но не нашли даже близко похожего на седого человека. Пришлось и снимки с афтепати изучать, к моему удивлению, о происшествии на нем не было упоминаний. Замяли, кто бы сомневался... Зато попался кадр, на котором запечатлена пара, входящая в зал: баснословно богатый и успешный бизнесмен со своей спутницей. У меня сердце в пятки ушло, когда я увидела нас вместе. Боль предательски выдали глаза и англичанин долго вытирал слезы и пытался впихнуть в меня кусок вишнёвого пирога, вымазав майку. Мне надоело предаваться воспоминаниям и я встала со стула, стягивая по дороге вещи, и направилась в душ. Проходя мимо первой спальни, услышала стоны Марии и задорный смех блондина, за что влепила себе в лоб ладонью и закрыла уши руками. Меня лихорадочно ломало без секса, намного сильнее чем раньше во время длительных воздержаний. В этот раз состояние походило на болезнь, я часто просыпалась от того, что организм был уже на грани от картинок, что подсовывало подсознание. Его руки на моей коже, вкус слюны на губах, чуть заметный аромат духов. Я сходила с ума. Или уже сошла. Окончательно. И каждый раз презирала себя все больше за наивную слабость. Знала, что ничего не выйдет и трезвой головой окунулась в эти недолгие, убившие меня отношения. Зашла в свою комнату и прикрыла дверь, сон, на удивление, свалил быстро. Я проснулась и закинула руку на мускулистое тело, прижалась носом к его шее и обняла крепче. Я так скучала. Ты рядом. Мелодия с гостиной стала ещё громче, вот, что меня разбудило. Я открыла глаза и увидела, что одна в постели. Это было просто видение. Очередная пытка. - У тебя снова румянец, вибратор подарить? - надо мной стояла Мария, сложив руки на груди и давя весёлую улыбку. Я покачала головой, что ещё не отошла от похмелья, а она продолжила, - Поднимай свою пятую точку, мы в столицу возвращаемся. Ещё костюм купить нужно, не завалишься же ты в офис в шортах с кроссовками. - Воды, - у меня в горле настолько пересохло, что готова была пить из лужи. - Стакан на тумбочке. И ещё, - бросила уже в пороге, - Будешь орать и скулить во сне — мы с котиком к тебе в постельку завалимся, не отвертишься. - Иди давай, извращенка. Три часа блуждания по магазинам, посещение салона красоты, выжатая как лимон я и весёлая Мария с новой укладкой сидим в скоростном поезде, мчащим на всех порах на главный римский вокзал Термини. Я всеми мыслимыми путями избегала этой поездки после недавних событий, но при звонке в офис мне отказались предоставить имеющуюся у них информацию, предложив прибыть лично. Очень не хотелось встречи с руководством после моего провала на Сицилии, но выбора не было. С вокзала до главного офиса Либерты мы добрались на такси. Я открыла дверцу и вышла на улицу, окинув взглядом стеклянную высотку. В прошлый раз я уезжала отсюда в середине мая, а уже начало октября. Как же это было давно. Мы прошли через фойе, где моя спутница в коротком платье от Армани, приветливо здоровалась со своими знакомыми, а я застыла, засунув руки в карманы белого брючного костюма этого же дизайнера и молчала, надеясь, что как можно скорее смогу покончить с неприятной встречей и вернуться под свое одеялко. - Какие люди, - с лифта вышел один из главных редакторов газеты, которого все за глаза называли просто Арман. Он раскинул руки и обнял меня, - Прекрасно выглядишь. Каникулы пошли тебе на пользу. Я недовольно хмыкнула под нос, поражаясь его неприкрытой лести, ведь три недели кутежа не могли не отразиться на лице неизгладимым пятном. Он повёл меня за собой и я потеряла Марию из виду. Из кабинета на самом верхнем этаже открывался поразительный вид на великий город. Где-то на горизонте виднелся колизей, утопающий в лучах вечернего солнца. Я отвернулась от окон и заняла одно из кресел у стола Армана. Он долго изучал меня оценивающим взглядом, мучая ручку в ладони. Первая не выдержала я. - Что за личная информация у вас есть? - Я уже думал, что не увижу тебя, - он откинулся на спинку кожаного кресла и закинул ногу на ногу, - Нашла что-нибудь интересное? - Я больше на вас не работаю. Ближе к теме, у меня плотный график. Да, плотный, есть хочется до невозможности. - Даже так... Твой любовник в курсе, что ты здесь? - У меня нет любовников. И я действительно спешу, - этот разговор утомлял, но показывать свое смятение чужому человеку было бы верхом глупости, поэтому я демонстративно постучала ногтем по столу и улыбнулась, пытаясь принять как можно более расслабленную позу. - Торричелли засветил тебя где только возможно. Вот, - мужчина достал с полки газету и кинул мне. Я и Массимо на дорожке во время показа на Таормине. Блять. Блять. Вот откуда они знают. - Моя постель не ваше дело. Вы для этого меня позвали? - хладнокровно отодвинула номер и удобнее устроилась в кресле, - Что по поводу отца? Арман встал, неторопливо прошёл по комнате и остановился у окна. - Он вернулся к сотрудничеству с газетой тринадцать лет назад и брался за самые скандальные статьи в сфере политики и экономики. С диким остервенением, хочу заметить. Жаль, что таких людей всё меньше, - он бросил на меня разочарованный взгляд и снова занял свое место, - Когда Мария предложила тебя в штат, я даже не сомневался. Ты такая же упрямая как он. И тут мне поступил звонок от бывшего главного редактора с просьбой взять тебя под личную свою опеку и дать дело Никодемо. Которое ты, кстати, провалила с треском. Хорошо хоть на клубы Торричелли успела данные передать. У меня дыхание сперло. Какие клубы? Какие, мать вашу, клубы? Я не копала под него! И тут пришло осознание. Кьяра. Вот что было на том носителе. Компромат. Интересно, он знает? Поэтому он так ко мне отнёсся? Думал, что я с самого начала была засланным агентом? Я сидела, воды в рот набравши, и хотела сдохнуть. Я не собиралась... Я не хотела... - Недавно он звонил мне снова. Говорит, что ты должна приехать к нему. Вот адрес, - Арман просунул листик из блокнота, - Близкий друг твоего отца. Я слышала это впервые. Ни о каких друзьях в Италии отец ни разу не упоминал. - Это можно было сказать и по телефону, - сказала вставая и направилась к выходу. Шпильки звонко цокали по каменному полу. - Подожди. У тебя не осталось бумаг или чего-то ещё от отца? Может быть он что-то тебе передавал? На флешку намекает. Ясно. Значит, они думают, что последняя статья ещё может увидеть мир. Поэтому и требовал личной встречи. Но ариведерчи. Сгорела в огне камина на вилле того, кого ненавижу всем сердцем. Я хлопнула дверью и попыталась как можно скорее покинуть это место, но по дороге встретила всё ту же любовницу Алекса. Она заигрывала с невысоким итальянцем и игриво поправляла свои чёрные волосы, когда увидела меня и, поцеловав его в щеку, бросилась наперерез. - Ну, что? - У тебя машина есть? - На стоянке у дома, а куда нужно? Я протянула ей бумажку и мы вместе вышли на улицу. Девушка без конца тараторила о новом интервью, что ей поручили и вела меня узкой улочкой к своей квартире, что находилась неподалёку. Я слушала её вполуха и думала о том, что такого важного хочет сказать этот человек и почему просил дать мне то сложное и опасное дело. Мы остановились около двери в подъезд в переулке, я обернулась и встретилась глазами с неприметным мужчиной, который сразу же опустил взгляд в землю и прошёл мимо. - Знакомый? - Нет. Показалось, - прошептала одними губами. В чём я была абсолютно уверена так это в том, что видела раньше этого человека. И это было во Флоренции.