Спасибо за годы вместе...

Половина лица перекрыта бинтом. Все тело обмотано в белые ленты. Это до жути бесило. Выводило из себя. Их хотелось содрать, дать коже подышать. Главной причиной ран, кроющихся под плотным слоем бинтов, были попытки суицида. Те, кто работал с ним, знают, что Дазай редко попадался под пули. Парень не хотел умирать от чьей - либо руки. Он хотел умереть от самого себя. Но мало, кто знал, что внутри Осаму давно мертв. Чую никогда не навещали мысли о смерти от самого себя. Если и умереть, то ради Мафии, людей, которые вложили в него все силы и душу. Чуя был готов умереть ради Осаму, лишь бы тот продолжал обнимать его. Всегда, когда Накахара видел, как Дазай пытался вскрыться, повешаться, либо просто "нечаянно" выпасть из окна, он просто валился шатену на грудь. Тот непонимающе смотрел на напарника, но прижимал еще ближе. Чуя был единственным, ради кого Дазай отбрасывал нож. Чуя был единственным, кто мог видеть раны под бинтами Осаму. А сам он был единственным, кто заставлял Чуено сердце сжиматься от боли.

***

Когда Чую только поставили Дазаю, как напарника, они не могли ни минуты продержаться без колких высказываний. Первое время рыжий специально подставлял Осаму под горячую руку напарника, выталкивал на дорогу. А тот лишь весело смеялся, приговаривая, что судьба не сможет лишить его жизни. Позже, они начали разделять раны друг с другом. Если ранили одного, то заденут и второго. Когда у них между собой случались перепалки, они старались доставлять друг другу одинаковую боль. С каждой новой дракой они начали понимать, кто на что способен. Чуя наносит несколько ударов одновременно, а Дазай добивает решающим. Они начали доверять друг другу. Если один замешкается, то второй сделает дело за него. Обговорив план единожды, они знали, что у них все получится. Разговоры были лишними, все решали взгляды. Когда Чуя готов упасть от бессилия, то Дазай его подхватит и улыбнется. Накахара со слезами на глазах наблюдал, как шатен разбивает череп эсперу, который посмел вырубить рыжего. Они стали рычагами друг друга. Если у Осаму не было совести и чувства вины, то Чуя заменил их своими. Дазай крепко сжимал руку напарника, чтобы тот встал на ноги. Рыжий крепко обнимал Осаму, чтобы тот собрался с мыслями и сделал последний рывок. Они стали утешением друг друга. Чуя лежал на койке в госпитале и рыдал от нехватки сил защитить Мафию. Дазай страстно целовал Накахару и предавал ему духа. Даже лежа на диване, они не расцепляли руки. Напарники не хотели разрывать ту связь, что сами создали. Они сплели в клубок свои чувства, страхи и силы. Но какой бы не была их привязанность, они были разные. Осаму всегда хотел чувствовать, как быстро бьется его сердце. Как оно пытается выпрыгнуть из груди, а после остановиться. А Чуя хотел увидеть в безжизненных глазах шатена искру счастья. Он выворачивался наизнанку, лишь бы окровавленная рука Дазая легла на рыжую голову и потрепала волосы. А после миссии они вместе вернулись домой. Накахара будет обрабатывать раны шатена, а тот его целовать. Чуя не успел осознать, когда начал тонуть в коньячных бездонных глазах. Он стал зависим от ледяных ладоней, которые могли принадлежать только одному любимому человеку. Больше никто не смел трепать рыжего по голове, проводить пальцами по ребрам. Никто не смел смотреть на него так, как смотрит на него Осаму. Дазай был готов без вопросов всадить пулю тому, кто посмел поселить в голубых глазах страх. Им не нужно было шептать по ночам признания в любви. Вместо этого они громко стонали имена друг друга. Их чувства выдают поступки. Они стали друг для друга солнцем и луной. Если Чуя проникал своими лучами в темный мир Осаму, то тот затемнял светлое королевство рыжика, напоминая, что у всего есть две стороны. Самыми тяжелыми моментами были расставания. Они оба понимали, что Мори не специально дает им командировки по отдельности. Дазай вынес боссу все мозги по этому поводу, но приказ - есть приказ. Без Чуи у Дазая снова плыло сознание. Хотелось почувствовать, как кровь вытекает из вен, как бледнеют его руки. Конечно, он этого не расскажет. Но Накахара все ровно узнает ровный порез, который умел делать только он. Дазай нашел смысл возвращаться домой целым, а Чуя никогда не отчаиваться. Эти двое дополняли друг друга. Когда он вместе, то остальные исчезали. Не важно, что другие шепчут за спинами. Потом напарники сами встанут позади них с ножом, громко смеясь. Но в Мафии нельзя смеяться. В Мафии нельзя быть искренними. В Мафии нельзя чувствовать. За нарушение правил, будет наказание...

***

Дазай знал, что им не суждено состариться вместе и умереть в один день. И если провести старость они не смогут, то умереть друг за друга всегда готовы . Ради счастья в доме нужно жертвовать. Комнаты должны быть пропитаны счастливыми воспоминаниями. Эти стены помнят, как в них летели тарелки. Как спина Чуи терлась об них, пока Дазай приносил тому удовольствие. Эти потолки помнят, как рыжий стоял на коленях, держа на них голову Осаму. Помнят, как Дазай радостно кружил Накахару на руках, пока тот бил его. Полы помнят, как на них появились новые вещи. Парочка прикупила новый шкаф для их одежды. Помнят, как Чуя грозно ходил по ним, дожидаясь, когда Дазай возьмет трубку. После этого рыжий скатывался по стене вниз, поджимал под себя колени и не уходил с этого места, пока шатен не придет домой. Чуя давно понял, что с таким, как Дазай он получит в скором времени нервный срыв. Времена идут и люди меняются. У суицидника появился друг, с которым он проводил почти каждый вечер в баре, полностью игнорируя Накахару. А под утро возвращался с бутылкой какого - то дорогого вина, в надежде, что парень его простит. Так оно и случалось. Рыжий понял, что Осаму от него отдаляется. Дома он бывает только утром и изредка ночью. Из за этого сердце шляпника не находило себе места. Всегда, когда Дазай говорил, что он с Одасаку, Чуя сжимался. Он с ним, а не рядом. В черном сердце шатена появился новый луч света. Рыжий был рад, что Дазай находит смысл жить все больше и больше, но уже не с ним. А потом второй лучик покинул шатена. Было больно. Будто из Осаму вырвали само сердце и душу. Посиделок в баре больше не было. Но мафиози также не возвращался домой. Дазай пил везде, лишь бы не там, где он был с Одасаку. Каждая дорога в парке напоминала о нем. Каждый ресторан заставлял сердце сжиматься под ребрами. И пока Осаму запивал свое горе, Чуя курил. Курил по три пачки за день. Легкие уже еле как переносили дам, но продолжали работать. В голубых глазах погасла искра надежды. Надежды на утешение. Но они же напарники. Если один сдается, то другой встанет за двоих. Когда Дазай вернулся в квартиру, он не мог сказать Чуе ни слова. Он просто плакал. Плакал, как мальчишка, у которого отобрали игрушку. Но эти слезы заставляли Накахару встать с колен. Он нашел в себе силы понять напарника и вернуть огонек. Только этот огонек все же потух.

***

Пламя больше не согревало квартиру. Теперь рыжий просыпается не от рук на теле, а от раздражающего солнца. Светлая спальня обратилась во мрак. Холод ходил по ногам, не давая уснуть. Стены сдавливали, заставляя чувствовать страх. Разговоры не расслабляли, а только лишь угнетали. Глаза с сочувствием бесили. Хотелось вырвать их из этих людей, чтобы больше не смели так смотреть. Теплые руки не будут остужены холодными. Их пальцы больше не переплетутся. Он больше не будет стоять за спиной Чуи. Теперь он всего лишь тень, которая следует за ним и не дает покоя. Дазай превратился в воспоминание, которое грело и в тоже время заставляло кричать от боли. Он поселился в его груди и каждый день дербанил ее. Пули от противника стали казаться спасением. Желание умереть росло с каждым днем. Ведь он так и хотел - пасть ради Мафии. Уже как месяц Осаму нет. Нет в живых. Он был источником тьмы в сердце рыжего, а после его смерти, хозяином. Тьма окутывала сознание с каждым днем. Внутренний голос кричал от бессилия, руки опускались. Ему будто кинули в сердце кинжал, с которым предстоит ходить всю жизнь. Уже как месяц Накахара не ходит в Мафию. Он не хочет сидеть в кабинете, который пропитан запахом Осаму. Он не хочет видеть, как его вещи аккуратно сложены. Дазай бы уже пришел и разворошил там все. Ему не хотелось готовить, ведь не ощущать руки вокруг талии было невозможно. Уже как месяц Чуя пьет. Пьет и курит. Он не помнит, когда в последний раз был в душе. Волосы скомкались, а кожа позеленела. Но потом стало легче. Легче помыться, заказать еду, сделать лишние движения. Но не днем. Ночью он не мог оставаться в квартире. Все воспоминания всплывали, представляя перед рыжим силуэт. Высокий, в пальто, с вьющимися волосами и перебинтованным телом. Именно он защитил Чую от десятка пуль. Именно из за Чуи, который был в отключке, Дазай стал тенью.

***

- Спасибо, - Накахара снимает шляпу и встает на одно колено перед надгробием - Спасибо, за годы вместе. Ты подарил мне вторую жизнь и сам же отнял. Каждый год Чуя приходит на это место. Под вишневым деревом, которое посадили работники Мафии, лежит он. Этот человек разрушил жизни всех, кто попадался ему на глаза. Но он сумел воссоздать жизнь тому, кто был под его взором всегда. Рядом с Осаму лежит его друг - Ода Сакуноске. Два человека, которые всплывали в его сознании всегда. Хоть шатена уже не было в живых больше года, Чуя видел его до сих пор. На важных миссиях ему будто кто - то что - то шепчет, а потом проскальзывает мимолетная тень. Он всегда будет рядом. Он поклялся защищать любимого до конца. Просыпаясь утром в кровати, он ощущал холодные ладони на животе и пристальный взгляд сзади. - Я знаю, что ты стоишь за моей спиной, но я не буду оборачиваться, чтобы не спугнуть, - Чуя легонько проводит рукой без перчатки по портрету - Ты знал, что так все и будет. Ты хотел мне сказать, чтобы я не страдал. Я должен тебя ненавидеть, но не могу. Когда бьется мое сердце, я знаю, что оно твое, - рыжий перевел взгляд на могилу рядом - Где - то там, наверху вы вместе. Вы смотрите за мной и кричите. Ты всегда говорил, что хочешь дарить свет людям. Так почему ты выбрал именно меня? Я хочу надеяться, что ты заботишься о Дазае ТАМ. Подождите немного, я скоро приду Накахара поднялся, но продолжал смотреть на могилу Осаму с легкой улыбкой на лице. За этой улыбкой и светлыми глазами скрывалась гримаса от боли и истерик. Сегодня у него новое задание. Зачистка вражеского склада. Сегодня был последний день, когда он проснулся. Сегодня был последний день, когда он видел только тень Осаму. Скоро он увидит его в красках. Скоро он почувствует себя живым. - Я люблю тебя, жди меня...