7 этапов

      Керри перевернулся на кровати, вытянув руки, потянувшись к фигуре, которой больше не было. Его кровать казалась такой огромной, с тех пор как Ви исчез. Пустое пространство даже как-то увеличилось, что оказалось очень мучительно. На сегодня планировались поминки.       Ви ушёл.       Его муж, его любовь, исчез.       Керри чувствовал, что пламя в его груди погасло, оставив после себя только отпечаток сажи. Он не мог заставить себя встать. Ещё несколько минут, чтобы чтобы закрыться от всего мира. Одна из рубашек Ви была спрятана с ним в простыни; он цеплялся за неё, как ребенок. Аромат, который исходил от неё, с каждым днем угасал, и ему нужно было насытиться им пока он ещё не выветрился.       Голова Керри болела почти так же как и сердце. Он скорбил несколько дней, блуждая по пустым залам своего особняка с напитком в руке и слезами на глазах, не зная, что с собой делать. Он касался каждого предмета, которым владел или пользовался его муж.       Вспоминал как он неуклюже играл на гитаре; то как он вешал свою одежду в шкаф, несмотря на то, что Керри бросал всё на пол; даже то, как он всегда дерзко ударял Керри по заду, когда они поднимались по лестнице.       Он протянул руку к потолку, глядя на свое золотое обручальное кольцо, и подумал о своих обещаниях. Ви не хотел бы, чтобы он тоже загнулся... что он хотел бы, чтобы он продолжал жить дальше.

***

Бар Эль-Койоте был заполнен людьми, но там было тихо. Керри сидел на балконе один, когда мама Уэллс поманила его, чтобы он пришёл к ней через чёрный ход.       Комната была слабо освещена, но Керри не снимал солнцезащитные очки, в которых он был. Все, кто знал Ви, понимали, что он вдовец в трауре, но ему нужно было оправдываться для самого себя.       За сигаретой была выкурена ещё сигарета, но поминки продолжались. Никотин обжигал ему горло и заставил его зажмуривать глаза, но от этого был больший прок, чем идти дышать душным воздухом бара.       Керри осмотрел толпу. Ви действительно изменил жизнь многих людей в Найт-Сити, собрав большое количество людей, которые пришли отдать дань уважения его портрету у алтаря. Кочевники, одетые в свое снаряжение для верховой езды, фиксеры, рипперы, журналисты, корпо "Миллитеха"... Керри мог поклясться, что заметил даже мэра и его жену в окружении двух телохранителей. Он почувствовал нежную руку на плече, но остался неподвижным. Рядом с ним на столе хлопнула крышка бутылки пива, и он услышал голос мамы Уэллс.       — Оставайся здесь столько, сколько тебе нужно.       Керри кивнул, схватил пиво и прижал холодную бутылку к своей стучащей голове. Дни тяжёлых нервных срывов оказали на него огромное влияние. Истощенный и обезвоженный, он был рад, что настал день поминок.       Как только эта глава, наконец, пройдёт, он сможет начать собирать себя по кусочкам.       Один за другим ближайшие друзья Ви выходили, чтобы рассказать историю или сказать тост. Керри внимательно слушал, зажигая еще одну сигарету. Его глаза слишком болели, чтобы плакать от всех этих добрых слов. Он оставался сидеть на балконе, пока мама Уэллс не выступила вперёд, чтобы завершить службу. Керри встал, разминаясь и отгоняя боль, которая уселась в его сгорбленных плечах и повернулся, чтобы подняться по лестнице на крышу.       Он не был удивлен, увидев Мисти, сидящую и обнимающую себя за ноги, наблюдая за тем, как машины плывут по шоссе вдали.       — Привет,— поприветствовал он хриплым голосом.       — Привет.       Керри выудил свернутый косяк из кармана кожаной куртки. Вонючий запах марихуаны витал в воздухе, и он предложил её Мисти. Она приняла его без слов.       Они выкурили всё до фильтра, прежде чем Керри выкинул его с крыши здания, наблюдая, как пепел растворяется в переулке.       — Эй, Мисти?       — Хм?       — Ты... думаешь ли ты, что Ви сделал то, о чем просила его?— он посмотрел вниз на руки, потирая сухую кожу кончиков пальцев.— Я не помню, что именно ты сказала, но... он сказал, что попытается.       Мисти кивнула и положила подбородок на колени.       — Да, да. Потому что он вернулся к тебе.       Керри выдул воздух через нос, крепко сжав челюсти, чтобы сохранить спокойствие. Мисти положила руку на верхнюю часть его спины.       — И он теперь со своим лучшим другом. Я думаю, что если бы для него была какая-либо Правда, то он заключалась в том, чтобы быть с людьми, которых он любит,— она замолчала, глядя на облачное небо.— Ты больше ничего не мог сделать, Керри. Все в порядке.       Керри не мог заставить себя ответить, но не было необходимости. Она была права, он сделал всё, что мог; и это знание наполнило его обожанием и печалью.

***

      Керри стоял у колумбария в одиночестве, пустая ячейка была открыта. Холодный ветер пронес опавшие листья по земле вокруг его ног.       Он осмотрел ярко-красную розу, которая была на лацкане Ви в день их свадьбы. Одним из последних желаний Ви было похоронить с ним его обручальное кольцо, символ его преданности навсегда. Керри знал, что роза была следующей вещью, которую он мог использовать, чтобы помнить его. Он повертел его в руках, богато украшенные складки в бумаге все еще сохраняли свою форму, как и обещала Мисти. Он никогда не исчезнет, никогда не увянет, как и его любовь.       Это было правильно.       Керри аккуратно положил розу в коробку и потряс ею. Появился мягкий синий свет от табло. Ви Преданный друг и любящий муж.       Керри размышлял о всех способах увековечить Ви, но ничто не подходит ему больше, чем это простое описание, на котором он остановился. Керри откинул голову назад, посмотрев в небо. Усталая улыбка появилась на его лице.       — Теперь ты можешь отдохнуть, детка. Я буду здесь для тебя, пока мы снова не сможем быть вместе.

***

      Дни одиночества тянулись от одного утра к другому. Керри цеплялся за воспоминания, прежде чем они снова начинал уплывать далеко-далеко.       К сожалению, он не мог избегать своей жизни вечно.       Керри едва волочил ноги, спускался по лестнице, чтобы поприветствовать корпоративного представителя лейбла звукозаписи. Он не мог придумать худшего способа провести воскресное утро, но парень был занозой в заднице в течение нескольких месяцев, и он знал, что МСМ становится недовольны его бездействием.       — Ах, наконец-то. Мистер Евродин. Рад вас видеть.       Фу. Керри прошел мимо него на кухню, агрессивно нажимая кнопки на своей кофеварке, пока она не налила горячий кофе в кружку.       — Начнём? Керри усмехнулся, тяжело упав на стул на противоположной стороне стола.       — Давайте покончим с этим.       Мужчина в костюме, сидя за столом, на мгновение постучал по клавиатуре ноутбука, прежде чем откинуться назад, изучая его.       — В рамках вашего контракта на записи МСМ нам требуется либо новый контент, либо публичное появление каждый месяц, чтобы наши артисты оставались свежими в глазах общественности. Это было...— он нажал что-то на ноутбуке.— ..почти три месяца назад. Вы понимаете, что это неприемлемо, мистер Евродин?       Керри ёрзал на стуле, вращая обручальное кольцо вокруг пальца.       — Был занят. Я же говорил вам. Я не могу сразу же встать и играть в танцующую обезьяну. Мне нужно время.       Корпорат вздохнул, сложил пальцы и положил локти на стол.       — Извините, но прошло больше месяца с тех пор, как он скончался,- челюсть Керри сжимается, гнев поднимается у него в животе.— Раньше вы были женаты, не так ли? Как долго это будет продолжаться?       — Остановитесь,— предупредил Керри, сжав свою кружку в кулак, чувствуя, как керамика горит в его руке.       — В конце концов вы должны вернуться к своей жизни. Если вы вернётесь в поле зрения общественности с таинственным обручальным кольцом, это повредит имиджу ваших поклонников. Это могут расценить, как то, что вы доступны. Это наша официальная рекомендация снять его, и мы можем дать вам место...       — Достаточно!       Керри поднялся, бросая кружку в сторону корпората. Кружка разбилась на столе, посылая повсюду осколки и брызги горячего кофе. Мужчина закричал и спрыгнул со стула, отскакивая от каплей коричневой жидкости, которые были теперь по всему ковру.       — Мой муж умер у меня на руках, в этом доме, всего несколько недель назад, и вы просто хотите, чтобы я снял кольцо и вёл себя так, словно это никогда не случалось?       Керри бросился на него и схватил за воротник, заставив посмотреть на него.       — У вас, у ебаных корпоратов, вообще есть душа? Или она покинула тебя, придурок, в первый день, когда ты надел этот костюм?       Мужчина заикался в ответ, но Керри кинул его на пол, бросив тяжёлый ноутбук на землю рядом с ним. Он услышал треск. Хорошо.       — Убирайся из моего дома!       Закричал он, наблюдая, как испуганный корпорат выпрыгивает из двери.       Он был возмущён дерзостью, в ярости шагая по дому. Ему плевать, если бы сердца девочек-подростков были разбиты, что он женат, или что его фанатам может быть грустно, что он не попал в какое-то ток-шоу для конченых придурков в течение нескольких месяцев.       — Эти чёртовы засранцы... ублюдки... чёртовы сучьи дети...       Он звучал глупо, но ему было всё равно, так как вокруг некому было его слышать. Он мог кричать, пока его лёгкие не начинали гореть огнём, но единственными слушателями были его безмозглые дроны безопасности на улице.       Или было?       Керри остановился, глядя на свой компьютер.       Он предполагал, что может «появиться на публике» по-своему. Ожидалось, что он забудет свои отношения с Ви, оставит их в прошлом, но этому не бывать.       МСМ поимели его, но ничто не мешало ему играть. Искусство, в конце концов, было субъективным самовыражением.       Он открыл ноутбук и открыл свою веб-камеру. В его сердце была песня, и он был готов освободить её.       Вглядевшись своё отражение в веб-камере, он пробежал рукой по волосам, чтобы привести их в порядок. Он выглядел как дерьмо, но он не особо беспокоился о своей внешности.       Он обнял гитару и нажал кнопку записи. Музыка наполнила воздух, когда Керри начал играть песню, которую он написал с Ви, вплетая их свадебные клятвы в текст. Петь было больно, и его голос звучал хрипло, но после многих лет практики сами ноты всё равно вышли гладко и ясно.       Аккордовая последовательность, которая практиковалась Ви, была необычной, непрофессиональной, но он бы ни на что не изменил её. Глаза Керри были мокрыми к тому моменту, как он закончил и выключил запись. Он не редактировал и даже не воспроизводил, он хотел, чтобы эмоции прошли так, как он чувствовал: сырые и настоящие. Приветливый сайт, в котором обмениваются видео, приветствовал его, и Керри нажал кнопку "Загрузить". «Для Ви.»       Он набрал название, оставив описание пустым. Прежде чем дать себе время на рассуждения, он поднял дрожащую руку и нажал на "опубликовать". Пластиковый корпус издал резкий шум, когда он захлопнул ноутбук. Было ощущение, что на него напало животное: дыхание ускорилось, когда до него дошло, что он только что сделал. Он встал, кинув телефон на стол, и лёг на пол. С него потребовалось не так много времени, чтобы, наконец, спеть песню до конца, но он снова почувствовал тепло внутри, которое не чувствовал с тех пор, как в последний раз держал Ви на руках.       — Я сделал это, детка,— сказал он.— Я тоже рассказал свою Правду, как и ты.

***

“Керри Евродин сверкает новым обручальным кольцом в неожиданном видео!” “Кто такой Ви? Евродин оставляет поклонников теряться в догадках с новым видео” “Известный рокер Керри Евродин загружает свою самую эмоциональную песню”       Керри рассматривал листы с кричащими заголовками, развешенные на витрине магазина. Некоторые заголовки сопровождали скриншоты его видео, увеличив его обручальное кольцо. Другие сопровождались снимками его лица. Он взял глянцевый журнал, который стоял спереди, и изучил размытую фотографию себя на обложке, обложенную случайными вырезами голов различных знаменитостей. “Кто тайный человек Керри Евродина? Наши 10 лучших догадок!”       — Они хотят,— пробормотал он себе под нос, опустив журнал и засунув руки в карманы, продолжая движение по улице. Он приближался к возвышающейся корпоративной штаб-квартире МСМ, чувствуя, что идет к своей собственной казни. Шквал разгневанных звонков и текстовых сообщений, которые он получил, указывали на то, что его хотели заставить жалеть о своём вызывающем поступке.       Он посмотрел на небо: яркое солнце заглядывало сквозь облака.       Несмотря на всё это, он на мгновение почувствовал счастья внутри. В этом суть триумфа после многих потерь. Он тронул кольцо на левой руке и улыбнулся.       Ви научил его многим замечательным вещам и, несмотря на его уход из их мира, он продолжит жить во многих смыслах.       Керри позаботится об этом.