Пятнадцать лет спустя

- Зая, но мы же только завтра уезжаем... Давай, тогда восход и посмотрим? - Лиане явно не хотелось вставать в четыре утра. - Лиаш, а вот завтра я, как раз, предпочёл бы выспаться, чтобы ничего не забыть и не потерять перед дорогой... У нас сегодня насыщенный день - будем носиться и докупать сувениры тем, до кого ещё не добрались. - Ладно... Надеюсь, ты оценишь то, что я не могу тебе отказать! - Уже оценил, моя девочка... Теперь Эмиль думает только том, что у них остался час, дабы свалить из отеля. Автобус, доставляющий отбывших блаженный срок туристов в аэропорт, прибывает ровно в половине шестого. Эмиль нетерпеливо поглядывает на слишком медленно собирающуюся жену и прислушивается к собственным ощущениям. Странно... Спал всего два часа, а состояние лихорадочное, словно вообще не ложился и не хотел этого делать. На берег выбираются тогда, когда красно-жёлтое солнце как раз только начинает "выныривать" из кажущейся совершенно чёрной воды на горизонте. - Красиво же?! - Иманов резко разворачивается к Лиане, напугав её импульсивным движением. - Д-да... - девушка смотрит на него уже с неприкрытой тревогой. Мужчина садится на гальку и, молча, утыкается лицом в колени. - Эмиль, пожалуйста... - Лиана опускается рядом с ним и обнимает, утыкаясь лицом в макушку: - Расскажи, что тебя так мучает? - Давай, помолчим... - голос супруга звучит глухо и безжизненно. - Ну... Хорошо... А потом расскажешь? - Лиан... - Что? - Я, кажется, попросил... - Прости... - Это ты меня прости, малышка... Это ты меня за всё прости... - Имановы ушли около пяти часов утра. Вдвоём... - единственный говорящий по-русски работник - выходец из Краснодара, работающий при отеле гидом от фирмы, торопливо спрятал в карман протянутую Масленниковым купюру. - Куда - не сказали? - Дмитрий изо всех сил старается говорить ровно, подавляя желание прижать ладонь к неприятно холодеющей груди. - Не-а... - Но ты точно видел? - Дмитрий Андреевич, я здесь с четырёх утра. Мне поручено проводить вашу группу в аэропорт. Я точно видел. - А когда отходит автобус? - До отъезда три минуты. - Ладно... Пойдём! - Масленников сжал в правой руке ручку чемодана, а левой схватил ладошку сына. - Пап? - Женька внимательно глядел ему в лицо. - Что? - Ты плачешь? Тебе тоже жалко отсюда уезжать? - С чего ты взял, что я плачу? - Глаза красные... - Я просто спать хочу. Топай, давай, а то мама сейчас без нас уедет! В аэропорт прибыли через сорок минут. Пройдя таможенный контроль, Вероника сразу же направилась в дьюти-фри, ребёнок увязался за ней, а Дима, расположившись в небольшом зале ожидания напротив магазина, прильнул лбом к прохладному стеклу. Неожиданно пискнуло оповещение Вацапа. - Эмиль?! - Масленников торопливо открывает переписку, но в сообщении не содержится ничего, кроме песни. Приходится лезть за наушниками... Смотрю, смотрю в твои глаза Бездонные, как озеро бездонное, Беспечные, как детская душа. Я не хотел мешать, легко сказать, Когда твоё и чьё-то счастье Замерли в балансе на весах. Парами, танцевали мы парами, и глазами усталыми Мы друг друга в толпе искали. Парами, параллельными парами, параллельными взглядами Мы друг друга не отпускали. Вновь уносят поезда Мечту о том, кем мы с тобою не были, О том, кем не смогли друг другу стать. И время по местам Расставит и сотрёт воспоминания, О том, что не случится никогда. Парами, танцевали мы парами, и глазами усталыми Мы друг друга в толпе искали. Парами, параллельными парами, параллельными взглядами Мы друг друга не отпускали. Там, где раньше был огонь, выжженный песок, лёд. Следы снегом заметёт, всё вернётся, Вспомни, как мы, танцевали... "Я помню..." - отбивает на клавиатуре Дима и понимает, что не может отправить сообщение. Контакт заблокирован. Мужчина медленно стирает написанное и опускает телефон в карман. Жена и сын возвращаются через десять минут. Мальчишка с аппетитом поедает какую-то местную фруктовую сладость, а Вероника вертит в руках флакончик с духами. - Ника... - Дмитрий обращается к жене, когда Женя отбегает, заинтересовавшись хорошенькой собачкой на руках приятной пожилой дамы, сидящей от них через ряд. - Чего тебе? - Когда мы вернёмся, я подам на развод... - Пфф, я сама собиралась это сделать! - Вот и отлично. - Отличнее некуда... Честно говоря, я думала, весь этот бред - гормональные выплески фанаток. А оказалось, что не врали в своё время малолетние прорицательницы! - Захлопнись! Не смей рассуждать о том, о чём не имеешь ни малейшего понятия! - Масленников резко отворачивается, откидывается на сиденье и засовывает в уши наушники: И время по местам Расставит и сотрёт воспоминания, О том, что не случится никогда.