Глава 18. Штурм
24 января 2022 г., 18:33
Взрыв, обрушивший господскую башню и как минимум половину казармы охраны, слышали, наверное, даже в Лондоне. На фоне этого грохота, никто не заметил тоненького, почти на ультразвуке, писка, с которым запустились, отрезая приговоренным к смерти людям путь к отступлению, два миниатюрных артефакта, собранных руками самой умной волшебницы столетия — как бы там ни кичилась мисс Грейнджер, это звание безоговорочно принадлежало Луне. Хотя, конечно, многие бы предпочли никогда не узнать, что творится в безумном разуме беловолосой волшебницы.
На улицу тут же выбрались немногочисленные уцелевшие, в небо взлетели, ударившись, впрочем, о купол, осветительные чары. Бесполезно. Конечно, тени сильно преломились, припав к земле, но у группы «Чарм» было преимущество — рощица, в которой они засели, была очень густой. Свет, ударивший сверху, не столько раскрыл их, сколько еще больше спрятал камуфлированные фигуры в тенях и палой листве. Зато сами наемники стали видны, как на ладони. Естественно, уже через три секунды один из молодых патрульных, не успевших убраться с открытой местности, получил в грудь две пули одну за другой, после чего свалился на землю.
Оставшиеся, не успев вот так, сходу, сообразить, что происходит, оградили себя бесполезным, в общем-то, магическим щитом. Кто был опытнее — залегли или постарались выглядывать из-за укрытий. Чуть более молодые и неопытные частично последовали примеру старших, частично — разбежались по территории, начав выпускать чары обнаружения куда попало. Бесполезность щитов и обнаружения вскрылась уже через четверть минуты — высунувшийся из укрытия опытный наемник мгновенно рухнул на землю с развороченным глазом. Без всякого сомнения — мертвый.
— Здесь невидимки! — сделал неправильный вывод один из молодых. — Здесь не…
Третий выстрел упокоил крикуна уже через мгновение. В рядах противника — особенно, среди молодых — поднялась паника. Во все стороны полетели вспышки самых разных заклятий. Молодые не целились, действовали на удачу. Старшие же, стараясь не поддаваться на провокацию, наблюдали за «щенками». Некоторые уже сообразили, что поверженные были подстрелены из маггловского оружия, а потому старались отследить по новым трупам направление, откуда ведется огонь.
Вот только это оказалось не так просто. Казалось, невидимый убийца ведет огонь сразу отовсюду. После двух смертей «коллег», когда, казалось, можно было с уверенностью объявить, что атака идет со стороны весьма удобной рощи, а стреляют один, максимум — два человека, со стороны сада, в тылу у наемников, застрекотали разом не менее пяти стволов, лишь изредка сменяемых вспышками заклинаний. Пытавшийся как-то унять панику среди молодых, один старый наемник, лично повел своих в контрнаступление, стараясь, впрочем, не стоять открытой спиной к роще. Конечно, окольными путями к ней выдвинулись сразу двое опытных «охотников за удачей», но пока еще они дойдут, да пока обезвредят снайпера… В общем, старый «мерк» решил не рисковать и повел группу малыми перебежками от укрытия к укрытию.
Первых «вторженцев» наемники обнаружили у пылающих конюшен, из которых, впрочем, выпустили всех животных. Завязался короткий, но очень интенсивный бой. Гулкий грохот дробовиков и звонкий треск винтовок слились с возгласами наемников-волшебников, прекрасно понявших, что показываться в открытую — самоубийство. После того, как за барикады прилетел маленький металлический шарик, взорвавшийся и изрядно проредивший и без того нестройные ряды личной армии Нотта-старшего, стало ясно, что не все укрытия так уж хорошо помогают. Впрочем, у противника тоже, вроде как, не обошлось без жертв. Во всяком случае, один из наемников довольно точно попал заклятием — и один из нападавших свалился на землю.
Воодушевленные первым успехом, бойцы лорда Нотта начали действовать смелее. Их даже не остановил факт, что через пять секунд «везунчик» свалился на землю с дырой во лбу.
— Секо! Давайте, мерзкие твари! Идите сюда! Возьмите меня, если смо…
Раздались несколько громких хлопков — и личный телохранитель Нотта, солдат, проверенный не в одном десятке рейдов и операций, подавившись своим возгласом, захрипел, плавно сполз по стене, кашляя кровью. Такая же судьба постигла еще двоих, что прикрывали его с флангов.
Бойцы «Чарм» медленно, но уверенно продвигались вглубь территории противника. Канонада выстрелов почти смолкла. Основная масса наемников Нотта погибла еще при взрыве казармы, так что оборону на невероятно большой территории держали лишь немногим больше полувзвода. Кого-то снял со своей позиции Гарри. Семь или восемь человек были застрелены или убиты заклинаниями во время столкновения у конюшен и в саду. Еще троих взорвал гранатой Невилл. Один из них, впрочем, еще был жив, но без помощи долго точно не протянул бы… А оказывать помощь врагу никто из команды «Чарм» не собирался. Единственное, на что Ангелу хватило милосердия — дострелить страдающего «мерка» уже после основного столкновения.
Гарри сверил часы. Расправа над пятнадцатью наемниками заняла у его ребят меньше четырех минут. Было ли ему жалко погибших? Может быть, где-то в глубине души, ему и было немного не по себе от того, что ради достижения главной цели — устранения союзников Волан-де-Морта — приходится допускать лишние жертвы. Но об этом он задумался уже много позже, да и сама мысль была столь мимолетна и несущественна, что Гарри постарался поскорее о ней забыть. Он слишком хорошо помнил, что творили в свое время наемники, укрывшиеся под крылом Пожирателей Смерти. Да, этого пока еще не было. Да, некоторые из них вполне могут и не пустить по кругу целый класс пятнадцатилетних девушек в колледже на окраинах Лондона. Да, они могут быть не причастны к расстрелу шестикурсников Гриффиндора за одно лишь подозрение в помощи Ордену Феникса. Но это наемники. Опытные зубры, которые, как правило, хорошо проверяют тех, к кому нанимаются на службу. И не знать, что они будут оберегать Пожирателя Смерти из Ближнего Круга, «мерки» просто не могли. А раз знали и согласились — сами виноваты.
Однако, Гарри не мог не уважать их стойкости. Сражались мужики отчаянно и даже в столь тяжелых условиях, как паника, закрытая территория, почти абсолютное превосходство врага в оснащении и тактике, держались великолепно. Даже сумели зацепить секущим Ганса, которого сейчас «зашивала» Ханна, умело орудуя эликсирами и палочкой, пока остальные зачищали окружение. Великое преимущество магической полевой медицины… Но особенно отличились те двое выскочек, что неплохо замаскировали себя и даже сумели подойти к нему на дистанцию пистолетного выстрела. Если бы не усиленные чувства, Хати, как называли его в отряде за анимагическую форму, имел бы все шансы их не заметить. Выдал наемников шелест палой листвы — все же, по лесу вот так просто не походишь, ничего не зацепив. Когда «мерки» поняли, что их заметили, было уже поздно. Три хлопка пистолета, взмах палочкой — и поверженные тела утаскивают под землю ожившие корни деревьев. Все просто. Ни жалости, ни благородства, ни чести. Только расчет, победитель и проигравшие.
— Хати, у нас выживший, — обратился к нему по рации Шляхтич. — Похоже, главная цель. Что делаем?
— Контроль — и сваливайте оттуда, — решил Гарри. — Купол падет через семьдесят три секунды. Точка встречи — Бэ — двадцать восемь. Я пойду сразу следом.
— Понял тебя, Хати!
Под процедурой «контроля», разумеется, подразумевалось убийство цели. Так, чтобы наверняка. У команды «Чарм» эта практика, впрочем, была несколько расширена — перед ликвидацией, цель подвергалась очень грубой легиллименции. Практически пытке разума, ведь легиллимент нисколько не заботился о сохранности здравомыслия жертвы. При этом, из сознания и памяти буквально вырывались фрагменты. Против обычных людей и магов-обывателей это работало безотказно. Против немного подготовленных боевиков вроде авроров-перебежчиков и большей части наемников — уже с осложнениями, но та же Ханна, прекрасно зная, как работает человеческий мозг, психика и нервная система, обходила простую окклюменцию на раз. Против лордов, высокопоставленных чиновников и высшего командного состава Пожирателей же техника работала через раз. Во-первых, потому, что мало кто из союзников Темного Лорда сдавался в плен живым. Во-вторых, среди аристократов была традиция изучения менталистики, а потому многие из них либо успешно защищали разум, либо просто сжигали свой разум, унося сведения вместе с собой в могилу. Впрочем, тут повезло — Нотт хоть и был полевым командиром, но окклюменция никогда не была его сильной стороной.
Гарри подхватил винтовку, быстро запаковал ее в сумку с незримым расширением, мысленно похвалил себя за то, что не пожалел времени на зачарование оружия. Да, пришлось пожертвовать чарами тишины, а потому приходилось обходиться стандартными глушителями. Но зато теперь можно было не переживать по поводу стреляных гильз — умная цепочка рун, выведенных им на каждой винтовке, распыляла гильзу, стоило той покинуть патронник. Никаких следов, никаких улик. Впрочем, нет. Одну стоит оставить, чтобы совсем запутать следствие. Тем более, что на балу было огромное количество гостей, среди которых — немало как бывших Пожирателей Смерти, так и министерских служащих. Пусть потом думают, кто тут на самом деле виноват в произошедшем.
Гарри подманил палочку убитого им и похороненного под корнями деревьев наемника, направил ее в небо, сосредоточился на мысли, что он сегодня убил как минимум троих.
— Морсмордре!
***
— Профессор Блэк! Вы ничего не хотите мне сказать? — Никак нет, директор. Прошло два дня с момента операции в поместье Нотт. Все было спокойно — разве что Теодор Нотт, оставшийся единственным живым потомком древнейшего семейства, покинул Хогвартс по семейным обстоятельствам. Конечно, авроры инициировали расследование, но толку это особо не дало — «злоумышленники не оставили ни малейших следов», как было написано в «Пророке». Но все знали, что помимо авроров и журналистов свое расследование начал и директор. Так что Гарри совсем не удивился, что его, все же, дернули на очередной разговор к Дамблдору. — Мне рассказали, что вы недавно имели удовольствие присутствовать на балу у лорда Нотта. — Имел, — кивнул Гарри. — Я полагал, что могу доверять своим сотрудникам, — нахмурился Дамблдор. — Можете, — согласился Гарри, не ведясь на детскую провокацию. — Вы ведь знаете, что мистер Нотт в свое время имел связи с противозаконной организацией? Был Пожирателем Смерти… — Допустим, — Гарри отпил сока из фляжки. — Впрочем, меня не слишком интересуют слухи. Да и пришел я туда лишь потому, что отказывать было не слишком вежливо. — И вы были приглашены, как лорд Блэк. — Все так, — кивнул Гарри, зная, как сильно бесит старика своими односложными ответами. — Но почему тогда вы не сказали мне о своем статусе? — Вы не спрашивали — я и не говорил. Да и к чему вам было знать? Я работаю на Хогвартс, получаю от этого удовольствие и возможность находиться в стенах замка достаточно много времени, теша собственное чувство прекрасного, тем более, что виды из окна моих апартаментов восхищают. — Но вы сказали, что не являетесь родственником Сириусу Блэку, — прищурился Дамблдор. — Неправильно. Я сказал — цитирую — «Слишком дальний родственник, едва ли могу представлять какой-либо интерес». Гарри видел — Дамблдор от этих слов едва не съел собственную бороду. — Маль… Мистер Блэк, я был бы весьма польщен, если бы впредь вы ставили меня в известность о подобных… Гарри нахмурился. Ага, как же… «Мальчик мой, я недоволен твоими действиями», «мальчик мой, я искренне желаю всем мира и добра», «я это сделал ради общего блага». Как старик уже достал со своими нравоучениями. Но это все еще можно было простить: маразм — он такой. Но вот последнее… — С какого хрена? — Гарри сложил руки на груди. — У нас тут школа, а не тюрьма. У меня был законный выходной, мое личное время, которое я провожу так, как считаю нужным. — И все же? — Директор, если вы не поняли мягкого намека, я вам скажу прямо — или говорите, что вам надо, или отъебитесь от меня. Никаких клятв верности и подданства я вам не давал и не собираюсь даже под страхом смерти. Я — консультант и преподаватель, а не ваш ручной блохастый коврик, вроде Люпина или моего драгоценного далекого беглого родственника. Можете играть себе в политику, промаггловские реформы, войнушку можете устроить, если скучно, но меня и моих близких в это не впутывайте. — Да как вы смеете?! Профессор Дамблдор… — Всего лишь директор школы, моя дорогая профессор Макгонагалл. А я — всего лишь преподаватель, хоть и очень высококвалифицированный. И это — единственное, что связывает нас с директором. Макгонагалл — а все деканы присутствовали на этом импровизированном допросе — поперхнулась заготовленными высказываниями, злобно посмотрела на своего коллегу, поджала губы, как делала всегда, когда ее, по ее мнению, обижали или переигрывали на ее же поле. Гарри повернулся обратно к Дамблдору. — Ну так что, директор? Будем говорить прямо и без всех этих окрестных словоблудий или я свободен? Дамблдор вздохнул, почесал крючковатый нос. — Вы правы, профессор Блэк. Время для нас сейчас — непозволительная роскошь… — В прошлом году это вас не остановило от выписывания третьекурснице маховика времени, — напомнил Гарри. — Вы и об этом уже знаете? — осведомился старик. — Я знаю почти все, что происходит в стенах школы, — кивнул Гарри. — Где-то услышал разговор, где-то поболтал с призраками и портретами. Да и просто потравить байки с мистером Филчем бывает весьма полезно. Впрочем, не уходите от темы — чего надо? — Видите ли, профессор… В последнее время наш враг вновь обретает силу. Тьма возвращается в этот мир, мистер Блэк. Уже вторая Темная Метка менее, чем за три месяца… Должно быть, мистер Нотт имел неосторожность заявить, что не хочет вновь участвовать в их жутких собраниях… — Я читал в «Пророке». Жаль, конечно, что так получилось с Ноттами. Только объявили о помолвке — и такой кошмар… — Гарри весьма талантливо отыграл обеспокоенность. — Я так полагаю, вы чего-то хотите от меня, в связи с этим? Дамблдор кивнул. — И чего конкретно вы хотите? — решил уточнить Гарри, хотя и так прекрасно понимал, что сейчас его будут вербовать в Орден. — Чтобы я готовил боевиков? Чтобы связался с представительством «Командос» и вызвал к нам сюда роту морпехов? Чтобы оделся в рясу и вел проповеди во имя бобра, добра и света? — Видите ли, мистер Блэк… Во времена войны с Волан-де-Мортом и его Пожирателями существовала тайная организация… — Орден Феникса? Преподаватели напряглись, Макгонагалл и Спраут, думая, что Блэк их не видит, потянулись к палочкам. — Вы уж извините, директор, но организация не настолько уж и секретная, — хмыкнул Гарри, жестом останавливая обеих женщин. — Как минимум, гоблины, министерские чины старше сорока, главы волшебных семей и причастные лица об этом знают. И имеют свойство случайно проговариваться. — В самом деле? — У наемников есть одна полезная присказка, директор, — усмехнулся Гарри. — Трое могут сохранить тайну, если двое из них мертвы. — Ну, раз уж вы осведомлены, — начал директор, хотя Гарри видел, что тот недоволен. — Я был бы рад видеть вас в наших рядах… Откровенно говоря, вы бы очень нам помогли своим участием… — Что я с этого получу, кроме головной боли и угрозы моим близким, в случае, если факт моего участия в Ордене вскроется теми же Пожирателями? — Мистер Блэк, нельзя быть таким меркантильным! — Льзя. А что до Пожирателей — согласен, это будет проблема. И, если ничего не делать, проблема станет весьма серьезной даже для чистокровного меня. — То есть, вы согласны? Через мгновение в спинку деревянного трона, на котором восседал директор, влетел, вонзившись по середину клинка, здоровенный охотничий нож, до того покоившийся в ножнах у Блэка. Деканы почти синхронно вскрикнули, Снейп так и вовсе взял Гарри на прицел волшебной палочки. А нечего маскировать блеск глаз под блик очков! — Я не давал вам разрешения на легиллименцию в мой адрес, Дамблдор! — прорычал Гарри. — В первый раз, когда вы попытались пробить мои щиты, я простил вам «старческие причуды», тем более, что у вас ничего не вышло. Теперь я вас официально предупреждаю: еще одна попытка — и второй кинжал пригвоздит вас к этому трону. Прошу простить, дамы и господа, но на сегодня разговор окончен. Гарри поднялся с кресла, жестом создал простой щит, отразивший примитивное оглушающее обратно в Снейпа, пошел в сторону выхода. Уже у самой двери он остановился, повернулся к директору и остальным: — И отвечая на ваш вопрос, директор… Мне не по пути с людьми, которые сперва вежливо улыбаются, а затем лезут в личную жизнь своих же союзников. Честь имею! И вышел, хлопнув дверью.
