7 этапов

Остался 1 месяц.       Прошло всего несколько дней с момента предложения Ви, но дом уже сходил с ума в приготовлениях.       Мисти стояла позади Ви, медленно расчёсывая его волосы. Сам он не смог поднять руки достаточно высоко, чтобы сам их уложить, но Мисти знала своё дело достаточно хорошо. Она тихо напевала, пропуская пальцы через его тёмные локоны, так чтобы они налетели на одну сторону.       Ви изучал её в зеркале, когда она работала. На ней было простое фиолетовое платье, новые сетчатые колготки заменили её обычную разорванную пару. Каскад ожерелий болтался на её груди, отражая свет, когда она двигалась. Уголки её губ изогнулись в лёгкой улыбке, но глаза выражали очевидную печаль.       — Ты очень красивый, Ви,— Мисти положила руки ему на плечи и встретилась с ним глазами через зеркало. Ви улыбнулся, вертя головой из стороны в сторону, чтобы полюбоваться её работой. Он всё ещё не привык к тому, как его лицо медленно утрачивало красоту, но сегодня его сердце было наполнено бесконечной радостью, чтобы заботиться об этом.       Сегодня был день, когда он отдаст всю свою любовь Керри навсегда. Человек, который спас его, заставил снова почувствовать любовь в своём сердце, когда ничего не имело смысла. Он ни в чём в жизни не был так уверен.       Мисти подошла, чтобы помочь Ви устоять на ногах и взяв его белый пиджак, помогла ему надеть его на плечи. Он осмотрел свои белые брюки и рубашку, они идеально сочетались друг с другом. Вероятно, благодаря работе стилиста Керри.       — Вот, мой подарок тебе,— Мисти вынула из кармана нежный цветок-оригами. Каждая хрустящая складка ярко-красной бумаги собралась вместе, чтобы сформировать богато украшенную розу. Она прикрепила его к лацкану пиджака.       — Очень красиво, Мисти, спасибо.       — Теперь ты можешь сохранить его, он не увянет, как свежие цветы. Я уже дала Керри такой же,— сказала Мисти, обнимая его.       День был счастливым, но Ви, конечно, чувствовал печаль, которую все скрывали. Это был слон в комнате, не высказанные слова. Это была свадьба для умирающего мальчика и будущего вдовца. Люди говорили с ним тихо, осторожно, будто шли по яичной скорлупе, чтобы не спугнуть нежное счастье, которое ему удалось найти.       Ви выкинул эти мысли из головы. Сегодня был хороший день, счастливый для него и Керри, несмотря ни на что.       Дверь открылась, и из-за неё высунулась голова Вика. Его обычная рванная рубашка заменена элегантным пиджаком, который Ви не видел со времен похорон Джеки.       — Ух ты, посмотри на себя!— он крепко обнял Ви, похлопав его по спине.— Выглядишь намного лучше, малыш. Хорошая работа, Мисти,— Ви усмехнулся, схватив трость из угла комнаты.       — Все готово?       — Да, скажи когда ты будешь готов. Я буду ждать.       Ви кивнул, и Мисти поднялась, протягивая руку.       — Пошли, Ви. Он до смерти хочет тебя увидеть.       Ви медленно шёл по дому, сильно опираясь на Мисти и трость. Его шаги были короткими и осторожными, но он знал, что Керри подождёт его хоть всю жизнь, если это значило, что они будут вместе. Мисти остановилась, когда они завернули за угол до патио.       Помимо белой ткани, которая была развешена повсюду, Ви увидел его. Керри, одетый в тот же белый костюм, ярко-синий цветок был прицеплен к его лацкану, будто отражая цветок самого Ви. Он был самым великолепным человеком для Ви, которое когда-либо видел. Наёмник улыбался от уха до уха, не осознавая этого. Падре стоял за Керри, вместе с сжатой в его руке библией. Он кивнул Ви, когда они вступили в зрительный контакт.       Мисти повела его вниз по проходу, поцеловала щёку, протянув его руку Керри. Она заняла свое место рядом с Виком, вытирая слёзы из глаз. Краем глаза Ви увидел, как Вик сжал её руку, по-отцовски похлопав её по плечу.       Толпа была маленькой. Было мало людей, с которыми они оба чувствовали себя достаточно близкими, чтобы поделиться этим моментом. Мама Уэллс была единственным человеком на стороне Ви, который промокал глаза платком ещё до того, как они начали. Горстка старых товарищей и друзей по группе сидела на стороне Керри; Ви быстро оглядел толпу, замечая Денни и Нэнси, прежде чем перевести глаза обратно на Керри.       Ноги Ви слегка дрожали, но он крепко держался за руки Керри. Он сосредоточил свой взгляд на Керри, пока Падре прочитал приветствие и произнес молитву, а мама Уэллс тихо читала рядом с ним что-то по-испански. В глазах Керри можно было утонуть; Ви хотел навсегда заблудиться в этих красивых синих бассейнах.       Падре отступил и сделал знак им обоим.       Керри очистил горло и опрокинул голову назад, смаргивая влагу, угрожающую политься из глаз.       — Винсент. В первый день, когда я встретил тебя, ты ворвался в мой чертов дом,— толпа захихикала.— И я уже тогда знал, что ты особенный. Такой особенный, что я не мог выкинуть тебя из головы. Ты был моим всем, на этой Земле. И я не понимал, в чём действительно нуждался, пока не понял, что люблю тебя.       Губы Ви дрожали, когда он слушал, слёзы текли по его щекам.       — Сегодня я женюсь на тебе, моей родственной душе, человеке, которого я люблю больше всего на свете, на человеке, который спас мне жизнь.       Он издал тихий вздох и продолжил.       — Я клянюсь быть твоим зонтом, когда на тебя обрушится дождь. Я клянусь быть твоим голосом, когда ты не сможешь говорить. Я клянусь быть твоим костром, когда твой сгорит до углей. И я клянусь любить тебя всем сердцем до конца своих дней.       Тихие всхлипы раздались из толпы, когда Керри закончил. Единственные сухие глаза в доме принадлежали Падре, его стоический профессионализм заставлял сохранять мягкое выражение лица.       Ви опустил голову, выдохнул через свои сжатые губы, прежде чем посмотреть вверх.       — Керри. Я просто наёмник, а не отмеченный наградами автор песен, как ты, так что это может быть немного грубо, но... любовь, которую я испытываю к тебе, трудно выразить словами в первую очередь. Ты пришёл ко мне в самые тёмные времена и вселил в меня свет. Каждый день, просыпаясь я вижу твое лицо и знаю, что со мной всё будет в порядке. Я даже не могу описать, сколько ты сделал для меня, чтобы сделать мою жизнь менее отвратительной. Ты одна из лучших вещей, которые когда-либо происходили с моей жизнью.       Ви повернул голову, чтобы откашляться, с трудом глотая, смачивая горло, прежде чем повернуться назад.       — Я... Сегодня я клянусь безоговорочно любить тебя. Я клянусь быть твоей скалой в бурных водах, насколько это возможно. Я клянусь быть твоим другом, твоим партнером. И я клянусь любить тебя всем сердцем...— он заколебался, закрыв глаза и изо всех сил пытаясь сказать последние слова.—...до конца моей жизни.       Он наконец-то позволил себе открыто разрыдаться, его руки дрожали. Они сжали лбы вместе и глубоко вдохнули, успокаивая себя. Керри кивнул Падре, чтобы он продолжил, и он вышел вперед за ним.       — Повторяйте за мной, мистер Евродин.       Керри кивнул и повторил клятвы, которые читал Падре.       — Я беру тебя, Винсент;       Быть моим мужем,       Любить и оберегать,       Отныне и впредь,       В болезни и здравии,       В богатстве и бедности,       Он сделал глубокий вдох перед последним обетом, его губы дрожали.       — Пока смерть не разлучит нас.

***

      Ви был истощён. Свадьба растянулась до конца вечера. Шампанское разливалось фонтаном, когда гости вспоминали счастливые моменты с Керри и Ви. Когда люди, которые их любили, смеялись и плакали вместе, Ви изучал их лица. Он не был уверен, что увидит их снова, и поэтому наслаждался каждым моментом. Он был благодарен за то, что у него была такая возможность.       Он некоторое время сидел в стороне от основного шума с мамой Уэллс, обмениваясь историями о Джеки.       — Dios mío, мальчики. От вас так много проблем,— сказала она, покачивая головой, когда Ви поделился с ней ещё одной историей об их злоключениях. Она взяла его за руку и гладила её заднюю часть.— Он хотел бы быть здесь, видеть тебя счастливым, pequeño.       Солнце опустилось за горизонт, и гости медленно уходили. Каждый из них крепко обнимал Ви перед тем, как отправиться в путь.       Вик закончил ставить капельницу в руку Ви и похлопал его по ней.       — Я очень рад за тебя, парень. Каждый заслуживает того, кого любил бы его так же,— он встал, схватив свою куртку, которая была отброшена поблизости.—Я дал тебе несколько профилактических лекарств и снотворных, после твоего захватывающего дня. Если тебе что-нибудь понадобится или ты почувствуешь новую вспышку боли, позвони мне, хорошо?       Ви слабо показал ему большой палец вверх.       — Я понял, спасибо, Вик. Правда. Я рад, что вы пришли      . Вик кивнул и повернулся, чтобы уйти вместе с Мисти. Они были последними.       Дверь захлопнулась позади них, оставляя Ви и Керри самих по себе. Возможно, они скучали, будучи только вдвоём в огромном особняке, но ни один из них не чувствовал себя одиноким. Они лежали в постели вместе, Ви осматривал свою левую руку. «Признаюсь, приятно видеть Керри счастливым. Он пережил много дерьма.»       Ви кивнул в ответ на голос Джонни, эхом которого он отозвался в его мыслях.       — Как ты себя чувствуешь?— спросил Керри, протянув пальцы к вытянутой руке Ви. Ви поцеловал его в макушку.       — Я чувствую себя новым человеком.

***

      На следующий день Ви рухнул в душе.       Керри вбежал, когда услышал звук, будто упало нечто тяжёлое. Быстро выключив воду, он перевернул тело Ви на бок.       Никакие лекарства Вика больше не могли это предотвратить.       Ви больше не мог курить косяки, которые они делали, откашливаясь каждый раз, когда пытался это сделать. Еда снова была несъедобной, несмотря на все усилия Керри, которые он прилагал, узнавая его любимые блюда. Керри медленно массировал каждую мышцу Ви, когда боль проникла в его конечности. Его сердце разбивалось, когда он наблюдал за болезненным выражением лица Ви. Их блаженные дни прошли, и теперь его новый муж рушился прямо под его руками. Он больше ничего не мог сделать.       Большую часть своих дней Ви проводил в постели: его ноги перестали должным образом подчиняться мозгу.       Однажды Керри принес колоду карт и блокнот, бросил их на кровать.       — Хорошо, давай посмотрим, сможешь ли ты ещё надрать мне задницу в роли Джина Рамми.       — Ты играешь? Я... Я помню как, но не знаю почему,— Керри грустно улыбнулся и погладил щёку Ви.       — Ничего страшного, не беспокойся об этом.       Ви нахмурился, и его сердце кольнуло пониманием, что он наткнулся на ещё одно воспоминание о Керри, которое было стёрто из его головы.       Он часто спал. Его зрение было нечётким, когда он просыпался, дезориентированный во времени. Иногда он просыпался, чтобы услышать, как Керри играет музыку для него на гитаре, сидя рядом. Нежная мелодия звучала знакомо, понял Ви.       — Что ты играешь?       Керри посмотрел на него.       — Эй, ты не спишь?Думаю, я закончил альбом.       Он начал играть и напевать простую прелюдию мелодии, которая переходила в знакомый припев. Керри закончил песню и посмотрел на Ви уставшими глазами.       — Ты помнишь этот припев? Ты играл это, практиковался снова и снова. Я писал стихи на него... всякий раз, когда я чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы писать их.       — Очень красиво, Кер, спасибо.       Керри остановился, отставил гитару в сторону и соскользнул в кровать к Ви. Он осторожно прижал его близко к себе. Каждый раз, уходя, он беспокоился, что Ви уйдёт из этого мира без него.       — Прости,— прохрипел Ви       — За что?       — За это. Мы даже уехать на медовый месяц не можем. Я доставляю тебе слишком много проблем.       Керри поцеловал его в висок.       — Достаточно, я не хочу этого слышать.       Однажды утром Ви был вырван из сна голосом Вика в зале.       — Ты выглядишь ужасно, Керри.       — Я знаю... Я просто не могу с ним спать. Я не хочу, чтобы он уходил, когда я засну. Мне нужно быть там.       Вик вздохнул.       — Он будет ждать тебя. Он не так много может сделать, но это сделает.

***

      Была особенно тёмная ночь       Грозные дождевые облака не пропускали свет от Луны. Вода лилась с небес на город, шелестя повсюду за окнами.       Керри был рядом с Ви в постели, не сумев сосредоточиться на журнале, когда услышал, как дыхание Ви сбилось.       Его сердцебиение участилось, когда он изучал лицо Ви, которое выражало лёгкую гримасу боли.       — Эй... Ты в порядке?       — Я просто... очень устал.       Керри сел позади Ви, положив ноги по обе стороны его туловища, позволяя Ви откинуть голову на его грудь. Его тело было таким хрупким, что Керри хотел защитить его от всего на свете, что угрожает его жизни. Он обнял мужа и поцеловал.       Ви сказал что-то невнятное.       — Что ты сказал, детка?— спросил Керри, наклонив голову, чтобы поднести ухо ближе.       — Я помню... твои карие глаза,— Ви едва говорил шёпотом из-за усталости.       — Что ты имеешь ввиду?       — Джонни... дал мне посмотреть кое-что. Некоторые вещи... о тебе,— Ви остановился, чтобы закашляться.       — Не напрягайся, это нормально,— успокоил его Керри, но Ви продолжил.       — Твои глаза были карие... ты сделал их голубыми. Они мне нравились... карими.       Керри не ответил, просто усилил свою хватку.       — Я люблю тебя,— сказал Ви, слабо сжимая руку Керри.       — Я тоже тебя люблю, детка.       Они оба наблюдали за городом в окно, туманным от дождя.       — Это действительно красиво.       Голос Ви был таким тихим, но Керри смог различить слова. Он посмотрел вниз и откинул волосы со лба, чтобы увидеть, что глаза Ви закрыты.       У Керри перехватило дыхание.       Всё остановилось. Рёв дождя снаружи стих почти до шёпота, неоновые огни из Найт-Сити превратились в лужу.       Мир остановился...       ...он знал, что пришло время.       И всё же это стало неожиданно.       Керри едва мог дышать, его грудь дрожала. Тяжелые слёзы текли по лицу.       Он притянул тело мужа к груди, зарывая лицо в его плечо.       — Я тоже тебя люблю, Ви. Больше, чем я когда-либо говорил тебе.       Он снова всхлипнул, медленно раскачивая их обоих из стороны в сторону.       — Мне так жаль... Я не смог тебя спасти. Я не мог дать тебе всё, что ты когда-либо хотел.       Он мягко схватил вялую руку Ви в свою собственную, поднося её к губам и поцеловал мягкую кожу на задней части руки. Последняя нежность, которую он мог подарить самой невероятной душе, которую он когда-либо знал.       — До свидания, Винсент. Я... Увидимся с тобой на другой стороне... когда-нибудь.