Нам хватит на это времени

      ― Гарри! Эй, Гарри! Вставай!

***

Гарри даже не помнил, какими были губы Малфоя, потому что тогда находился в полном ступоре. Он, до сих пор стоя в нише, провел подушечками пальцев по своим губам и тут же одернул руку. Казалось, что из легких выдавили весь воздух, а потом этот же воздух болезненно запихивали обратно. След губ Малфоя на его губах всё ещё чувствовался, и Гарри был в самом настоящем замешательстве. Не то чтобы ему было противно, хотя должно было, нет? Он слабыми руками достал из кармана карту мародеров, а открыв её, застыл, когда увидел точку «Драко Малфой» в библиотеке. Гарри собирался туда пойти, но не тогда, когда там был Малфой. Не теперь. Поттер шумно выдохнул и убрал пергамент обратно. В голове кружились тысяча и одна мысль по типу «что?», «зачем?», «почему?», «что мне делать?». Гарри вправду не знал, что ему делать. Он на ватных ногах шел в выручай-комнату, и все лестницы в Хогвартсе вмиг показались ему слишком длинными, а замок слишком большим. Парень хотел успокоиться, попытаться навести порядок у себя в голове, но когда он зашел в выручай-комнату, которая, будто на зло, была той же, что и в прошлом цикле, на вечеринке, всё стало гораздо хуже. Воспоминания об этом месте окатили Поттера с ног до головы. И все воспоминания были связаны ни с кем иным, как с Малфоем. Малфой крепко цеплялся за него, когда они летели от Адского пламени. Малфой спокойно сидел рядом с ним и иногда болтал. Малфой, блять, прикусывал его мочку уха. Гарри охватил жар, а лицо слилось с оттенком его гриффиндорского галстука. Это всё было полным пиздецом. Он измученно застонал, плюхнувшись на первый подвернувшийся диван. Гарри осмотрел его, и вновь застонал, поняв, что это тот самый диван, на котором они с Малфоем сидели в прошлом цикле. Черт возьми. Помимо проблемы с петлей, у него возникла проблема с Малфоем. Малфоем, который его поцеловал. Гарри правда старался не думать о том, как целовался Малфой. Ему нужно было прекратить замкнутый круг с петлей. Только вот Драко постоянно выходил за рамки этого круга, ставя Гарри в смятение своей непредсказуемостью. Если Гермиона и Рон не повторяли одни и те же темы, только потому, что Гарри переводил разговор в другое русло, то что не так было с Малфоем? И почему он его, Мерлин дери, поцеловал? Гарри поворочался на диване, и закрыл глаза. Это было ради шутки? Просто так? Малфой захотел поцеловать Гарри, потому что у него есть список с пунктом «поцеловать знаменитость»? Что-то было не так с Малфоем. Что-то было не так с Малфоем в петле. Вдруг с ним происходят какие-то изменения, которые Гарри так и не заметил, но это не эффект бабочки? Тогда как в этом убедиться? Как заметить изменения в циклах? Парень резко распахнул глаза. Его внезапно настигла идея. Безумно ужасная идея, от чего Гарри захотелось поскорее её осуществить и поскорее провалиться сквозь землю из-за таких мыслей. Нужно проверить одну теорию. Нужно дождаться следующего цикла.

***

― Гарри! Эй! ― вновь раздалось над ухом. ― Пошел в жопу, ― не увернувшись от пощечины друга, Гарри натянул на себя одеяло. ― Что? ― Что? ― Что? ― Ничего, ― пробурчал Гарри, ворочаясь. ― Э-э… ― Да-да, я иду, ― парень резко скинул с себя одеяло и встал. Не идти на занятия значило бы, оставаться одному, пусть и отдыхая. Но оставаться одному значило бы, оставаться одному со своими мыслями, а Гарри делать этого не хотел. Ему не хотелось зацикливаться на том, что он собирался сделать сегодня. И о том, что происходит с этой петлей. А занятие зельеварения, на котором Гарри, наверное, мог процитировать каждую фразу профессора Слизнорта, если и помогали, то совсем немного. Мысли продолжали кружиться в беспорядочном вихре. Что хуже всего, так на уроке присутствовал Малфой, к которому за одну парту посадили, очевидно, самого Гарри. И Малфой постоянно бросал на него косые взгляды, от чего Поттеру становилось неуютно, а щеки предательски вспыхивали румянцем. Склянки и ингредиенты выскальзывали из рук, и Гарри казалось, что в кабинете жарче, чем обычно. «Возьми себя в руки». Было не то чтобы тяжело находиться вот так, рядом с Малфоем, после произошедшего, просто напряженно. Гарри казалось, что Малфой успел проникнуть в его сознание, узнать, что поцеловал Поттера в одном из циклов временной петли и сейчас обдумывал эту информацию. Но Малфой же ничего не помнил, так? Гермиона наверняка сказала, что Гарри себя накручивает. Да, именно так, не стоит беспокоиться, пока Гарри ещё ничего не совершил. Но тишину между ними разрядить всё-таки хотелось. И Поттер не выдержал, сказав, что первое пришло на ум: ― Чем для тебя пахнет амортенция? ― решил спросить Гарри. Ну а что ему будет от этого вопроса? Лишь разнообразие в этом дне. Поттер посмотрел на свой котел, в котором булькало подозрительного цвета месиво. В прочем, неважно. ― Что? ― боковым зрением Гарри заметил, как Малфой прекратил помешивать зелье и уставился на него. ― Чем для тебя пахнет амортенция, Малфой? ― Гарри постарался сказать это в непринужденном тоне. Ну, поцеловал Малфой его, и что? Сам же Драко об этом и понятия не имел. Зато Гарри знал об этом. И знал, что собирается совершить в этом цикле. ― Тебе то это зачем? ― он скривил губы. Те самые губы, которые когда-то целовали Поттера. Мерлин, нужно прекратить об этом думать. ― Просто интересно, ― Гарри пожал плечами, стараясь делать абсолютно непринужденный вид. ― Просто интересно? ― Драко вскинул брови. ― Конечно, просто интересно, я не собираюсь тебя околдовывать или чем-то заманивать, ― Гарри повернул голову в сторону Малфоя. Тот фыркнул. ― Чёрным кофе, ― спустя минуту после тишины между ними, сказал он. ― И…? ― Гарри ждал, что Малфой назовет ещё один аромат, но вместо этого Драко задал вопрос: ― А чем пахнет амортенция для тебя, Поттер? Гарри наклонился к малфоевскому котлу, потому что в своем был полный беспорядок, и втянул воздух. Он уловил очень слабые, но узнаваемые нотки любимого запаха. ― Пирогами с патокой, ― выдал парень. Малфой снова фыркнул, никак не прокомментировав, что Поттер сунул свой нос в его котел. ― И…? ― Твоя очередь, Малфой, ― ухмыльнулся Гарри. ― Второй аромат. Драко подозрительно прищурился, но всё же ответил: ― Зелеными яблоками. ― О, ― Гарри усмехнулся. ― Что? ― Ничего, ― Поттер помотал головой. ― Эм, а у меня черенком метлы. Теперь твоя очередь. Как то было странно общаться с Малфоем. Всё равно. Всё равно странно и непривычно. Гарри тихонько взглянул на губы Драко. Он не смог тогда толком их ощутить, но они, вроде бы, были мягкими. Наверное. Хотелось убедиться в этом, и прикоснуться. Прикоснуться к этим розовым губам своими и… Гарри одернул себя. Не стоит думать об этом на уроке. Малфой неопределенно хмыкнул. ― Квиддичем, ― наконец, сказал он. ― Квиддичем? ― Гарри вскинул брови. ― Да, знаешь, этот аромат квиддича, ― Малфой начал жестикулировать рукой, словно это могло всё прояснить. ― Какая-то смесь запаха метлы, травы и трибун. А вместе квиддича. Понимаешь, о чем я? ― Кажется, да, ― кивнул Гарри. Несмотря на то, что Поттер уже давно не летал, он помнил это чувство: как захватывало дух, как свежий поток ветра хлестал в лицо, как адреналин бурлил в крови. Это были невероятные ощущения, приносящие внутреннее умиротворение внутри, давая выплескивать всю энергию, рассекая воздух на огромной скорости. Гарри определенно нужно было полетать с учетом его обстоятельств. Снять стресс. Напряжение. Как он раньше до этого не додумался? Парень представил, как он на метле летит близко-близко к земле, касаясь руками осенней травы, а потом взлетает вверх. На лице Гарри дрогнула легкая улыбка. Может быть, ему нравился запах не только черенка метлы. Может быть это, как и у Малфоя, был запах квиддича в целом. Смесь ароматов. Только почему квиддич был любимым запахом Драко? Неужели он его настолько сильно любил? ― Твой аромат, Поттер, ― голос Малфоя прервал все размышления. – Третий. ― А... ― не успел Гарри ответить, как краем глаза заметил, что с месивом в его котле уже совсем не всё в порядке. Зелье! ― Черт, черт, черт, ― он вновь засуетился, хоть в этом не было необходимости. ― Гарри, мой мальчик, всё в порядке? ― к парте подошел Слизнорт. ― Да, сэр, ― на автомате ответил Гарри, и профессор отошел в сторону. Малфой рядом широко усмехнулся, Поттер посмотрел на него. ― Что? ― Ничего, ― отмахнулся Малфой и вернул внимание к своему котлу, искоса смотря на парня. Гарри добавил жабью желчь в зелье и убавил огонь, сдерживаясь, чтобы истерично не засмеяться. Даже на этот раз у него подгорело зелье. Какие-то вещи Гарри не в силах изменить. Если, конечно, попросту не решит на следующий цикл прогулять уроки. Поттер вытер вспотевшие ладони о мантию. До конца урока оставалось недолго. И потом Гарри попытается осуществить свою безумную идею, пока его уверенность в этом не упала ниже нуля. Он чертовски боялся, что Малфой сейчас прочтет его мысли. Если честно, Гарри и сам боялся их.

***

Это только ради эксперимента. Уверял себя Гарри, пока шел по пустому коридору с картой мародеров в руках. Только ради эксперимента. Точка с наименованием «Драко Малфой», медленно двигалась в сторону библиотеки. О том, какого черта Малфою понадобилось идти туда сейчас, Гарри не задумывался. Только ради эксперимента Точка «Гарри Поттер», была всё ближе к точке «Драко Малфой», и парень, шумно выдохнув, сложил карту, убирая её в карман мантии. Гарри заметил, как его руки тряслись. Он с гневом посмотрел на них, как на предателей, которые выдавали всю его нервозность, и сжал руки в кулаки. Только ради эксперимента. Он победил Волан-де-Морта. Он сможет совершить и это. Только ради эксперимента. Повторил он про себя. В этом не было ничего такого. «Нет, было», ― предательски запищал в голове голос. В этом ничего такого не было. Гарри просто собрался провести эксперимент. Совершить действие. Простое, самое обычное действие. Раз Малфой так поступил, почему так не может поступить и Гарри? «Что же ты творишь?», ― раздалось где-то на задворках сознания, и Поттер остановился у поворота. Когда он завернет за угол, там будет стоять Малфой. Гарри не знал, как смотреть Драко в глаза после того случая. А что он собирался совершить сейчас? «Какое-то безумие». Нет, эксперимент. ― Эй, Малфой! ― ноги сами понеслись к слизеринцу, и отступать было некуда. Конечно, Гарри мог сбежать без последствий, но он же гриффиндорец. Нужно уметь рисковать. «Нужно уметь быть придурком», ― надругался внутренний голос. ― «Полным придурком, чтобы это совершить». ― Поттер? ― На пару слов, ― Гарри оглянулся по сторонам ― несколько прошедших учеников окинули их заинтересованным взглядом, а потом скрылись из виду ― и, не дожидаясь ответа, взял Малфоя за локоть, оттаскивая в сторону ниши, которая так удачно подвернулась в этом коридоре. Всё повторялось, как в прошлом цикле, только они поменялись местами. Раз, они скрылись от посторонних глаз. Два, Гарри посмотрел на испуганно-недоумевающее лицо Малфоя. Три, страх сменился на гнев, и Драко выплюнул: «Какого хрена, Поттер?», что Гарри чуть ли не решил отступить. Но нужно идти до конца. Четыре, Гарри бросил взгляд на губы Малфоя, и тот замер. ― Поттер? ― хрипло прошептал он, заинтересованно наклонив голову чуть на бок. Пять, Гарри посмотрел в глаза Малфою, где черная радужка постепенно вытесняла серое. Он аккуратно взял слизеринский галстук в руки, которые работали отдельно от разума Поттера, и медленно потянул на себя. А потом Гарри закрыл глаза. Наклонился. В ушах звенело, а голове крутились десятки ругательств в свою же сторону, но парень упорно их проигнорировал и схватился своими губами губ Малфоя. Безумный, безрассудный поступок. Но это ради эксперимента. Какого? Об этом Гарри вмиг забыл, когда Малфой судорожно вздохнул и ответил на поцелуй. Сначала отстраненно, но потом более уверенно, жадно впиваясь. По спине Гарри прошелся электрически ток, и волосы на затылке стали дыбом. Драко положил ладони на грудь Гарри, схватил за рубашку, сминая её в руках. Малфой так быстро перехватил на себя инициативу, что Гарри даже засомневался в том, он ли решил подойти к Драко и укрыться с ним в этой нише. Губы Малфоя были мягкие и податливые, и на этот раз Гарри мог их исследовать. И это было неописуемо. Горячее дыхание Малфоя обжигало щеку, а дышать самому становилось труднее от нахлынувших эмоций, которые сменялись от испуга до восторга и обратно. Драко пах каким-то вкусным парфюмом, Гарри отчетливо это мог ощутить. Он прильнул сильнее, втягивая носом воздух. Внутри Поттера разлилось непонятное тепло, пока в один момент всё не прекратилось. Колокол, оповещающий о начале урока, прозвенел. Малфой резко отстранился и одернул руки, как ошпаренный. ― Мне… ― начали они оба, но быстро замолкли. Никто из них не решался посмотреть друг другу в глаза. ― Мне пора, ― успел пробормотать Гарри, прежде чем сбежал отсюда. Шесть, Гарри полностью в шоке. «Что я натворил, блять?» Гарри поцеловал Драко ради какого-то необоснованного спонтанного эксперимента. Просто так. На пробу. Сейчас весь масштаб безумства произошедшего настиг Гарри. Да, да, да. Это было безумство, надо было прислушаться к этому раньше. Почему до Гарри так туго доходит? «Малфой всё равно это забудет. Мерлин, временная петля, спасибо тебе». Благодарить причину ещё одного испорченного учебного года было, конечно, не здорово, но Гарри сейчас это не заботило. Его безрассудство наполнило всю голову, иначе никак нельзя было больше объяснить, почему он сам решил поцеловать Малфоя. Ну, хотя бы потому что Малфой неплохо целуется. Черт. Он же парень. И он Малфой. Гарри открыл карту мародеров, посмотреть, свободна ли библиотека (как оказалось, свободна), но от его глаз всё равно не ускользнула точка «Драко Малфой». Поттер сглотнул. «Блять, так нельзя, что я натворил».

***

Со стороны могло показаться, что парень не летает на метле, а пытается совершить попытки самоубийства. Гарри взлетах вверх, падал вниз, а потом резко останавливал метлу в пару футах от земли. И так уже несколько раз. Он не мог остановиться. Ветер развевал волосы точно так же, как и мысли, отбрасывая их на второй план, раскидывая в голове, чтобы не мешались. Гарри хотелось забыть. Забыть о том, что его преследовало. И это удавалось, когда он совершал крутые виражи и финты, а адреналин наполнял всё тело. Гарри вновь взмыл вверх, так крепко сжав черенок метлы, что казалось, он сейчас сломается. Парень летел всё дальше от земли, дальше от трибун, и с каждым разом становилось всё холоднее. Но плевать. Он мог не целовать Малфоя, мог совершить что-нибудь другое, чтобы проверить изменения в следующем цикле, но поступил иначе. Глупо. Мысль о том, что Малфой как-то связан с временной петлей сначала формировалась на задворках сознания, но теперь становилась яснее. Руки Гарри онемели от холода и, заметив это, он остановился, тяжело дыша. Клубни пара вылетали изо рта. Но ведь это невозможно. Как Малфой мог быть связан с петлей? Поттер расслабил тело, падая вместе с метлой вниз. Расстояние до земли сокращались в секунды. Ближе, ближе… Вот уже начали виднеться трибуны, сначала как из-за тумана, а потом всё чётче. Гарри собирался тормозить, но передумал, решив подождать ещё немного. До земли оставалась совсем немного. Ещё чуть-чуть. Ближе. И дальше от размышлений. Малфой и временная петля? Нет. Паника резко накрыла Гарри, когда он заметил, как трава уже прямо у него под носом. Он резко напрягся, цепляясь за метлу, которая теряла баланс, виляя из стороны в сторону. Гарри сжал её ещё крепче. Всё происходило в считанные секунды, но для парня это было, как в замедленной съёмке. Поттер остановился. Легкие кольнуло, а дышать стало сложнее. Нос парня был в нескольких дюймах от травы, которая внезапно начала раскачиваться. Ещё бы чуть-чуть и он, нахрен, разбился бы. Гарри опустил метлу и обессилено упал. В груди была тяжесть. Руки и ноги стали тяжелыми. Парень хватал ртом воздух большими глотками, пока не смог нормализовать дыхание. Так не пойдет. Ему нужно отвлечься от всего этого. Но не способом отчаянного суицидника. Ему вновь нужно расслабиться. Вновь раствориться в атмосфере веселья, вновь напиться и сыграть в какую-нибудь дурацкую игру на вечеринке. Гарри улыбнулся. Осталось только дождаться следующего цикла. Когда никто ничего не будет помнить.

***

― Становится скучно, ― протянула Панси. ― Предлагаю во что-нибудь сыграть. ― И во что же? ― Блейз приподнял бровь. ― Бутылочку? ― предложил Дин. ― О, ну нет, может… ― Может лучше в «Я никогда не»? ― перебил Малфой Финт-Флетчи, и все посмотрели на него. И Гарри тоже. Почему ход цикла менялся? Только Гарри планировал отвлечься от мыслей о том, что Малфой каким-то способом связан с петлей, как эти мысли тут же настигли его вновь. ― Отличная идея, Драко! ― воскликнула Панси. ― Я поддерживаю, ― сказала Лаванда. ― Да, давайте, ― согласился Симус. ― Нам хватит выпивки? ― спросила Парвати. ― Должно, ― ответил Симус. ― Давайте весь алкоголь сюда, ― он поставил пару бутылок огневиски в центр, ожидая, когда остальные сделают то же самое. В скоплении из бутылок представляло из себя почти полностью только огневиски. Лишь в некоторых из них находилась непонятная жидкость, но это явно был алкоголь. Впрочем, это не остановило Финнигана смешать их. Он разлил это всё в маленькие рюмки, которые раздали каждому участнику по четыре штуки. Пару студентов отказалось от игры, сказав, что будут наблюдать со стороны. ― Гермиона, ты всё равно не будешь играть, поможешь нам с чарами? ― спросил Рон. Девушка ничего не ответила. Она взмахнула палочкой, пробормотав какое-то заклинание себе под нос. ― У человека, который будет лгать, стакан начнет мигать, ― поясняла Гермиона. ― Тот, кто выпьет, но солжет, почувствует неприятное жжение и выдаст себя тем, что выплюнет алкоголь. Но это безопасно. ― Гермиона, ты замечательна, ― с восторгом сказал Рон, а Грейнджер с довольным видом смущенно улыбнулась. ― Итак, кто первый? ― поинтересовалась Лаванда. ― Давай ты, ― сказала Парвати, и спорить никто не стал. ― О. Я никогда не напивалась в хлам. Несколько гриффиндорцев и пуффендуйцев смело выпили. ― Эй, стакан мигает, ― Ханна кивнула в сторону когтевранца, рюмка которого через раз подсвечивалась. ― Давай-давай, пей. Когтевранец хмыкнул, и опрокинул в себя огненный виски. ― Я никогда не нарушала больше десяти школьных правил. ― Десяти? Мерлин, ― пробормотала Мэнди. Гарри, Рон, и ещё несколько человек опрокинули в себя алкоголь. ― Я никогда не пыталась списать на уроке. Поттер откинулся на спинку кресла, чувствуя себя ещё более расслабленно. Вопросы полились одним за другим, и Гарри через раз выпивал содержимое рюмки. Симус и Дин подливали участникам алкоголь. ― Мы все вместе сопьемся, ― устало сказала Аббот, а Дин усмехнулся. ― Э-эм, я никогда не измерял свой член, ― сказал Терри Бут. ― Святый боже, ― произнесла Дафна. Симус, Дин, Блейз, сам Терри и ещё пару парней подняли стаканы, отсалютовав друг другу, и выпили. ― Я никогда не испытывал эрекцию на уроке. ― Я никогда не пытался притвориться больным. ― Я никогда не находила тайные проходы в Хогвартсе. Гарри выпил на последнем вопросе, а затем рассеянным взглядом осматривал и так знакомую комнату. Малфой сидел на том же диване, а место Гарри теперь занимала Паркинсон. Драко развалился на кресле в полностью расслабленной позе, но что-то в нем заставляло Гарри думать, что Малфой напряжен. Волосы парня были непривычно растрепаны, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, и Гарри на пару секунд позволил себе остановить взгляд на его ключицах, а затем посмотрел на лицо. Внезапно Драко вскинул голову и пересекся взглядами с Поттером. Тот замер. Внутри Гарри будто что-то ёкнуло. Он не мог отвернуться, не мог прервать зрительный контакт, не мог не смотреть в эти серые глаза. Гарри судорожно вздохнул, ощущая, как табун мурашек охватил спину. Драко моргнул, и нельзя было не заметить, как дернулся его кадык. Он облизал пересохшие губы, заставляя Гарри снова вспомнить их. Вспомнить их мягкость, их вкус, их ощущение на своих губах. Мерлин… Драко отвернулся первым, когда Панси зашептала что-то ему на ухо. Гарри понаблюдал за этой картиной пару секунд, а потом опустил взгляд в пол. ― Я никогда не целовал парня. Гарри мысленно чертыхнулся, словно его мысли прочитали. Но нет. Это был всего лишь Джастин, который теперь наблюдал, как большее количество человек подняло свои стаканы. Гарри внимательно посмотрел на свой, который не подавал никаких признаков мигания. Технически, он целовал. Целовал Драко блять Малфоя. Гарри мельком взглянул на Драко, что уже сидел со скучающим видом, буравя взглядом свой стакан. Некоторые уже выпили до дна и откашливались от алкоголя, прожигавшего горло. В конце концов, почему бы и нет, решил Гарри и схватил стакан, разом опрокинув в себя его содержимое. Алкоголь был самым обычным на вкус, ничего не изменилось. Пока Поттер пил, то продолжал краем глаза смотреть на Драко. Ведь всё-таки, он и был виновником этого. Гарри зажмурился и выдохнул, ставя рюмку на место. ― Гарри? ― глаза Рона округлились. ― Так-так, ― весело улыбнулся Дин. ― Ну и кто же это, Гарри? ― Рон? ― предположила Падма. ― Нет! ― Уизли замотал головой. ― Я думаю, это нетакти... ― Я никогда не целовала Симуса Финнигана! ― вдруг воскликнула Лаванда, прерывая Гермиону. Девушка внимательно смотрела на Гарри. Дин и ещё пару человек выпили. ― Я никогда не целовала Невилла Лонгботтома! ― подхватила Парвати, также выжидающе смотря на Поттера. Невилл покраснел, а Гарри сидел смирно. ― Я никогда не целовала Дина Томаса! ― сказала Падма и до Гарри, наконец, дошло. Они пытались угадать. ― Эй, мы вообще-то идем по кругу! ― возмутилась Аббот. Лаванда махнула на неё рукой. ― А мне даже интересно, ― многозначительно протянула Панси. ― Боже, спросите же, кто-нибудь! ― Парвати вошла в азарт. Гарри не показывал никаких признаков протеста, то ли был ошеломлен, то ли понимал, что это не имеет значения. ― Нельзя вторгаться в чужую личную жизнь! ― зачитала Гермиона. ― Но Гарри же не против. Правда, Гарри? ― посмотрела на него Лаванда, а Поттер неопределенно хмыкнул, не поднимая ни на кого взгляда. ― Гарри! ― возмутился Рон, и Гарри мог его понять. Он ни разу не рассказывал лучшему другу о поцелуе с парнем, но зато сейчас, возможно, это выдаст на обозрение всему восьмому курсу. Как хорошо, что Гарри во временной петле. ― Я никогда не целовала Джастина Финч-Флетчли, ― пробормотала Аббот. ― Я никогда не целовала Энтони Голдстейна! ― Я никогда не целовал Майкла Корнера! ― Я никогда не целовала Терри Бута. ― Я никогда не целовала Кормака Маклаггена! Имена выкрикивали один за другим, что это превратилось в один монотонный гул. ― Мерлин! ― Рон застонал в ладони. ― Гарри, ― Гермиона с укором посмотрела на него, а Поттеру почему-то даже стало весело узнать, отгадают ли они. ― Я никогда не целовала Захарию Смита! ― Фу, я нормальный, ― с отвращением сказал Смит, и Гарри захотел тому врезать. ― Заткнись, ― бросила в его сторону Ханна. ― Черт, Гарри, ну скажи, кто это? ― взмолилась Лаванда. Гарри, наконец, поднял голову, всеми силами стараясь не переводить взгляд на Малфоя, и посмотрел на девушку. Он помотал головой в знак отрицания, и Лаванда обиженно надула губы. ― Я никогда не целовала слизеринца, ― внезапно сказала Панси, с любопытством глядя на Гарри. ― Что? ― она оглянулась. ― Никто не назвал ни одного слизеринца. Поттер, смотря на Паркинсон, осторожно выпил стакан огневиски. Краем глаза он заметил ошеломленное выражение лица Малфоя. А может, ему это показалось. ― Гарри! ― Гарри, черт возьми! ― Да ладно! ― Кто это, Гарри? ― Я никогда не… ― Это уже переходит всякие границы! ― Гермиона сказала это так громко, будто использовала мощный Сонорус. Все мигом замолчали. ― Личная жизнь от того и называется личной, что никто не должен в неё лезть. Если вы думаете, что можете таким обманным способом заставить Гарри сказать правду, то я снимаю чары, ― она взмахнула палочкой, рассеивая действия чар. Кто-то разочарованно вздохнул. Гермиона обвела выручай-комнату укоризненным взглядом, в которой наступила тяжелая тишина. Где-то играла музыка. ― Кхм, ― Лаванда неловко прокашлялась. ― Извини, Гарри… ― Неловко вышло, ― Парвати заправила прядь волос за ухо. ― Да уж… ― выдохнула Падма. Да, речь Гермионы явно произвела должный эффект. ― Эм, у нас ещё остались огневиски. Кому налить? ― Дин приподнял бутылку. ― Давай сюда, ― Панси встала со своего места и бесцеремонно выхватила огненный виски из рук гриффиндорца, а потом отпила прямо из горла. ― Держи, ― она отдала бутылку Малфою. ― Прибавляйте свою музыку, ― она махнула рукой. ― Ну же! Возражать никто не стал. Громкость музыки увеличилась, и это и вправду помогло развеять напряженную атмосферу. Паркинсон села на свое место, и начала рассказывать какую-то историю. Честно, Гарри не слушал, но рассказ был явно о чем-то веселом, раз студенты смеялись. Поттер закинул голову вверх, рассматривая однотонный потолок. ― Гарри, ― он услышал рядом голос Гермионы. Девушка накрыла своей ладонью его. ― Не надо, ― сказал Гарри. ― Давай потом. ― Хорошо, ― согласилась Грейнджер, но в знак молчаливой поддержки, осталась сидеть рядом с ним на одной из подушек на полу. ― Спасибо… ― очень-очень тихо произнес Гарри, неуверенный, что вообще сказал это вслух. Гермиона громко вздохнула. ― Всё правда в порядке, ― хрипловатым голосом сказал Гарри и тут же прочистил горло. ― Со мной всё нормально, ― он поднял голову и посмотрел на девушку. Гермиона в неуверенности замешкалась, а когда Гарри улыбнулся и кивнул, встала. ― Отдыхай, ― сказала она и ушла на свое место, к Рону. Пару раз Гермиона кидала на него беспокойные взгляды, но спустя время это прекратилось, и Гарри вновь откинул голову назад, на спинку кресла. Музыка все также играла, Панси продолжала рассказывать забавную историю, а вечеринка и не планировала прекращаться. ― Поттер. Звук знакомого голоса, окатил, как ледяной водой, и парень резко выпрямился. Малфой сел на подлокотник кресла. ― Будешь? ― он протянул ему стакан огневиски. ― Э-э… давай, ― Гарри взял его из рук Малфоя и сделал глоток, а потом вернул стакан обратно Драко. Интересно, мог бы Гарри сейчас каким-то чудесным образом аппарировать отсюда? Подальше от Малфоя. ― Забавно, правда? ― Драко легко указал кивком головы куда-то в сторону. ― О чем ты? ― не понял Гарри, но когда услышал, как несколько человек, сидящих рядом с Паркинсон, рассмеялись, до него дошло. ― А… Честно, я вообще не слушаю. ― Я тоже. Малфой откинулся на край спинки кресла, и Поттер на секунду задержал дыхание. Горячая рука Драко прикасалась к его руке. Гарри кинул на парня быстрый взгляд, но всего на секунду. Он не был так рядом с Малфоем с того самого момента. С того безумия, уверял себя Поттер. ― И кто же тот парень со Слизерина? ― спросил Малфой, и Гарри не знал, как ответить. Он поджал губы. ― Будешь ещё? ― Драко протянул ему ещё не пустой стакан, и Гарри взял. Он снова отхлебнул немного алкоголя. Забавно, Малфой будто знал, что ему нужно. ― Так, ― это раздалось прямо над ухом, горячее дыхание, щекотало Гарри кожу, и парень замер, ― кто он, Поттер? Гарри медленно повернул голову в сторону, и вздрогнул, когда его нос встретился с кончиком носа Малфоя. Поттер отпрянул на дюйм, давая себе интервал. Драко смотрел выжидающе. И этот взгляд серых глаз, казалось, пронзал Гарри насквозь, казалось, Малфой всё знал. Только вот, Гарри думал, что это было невозможно. Возбуждение от напряженного момента наполняло его тело полностью, вплоть до волос. Холод медленно перетекал жар и обратно. Парень сделал глубокий вдох, и мысленно решил, что пусть Малфой знает хотя бы так. Гарри усмехнулся, наклонившись вперед, теперь наоборот, сокращая между ними расстояние, и выдохнул Драко в губы: ― Ты. Это было как признание. Признание самому себе, признание Малфою, открытие тайны. Кажется, Рон крикнул: «Гарри, у тебя всё в порядке?», но для Поттера все посторонние звуки были как под заглушающими. В ушах был слышен лишь шум его, Малфоя, дыхание. Драко был близко, так близко. В его глазах черный зрачок вытеснял серую радужку, а сам парень не дергался и ничего не говорил, хотя Гарри ожидал от него совсем другой реакции. Их губы были настолько близко, что можно было делиться друг с другом воздухом. И Гарри не понимал, почему хотел наклониться. Но перед глазами начало постепенно мутнеть, и Поттер, в конце концов, их закрыл. Он откинулся назад, чувствуя, как отрывается от этого дня. А потом проснулся уже в своей кровати.

***

Голова раскалывалась от похмелья и, честно говоря, парень и не знал, зачем вообще поплелся на зельеварение. Он просто встал, просто шел, просто нарезал ингредиенты. Всё просто. И даже не обращал ни на кого внимание, засыпая на ходу. Когда Малфой с ним внезапно заговорил, Гарри вздрогнул: ― Выглядишь неважно, ― усмехнулся Малфой. ― Что-то случилось, Поттер? ― он произнес это ядовито, в своей привычной манере, которую Драко после войны проявлял не так часто. И Гарри был в полном замешательстве. В последний раз Драко не был… таким. Поттер с удивлением уставился на него, моргнул, и отвернулся к своему котлу, смутившись. Он никак не хотел разговаривать с Малфоем, после того самого случая. Никогда. Ни за что. Вечеринка была небольшим исключением. Это было неправильно. Безрассудно. Но приятно. Нет. Не приятно. Это же Малфой. ― Тебе то что? ― нахмурился Гарри. Котлы кипели, а парню сейчас не было никакого дела до зелья. Он равнодушно нарезал ингредиенты, продолжая задаваться вопросом: «Какого черта я сюда приперся?». ― Да на тебе лица нет, ― фыркнул Малфой. ― Совершил какую-то глупость? Гарри замер на этих словах. Неужели он выглядит, как открытая книга. Неужели его так легко прочитать. Или… Малфой каким-то образом может его читать, как будто на лбу у Гарри написано «Я поцеловал Драко Малфоя!». ― Знаешь, ― беспечно продолжал Драко. Он смотрел в свой котел, скучающе помешивая жидкость. ― Люди совершают глупости и только потом задумываются о последствиях. Ну, или думают, что никаких последствий не будет вообще. Гарри был уверен, что на его лбу к надписи «Я поцеловал Драко Малфоя!», добавилась фраза: «И Драко Малфой поцеловал меня в ответ!», а рядышком мелким шрифтом, как жалкое оправдание, выведено: «Но это потому что Малфой поцеловал меня первым!». Поттер зачем-то взял жабью желчь, намереваясь добавить ровно три капли в котел. Но затем Малфой произнес то, от чего Гарри на секунду прекратил дышать, и по его спине пробежал не холодок, а целый, Мерлин его дери, айсберг: ― Иногда люди вращаются, как белка в колесе и им кажется, что всё вокруг них не меняется. Но одно дело – иллюзия, а другое – реальность. Знаешь явление, когда твой каждый день по-настоящему не изменяется и всё повторяется? Флакончик с желчью выпал из рук, а зелье с громким звуком, выплеснулось из котла, и некоторые ученики от неожиданности вскрикнули. Слизнорт беспокойно понесся к парте Гарри, но Поттеру было всё равно. И всё из-за проклятых слов Малфоя. Ведь не нужно было отвечать. Ответ и так был ясен. Временная петля.