Нас больше чем один. Конфликт колец

Подперев голову рукой, Тсунаёши в задумчивости подносит к губам исходящую сизым паром чашку с чаем. Он делает мелкий глоток, смакуя на языке молочные нотки улуна, — Тсуна прикрывает глаза, наслаждаясь редкими мгновениями утренней тишины, когда ещё никто не успел проснуться. Большая часть преодолена. Они себя показали, доказали, что Ноно не выжил из ума, когда среди Альянса прошёл слушок об возможном кандидате в Наследники — молодом омеге. Недобрую службу в этом слухе сыграл и Занзас — очень похожий на второго, Рикардо, и успевшего зарекомендовать себя как хорошего, грозного руководителя. Сейчас же, даже когда «Конфликт» ещё не закончен, они уже успели показать, что могут быть на равных с матёрыми мафиози — Вария их не щадила, хоть и старалась не действовать в полную мощь, понимая, что против них стоят вчерашние дети. Ангел безмолвной тенью промелькнул по коридору, успев махнуть рукой. Тсунаёши улыбнулся краешком губ. Неугомонный Ангел поспешил будить Мукуро, чтобы раздражать его своим хорошим настроением и делиться новым, что успел увидеть или сделать в интернете за ночь. Стоит уже и самому Тсунаёши подниматься с насиженного места и начать готовить омурайсу, если Тсунаёши не путает, то Кёя вчера попросил его сделать ему один с рисом и грибами. Тсуна, лениво потянувшись, поднялся со стула. Кое-что ему не даёт покоя. Неожиданное воспоминание о том, как он побывал разок в десятилетнем будущем. Интуиция тихонько, ненавязчиво звенит, указывая на очень важную деталь, которую он может…не совершать? Тсунаёши хмурится, доставая одновременно с тем рисоварку из шкафа. Если разбирать, то воспоминание… Он помнит книгу, кружку какао с пламенным рисунком от руки, полузнакомую обстановку малой столовой из особняка, грозовое серое небо, дождь и сад с искусственным прудом. Хроме под зонтом, что присматривал за двумя собаками и…ребёнком в ярко-жёлтом дождевике. Его ребёнка. Тсунаёши замирает с лопаткой в руках, невидяще смотря на сковороду. Ещё не время, оно будет потом, немного позже, понимает отчётливо Тсунаёши. У него ещё есть время подумать, поговорить и решить. Первый омлет был безбожно подгоревшим.

d(￣ ￣)

Тсунаёши встретил Такеши у ресторана его отца. Ямамото беззаботно улыбался, так, что и не заметишь фальши, но хватка на «Шигурэ кинтоки» выдавала полностью его волнение. Такеши сам подошёл и обнял Тсуну, утыкаясь носом в его шею. Тсунаёши ласково ерошит ему волосы и притягивает ещё сильнее к себе. Окутывая собственным успокаивающим феромоном. Они стоят так недолго, несколько секунд, за которые Такеши успевает полностью успокоиться, чувствуя небывалое тепло от поддержки своего Неба. Улыбка на его лице уже не фальшивая, а пропитанная внутренним покоем и безмятежностью, что так свойственна Дождю. Тсунаёши ещё раз ерошит его волосы и, подхватив под руку, ведёт в сторону школы, у входа в которую их уже ждут остальные. — Скуало должен был быть боссом Варии. — Ты уже говорил, Тсуна. — Такеши мягко на него посмотрел, прежде чем снова повернуться прямо. — Кто теперь из нас волнуется больше? Тсунаёши коротко хмыкает и более не говорит, наслаждаясь вечерней прогулкой с Хранителем. Стоит только подойти ближе к школе, как издалека уже было слышно препирательства Мукуро с Гокудерой — не нужно было даже искать их. Стоило только Хаято заметить их, как он, нахмурившись, поспешил отвести Такеши в сторону. Тсунаёши проводил их всепонимающим взглядом и сам шагнул в расставленные для объятий руки Реборна. Кёя, усмехнувшись, повернул голову омеги вбок и поцеловал. Стоило зайти на территорию школы, как Червелло поспешило отвести всех, кроме Ямамото, всё в тот же специально оборудованный для высокопарных гостей класс. Тсунаёши с супругами устроились в стороне на облюбованном ещё в прошлый раз диване. Приглашённые постепенно собирались, Тсуна отметил несколько новых лиц, особенно его заинтересовал один человек, что находился рядом с варийцами. Растрёпанные блондинистые волосы, худое лицо, круглые очки и обычный варийский китель. — Это Оттавио Контадино. — Тихо шепнул Тсуне на ушко Реборн, заметив его заинтересованность. — Вария наняла его как временного Хранителя Облака. Сам он зам главного офицера вонгольского облачного отряда. Тсунаёши задумчиво промычал, он не знал его толком, так, имя среди других в картотеке архива. — Он явно хитёр. — Тсуна положил голову на плечо Кёи, что сидел, с другой стороны. — Придётся действовать не чисто грубой мощью, дорогой. — Не хитрее того старика, что рядом с тобой развалился. Тсунаёши только закатил глаза, когда Реборн ответил на это высказывание. Что-то точно не меняется, только и остаётся потом, когда перепалка наберёт обороты, дать обоим подзатыльники. Но спор не успевает набрать обороты, как приходит время битвы Дождей. Экраны загораются, показывая полуразрушенное помещение, где из-за всех дыр и проёмов течёт вода. Один из Червелло в строгом сером костюме по фигуре смотрится несколько гротескно в таком окружении полного хаоса стихии. — Это поле сражения для Дождя. — Разнёсся из динамиков безэмоциональный голос Червелло, что эхом отталкивался от стен в том разрушенном крыле. — «Акварион». Поле имеет трёхуровневую структуру с постоянно поступающей водой в герметичную арену. Рядом с ним спрыгивает сверху второй Червелло, одетый в приятную нежно-розовую блузку и укороченные штаны. — Вода поступает из резервуара уровнем выше из водохранилища. — Тут же начинает он говорить. — Во время боя уровень воды будет увеличиваться. «Свистать всех наверх! Мы тонем!» — Весело выкрикнул Ангел в голове Тсуны, стоило ему только услышать Червелло. — Кроме того, — продолжает говорить Червелло, — вода, поступающая в помещение, идентична морской, и когда она достигнет определённого уровня, будут выпущены дикие животные океана. «Это они родственников Скуало что-ли собрались выпустить ему помочь?» — Хмыкнул ехидно Демон. — «Неужели наш Дождь-недоучка страшнее Второго Императора Мечей?» Тсунаёши, уткнувшись в плечо Кёи, спрятал смешок. Червелло пропали, открывая вид на стоящих по колено в воде Такеши и Скуало. — И так, Хранители Кольца, здесь нет временных ограничений. Бой начался! — Выкрикнул Червелло за кадром, и в это же мгновение Супербиа нанёс свой удар, от которого Такеши ушёл в сторону. — Хе-е-ей! — Оскалился Скуало, взмахнув мечом, из-за чего множество капель воды разнеслось вокруг него полукругом. — Кажется, ты ничему не научился с нашей прошлой встречи! Всё такой же вертлявый молокосос! Ямамото, беззаботно улыбаясь, лишь посмеялся, демонстративно постукивая с виду деревянным мечом для кендо по бедру. — Когда начнём драться всерьёз, тогда и узнаешь. — Ха! — Скуало воодушевлённо вскинул меч. — Тогда я буду драться в полную силу! Ямамото уходит снизу от молниеносного прямого удара, что снёс бетонную колонну, вот только было заметно, что это сделал не меч, а пули, спрятанные в протезе руки которую он потерял во время сражения с Первым Императором меча. — Ох-хо. — Скуало издал благодушно-насмешливый смешок, прожигая Ямамото азартным взглядом. — Ты увернулся даже от такого. Но не воодушевляйся маленькая птичка! Град пуль посыпались на голову Такеши, поднимая воду и загоняя в угол, куда мчится точно стрела Скуало. Но Ямамото не растерялся, стоило только Супербиа подойти ближе, как он использовал вторую защитную форму стиля, что так трепетно учил его отец. Вода вздымается вверх отдельными потоками, закручиваясь и отгораживая хозяина от опасности. Скуало на толику мгновения замирает в растерянности, не ожидая такого от совсем ещё зелёного альфы. Он пытается прорубить потоки «вращающегося дождя», но это всё равно даёт Такеши шанс ответить — Скуало парирует, и они отходят в стороны. Теперь уже Ямамото идёт в наступление показывая во всю ширь силу стиля «Шигурэ Соен Рю». Битва набирает обороты, показывая всю ловкость и умения оппонентов. — Великолепно… — На выдохе произнёс кто-то из гостей рядом с диванчиком где расположился Тсунаёши с супругами. — …Этот молодой человек либо полный дурак, либо прирождённый убийца. Тсунаёши хитро переглянулся с Кёей и Реборном: Такеши однозначно прирождённый киллер, точно его отец когда-то. Сейчас Ямамото, даже будучи раненым в плечо, продолжал держаться против Супербиа почти на равных, лишь своим опытом уступая оппоненту. Умения Такеши уже были на высоте, что даже Тсуна не ожидал от него такого результата на сегодняшний день — тренировки не прошли даром и даже превзошли его ожидания. Но даже так Такеши через какое-то время уже практически выдохнулся. Скуало его измотал. Вот только вечный враг Супербиа на удивления всегда был длинный язык во время боя. Он никогда не сдерживался в своих высказываниях, подрывая тем самым самооценку своих противников, иной раз разбалтывая информацию о себе, но в этот раз это не только не сыграло ему на руку, а наоборот дало толчок, чтобы подняться с клочка не залитого водой куска пола Такеши. В комнате ожидания то тут, то там были слышны удивлённые возгласы. И даже Занзас не сдержался выкрика «Мусор!», когда Ямамото неведомо откуда взявший силы помчался в лобовую атаку на Скуало. Только Тсуна с Хранителями чувствовали, как завибрировала связь, прося помощи, и они безоговорочно жертвуют своим Пламенем, чтобы поддержать своего товарища. На лезвии «шигурэ кинтоки» замерцало Пламя Дождя с отблесками радужного Пламени остальных, кто связан с ним неразрывной связью. — Шиноцуку амэ. — Одними губами произносит Такеши прежде чем Скуало отбрасывает в сторону. Его грудь и живот рассечены, кровь сплошным потоком стекает вниз, смешиваясь с водой у его ног. — Ты! — Скуало кашляет кровью. — Ты умеешь использовать ещё что-то кроме «Шигурэн Соен Рю»?! Такеши оборачивается к нему, улыбаясь усталой улыбкой. — Нет. — Просто говорит он. — Это тоже стиль «Шигурэн Соен Рю». — Он стирает тыльной стороной руки кровь со щеки. — Восьмая позиция, «Шиноцуку амэ» была создана моим отцом. Вот в чем смысл «Шигурэн Соен Рю». Тсунаёши качает головой, смеясь. В этом весь его Хранитель. Весь смысл его стиля был прост, заключён всего лишь в единое слово: преемственность. Изменение. Именно из-за этого на данный момент было только восемь позиций в технике — точно числу поколений. Когда-то тот, кого победил Супербиа, и отец Такеши были учениками одного мастера, что научил их первым семи позициям, и после они создали отдельно различные восьмые позиции. Преемники «Шигурэн Соен Рю» не просто учат позиции, оставленные предшественниками, как это обычно принято, они должны создавать новые позиции, улучшая стиль из поколения в поколение. Весьма удивительный стиль, что до сих пор не умер, канув в Лету. Он суров, потому что учитель показывает позиции только один раз, что в то же время может привести к изменению и эволюции, но в то же время вырождению и регрессии. «Шигурэн Соен Рю» — меч разрушения. Как только люди с намерением убивать исчезнут, тот вымрет. Скуало хохочет во всё горло, чувствуя давно забытый азарт битвы и собственную кровь на губах. Они оба, Скуало и Такеши, уже побитые, выносливость почти закончилась. И все понимают, что бой остановится после следующего удара. Девятая атакующая форма «Шигурэн Соен Рю», стойка которой так похожа на положение в бейсболе против «Контро Ди Скуалло», прорезающее всё на своём пути, что использовалась против Первого Императора мечей для победы. Скуало несётся вперёд, и всем кажется, что тот помешал Такеши применить технику, заставив его отражать удары и отступать. Но тут неожиданно для всех Такеши появился за спиной — Супербиа пришлось использовать козырь: скрытый механизм в протезе, что позволил ему направить меч назад, за спину. Вот только прорезал он не плоть, а отражение. Ямамото нанёс удар спереди, вырубив Скуало тупой стороной меча. Класс взорвался множеством голосов и аплодисментов — это была одна из самых зрелищных битв. Но стоило только Червелло объявить победителя как был выпущен океанский хищник: акула. Такеши, что и так еле стоял, поспешил закинуть себе на плечо еле находящегося в сознании Скуало. Тсунаёши нахмурился и тут же нашёл глазами Хроме, что кивнул его безмолвному приказу. Испуганный крик отразился от стен, когда Пламя Мрака на экране окутало две фигуры и перенесло их сюда, где их тут же поспешили осмотреть Реборн с Рёхеем и оказать первую помощь, пока медики будут в пути. Занзас успел заметить в этой неразберихе арктическое спокойствие Тсунаёши, что ни капли не волновался от возможного нахождения среди них Страж Вендиче. Неужели не знает, кто это такие? Или… Занзас чувствовал всем нутром какую-то подставу, из-за чего его губы разошлись в зверином оскале. Ничего. Уже скоро и ему удастся повеселиться от души, и он, в отличие от своих Хранителей, не думает сдерживаться.