Eremin week spring 2021

      Армин нервничает, опять. Он нервничает перед каждым боем, но всегда старается скрыть свой страх глубоко внутри себя. Не хочет, чтобы другие видели его слабость. «Страх не признак слабости, не боится только глупец» — успокаивает он других, а сам сжимает руки в кулаки и прячет их за спиной, чтобы никто не видел, как они дрожат. Армин не чувствует уверенности, в голове только навязчивые мысли о скорой смерти. Его самого, его товарищей, того, кто давно застрял в его сердце. Армин боится потерять и физически, и духовно. Боится каждый раз, когда видит удаляющуюся широкую спину в облегающем костюме, когда зелёные глаза долго смотрят на него из тесной кабины Марионетки, когда ободряющая улыбка скрывается за непрозрачной дверцей. Армина Арлерта начинает колотить ещё сильнее. Он успокаивает себя, что в Марионетке гораздо безопаснее, чем снаружи в лёгкой броне, что там оружие хиллдов не достанет хрупкое тело пилота, что Марионетка обязательно защитит от внешнего врага. Но кто защитит пилота от самой Марионетки? Система не совершенна. Подобно червю, она вклинивается в разум своего хозяина и берёт над ним власть. Лишь единицы, к тому же определённого возраста, способны справиться с ней. Армин верит, что он достаточно силён, что он — один из лучших пилотов и не позволит какой-то машине подчинить себя, но плохое предчувствие не отпускает.       — У тебя всё хорошо?       Армин вздрагивает и резко оборачивается на голос, да так, что в глазах на мгновение темнеет. Он смотрит спокойно, поза расслаблена, а в зелёных глазах немой вопрос и мириады звёзд. Он — Эрен Йегер, отличный солдат, лучший друг и человек, из-за которого болит сердце Армина. Арлерт кивает и отворачивается — у него всё нехорошо. Эрен садится рядом с ним на скамью и взирает на чёрное космическое полотно за толстым стеклом Стеллы. Его пальцы практически касаются чужих, и Армина пробирает дрожь. Эрен слишком близко.       — Мы прибудем через десять часов, — бодро говорит Эрен, на его губах расплывается улыбка предвкушения.       Армина коробит от этой улыбки.       — Тебе стоит отдохнуть и поспать немного, — предлагает Арлерт. — Марионетки — наша главная боевая мощь, без вас люди обречены.       Эрен по-птичьи склоняет голову на бок и придвигается практически вплотную к лицу Армина. А тот забывает, как дышать. Щёки покрываются румянцем, сердце барабаном стучит в ушах. Эрен непозволительно близко.       — Не говори так, будто простые солдаты, вроде тебя, ничего не стоят, — ругается Йегер, и меж его тонких бровей залегает складка. — Мы все связаны, и каждый выполняет отведённую ему роль. Так что ты тоже должен быть готов. Рассчитываю на твою поддержку.       Эрен отстраняется, щёлкает Армина по носу и широко улыбается. От этой улыбки становится спокойнее. Но тень страха всё ещё преследует Армина. Он не знает, как выразить то, что скопилось внутри него. Горло раздирает от рвущегося наружу крика и невысказанных слов. Каждая клеточка в теле Армина хочет сказать «Не уходи, останься со мной, не покидай меня, умоляю!», но Арлерт будто и вовсе становится немым. Он склоняет голову вперёд и сжимает пальцы в замок. Туманность за окном Стеллы распускается розовым пионом, тонущим в изумрудной листве. Яркие звёзды серебряными каплями брызжут на цветок и погружают его в ослепительное мерцание.       — Если бы я только мог управлять Марионеткой, как ты, — тихо изрекает Армин, но это совсем не те слова, которые он хочет сказать.       Эрен вздыхает и всматривается в космос — розовый цветок отражается в его больших блестящих глазах.       — Я думал, что мне будет достаточно того, что я делаю сейчас. — Голос Йегера звучит напряжённо. — Думал, что смогу без проблем со всем справиться самостоятельно, но каждый раз, когда я погружаюсь в Марионетку, я будто отрываюсь от реальности. Прозвучит нелепо, но я боюсь застрять в том мире.       Армин долго смотрит на Эрена. Он хочет знать, хочет увидеть то, что ранее было недоступно его взору.       — И что там? — осторожно спрашивает Армин.       — Безумие, — выдыхает Эрен, и цветок в его глазах темнеет. — Там нет ничего, кроме тьмы и сводящего с ума ужаса.       Армин замирает и на мгновение перестаёт дышать. Он нутром чувствует тяжесть, скопившуюся в друге. Его боль, его переживания, груз ответственности на широких, но хрупких плечах, — Армин хочет разделить это всё вместе с ним. Но расстояние между ними слишком велико. Они действительно находятся в разных мирах.       — Я… — говорит Армин и замолкает, не находя нужных слов.       — Ты — моя путеводная звезда, — тут же подхватывает его Эрен. — Спасибо, что указываешь мне путь к свету.       Армин теряется, широко распахивает глаза и не понимает, откуда вдруг в голосе друга появляется столько нежности. Губы Эрена расплываются в очередной улыбке, его рука ложится на плечо Армина и некрепко сжимает его. И Арлерт тает подобно свече на солнцепёке. Он хочет остановить этот момент, впитать в себя голос Эрена, его мягкий взгляд, эти мимолётные прикосновения и лёгкое дыхание, ласкающее кожу. Армин хочет дышать с ним в унисон, связать сердца воедино одним ритмом и никогда не отпускать. Он невесомо касается своей ладонью чужих длинных пальцев и наклоняет голову к плечу. Приятное тепло обволакивает тело, уплывающая вдаль туманность последний раз бросает на их лица зелёную тень и скрывается в бескрайней глубине космоса. Армин поднимает взгляд на Эрена и слегка улыбается.       — Я рад, что смог помочь тебе.       Эрен моментально заливается румянцем, резко отдёргивает руку и отворачивается, пряча смущение за длинными каштановыми волосами.       — Ух, как-то в сон потянуло, — заикаясь, лепечет он, живо встаёт со скамьи и трясущимися руками пытается собрать волосы в хвост. — Ты прав, отдохнуть надо, пока есть возможность.       Эрен машет рукой, желает спокойной ночи и быстро уходит в жилые блоки. Армин удивлённо провожает его растворяющуюся в длинном коридоре фигуру взглядом и буквально сгорает со стыда, когда к нему приходит осознание. Ему стоило быть сдержаннее.

***

      Вопль в ушах не стихает. Душераздирающий, протяжный, просачивающийся внутрь до самых костей. Он сбивает дыхание, заставляет сердце ускорить ритм, окутывает тело крупной дрожью и покрывает кожу испариной.       — Эрен, — шепчет Армин и сглатывает ком в горле.       Плохое предчувствие, не давшее ему уснуть, подтвердилось — Марионетка сделала свой ход. Она завлекла в свои сети, сковала тяжёлыми оковами и окунула в вязкое чёрное безумие.       — Эрен! — истошно кричит Армин, но голос не достигает друга.       Он глух к окружающим, слеп к происходящему вокруг, и даже сломленное чужой волей тело не почувствует прикосновений. Огромное существо, похожее на симбиоз живого моллюска и робота, извивает свои длинные аспидные щупальца, покрытые прозрачной слизью, тянет их к Марионетке и обвивает её мощное адамантиевое тело. Металл хрустит и покрывается узором из маленьких трещин.       — Эр!.. — вновь пытается достучаться до друга Арлерт, но мощный удар сбивает его с ног, — оранжевая иссохшая земля со следами его ботинок фонтаном брызжет вверх, опалённая лазерными пушками врага.       Чужие руки сжимают броню, но Армин не чувствует этого, только в ушах звучит спокойное предупреждение Микасы. Девушка опускает друга на землю за скалой и тяжело присаживается рядом. Кровь окрашивает алым её ладонь, прижатую к боку, но лицо остаётся спокойным, только серые глаза за прозрачным стеклом шлема блестят внутренним беспокойством. Армин поджимает губы и быстро осматривает поле сражения. Планета Вега, оранжевая пустошь с купольными островами человеческой цивилизации, практически пала. Командование уверяло, что эта операция имеет четвёртый ранг, что колония Вега справится своими силами и им нужна лишь небольшая поддержка с тыла, командование — чёрт возьми! — обещало, что они спокойно завершат миссию за несколько часов. Так почему, не понимает Армин, почему они сейчас несут такие большие потери среди личного состава? Почему они лишились почти восемьдесят процентов боевой техники? Почему Стелла вместо поддержки с орбиты сейчас пытается не развалиться на части от беспрерывного обстрела кораблей хиллдов, взявших её в кольцо?! Армин жмурится и судорожно вздыхает. Почему крик Эрена, полный страха и боли, всё не стихает? Жан на скорости залетает в их небольшое укрытие, поднимая плотные клубы коричневой пыли. Он чертыхается, осматривает повреждённый автомат и отбрасывает его в сторону, цыкая.       — Как-то это не похоже на четвёртый ранг, — безрадостно замечает он и достаёт из кобуры на бедре запасной пистолет. — Тут второй как минимум. Все целы? — Он осматривает товарищей и хмурится, когда взгляд цепляет рану на теле Микасы. — До командного пункта дотянешь? — Аккерман сдержанно кивает. — Мы потеряли Бертольда, не считая Эрена, у нас осталось всего три Марионетки. Тяжело признавать, но с таким раскладом Вегу нам не отбить. Эх, а я надеялся вечером сериал досмотреть.       Противное чавканье заполняет разряженный воздух, когтистые лапы скрежещут по скале, и огромная вытянутая морда, извергая удушливый смрад, возвышается над головами солдат. Жан откидывается на спину и несколько раз выстреливает из оружия по хиллду. Существо звонко взвизгивает, падает на острые камни и сползает вниз, оставляя склизкий зелёный след из крови и внутренностей.       — Мерзкое создание, — с отвращением говорит Жан, смахивая с себя вязкую слизь.       — Я верну Эрена, — решительно заявляет Армин и встаёт на ноги.       — И как ты планируешь это сделать, интересно? — вопрошает Жан.       Он оборачивается к Марионетке Эрена, зажатой щупальцами боевой машины хиллдов, затем смотрит исподлобья на Армина и приподнимает бровь. Арлерт тяжело дышит и молчит. Мысли путаются, напряжение сдавливает грудную клетку, груз ответственности непомерной тяжестью сваливается на плечи. Он же «путеводная звезда», он же должен освещать путь в темноте. Металлический скрежет режет по ушам, рука Марионетки Эрена ярко искрит, ломается в плечевом и локтевом суставах и под натиском сильных щупалец отрывается от тела. Микаса резко подрывается с места, но тут же со стоном падает на колено. Армин не может больше ждать. Он осматривается вокруг, замечает оставленный вездеход с разбитым лобовым стеклом, перебегает по местности взглядом, цепляется за мысль и достаёт из ранца за спиной две оставшиеся электронные гранаты.       — Есть идея. Прикройте меня.       Армин делает глубокий вдох, собирается с силами и выскакивает из убежища. Он бежит под перекрёстным огнём, делает подкат под днищем боевой машины хиллдов, отпрыгивает вправо, уворачиваясь от перевернувшегося планетохода, делает кувырок, пускает несколько пуль в голову бросившегося на него хиллда, поднимается и совершает новый рывок. Пыль оседает на шлеме и закрывает обзор, ноги гнутся под увеличенной силой притяжения Веги. Тяжело дыша, Армин добегает до вездехода, стаскивает труп солдата с водительского сидения и забирается внутрь. Он кладёт гранаты на пассажирское сидение и крепко сжимает руль, прямым взглядом смотрит на обвивающего щупальцами Марионетку Эрена врага и надавливает на педаль газа. Мотор ревёт, огромные колёса с толстыми шинами проскальзывают по земле, Армин выворачивает руль, справляется с заносом и добавляет скорости. У него будет всего одна попытка. Вездеход мчит сквозь оранжевый хаос, обгоняет потерявших строй солдат, просачивается через стаю ревущих хиллдов, сбивая особо неповоротливых, объезжает медлительный «Броненосец» и на резком повороте въезжает на бархан. Песок плотной стеной окутывает вездеход, Армин щурится и с трудом разглядывает размытое чёрное пятно — его цель. Сердце замедляет ритм, звуки исчезают, и только кровь, подобно океану в ракушке, шумит в ушах. Армин больше не боится.       — Я спасу тебя, Эрен, — шепчет Армин и активирует гранаты. — Освещу тебе путь ярким светом!       Вездеход на полной скорости слетает с бархана и устремляется на вцепившиеся в схватке боевые машины. Армин открывает дверцу и налету выпрыгивает из салона. Световой сигнала на гранатах меняется с белого на красный, раздаётся протяжный писк, и мощный взрыв огненным шаром расползается в воздухе, разрывая металл на части. Ударной волной Армина отбрасывает в сторону, он плечом валится на твёрдую землю, его кувырками протаскивает несколько метров и осыпает пыльной крошкой вперемешку с искорёженными кусками брони и слизью. Воздух выбивает из лёгких, Армин кряхтит на выдохе и жмурится от острой боли. Мир перед глазами двоится и постепенно тускнеет, Арлерт слышит в наушнике своё имя и погружается в бесчувственный мрак. Крики Эрена наконец стихают.

***

      Армин шевелит рукой в поддерживающей повязке и морщится от тупой боли в плече. Костюмная броня хоть и приняла на себя большую часть удара, защитить от повреждений полностью не смогла. Сломанная рука, вывих плеча, трещина в ребре, ушиб мягких тканей и сотрясение — внушительный список последствий весьма необдуманного и рискованного поступка. Армин вздыхает — ему ещё повезло, две тысячи четыреста девяносто два солдата встретили на Веге смерть, из них около трёх сотен — из боевого отряда Стеллы, один — пилот Марионетки, в дополнении ещё около миллиона — мирные жители. Человечеству не удалось отстоять колонию. Вега пала, остатки разгромленной армии позорно бежали, успев эвакуировать лишь шестьдесят процентов населения планеты. Стелла в последний момент забрала своих изрядно потрёпанных солдат и прыгнула в червоточину, израсходовав на это остатки накопленной энергии. Звездолёт трещал по швам, они остались без главного оружия, защитного поля и едва ли теперь могли дотянуть до ближайшего пункта технического контроля.       В медблоке шумно, искалеченные и сломленные солдаты плотными рядами лежат на койках. Они стонут, хрипят, зовут на помощь и плачут, охваченные ужасом пережитого на поле сражения. Армин беспокоится, но вот человек на кровати шевелится и медленно открывает глаза. Арлерт подрывается со стула и быстро перебирается на постель, склоняется над раненным и сжимает здоровой рукой край одеяла.       — Эрен, — тихо зовёт он, — ты слышишь меня?       Зелёные глаза Йегера медленно обводят светлый потолок, моргают и взирают на Армина. Арлерт слабо улыбается — живой, но радость на лице быстро сменяется тревогой. Эрен скалится, кричит и опрокидывает друга на постель, наседая сверху и сжимая его горло в крепкой хватке.       — Я не боюсь тебя! — рычит он; глаза темнеют, блестят безумством и ненавистью. — Ты не сможешь завладеть мной. Я сильнее тебя! Я не проиграю. Я уничтожу их всех!       Лицо Армина краснеет, парень змеёй извивается под тяжёлым Йегером в попытке высвободиться. Голова кружится, слёзы скапливаются в уголках голубых глаз.       — Всё хорошо, — сипло произносит он и ласково касается ладонью бархатной кожи щеки Эрена, глаза наполняются нежностью. — Ты в безопасности, я рядом. Тебе больше нечего бояться.       — Армин, — выдыхает Эрен.       Его лицо смягчается, он успокаивается, смотрит на свои руки и тут же убирает их с шеи друга. Армин глубоко вдыхает и заходится приступом лающего кашля.       — Прости, Армин, я не хотел, не знаю, что на меня нашло, — в панике извиняется Эрен и помогает тому сесть. — Ты в порядке? Очень больно? Я позову кого-нибудь.       Эрен ёрзает на кровати, но Армин останавливает его. Он качает головой и с трудом успокаивает дыхание; плечо и грудная клетка начинают болеть ещё сильнее.       — Не переживай, я в порядке, — Армин поворачивается к другу и легко улыбается.       Эрен осматривает его бинты на голове, его покрытое царапинами лицо и загипсованную руку, поджимает дрожащие губы, горбится. Он сглатывает, опускает голову и склоняется к Армину, крепко прижимаясь щекой к его животу и подбираясь в комок.       — Мне страшно, — тихо шепчет Эрен, но для Армина его голос звучит громче всех. — Я боюсь его, того, кто скрывается во тьме. Он слишком силён. Каждый раз мне кажется, что я уже не смогу выбраться из той черни. Даже здесь свет начал тускнеть.       Эрен дрожит, Армин пропускает его волосы сквозь пальцы и наклоняется к его уху.       — Я никогда не оставлю тебя, Эрен. Я буду рядом и пройду через этот ад вместе с тобой до самого конца. Я буду тем, кто укажет тебе путь.       Ведь он его личная путеводная звезда.