Послевкусие

От тебя пахнет деревом, лаймом и жасмином. Этот запах, обычно чуть дразнящий и легкий, при соприкосновении моих губ с твоей шеей забивается в ноздри, становится сильным и дурманит. Ты сказал, что стояк для тебя не проблема. Что ты подождешь до дома. Но отчаянно распахнутые глаза цвета Тихого океана говорили другое. И в них я видел гораздо больше правды, чем в твоей застывшей белоснежной улыбке. Я начал целовать тебя еще в машине - хорошо, что темная перегородка скрывала нас от чужих глаз. Ты, такой сдержанный, разумный и спокойный обычно, рванулся ко мне столь жадно, что от столкновения заныли зубы. Я ощутил, как твой язык толкается в мой рот и потерял всякое понимание, где мы находимся, клянусь, даже звуки внешнего мира пропали. Лишь ты и я. Инстинкты танцевали на моих кончиках пальцев, расстегивающих твою ширинку. Ты тихо стонал мне в рот, сминая руками мой пиджак, не думая обо мне, порывисто толкаясь в кулак. Твои горячие выдохи, полные нескрываемой мольбы, доводят меня до белого каления, и я еле успеваю вынуть член из тесных брюк, чтобы кончить на коврик. Уже дома мы успеваем перекинуться парой слов - о средиземноморской кухне и афродизиаках - после чего я, все еще сжигаемый желанием, валю тебя на кровать, прямо в дорогущем костюме. Твой смех, лучики добрых морщинок вокруг глаз и аромат жасмина с цитрусовой ноткой - все это нестерпимо заводит меня. Я сорвал с тебя одежду, опрокидывая на грудь и зарываясь лицом в мягкие ягодицы. Вкус твоей кожи лучше любого блюда высокой кухни. Я целую и сосу твое горяченькое очко, а ты вскрикиваешь так сладко, вжимаешь в меня бедра настолько сильно, что я не могу дышать. - О, Ману, - я впервые в жизни слышу, как твой голос дрожит и срывается от страсти. Я весь перемазанный в слюне и потный, но сейчас меня меньше всего волнует, насколько по-светски я выгляжу. Сначала тугой и сжатый, постепенно ты открываешься для меня, а я, до предела натянувшись ртом на промежность, начинаю трахать тебя своим языком. И даже пугаюсь поначалу, думая, что ты плачешь: твои стоны стали высокими, захлебывающимися. - Ману, прошу тебя... Ты ускользаешь из-под меня, переворачиваешься и быстро, лихорадочно смазываешь себя. Это зрелище… приоткрытые губы, побагровевшие от твоих же укусов, напряженные мокрые пальцы и пронзительный, почти вслух зовущий синий взгляд. Я чувствую, как воздух звенит между нами. Трахаю тебя так, как ты попросишь. Сначала медленно, но ты то и дело поторапливаешь меня, и я ускоряюсь до жжения в мышцах, до звонких шлепков о твой божественный зад, до трепещущих в экстазе ресниц, приоткрывающих только белки. - Манууу… - ты сжимаешь меня коленями до боли. - Ты близок? - срывается с моих губ полушепотом. - Да! И тогда я забрасываю твои ноги себе на плечи, приподнимаю скользкими от испарины руками таз и несколько раз ударяю членом прямо по простате. Ты обнажаешь зубы, закидываешь руки назад, комкая подушку и извиваясь - и это самое эротичное, что я видел в своей жизни. Пот течет по твоим вискам, ты снова повторяешь мое имя и кончаешь прямо себе на лицо. - О, боже. Вминаю тебя в постель своим телом, слизываю семя с искусанных губ; ты целуешься несколько устало, но я все еще полон энергии, как готовящийся извергнуться Моусон. - Пит, пожалуйста… Ты соглашаешься, поэтому я практически сажусь на твое красивое лицо. Тяжело дышишь, позволяя мне безо всякой системы вколачиваться в твое горло - я даже не успеваю подивиться твоему ангельскому терпению, как тоже кончаю, изливаюсь прямо в нежно обволакивающую меня глотку. - Ману, ты веришь в существование афродизиаков? - тихо спросил ты меня часом позже. У меня даже не было сил сдвинуться с места. Мы ебались, точно хомячки какие-то. Никогда в жизни не испытывал подобного. - Ну нет, конечно, - пробормотал я, вспоминая странные улыбки хозяев сегодняшнего домашнего ресторана, - А вот в существование Виагры - вполне. Ты фыркнул и закинул на меня бедро. Я почувствовал, как по кисти, стискивающей твой зад, течет мое семя, согретое нашими обоюдными усилиями. - Как хорошо, что мы уже в отношениях. Дисквалифицируем их? - Нет, - немного подумав, ответил я, - Хочу посмотреть на их лица, когда мы придем и будем вести себя как обычно. Я притянул тебя к себе, лаская русые волосы. Ты тепло хмыкнул в мои губы: - Знай я о таком послевкусии, поставил бы десять баллов. Я рассмеялся, но совсем тихонько, чтобы не нарушать поцелуй.