BECAUSE I LOVE YOU, CRAZY BITCH!

Эй, моя судьба, ты нас сведи случайно Но еще хотя бы шаг, хотя бы два И мое сердце засвистит, как чайник Рьяно любя не знать И казалось, что будет проще Чем прямо так и сказать Но я в лоб так и не смог И сердца ударит стук Оно лопнет как кинескоп

      Ланга никогда не считал себя ревнивым, импульсивным и человеком, делающим поспешные выводы. Но. Всегда случается какое-нибудь «но», которое отделяет нормальное от форс-мажора.       Хасегава сжимает челюсть до такой степени, что возможно эмаль на парочке его безупречных зубов пострадала, и всё потому, что другой мужчина дарит его Рэки цветы, и не купленные наугад, а тщательно подобранные, ещё и называет его «любимый». А сам Кян принимает букет, неловко бегает глазами, избегая улыбки Адама, и говорит: — Ланга, — Рэки сглатывает и потирает ладонью заднюю часть шеи, как делает всегда, когда нервничает. — Я сейчас всё объясню, только дай мне пару минут поговорить с Адамом, хорошо? Ланга кивает и стоит парочке отойти недалеко — хлопает себя по карманам в безуспешном поиске сигарет. — Душа моя, а в чем дело? Ты мне не рад? — Адам улыбается сладко и с хитрицой, однажды Рэки чуть было не подумал влюбиться в харизму мужчины, но вовремя остановился. — Я не рассчитывал встретить тебя так скоро. И должен был кое-что рассказать и тебе, и Ланге, — серьёзно нервничая, Рэки начинает жалеть, что и сам не курит. — Мы с Лангой начали встречаться. Губы Адама сжались в линию, но мужчина старался не терять лица. Да, это немного не то, что он ожидал, после того, как он скучал и они оба ждали встречи. — Давно? — Нет, сегодня только второй день. Прости, я должен был сказать, но я думал, у меня ещё было время, и я не знал, как начать. Ты злишься? — кусая губы, Кян виновато заглядывает в алые глаза Айноске. — В конце-концов суть была в том, чтобы отвлечься от невзаимной любви, так что поздравляю с тем, что от замены ты перешёл к оригиналу, — держа улыбку, не отражающуюся во взгляде, Шиндо говорит прохладно и ровно. — Ты не был заменой, не говори так, — печально скривив губы, Рэки виновато сжимает пальцы на стеблях камелий, пока не зашуршит обёртка букета. — Я так тебе благодарен, и ты прекрасен, тобой я никого не заменял, даже любил в каком-то роде… — Хватит, — вздохнув и прервав речевой поток мальшички перед собой, Айноске закрывает глаза на секунду. Адам хмыкнул, мрачно глядя то на отчаявшегося рыжего, то на напряженного Хасегаву, не сводящего с них глаз, и продолжил: — Я хочу взять кое-что на прощание, — не дожидаясь реакции собеседника, мужчина склоняется над лицом Рэки и крепко целует в губы, решительно и умело вовлекая Кяна в поцелуй, пока парень растерянно не двигался с места. Адам смотрит в глаза Ланге, пока его губы накрывают губы Рэки. Кян отпрыгивает от мужчины, испуганно озираясь на замершего канадца. Хасегава ничего не говорит, его взгляд холоден и серьёзен, и тогда рыжий по-настоящему пугается. — Зачем? — удивленно и обиженно протянул Рэки, отходя на пару шагов от Айноске. Мужчина поправляет волосы и бесстрастно смотрит на уже бывшего любовника. — Сказал же: на прощание. — Мы не можем остаться друзьями? — Кян с досадой смотрит на человека, с которым за пару лет он так сблизился, что терять его из-за таких глупостей уже обидно. — Я напишу тебе, когда захочу поговорить, — сдержанно и сухо. — Не ревнуй, Ева. — Не переживай, я в себе слишком уверен, — твердо ответил Ланга. Айноске хмыкнул и, развернувшись на каблуках, отправился к ожидающей его машине. Рэки замер на месте и испуганно смотрел в глаза Ланге, всё ещё сжимая в руках букет. — Ничего серьёзного между вами? — парень подошёл ближе и всматривался ровно в большие янтарные глаза и на то, как авто бизнес класса исчезает с периферии. — Ланга, пожалуйста, прости. Просто выслушай меня, ладно? — он говорит торопливо и взволнованно. — Сейчас мы вернемся домой и там ты расскажешь мне всё, что недоговорил. А пока мы будем добираться — просто молчи, я не хочу пока что с тобой разговаривать. Это было сказано резко и безапелляционно, для Рэки оставалось только делать так, как просят и думать над словами, прежде чем они с Лангой доберутся до его комнаты. Дорога казалась мучительно быстрой для двоих, никто не был уверен, что готов к таким разговорам.       С глубоким вздохом, Ланга прислоняет свой скейтборд к стене в прихожей и зависает на пару секунд спиной к Кяну. — У меня есть право злиться на Адама? — неожиданный вопрос ставит Рэки в тупик. Рыжий мнётся с цветами в руках, пока наконец не оставляет букет на тумбочке в прихожей и говорит: — Я не уверен. Ситуация странная, но он, вроде как, имеет право злиться на меня. — Хорошо. Идём ко мне, — так же не оглядываясь на партнёра, Ланга просто идёт в свою комнату и садится за стол напротив кровати. — Ты соврал мне? Рэки прижимается спиной к двери и нехотя отходит вперёд, садясь напротив Хасегавы. — Мы не встречаемся с Адамом, и не встречались, это «что-то», что я не могу никак точно обозвать. У меня нет к нему никаких чувств как к мужчине, это правда. — Правда? Может Адам не был в курсе твоей «правды», — Ланга откидывается на спинку кресла и смотрит в потолок, стараясь не прокручивать в голове увиденную ранее сцену с поцелуем. — Ты спал с ним не два раза, и ваше общение пересекло границы, всё верно? Но при этом ты решил не говорить ему о нас с тобой по телефону, ждал встречи лично. Рэки ошеломлён прозорливостью Ланги, сколько бы они не были близки, а Ланга никогда не проявлял себя со стороны внимательного к чужим взаимоотношениям. И это ужасает, Кян понимает, видит, что это задело его любовника за живое, раз он был так пугающе внимателен и эмоционален. Но Кян уходит в защиту, раздражаясь, и сам не понимает, на что. — Если бы я сказал тебе вчера, что да, я сплю с нашим общим знакомым, который, кстати, старше меня на десять лет и содержит меня не первый год — ты бы остался со мной? Не переживал, что я снова влюблён в кого-то другого? Мы с ним использовали друг друга, да, чуть больше двух раз, но я никогда не хотел быть с ним. Я не скрыл чего-то ужасного. Кян нервничает, сжимает ладони до хруста и чувствует, как хочется просто заорать или хлопнуть дверью, невроз пробирает до мозга-костей. Ланга скрипит зубами, почти не меняясь в лице, но во взгляде такой леденящий холод, что мурашки бегут по коже. — Я видел вас вместе впервые, но даже так понял, что для Адама это значило. Потому что прекрасно понимаю, какого это — целовать тебя без надежды на взаимность. Думаешь, вы просто коротали время? — Ланга редко проявлял эмоции, тем более негативные, поэтому Рэки по-настоящему был растерян и напуган таким поведением. — Но даже так, это не даёт ему права трогать тебя без согласия, тем более, что мы с тобой пара и он это знает, — парень едва не рычал, хмуря светлые брови. Кян сглатывает, снова и снова пытаясь прогнать навязчивый ком, застрявший в горле, ему так чертовски жаль, что он ранил своей невнимательностью двоих близких ему людей. Слезы скатываются по его щекам, как бы сильно Рэки не пытался их сдержать, но это становится просто невыносимо. — Это не было тем, чего я хотел, — слова вырываются с трудом, — обидеть тебя или Адама. Ты самый важный человек для меня, я так сильно зациклился на себе, пока убивался из-за того, как сильно влюбился в тебя, что совсем не замечал, как влипал во что-то с Айноске. Ланга удивленно уставился на Рэки, прослеживая влажные дорожки на веснушчатых щеках, совсем не зная, как успокоить своего парня или как вообще реагировать в такой ситуации. Рэки продолжает, глотая рыдания, чувствуя, как подавляемая истерика находит несвоевременный выход. Он разбит, жалок и не может сдержать поток слез, и так Рэки только сильнее расстраивается. — Я запутался и облажался. Мне всегда казалось, что я лучше разбираюсь в чужих чувствах и эмоциях, чем в своих. Но я проебался. С тобой, с ним. Всё только порчу. Мне хотелось верить, что всё хорошо, а если и были поводы для тревоги — просто хоронил подальше, — Рэки всхлипнул и опустил взгляд на собственные колени, на которые падали слезы. — Он сказал, что я чем-то похож на его первую любовь. Ты знал, что он был влюблён в Джо? — он неуверенно поднимает свои мокрые красные глаза и тут же отводит взгляд. — Мы вообще не похожи, я думал, он шутит или блефует. — Вы определённо похожи с Джо, — тихо, но ровно сказал Ланга. — Ваш характер, стиль и поведение. В вас много схожего по незаметным сразу деталям, но важным. Рэки даже дышал тише, смотря на свои руки и сжимая сильнее. — Уже не имеет значения. Я думал, что просто стал кем-то вроде суррогата, но я не был против, даже рад. Адам не говорил напрямую, но много упоминал отрывками о Джо и я думал, что понял. Я говорил о тебе и думал, что все шансы давно упущены, особенно когда слушал, как Адам говорил о себе прошлом, и я нашёл в этом себя, вроде как опыт Айноске заставил задуматься: что если мы с тобой до сих пор не вместе, то может ты и не хотел? Прости, я трус, — Рэки вздыхает и бросает короткий взгляд на терпеливого собеседника. — Тогда Адам предложил быть вместе до тех пор, пока не наладим свою личную жизнь. К сожалению, мы оба не хотели оставаться одни. Это были почти отношения, мы много общались по сети и, когда он прилетал по работе, мы встречались в отеле, где он останавливался, я даже не ночевал там, потому что он был загружен работой — я учебой. Мы и не могли бы быть вместе, это невозможно. — Это не значит, что он не хотел. Я знаю Адама и то, как он общается с тобой, выходит за любые рамки, Рэки. Ты буквально пробрался к нему под кожу, думаю, он мог бы придумать, как стереть хотя бы пару препятствий с дороги к вашему «долго и счастливо». Вспомни, если он хотел чего-то: его ничто не напугает, ни остановит; мы с ним в этом похожи. — Да, безрассудные и импульсивные, — Кян почти улыбнулся, но боль снова застигла врасплох, а с ней и стыд, потому что в глубине души Рэки всё это знал, конечно знал, но боялся отказываться от всего этого, потому что эгоистичная натура в страхе одиночества нуждалась в его, Адама, любви, в отчаянной и крепкой любви. — Я решил, что признаюсь тебе, и если ты меня не примешь, то я останусь с Адамом, стану полностью только его и постараюсь быть с тем, кто любит меня и разлюбить того, кого люблю сам. Ланга придвигается в кресле ближе и склоняется к Рэки. — Ты любил его. Рэки вздрагивает и смотрит точно в аквамариновые глаза, пытливые и строгие. По интонации нельзя точно понять, вопрос ли это, но Кян был возмущен. — Я любил и люблю только тебя. И я не уверен, что хоть к кому-то испытывал то же, что и к тебе! — ощетинившись, он огрызнулся и уверенно смотрел в глаза Хасегавы. — Я люблю только тебя. Обвиняй меня во вранье, в эгоизме, в чём угодно, но не в том, что я сомневаюсь в своих чувствах. — Ты мог испытывать симпатию. Но это уже неважно. Ты прав: ты эгоистичный, капризный и трусливый. Мне неприятно, что ты ввязался в это и даже не сказал Адаму, что произошло, в целом наплевав на чувства того, кто так тебя любил и оберегал, что вообще для Адама подвиг, и ты практически дурачил его. Обманул меня. Но ещё я вроде понимаю, что всё было из-за меня, поэтому я сейчас растерян. — Ты разочарован? — Не совсем. Может быть, но не уверен, что это так, — Ланга ответственно и серьёзно взвешивал свои эмоции и чувства, всё так же не тревожась о том, насколько неприкрыто и прямолинейно звучал, заставляя Рэки съежиться и снова заплакать. Но Ланга был Лангой, а это его честность и наивная, немного грубая, искренность. — Я не хочу тебя обижать, но пока что хочу сам разобраться с этим и немного подумать. Когда разберусь с эмоциями — приду к тебе с ответом. Рэки неуверенно кивнул, стараясь унять неконтролируемую дрожь и всхлипы. Ланга избегает прямого зрительного контакта и время течёт невозможно медленно, они оба молчат до тех пор, пока Рэки не поднимается с постели, немного резко подходя к двери. — Я буду ждать сколько потребуется, — тихо бросив на прощание, Кян уходит, закрывая за собой дверь. Рэки идёт в свою комнату и замечает позади себя Лору и Рори, выходящих из их общей гостиной, и, как можно скорее, запирается у себя, не позволяя видеть друзьям свое состояние.       Коллерт не хотела быть навязчивой, но стены были и впрямь с никудышной звукоизоляцией, а у неё прекрасный слух. Она сглатывает и сжимает ладонь в кулак, с тревогой глядя в глаза своего бойфренда. Рори растерянно пожимает плечами и смотрит в ответ. — Пойдём к Ланге или Рэки? — неуверенно уточняет парень. — Не знаю, но мы могли бы разделиться, — Лора вздохнула и бессильно уткнулась лбом в грудь Рори. — Мне, наверное, стоит пойти к Рэки. — Тогда я к Ланге, — Рори успокаивающе проводит рукой по волосам девушки и отходит. — Кого пошлют первым — тот проиграл, — ободряюще подмигнув, он идёт к комнате Хасегавы. — Ты бездушный говнюк, Родериг Ламонт, спорить в таком вопросе, — Лора тихо усмехнулась, пока её бравый товарищ по спасительной миссии сморщился от обращения, но всё же вернулся к тому, чтобы постучать в дверь.       Ланга не был уверен, что он в порядке с тем, как поступил с Рэки, и вообще в адрес ситуации, но в том, что им стоило разделиться на время: не сомневался ни секунды. Может он извинится позже, или же примет решение разойтись — Ланга не знает. Его честно пугает даже мысль о потери Рэки, потому что он дорог ему. Кян — его любовь, лучший друг и семья в одном флаконе, кто-то, кто его дополняет и делает счастливым. А ещё по щелчку может разбить его сердце. Он откидывается на спинку кресла и с безысходным рыком зарывается пальцами в волосы, потому что совершенно не понимает ничего. Как трактовать то, что чувствует, и все эти эмоции — как с ними быть? Ланга привык больше полагаться на логику и здравый смысл, но в который раз понимает, что именно Рэки рушит все эти устои к чертям. Когда Рори стучит в его дверь и просит впустить, Хасегава замирает на пару мгновений от неожиданности, но впускает, не совсем понимая, зачем. — Эй, привет? Ты в порядке? — Ламонт закрывает за собой дверь и по-хозяйски усаживается на кровати, глядя на непривычно взвинченного Лангу. — Не уверен, — нахмурив брови, Хасегава снова садится в свое кресло и отчаянно заглядывает в обеспокоенные серые глаза кузена. — Ты знаешь о нас с Рэки? Рори кивает и заверяет, что готов выслушать и поддержать, если Ланга согласен. И на самом деле было неожиданностью, что не самый общительный Ланга с энтузиазмом и нелепой серьезностью примет это предложение. — Что случилось, Снежа? — Рори беспокойнее всматривается в лицо собеседника и пытается прочесть, как по ладони, причину всех бед, но мимикой Хасегава всегда был скуп, так что дело гиблое. Ланга вздыхает, старается, как для себя, так и для Рори, разложить по полочкам всё, задать структуру и, может, понять. Он говорит о том, как влюбился в Кяна в старшей школе, как был очевиден в своих чувствах, старался стать ближе, чем друг и партнёр в скейтбординге, как зализывал сердечные раны Рэки после разрыва прошлых отношений и в целом наблюдал за тем, как тот страдает, но не даёт себя спасти. Может Рэки не хотел быть спасенным, и может в этом он был прав, потому что в конечном итоге выбрался сам, но Ланге от этого не легче. Он говорит об Адаме. Адам, который целовал на его глазах Рэки. Адам, в котором он видел себя рядом с Рэки, и, может, ему стало страшно. — Я как будто видел со стороны себя, понимал, какого ему было. И я разозлился. Может Рэки никогда не будет моим? Если даже сейчас его могут забрать, на него претендуют. И эта ситуация меня пугает, что он так легко игнорирует чьи-то чувства, при этом держа рядом. Было ли так со мной? А если он знал, что я люблю его, и было просто удобно? Рэки говорит, что любит меня, но я не знаю, могу верить этому или нет, понимаешь? Может нам стоит разойтись и, пока не поздно, остаться друзьями, — Ланга качает головой и смотрит себе под ноги, блуждая в мыслях и теряя что-то, что могло быть важным. — Ты с ума сошёл. Какие друзья? Ты себя слышишь вообще? Вы любите друг друга и я верю в это, да любой, кто с вами знаком и видел вместе — поверит в это сразу же. Чушь собачья, Рэки не стал бы играть с тобой, он не какой-то говнюк-манипулятор. Ситуация херня, согласен, но это случается? Этот Адам просто кретин, он намеренно вас поссорил, — Рори вспылил и заставил Лангу обратить на себя внимание. — Я сейчас ни в чем не уверен. — Давай поговорим с ним? Я пойду с тобой и прослежу, чтобы ты победил в драке, хотя лучше без этого, но если что — я в деле, — Ламонт бодро протянул руку и похлопал младшего кузена по плечу. — Давай закроем пробелы в твоих знаниях и распотрошим бывшие отношения твоего парня. — Ты сейчас хочешь, чтобы я встретился с Адамом? — Ланга недоверчиво покосился на взбалмошного родственника. — Это самая тупая идея. — Ну не тупее чем то, что ты решил из-за этого бросить Рыжа. Давай, просто напиши ему. Чего ты боишься? Ублюдок буквально целовал твоего любовника у тебя под носом — ты имеешь право сунуть свой красивый нос в их грязное бельё, — Рори дерзко ухмыльнулся и уверенно протянул мобильный в руки Ланги. — Отключи в себе воспитанного скромника, где-то в тебе ещё должна взыграть кровь истинного бунтаря, как у дяди Оливера! Станешь смелее — ответы найдешь быстрее. — Кажется, я зол, — Ланга нахмурился с самым невинным детским выражением обиды и серьезности в одном лице, что Рори едва сдержался от смешка. — Адам пытался меня унизить, верно? — Для начала назначь встречу, приятель, там разберёмся, что происходит. Но учти, я уверен, что Рыжий просто невнимательный идиот, извини уж, — примирительно выставив ладони перед собой, Рори самодовольно наблюдал за тем, как Ланга в ответ закатывает глаза, но уже звонит нужному абоненту. — Я хочу поговорить. Сегодня, — решительно произносит Хасегава, когда Айноске отвечает на звонок.       Рэки не знает, сколько прошло времени с тех пор, как он вышел от Ланги и к нему пришла Лора, которая изо всех сил собирала плотину для океана ментальных бед Кяна, и Рэки безумно стыдно, что ей приходится видеть его таким разбитым и слабым. — Если он даст мне ещё один шанс, то я наверное горы сверну, чтобы оправдать его ожидания. Может я сумасшедший? Это словно одержимость. Но если Ланге будет лучше без меня — я уйду, — Рэки с отчаянием смотрит на Лору и вздрагивает, когда слышит звук закрывающейся двери. — Ты просто травмирован всей этой ситуацией, и ты не сумасшедший, ты ведь не собираешься приковать Снежку к батарее и любоваться им спящим, — Коллерт задумчиво гладит друга по рыжим локонам, пока тот ёрзает, устраиваясь головой на ее коленях. — Может психотерапия для пар? Моим родителям помогло. — Ты говорила, что они развелись, — хмыкнул Рэки. — Ой. Но они ведь разобрались со своим дерьмом и стали счастливы наконец. Но вы с Лангой не терпите друг друга ради детей и не женились из-за подростковой беременности, — Лора пожала плечами и обнадеживающе улыбнулась Кяну. — Вы любите друг друга и какой-то там придурок с Окинавы не должен стать проблемой. — Единственный придурок с Окинавы тут я, — тяжелый вздох переходит в грустную усмешку, и на самом деле стало легче, ведь Ланга не прогнал его сразу, и когда остынут оба, можно подготовиться и поговорить ещё раз. Всё обязано наладиться, Рэки не опустит руки. — Верь мне, ты хоть и придурок, но мы тебя любим и никогда не бросим. По крайней мере я и Рори будем с тобой до старческого маразма. — Звучит как угроза, — Рэки рассмеялся и обнял девушку, шепча смущенное «спасибо» в её мягкий свитер. — Скоро приедут Черри и Джо, они угрожали мне тем же. Хотя вообще-то маразм должен накрыть их раньше. — Ой, эта милая пара, — девушка хихикнула, пока Рэки тихо возмущался, что они просто друзья.       Рори уверенно шёл впереди Ланги, ведя парня за собой и попутно разъясняя, что делать в том или ином повороте событий при разговоре с Адамом. — Не волнуйся, нас больше и если что — атакуем одновременно, — весело заявил Ламонт. — Да господи, никаких драк не будет, мы в хороших отношениях, — в который раз заявил Хасегава. — Даже друзья бьют друг другу морды, поверь мне, я много раз получал. — Вообще не воодушевляет, — кисло произнес Ланга, уже высматривая на горизонте нужный бар. — Ну и дыра. — Эй, нормальный паб. Просто экономят на аренде, а место супер. Мы тут с ребятами из байкерской тусовки собираемся, — Рори первым скорее пошел ко входу в нужное заведение. — Ты такая принцесска, с ума сойти. — Странно, что Адам согласился встретиться здесь. Поверь, он более брезгливый, чем я. — Я тебе точно говорю, хочет напасть. Рори дернул тяжелую дверь на себя и шагнул внутрь, кивком зазывая Лангу за собой. Внутри довольно темно из-за приглушенного света, инди-рок звучит из колонок, в углу зала стоит бильярд и настольный футбол прямо под большой плазмой. Почти на весь зал раскинулась контактная барная стойка, за которой и нашелся Айноске, потягивающий что-то явно крепкое из рокса, даже без недовольных гримас. — Этот? — остановившись в паре метрах от Шиндо, Рори шепнул свой вопрос Ланге, на что тот кивнул. — Выглядит супер не во вкусе Рэки. Очки, аккуратная укладка, одет как мажор из гольф-клуба. — Обычно он совсем не так выглядит, поверь, — Хасегава отмахнулся и подошел к Адаму. — Привет. — Виделись, Ева, — скупо произнес мужчина и сверлил взглядом Рори, пока тот не представился. — Ева? Ещё одно прозвище с гонок? — удивленно уточнил Ламонт и сел рядом с Айноске, внимательно осматривая мужчину. — Это фетиш Адама на Христианство, — Ланга сел с другой стороны от мужчины. — О, так вы как Адам и Ева? Жуть. А Рэки типа ваш змей-разлучник? — подперев щеку рукой, Ламонт с интересом следил за раздраженным Айноске. — Змей — другой чувак, а Рэки яблоко, верно? — уточнил Ланга у Шиндо. — Я вам не мешаю? — оскалился Адам, громко опустив бокал на стойку. — Ты хотел поговорить, Ланга? Айноске демонстративно отвернулся от Ламонта и сложил руки на груди. — Не знал, что ты носишь очки, — пространственно уточнил Хасегава. — Не хочу, чтобы узнали. Это всё, что ты хотел сказать? Ланга нахмурился и наконец-то собрался с мыслями: — Что между вами с Рэки? — Поверить не могу, что ради этого тащился через весь город, — мужчина сжал пальцами переносицу и жестом попросил бармена обновить бокал. — Очевидно уже ничего, теперь вопрос закрыт? — Нет, подожди. Вы встречались? Ты любишь его? — Какая уже разница? Это тебя не касается, — вздохнув со всем раздражением, Адам делает крупный глоток виски и разворачивается к стойке. — Мы начали встречаться, а тут появляешься ты и целуешь его прямо у меня под носом. Он любил тебя? Или может до сих пор… — Слушай! В наших с ним отношениях ты был занозой в заднице с самого первого дня, он говорил о тебе ещё до того, как вы покинули Окинаву, ясно? Он даже сам не подозревал, что сохнет по тебе, когда я уже знал. Да, мы трахались, доволен? Да, я его люблю, но это мои проблемы, и тебя это точно не должно касаться, — Адам сжимал бокал в руке и челюсти до скрипа, но даже не взглянул в глаза потерянному от его речи Ланге. А Рори в сторонке наблюдал за разворачивающейся мелодрамой, почти не дыша, чтобы не спугнуть момент откровений. — Рэки знал? О том, как ты к нему относишься. — Нет, — Айноске выдохнул и чуть расслабил плечи, сгорбившись на месте. — Я не хотел и не хочу отношений, ничего бы не вышло. Нас океан разделяет; его учеба, моя работа и то, что я политик исключает подобные отношения в Японии, к тому же он был несовершеннолетним ещё недавно. Я почти был готов, что рано или поздно он покончит с этим. Каждый его парень был временным, и не мешал ни тебе, ни мне, я был не против его интрижек, хотя мы даже не были парой. А потом он начал стенать по тебе, и я думал вот и всё, но за почти год он так ни разу и не признался тебе, и мы договорились пойти дальше — настоящие отношения, насколько возможно в нашем случае, если ты его не примешь или Рэки будет молчать до старости о своей любви. И вот мы здесь, с тобой, — Адам красноречиво обвел рукой заведение, — Ах да, и твой приятель, — снисходительно отмахнулся мужчина. — Пока забудьте про меня, я просто погрею уши, — небрежно ответил Рори и погрузился в историю. — Мы поругались. Я думал, — Ланга тяжело сглотнул и забрал бокал Адама, делая неаккуратный глоток, сильно морщась от вкуса, — что он снова запутался, может он просто ждал тебя? Может опять влюблен в кого-то ещё и утешается мной. Я задумался, мог ли он знать, что я любил его все эти годы, и намеренно держать рядом. — Рэки позвонил мне в четверг. Весь в слезах и жутко пьяный на какой-то вечеринке, отчаянно жаловался на то, что теряет надежду поговорить с тобой и решил больше не пытаться, говорил, что шансов на взаимность совсем нет и умолял меня прилететь и забрать его на Окинаву. Конечно, я не только ради него прилетел, мы с Черри и Джо и так собирались сюда в отпуск, но именно ради него я прилетел на неделю раньше. Хотел сделать сюрприз, но Рыжий меня опередил. Видишь, малыш Ланга, никто не знал, что ты любишь его, — усмехнувшись, Адам заказал три порции виски и снял очки, после запустив пальцы в волосы. — Сейчас не в тему: ты очень красивый без этих очков и прилизанных волос, — Рори упрямо вглядывался в алые глаза мужчины, когда тот удивлённо повернулся в сторону Ламонта. Адам ещё раз внимательно и оценивающе оглядел парня рядом с собой и, одобрительно хмыкнув, придвинул к нему бокал заказанного виски. — Напомни: как тебя зовут? — уточнил Айноске. Но Рори не мелочный и с пониманием представился заново: — Родериг Ламонт, двоюродный брат и сосед Ланги, — довольно улыбнувшись во весь рот, Рори уверенно пожал протянутую мужчиной ладонь. — Можешь звать Рори, или каким-нибудь библейским прозвищем. — Айноске Шиндо, я друг Ланги, — Адам улыбнулся, с интересом наблюдая за привлекательным новым знакомым. Рори высокий, не ниже самого Айноске, явно в хорошей физической форме, как и его брат. И как Адам мог не заметить их схожие черты лица? Эти скулы и нос, очаровательная линия губ. Разве что волосы намного короче, чем у Ланги, и светло-русые, почти пепельного цвета, а глаза серо-зелёные, может с небольшой примесью голубого. Рори красивый и имеет стойкое очарование, сильно отличающееся от его кузена. Ламонт яркий даже без кричащих образов, как у Рэки, хотя пара мелких колец в ухе не осталась незамеченной; он открытый и дерзкий, его жестикуляции и энергии мог бы позавидовать всё тот же Рэки, а невежеству и прямолинейности — Мийя Чинен. — Тогда может Лилит? — Я, конечно, знаю о ней и точно могу сказать, что это имя скорее подходит моему брату, — кокетливо придвигаясь и заглядывая в рубиновые глаза мужчины, Рори наклоняется ближе: — Роль Евы меня вполне устроит.       В ходе непринужденного общения о Хасегаве браво забыли, но он не переживал, спокойнее прежнего поглощая чистый виски за счет Шиндо и уже просматривая меню закусок, попутно усваивая недостающие кусочки информации, которые наконец-то закрыли его вопросы. В это время между Ламонтом и Шиндо явно назревало что-то, что-то неуловимое пока что, но явно приятное и взаимное. Адам не обманывался насчёт нового знакомого, никакой влюбленности, в эту реку трижды входить он уже просто отказывался, но хороший секс был тем, в чем он остро нуждался на эту ночь, и может до утра Рори затмит собой неприятный привкус разочарования прошлых отношений. Пока Родериг похож на заинтересованного в нём, может даже флиртующего, но Шиндо не хочет облажаться и думает для начала хорошенько прощупать почву, чтобы на утро никто не остался в обиде. Рори отошел ненадолго, оставил Лангу наедине с Айноске. — Ты не говорил, что живёшь с симпатичным старшим братом, — не слишком тонко начал Адам, алкоголь в крови сказывался на концентрации мыслей. — Ага, просто никто не спрашивал. И мы не особо общались последние несколько лет, пока не заселились в одно общежитие, — Ланга пожал плечами и принялся с энтузиазмом за заказанный путин. — Кстати, у него есть девушка, она немного чокнутая, так что будь осторожнее с заигрываниями. — Чёрт, — выругавшись, мужчина с досадой осушает бокал и принимает решение если не проснуться утром с красивым кузеном Ланги, так хоть с безумным похмельем. — Не хочешь бар сменить? Есть повод выпить, — усмехнувшись, Шиндо окончательно растрепал свои в прошлом идеально уложенные синие волосы, создавая вихрь, более привычный для S. — От меня ушёл любовник, а ты начал встречаться с Рэки. — И за новое знакомство, — добавил вовремя подошедший Рори. — И за новое знакомство, — с уже меньшим энтузиазмом и натянутой улыбкой повторил Айноске. Ланга нехотя обращал внимание на изменчивую химию между Рори и Адамом и мимолетно поймал себя на мысли, что может они могли бы стать отличной партией друг для друга. Но мысли о Рэки были куда актуальнее и болезненнее. Хасегава замялся с ответом. С одной стороны его безумно тянуло домой, стереть всю боль с лица Рэки, любить его и сказать, что они это переживут, никакой катастрофы не случилось, мир не рухнул, а эмоции стихнут и они оба посмеются над этой глупостью. Но с другой стороны: может ещё немного, ещё хотя бы до утра, они могут побыть на расстоянии. — Мыслитель из меня так себе, — качая головой с досадой, Ланга вздыхает и смотрит на Адама, который в то же время смотрит на него с искрами надежды. — Давай. В вашей ситуации стоит закрепить перемирие дозой хорошего алкоголя, — Рори кладет ладони на плечи Ланги и Адама, напевая что-то о том, что они обязаны всё выяснить и не портить недомолвками отношения. — Никто же не виноват из вас, что так вышло. — Намекаешь, что виноват Рэки? — Ланга изогнул бровь и внимательно взглянул на кузена. — Недомолвки и глупость. И может немного Рэки, не скрипи зубами, эй, — Рори взглянул на Лангу и поспешил объяснить. — Он сам залился на вечеринке и забыл, что звонил Адаму, а потом не написал ему. Согласен? Он просто милый безответственный алкаш. — Не алкаш, — поправили одновременно Шиндо и Хасегава. Рори присвистнул от слаженности их тандема в том, что касается защиты Кяна, хотя на месте любого из них Ламонт вряд ли бы поступил так же. Рэки дьявольски одарён очарованием и умением притягивать людей, из-за чего Рори даже считает его злобным гением, хотя и сам любит Кяна, разумеется как друга. — Хорошо-хорошо. Замяли. Итак: клуб, бар?       Конечно они выбрали клуб, потому что Рори настоял на том, что местная кавер-группа просто супер, и они конечно исполняют альтернативу и поп-панк, на что согласились и Ланга, и Адам, хотя оба предпочитают что-нибудь либо тяжелее, либо электронное.       В машине Рори и Адам сидят вместе на заднем сидении, их химия кружит голову, даже водитель их убера улыбается, поглядывая в зеркало заднего вида. А Ланга смотрит, как в окне проносятся ночные фонари и светящиеся вывески местных заведений, по радио играет новый трек обожаемого Кяном Колсона Бейкера*, и слова проникают сквозь него, что-то задевая не столько самим текстом, ещё бы он вникал. Он просто маленький бумажный самолётик, попавший в шторм, или кораблик, который смыло в уличный водосток. Ни одного смс, ни звонка. На душе немного гадко, будто свернул не туда, но Кян совсем не обязан бить тревогу и искать его всюду, никто ни в чем не виноват, но осадок остался, а может сам Хасегава дурак и в этом виновен? — Приехали, — Рори хлопает Лангу по плечу, вырывая парня из мыслей. Компания с ходу выбирает свободный столик и заказывает набор шотов покрепче, и, как ни странно, Ланга активно, но молча налегает на алкоголь. Он сталкивается на мгновение с алыми глазами и там одна и та же боль, Хасегава узнал ее, тупую, незатухающую, и сложно не потерять равновесие — он встречал всё это в собственном отражении. Сложно, больно, противно. — Ты ненавидишь меня? — Ланга считает жизненно важным спросить. Он бы ненавидел. Адам смотрит удивленно, смеясь и выпивая новую стопку. Рори наблюдает за молчаливой сценой. Шиндо улыбается шире и безрассуднее: — За что мне тебя ненавидеть? И легче от этого никому не станет, — его усмешка сквозит противоречивым весельем, в руке Б-52, по его левому предплечью осторожно порхает чужая рука, Рори влюблённо и пьяно следит за каждым движением губ Адама и за собственными пальцами, улавливающими манящее тепло. Ланга закатывает на это глаза, а следом, уже давно не обжигая горло, вливается по пищеводу новая порция алкоголя. Он сводит брови вместе, следя за тем, как его сумасшедший кузен летит и тлеет на его глазах на нещадный огонь Айноске Шиндо. Адам неспешно оборачивается и смотрит на Ламонта в ответ, и что-то происходит в этот момент, и Хасегава бы готов поклясться, что видел, как человек влюбляется в реальном времени прямо здесь и сейчас, но они пьяны и чистота чувств стоит под сомнением. Рори чувствует, как его зрение, словно тоннельное, сосредотачивается на Адаме, он его не знает ни на йоту, но тянется как к солнцу, его трясет и манит, и почему-то в чужих алых глазах не встречает сопротивления, это какое-то безумие. Оба не успевают подумать, потребность коснуться и алкоголь берут над ними верх. По губам протекает ток от малейшего контакта, Рори целует, абсолютно нуждаясь в том, чтобы продлить этот момент, целуя жадно и предлагая себя в ответ. Айноске отбрасывает всё, что его могло остановить и отвечает на поцелуй, беря на себя бразды правления, обнимая Рори за талию и притягивая ближе, с тихим рыком царапая клыками податливые губы, Адам погружается в ощущения с головой, больше не думая о съедающей его печали. Некогда думать о последствиях и морали, какая к черту разница, что будет после? Это проблема его завтрашнего дня, а на сегодня его «планы» с желанием, плещущимися в серо-зеленых глазах, тают в его руках. Ланга ускользает прочь из их новообразовавшегося тесного мирка, ищет глазами, где разрешено курить.       В курилке почти никого, и лампа мигает на стене. Он глубоко вздыхает, прислушивается к отзвукам играющей в клубе песни, зрение нечёткое и тело плохо ладит с координацией. Ланга закуривает и сверлит взглядом экран сотового, то разблокируя, то выключая. Он теряется в сценариях своих слов, и, если честно, хотелось бы без лишних разговоров просто прижать Рэки к стене, зарыться носом в его медно-красные локоны, вдохнуть запах его тела, вжаться в его бедра своими. Взять его грубо, но любя, обновляя на шее метки с прошлой ночи, и кожа горит от нетерпения, возбуждения. Ланга вертит в руке мобильный, закусывает губу и решается набрать наизусть вызубренный номер. — Я могу увидеть тебя сегодня? — когда Кян отвечает, Ланга не даёт вставить и слова. — Хочу коснуться, — нетерпеливо, с налетом вины и чем-то вроде желания. Рэки тихо смеётся, так нежно-нежно, заставляя Хасегаву вмиг растаять. — Конечно. Пожалуйста, коснись меня сегодня, — его голос надломлен, будто слёзы сорвались, но и улыбка вместе с тем. Голос становится тише, тон волнительнее и горячее, Ланга просит ждать в его комнате, он приедет так скоро, как сможет. Согласие Рэки было таким нуждающимся и очаровательным, обрывать звонок было мучительно, но ему ещё предстоит вызвать такси. Возвращаясь в клуб, Ланга застаёт Рори и Адама едва ли не так же, как когда уходил. Целующимися, будто безумно изголодавшимися по ласкам, трогательно касающимися друг друга в приглушенном освещении вокруг и под кавер на одну из песен Clan of Xymox.* Беззастенчиво Хасегава кладет руку на плечо Адама, шепчет, предупреждая быть осторожнее, раз полез в это. — Я домой, завтра пары, — оповещая парней, Ланга забирает свою куртку и вызывает такси. — Ага, встретимся ещё, — кивнул Адам, после заверил, что счёт за бар берет на себя. Рори не стал прощаться, уверенно заявляя, что скоро тоже поедет домой. Но ни секунды никто из них троих не верил в это наивное утверждение.       В пути к общежитию разум немного вернул концентрацию, и вот конечности Ланги уже были послушнее, так, что Рэки даже не сразу понял, что Хасегава пьян, когда тот вошёл в комнату. Рэки подходит ближе, его взгляд виновато мечется по комнате туда-сюда, он уверенно формировал речь, принял лекарства от СДВГ может немного больше, чтобы не облажаться наверняка, но Ланга порушил все планы, стоило открыть рот. Крепкий, грубый поцелуй застыл на губах, Кян чувствует наконец, что Ланга пил, и понимает, что до разговоров дело не дойдёт. Хасегава старательно делает всё, лишь бы избежать неловких речей, думая выразить чувства действиями, так всегда было проще. — Постой, — отрываясь от губ Ланги, Рэки ставит руку между ними, — уверен, что это то, что стоит делать? Может они не лучшие любовники и весь их прошлый опыт был какой-то бета-версией отношений, но одно оба они знали точно: секс после ссоры не решает проблемы. Но Рэки слишком разбит и влюблен, иначе бы он уже давно хлопнул дверью с другой стороны и разошёлся с ним до утра. Но он по привычке включает идиота и позволяет наивному «а если» взять верх. — Заткнись, — Ланга сжимает щеки Рэки ладонями неуместно ласково, улыбается совсем не так, как привык Кян и грубо кидает его на кровать, нависая сверху. Рэки глотает слова и, может, гордость. Ладно, думает он, никаких разговоров. Теперь он хочет всё и разом, погружаясь в эту аферу с головой. Хасегава ловко и нетерпеливо сбрасывает одежду с себя, помогает с этим партнёру, задыхаясь между поцелуями, почти не смотрит в глаза Кяна и отворачивает его лицо от себя. Грубая растяжка, минимум ласк и касаний. Рэки глубоко вдыхает и сжимает веки от вспышки тянущей боли, сжимает зубы и просит помедленнее. Ланга останавливается и вдумчиво выводит узоры на гладкой коже спины партнёра, ведет ладонью вверх по позвоночнику и шее к волосам. Пальцы не путаются в привычно длинных, густых локонах, вместо этого ощущая короткий ежик волос до затылка, где оставлена почти вся длина. Хмыкая про себя, Ланга склоняет голову к плечу, наблюдая за любовником, нежно-нежно поглаживая рыжие волосы и собирая ласково в руку длинные пряди, чтобы в итоге резко потянуть Рэки на себя и жёстко войти до упора. Удивленный вскрик срывается с покрасневших губ, Кян почти рычит за подобное обращение. Уже на этом моменте он мог бы врезать даже Ланге, но это подождёт, потому что вместе с членом любовника его пронзает злость, перекрывающая все загоны, вину и грусть. Но это не повод прекращать, потому Кян оборачивается и позволяет брать себя как захочется Ланге, может он отыграется утром, может это хреновая идея в корне. Движения рваные, резкие, в сопровождении скрипа кровати, тяжелых вздохов и полустонов-полурыков. Никому из них не кажется это просто сексом: перекрытие обид, вымещение агрессии, разочарований, вины. Но точно не просто секс. Всё кончается без всякого оргазма, Ланга просто падает рядом с Рэки на спину и лениво смотрит в потолок. — Прости, я мудак, — он устало вздохнул, звуча искренне лишь наполовину. — Я тоже, — Рэки ложится рядом и смотрит в пустой потолок над собой, внутри ощущая себя точно так же. — Ланга? — Да? — Я люблю тебя, — пространственно произносит Рыжий. — Ага, а я тебя, — тон усталый, но в груди отзывается. Ланга прижимается лбом ко лбу Рэки и лениво целует его губы заботливо, ласково. Рэки разрывается в этом всём и боится, как бы эта ночь не стала началом конца. Ланга засыпает мирно в его объятиях, пока Кян не может сомкнуть глаз, изводя сам себя тревогой, и на рассвете беспокойно засыпает.       Рэки проснулся один, времени на поиски Ланги, выяснения и прочую лирическую драму — решительно нет, до начала пары около получаса, оставалось ожить и добежать. На последнем ряду в темном углу аудитории запивает риталин* банкой колы и надеется не привлекать внимание на себя, а свое обратить. Преподаватель ведёт лекцию так, что даже с бодрящими лекарствами ужасно хочется спать. До обеда пары протекали бегло и в одном режиме, пока Ланга не написал: «Мой желудок ужасно болит, я уже попробовал кучу всего» Округлив глаза, Кян даже не уточняет и собирает свои вещи, сбегая с оставшихся лекций.       Ланга нашелся на кухне, в спазме согнувшись над столешницей. — Что ты делал с болями? — беспокойно разглядывая парня, Рэки цепляется взглядом за открытую банку обезболивающего на столе. — Сколько ты принял? — отчаянно выругавшись, Рэки зовёт Рори, быстро идя к его двери. — Он не возвращался со вчера, — вперемешку со скулежом от боли, отвечает Ланга. — Иначе он бы не дал тебе себя гробить, — расстроенно фыркнул Рэки и уже набирал неотложку. — Почему ты просто не написал мне раньше? Если не знаешь, что пить! — И как бы я написал тебе после вчерашнего? — отчаянно рявкнул Хасегава, чем удивил и испугал Рэки. — Надо было дождаться Рори, — сев на полу, Ланга обнял колени и стонал от новых волн боли. — Я тебя понял, — сглатывая ком обиды, Рэки не развивает тему, глядя на агонию любовника, садится рядом и старается поддержать до приезда медиков. Ланга беспомощно утыкается носом в шею Рэки и дрожит от боли, Кян заботливо гладит парня по волосам и честно не знает, что вообще делать. Его парень идиот, что при болях в желудке добивает себя ибупрофеном, смешно и страшно. Вдруг до язвы довел? Хасегава ужасно не любит врачей, соблюдение диет, лекарства и чтение аннотаций, обычно с медикаментами за Лангу справлялся Рори. — Не становится хуже? — обеспокоено спрашивает, касается холодного лба и щек губами. — Я такая проблема, — болезненно и тихо простонал Ланга. — Легких путей не ищем, да? — выдохнул Кян и коротко улыбнулся. Сейчас главное самому не поддаться панике, нельзя, не при Ланге. Скорая приезжает быстро, без лишних вопросов забирает Хасегаву и собравшегося с ним Рэки. — Сэр, вы видели, что он принял? — уже в дороге уточняет фельдшер. — Пара таблеток адвила*. У него было похмелье, возможно болела голова, — торопливо отвечает Кян, сидя рядом с сонным Лангой. — Есть контакты родственников для связи? — девушка заполняет карту на планшете и понимающе наблюдает за тем, как Рэки заботливо держит Лангу за руку. — Я его жених, мои подойдут? — Вполне, но для подстраховки будет неплохо иметь ещё один номер. Кян вздыхает и называет цифры Рори, заодно отписываясь парню, что его невезучий кузен едет в госпиталь. «Как? Разве ты не был с ним? Стой, только не говори, то ты его так» — ответ приходит моментально. — «Чел, ты головой стукнулся? Он напился твоих обезболивающих, пока я был на парах» — Рэки нахмурился, он был раздражён, и если на Лангу сорваться он боялся, то Рори рисковал. «Он проклят, клянусь. Вас в Сент Пол везут?» — «Да, он вроде ближайший», — быстро отвечает Рэки, уточняя у фельдшера. «Буду минут через двадцать»       По прибытии Ланга совсем расклеился из-за того, что часть боли сняли антацидными ещё в скорой и парню хотелось спать. Пока Рэки заполнял личные данные Хасегавы, того уже вели на первичный осмотр. Рэки не находил себе места, нарезая круги в холле приемного отделения, пока к нему не подошёл один из докторов. — Мистер Кян? — Рэки кивнул, и мужчина продолжил: — Я доктор Верджер. Вашему жениху необходима госпитализация, судя по анамнезу скорее всего это обострение гастрита. Нужен курс лечения антибиотиками и исключить наличие эрозии в желудке. Рэки дёрнулся от обращения дежурного врача в приемной, пока он поправлял очки и предельно ясно расписывал ситуацию. — Да, я понимаю, — рассеянно кивает. — Мне нужно поговорить с ним, Ланга… он не любитель лечиться, — неловко почесывая затылок, отвечает. — Подождите здесь немного, я скажу, когда вы сможете зайти к нему, — доктор Верджер кивнул и направился в сторону палат.       Рори появился перед Рэки как из воздуха. Что удивило, так это Адам, стоящий слишком близко к Ламонту. — Привет, — одновременно поздоровались друг с другом Адам и Рэки. Пока Кян с налётом удивления метал взгляды в сторону парочки, Рори решил разбавить молчание. — Айноске подвез меня, иначе я бы сам час добирался, — улыбнулся Рори. — Айноске? — с едкой усмешкой Рэки вскинул брови и внимательно взглянул на этих двоих ещё раз, замечая совсем не прикрытые интимные метки на коже обоих мужчин. — Я не знал, что ты и по мальчикам тоже, — сощурившись, выдал Кян, пока не определившись с реакцией. Адам предпочёл перевести тему и поинтересоваться состоянием Ланги, и конечно не обошлось без перепалки, потому что Рори не остановил кузена, когда тот заливался крепким алкоголем накануне, хотя знал, что ему нежелательно. — Прости, но он мой брат, а не ребёнок. Я не могу постоянно наблюдать за двадцатилетним болваном, — вспылил Рори. — Ну конечно, член нового знакомого куда интереснее, — съязвил Кян. — Заткнитесь оба, голова уже болит от вас, — рявнул Адам в сторону парней. — Отношения выясняете как пара куриц в мыльной опере. Ланга не беспомощный, очевидно тупой, но не беспомощный. Но ты, — он ткнул пальцем в грудь Ламонта, — мог меня предупредить, что он с больным желудком. И Рори, и Рэки утихли, отмечая, Адам сказал всё по делу. — За последнее извиняться не стану, сам понимаешь, — развел руками Кян и поднялся с места, завидев направляющегося к ним знакомого врача, — Лора мне как сестра. Родериг пристыженно отвёл взгляд и скрестил руки на груди, молча соглашаясь. Адам удовлетворённо хмыкнул и сел рядом с Ламонтом. — Смахивает на ревность, — глядя в спину Рэки, откликается Рори. — Ты не рад? — Даже если и так, то что? Ревность не говорит о любви, милый, — сладко тянет Адам, обнажая в улыбке ряд идеальных зубов, — Я не претендую на Рэки. — Но почему? — Потому что мы — плохая партия, — подмигнул Адам удивленному парню.       Рэки неуверенно входит в палату, не совсем понимая, чего сейчас ожидает от больного возлюбленного. Выяснение отношений отложено в долгий ящик, нет времени латать дыру в душе, когда у Ланги может быть совсем не метафорическая дыра в желудке. Рэки измотан и раздражён на Рори, Адама, Лангу, который за сутки сделал всё из списка «нельзя» и, конечно, на себя, потому что в целом логично полагать, что всё завертелось вокруг его недомолвок. Самобичевание Кян благостно решает оставить на потом, сейчас это не имело смысла. А вот его любовник в больнице — вот это имело смысл. Ланга лежит, уставший и бледнее прежнего, смотрит в окно, даже голову не сразу поворачивает, когда открывается дверь. — Доктор сказал, что тебе необходимо остаться в больнице на лечение и обследование. Нужно твоё согласие, — Рэки неуверенно стоит возле кровати, сжимая рукой собственный локоть. — Хорошо, — Ланга отозвался с запозданием, так и не оборачиваясь к Рэки. — Спасибо, что помог. — Думаешь, я мог бы тебя бросить? Что бы не было между нами, это не меняет моего отношения к тебе, — уязвлённо подметил Кян. Рэки было неприятно, что Хасегава мог даже подумать о том, что он мог оставить его в такой ситуации. — Тебе нужно что-нибудь привезти? Я свободен сегодня. — Не волнуйся, я попрошу Рори, — тихо ответил Ланга. — Отлично, — это звучало как начало протеста, но Рэки сдержался от крика, который рвался из него. Просто сжимал кулаки до неприличия сильно, вовремя останавливая себя от скандала с больным парнем. — Рэки? — Ланга неуверенно обернулся к нему. — Мне жаль. Кян поспешно развернулся к двери и вышел из палаты, потому что этот взгляд, полный сочувствия, бил по нему самым неприятным образом, потому что он чувствовал себя слабым и навязчивым идиотом. А теперь Ланга выбрасывает его с лаконичным: «мне жаль». Он не смотрит в сторону Адама или Рори, которые хотели подойти к нему и что-то узнать, отмахивается от них и скорее сбегает из госпиталя.       Собственная комната в общежитии никогда не казалась такой неприветливой и чужой, как сейчас. За окном всё серо и дождь льёт вторые сутки. В самом деле, он уже скучает по солнцу, морю и всем краскам лета, которыми пестрит Окинава круглый год, и будь он более драматичным — бросил бы всё и вернулся домой. Но дерьмо случается и это не повод бросать учебу и все возможности, о которых, если упустишь, пожалеешь в будущем. Можно сменить общежитие, должны были появиться места в более дешёвых резиденциях, чем Мерлин Хаус. Или он может перевестись в Торонто. Планы на побег прерывает входящее сообщение от Ланги: «Я хотел сказать, что ты очень красивый, мне нравится твоя новая стрижка» Рэки перечитывает смс и раздражённо вздыхает, чувствуя, как дергается уголок рта от нервозной усмешки. Это какая-то шутка? Рэки думает, что Ланга просто издевается. Вот он планирует побег и тут же этот парень делает ему самый неуместный комплимент, отчего Кян чуть не перезагружается в непонимании. — «Серьёзно, Ланга?» «Конечно. Ты будешь навещать меня? Пожалуйста» Рэки совсем потерялся и не понимает, что творится с Лангой и между ними в целом. Но он бы соврал, если бы сказал, что не почувствовал себя лучше. — «Если пообещаешь соблюдать лечение» «Обещаю». Кян не понимает, что происходит, но поведение Ланги — это будто персональные эмоциональные качели для Рэки.       На следующий день все пары он только и думал о том как навестит Хасегаву, даже не зная, о чём они могли бы говорить, чтобы это были «безопасные» темы. Парень буквально витает в облаках, даже не сразу замечая Лору, которая непривычно тихо сидит рядом с ним на общей лекции. — Привет, — Кян наклонился к девушке, которая его как будто бы и не замечала. — Ой, привет, — неловко улыбаясь, Коллерт тише спрашивает о Ланге, что удивительно. — Рори ничего тебе не сказал? — Мы сейчас вроде как не общаемся, — неловко поёрзав, девушка старается говорить как можно тише, чтобы не привлечь внимание профессора. Рэки сглатывает, боясь влезать в их отношения и ощущая вину, потому что он знает, знает и не понимает: будет ли кому-то лучше, если скажет? — Вы поругались? — Рэки старался как-то успокоить подругу, сжимая её ладонь в своей. Лора заправила волосы за ухо и взглянула на Кяна. — Он сказал, что ему нужно время. Что-то вроде паузы, понимаешь? — её брови сведены вместе и взгляд полон обиды, Рэки ни разу не видел её такой и был ошеломлён настолько, что готов порвать в клочья тех двоих, из-за кого Лора страдает. — Я влюблена в него два года, а он за одну ночь решает оставить меня позади, но при этом говорит, что любит. Это какое-то безумие. — Я не уверен, что мне стоит сказать. Ты можешь поговорить с ним и решить этот вопрос для себя или послать его. Не хочу сбить с толку, Рори мудак определенно, но он тебя любит и, думаю, ему нужно обдумать что-то важное, чем бы это не было. Может это так? — Рэки пожимает плечами и с переживанием наблюдает за девушкой, которая задумчиво смотрит куда-то перед собой. Лора умная, Кян точно знает, как знает и Рори, потому Ламонт скорее всего хотел всё ей рассказать, допуская мысль, что она сможет его понять верно. Но это не повод для Рэки меньше злиться на парня, и даже Адам вызывал в нём сомнения.       После пар они расходятся в разных направлениях, прежде чем Коллерт убедила его в том, что она в порядке и ей нужно подумать обо всём в одиночку. Как бы ни было паршиво, но Кян и сам хотел побыть наедине, отчетливо понимая, что он не может помочь Лоре, как и не может ей врать. Зато он мог бы врезать Рори, если тот попадётся ему на глаза. — «Я не могу зайти сегодня, — Рэки зависает, набирая смс Ланге, спешно придумывая достойную причину, — у меня дедлайн по заказу, надо срочно выполнить». Прерывистый вздох срывается с губ, он взволнованно ждёт ответа и надеется, что Хасегава, если и поймёт его ложь, то поймёт и причину. «Всё в порядке, это важнее» От ответа Ланги не стало легче, угрызений совести появилось больше, но видеть его сейчас не было сил. Рэки уже доходит до своей комнаты, когда решается спросить, стало ли ему лучше. «Уже определённо не так больно. Только не говори моей маме, если она вдруг спросит обо мне» — «Конечно. Я приду на днях, обещаю» Выдохнув, он падает на постель, прикрывая глаза. Ещё немного тишины и он займется делом, чем угодно занять руки, лишь бы не мысли.       Следующие дни проходят спокойнее, всё в том же режиме и чуть больше внимания учёбе, вновь вспоминая, что у него есть цель, одна из которых — не вылететь из университета. Рэки внимательно следит за темой лекции, отгоняя неуверенное желание написать то ли Ланге, то ли Рори. На перерыве пара сокурсников подходят к нему, Рэки стыдливо признаёт, что имена вылетели из головы, но они виделись точно не раз на семинарах и форумах. — Хасегава заболел? Мы слышали, он попал в больницу, — взволнованно начала девушка, ближайшая к Кяну, и все объединились в своих расспросах, пока Рэки не заметил подходящую к их группе Йонну. Он напрочь перестает улавливать вопросы, сыплющиеся на него с разных сторон, фокусируясь на бывшей пассии Ланги. Йонна также смотрит на него в ответ, но не подходит ближе. — Извините, мне нужно отойти. И всё в порядке, Ланга скоро вернётся, — отмахнувшись от любопытной компании, Рэки вырывается навстречу к Эклунд. — Привет, — она отводит взгляд на секунду и жестом зовёт отойти подальше от зевак. — Давно не виделись, — неловко начал Рэки. — Как ты? — Не делай так, — нахмурилась девушка и села на лавку под клёном, приглашая Кяна на место рядом. — Не общайся со мной, как с чужой. — Прости. Мне всё ещё неловко, что я вёл себя как придурок с тобой. — Вы оба вели себя так, — она почти улыбнулась и наконец посмотрела в глаза Рэки. — Надеюсь, вы хотя бы вместе, иначе это ужасно бессмысленно. Рэки не стал ничего отрицать и прямо ответил, что он и Ланга стали встречаться, они правда влюблены и ему жаль, что она пострадала из-за их глупости. — Это хотя бы имеет смысл. Он любит тебя, а ты его. Я слышала, он в больнице, что-то с желудком? — Йонна заинтересованно смотрит на Рэки с неприкрытым беспокойством. Любит ли она его до сих пор? Рэки не может не думать об этом, потому что Эклунд была бы определённо лучшей партией для Ланги, но он её не любил, а она этого не заслуживает. Никто этого не заслуживает. Мысли об Адаме снова приводят к фантомным спазмам вины. — Да, он нарушил противопоказания и его забрали в госпиталь несколько дней назад. Это ненадолго, ничего серьёзного не нашли, но ты можешь навестить его, — кивнул Рэки. — Это плохая идея, я не готова его видеть, и ты точно хорошо позаботишься о нём, нет причин для беспокойства, — Эклунд тепло улыбнулась, доверительно коснувшись плеча Кяна. И стало больнее. — Я… — Рэки виновато смотрит себе под ноги, — мы поссорились, и я почти не прихожу к нему. — Ты забрал его у меня, и раз уж так вышло, хотя бы постарайся быть лучше, чем есть. Я не хочу думать, что наше расставание было бессмысленным, что ещё немного и ты бы облажался, и мы смогли бы любить друг друга с Лангой. Если бы не ты. Не будь уродом, он не только твой парень, он твой лучший друг, — строже произнесла девушка. — Не давай мне повод снова заботиться о нём. — Йонна, — Рэки окликнул ее, когда Эклунд уже собралась уходить. — Ничего не было зря.       Бросив сумки у порога комнаты, его терзали сомнения: ехать сейчас или дождаться завтра, пока не позвонил курьер. Рэки усмехнулся, глядя на дату: он совсем забыл о своем подарке для Ланги, та самая фигурка Джона Константина. Ещё в старшей школе они объявили середину октября днём своей дружбы, вот так просто, когда помирились после первой ссоры, и всегда дарили друг другу что-то, что соответствовало их связи: что-то, о чем знает только лучший друг. Ланга всегда попадал в точку и приятно удивлял Рэки вот уже четыре года. — «Я приеду сегодня. И у меня есть кое-что для тебя» — взволнованно улыбаясь, Рэки уверенно собрался дождаться доставки и поехать навестить Хасегаву. «Я буду ждать».       В больнице Рэки старается не сосредотачиваться на своем волнении и проблемах, только на встрече с Лангой. Кян неловко сжимает в руках коробку и входит в палату, где Ланга уже ждёт его. — Рад тебя видеть, — Хасегава улыбнулся и сел на койке, приглашая Рэки ближе. — Как учёба? — Ничего нового, — он осторожно садится на край кровати и Ланга подсаживается ближе, соединяя их ладони. — Я много думал, пока мы не виделись, и хочу извиниться. Прости за то, как я поступал с тобой. Я не имел права, — Ланга нахмурился и виновато взглянул в глаза Рэки. — Прекрати. Мне не нужна твоя вина, — раздражённо отозвался парень, не сдержавшись. — Блядь, извини, я не хотел грубить. Ланга притянул к себе Рэки за ворот свитера и спешно поцеловал. Не встречая сопротивления, Хасегава менее скромно сминает губы Кяна и проникает между них языком, глубже целуя парня. — А я тебе нужен? — Ланга снова целует Рэки, обнимает руками за шею и почти стонет в поцелуй, явно увлекаясь и забывая, где находится. — Хорошо, что ты тут один, пока что, — оторвавшись от любовника, говорит Рэки. — Постой. Что происходит? — Я не могу поцеловать своего парня? Рэки держится от срыва, он не самый импульсивный, агрессивный и злопамятный, но буквально на прошлой неделе его отшили, а за день до этого сказали, что он неприятен с последующим жёстким сексом, больше похожим на акт унижения. Ему бы хотелось знать, что творится, что он и озвучивает. — Рэ-эки, — простонал Ланга, — Я не хотел обижать тебя, а потом напился и решил вместо разговора утром переспать с тобой ночью. Я облажался. — Ты сказал, что не хотел со мной говорить! Ты вёл себя как будто мы расстались, а потом написал мне про смену имиджа. Ты мудак? Я думал с ума сойду, — крикнул Рэки. — Мне было стыдно утром, и желудок болел так, что я злился на всё подряд. Да, я мудак. Прости меня, обещаю, я не думал так поступать с тобой, я люблю тебя. Хасегава выглядел таким уязвимым и виноватым, грустным и милым, что Рэки едва сдержал порыв прыгнуть сверху и сжать парня, по которому скучал, в объятиях. Вряд ли сейчас Ланга бы оценил такие агрессивные, хоть и романтические намерения. А Рэки будто на американских горках настроения прокатился. — Ты правда красивый, — усталая улыбка украшает бледные губы, Ланга тянется к волосам Рэки и заправляет пару рыжих прядей за ухо. — Тебе очень идёт. — Это плод истерики, на самом деле, — смущённо отозвался Кян и махнул рукой, не зная до сих пор, как принимать комплименты именно от Хасегавы. — Знаешь, вы с братом так похожи, я удивлен, что вы только двоюродные, а не родные, — сложив руки на груди, Рэки с осуждением взглянул на партнёра. — А вот это уже обидно, — надулся Ланга. — Рэки, мы в порядке? — Я бы не расстался с тобой из-за череды глупых ситуаций, ты проклят мной до самой своей старости, — строго произнес Кян. — Если сам не сбежишь. Ланга облегченно улыбнулся и потянул парня на себя, вынуждая Рэки устроиться сверху. — Стой, — Кян отстраняется и тянется к оставленной у кровати коробке. — Я принес тебе подарок. Ланга удивлённо посмотрел на Рэки, прежде чем сесть рядом с ним. — Ты купил что-то на день дружбы, даже когда мы были в ссоре? — На самом деле я взял его ещё когда мы были на нашем свидании, это отложенная доставка, — неловко произнес Рэки, аккуратно распечатывая упаковку. — Не думал, что придётся нести его тебе в госпиталь. — Я не успел ничего выбрать для тебя, — грустно и виновато отозвался парень. — Эй, это не обязательство и не обмен, помнишь? В прошлом году я не справился, так что всё честно, — Рэки улыбнулся и поцеловал Лангу в щеку. — Не смей грустить, когда я дарю тебе что-то. Ланга неловко открывает коробку и несколько секунд безмолвно рассматривает фигурку, в его глазах будто искры, Рэки готов поспорить, что Хасегава был на грани эмоционального взрыва в хорошем смысле. Это вселяло гордость за свой выбор в подарке. — Это потрясающе! — Ланга смотрит на Рэки с непередаваемым восторгом, Кян даже смущенно улыбается в ответ. — Наверное, чертовски дорого. — Принимаю безодёжный расчёт, — он ухмыляется, но продолжает: — но только после выздоровления, — важно подметил Кян. — Ты такой идеальный, Рэки. Чем я вообще тебя заслужил? Рэки прерывает самобичевание Хасегавы и втягивает его в долгий, влажный поцелуй, забирается на колени парня и ярко ощущает, как упирается в бедро чужой твёрдый член. — Эй, никакого секса, пока не пройдёшь весь курс лечения. Я хочу, чтобы твоя задница болела не меньше, чем моя после ночи с тобой, пусть хоть от уколов, — улыбаясь, Рэки несильно укусил Лангу за щеку. Серьёзно и немного расстроено кивнув, Ланга крепче обнял Рэки и согласился так же бросить курить, соблюдать диету после выписки и покорно вынести весь курс антибиотиков. — Знаешь, мы можем поменяться, я буду не против, тем более ты станешь первым. — Вау, притормози. Меня устраивает быть снизу, — Рэки сел рядом и поправил на себе одежду. — Хотя мы можем обсудить это позже, — застенчиво улыбаясь, он смотрит на Лангу, который явно воодушевлён таким раскладом. Сама идея быть первым для Хасегавы очень льстила и грела Кяна, и, если честно, он ещё об этом даже не думал, но теперь есть целое поле для фантазий. — Ланга, выздоравливай скорее, — прижимаясь лбом к груди парня, Рэки вздыхает и чувствует, как ему наконец-то становится легче. — Я так боялся, что между нами всё кончено, а теперь ты лежишь в больнице, болван, а мог бы дома, со мной. Хасегава виновато гладит возлюбленного по рыжим локонам и обещает, что они всегда будут вместе, даже если это слишком претенциозно и громко сказано.       Чувство облегчения поселяется в груди обоих парней и сны по ночам стали намного спокойнее. Рэки переписывается с Лангой, пока не засыпает, и даже после продолжают приходить смс, и это плавно переходит в следующий день, где на парах Кян совсем не обращает внимания на учёбу, на что даже сам Хасегава говорит, что пострадает его репутация отличника. Кян совсем забыл о подруге и винил себя за это. На общей дисциплине парень высматривает Лору, надеясь быстро отыскать среди студентов яркую и довольно высокую девушку. — «Привет, ты опаздываешь?» «Я, наверное, не успею. Прикрой, если спросят» Рэки нахмурился и поделился всей ситуацией и подозрениями с Лангой. «Я хочу сбросить Адама с горы, не сильно, в сугроб. Или Рори» — ответил Хасегава. — «Ну знаешь, Адам не виноват в том, что твой брат кусок дерьма» «С каких пор вы так не ладите? Он был у меня утром и сказал, что даже не возвращается в общежитие» — «Это составная причина. Не бери в голову, он всё ещё мой друг, друг-придурок» «Он всё ещё мой брат, и я фактически рос с ним, понимаешь? Во мне заложен тот же потенциал, вот что я имею ввиду» — «В тебе это распределилось очень хорошо, ты дикий по расписанию. И я люблю это в тебе» «Время уколов» — Ланга отправляет селфи, полное страданий на лице. Рэки усмехается и отвечает, что он просто королева драмы, и, наконец-то, вникает в суть лекции.       Он встречает Лору на обеде в парке, она стоит под деревом в компании Айноске и машет рукой подходящему к ним Рэки. — Привет, это какая-то монополия на моих друзей? — частично шутливо уточняет Рэки у Адама, всё ещё не определившись, как вести себя рядом с ним. — Это мой коварный план, Рыж, захватить твоё окружение, а потом вернуть тебя, — мужчина сверкнул белоснежными зубами и взглянул на бывшего любовника. Так странно думать, что буквально пару месяцев назад он забирал его от университета и они могли часами целоваться в машине или даже больше. Чувства ещё никуда не делись, Адама тянет к Рэки, но его место медленно, но верно занимают другие. Лора нежно обнимает Айноске за талию и прижимается к нему. — Спасибо, что подвёз, — девушка тепло улыбнулась мужчине и переключила его внимание на себя. Адам мягко целует ее губы, ласково и игриво заправляет длинные лиловые локоны за ухо и обещает встретиться с ней вечером. — До встречи, Рэки, — уходя, бросил Адам, едва ли не впервые называя парня по имени. Кян замер и бросал взгляд то на хихикающую подругу, то вслед Шиндо. — Ты выглядишь как рыба на суше, — Коллерт подошла к Рэки и игриво потрепала по волосам. — Нет, тебе не показалось, если хочешь спросить об этом. — Когда вы успели? И что с Рори? — Рэки отошёл к скамейке и сел, доставая всё-таки обед, ведь перерыв не вечный. — Мы встретились во вторник. Рори написал, что нам нужно встретиться, я пошла к вам, но решила ещё немного покататься на скейте вокруг резиденции, и тут как раз Адам подвез Рори к вашему общежитию. Я видела, как они целовались в машине. Подождала, пока выйдут, и врезала Ламонту. — Надеюсь, не скейтом, — жуя произнес Рэки без каких-то реальных переживаний. — Нет-нет, зачем мне портить доску? — девушка вздохнула и откинулась на спинку скамейки. — Адам догнал меня, когда я уходила и мы разговорились. Общались всю неделю, а вчера вечером пошли на прогулку, скорее даже свидание, — Лора мило улыбнулась, даже немного смущённо. — Ого, с этого места поподробнее, — Рэки загорелся интересом и повернулся к девушке так, чтобы не упустить ни одной эмоции. — Адам сам позвонил мне вчера, я согласилась встретиться наедине, просто хотела пообщаться. Боже, в жизни он ещё лучше, весь такой взрослый, обходительный и умный, и чёрт, ходячий секс. Прости, я не понимаю, почему ты ушёл от него, — Лора засмеялась, но всё же правила себя, что Ланга определённо стоит того. — Это не было свиданием, формально, но да, это было лучшее моё свидание. Мы катались на скейте, болтали часами в ресторане, а потом он засыпал меня лиловыми розами и под конец мы сидели возле залива ночью, я замёрзла и сама потянулась к нему. Мы целовались и это было просто как в каком-нибудь романе. Рэки, я была счастлива. Рэки неспешно доедал свой сэндвич и с удивлением наблюдал за восторженным рассказом подруги, немного в шоке, что Адам такой. Нет, Айноске был хорош с ним и через какое-то время пытался ухаживать за Рэки в своём стиле, но Кян не сторонник пошлой романтики и всех этих шоу, чары Адама на нём просто не работали. Хотя Шиндо и правда очень приятный и внимательный партнёр, что шло в разрез со скейтером, с которым он когда-то познакомился в «S». — Охренеть, я думал, он гей. То есть супер, хорошо, что ты здорово провела время. Ты только не увлекайся, потому что Адам потом уедет, ты же знаешь? — Рэки выкидывает остатки обеда в урну и поглядывает на время и на воодушевлённую девушку. — Знаю-знаю. Но могу же я провести пару недель в сказке, а потом вернуться к своему парню? Я выслушала Рори и Адама, мы пришли к пониманию, но я ещё злюсь на Ламонта. Рэки задумчиво посмотрел куда-то вверх и пытался осмыслить эту ситуацию, но так и не смог. В любом случае они все взрослые люди и, наверное, знают, что делают. — Так Ламонт прощен? — Ещё пара свиданий с Айноске наедине и подумаю о том, чтобы совместить наши встречи, — строго ответила девушка. — И почему ты не знакомил нас раньше? — Потому что я с ним просто спал и было не до встреч с друзьями, — улыбнулся Рэки. — Идём, перерыв почти кончился. Девушка закатила глаза, но улыбнулась и пошла за другом в здание.       После пар Рэки тут же отправлялся в Сент Пол к Ланге, который с нетерпением его ждал. — Коллерт втрескалась в Адама. Нет, Матадор любви определённо его роковое прозвище, не иначе, — возбуждённо начал Рэки, едва бросив рюкзак у двери. Ланга потянулся к возлюбленному и крепко обнял, целуя холодные щеки парня. — Теперь Рори свободен от твоих проклятий? — Хм, я об этом ещё не думал. Не знаю, побешусь для профилактики, потом вернёмся к старому, — Рэки запустил руку в волосы Ланги и ласково массировал кожу головы партнёра, пока тот довольно урчал и плавился от внимания любовника. — Раз чужие драмы проходят, можем уделить внимание себе, как думаешь? Они целуются то медленно, то жадно, чувственнее прижимаясь друг к другу и яростно сожалея, что не могут сейчас заняться чем-то более интимным. Со стороны двери звучит тактичное покашливание. — Не стоит целовать больного в острой фазе гастрита, бактерии могут передаться вам со слюной, — совершенно безэмоционально предупредил лечащий врач Ланги. — Вы серьезно? — Ланга по-детски округлил глаза и взволнованно уставился на врача. — Конечно, — поправив очки, заверил доктор Верджер, а после обратился к Рэки. — Советую провести профилактику, вы можете записаться на приём прямо сейчас. Рэки неловко кивнул и поблагодарил доктора за совет. — До завтра, Ланга, — растерянно целуя Хасегаву в щеку, Кян выходит из палаты.       Весь вечер перед сном Рэки был заброшен сотнями смс от Ланги с извинениями и просьбой срочно лечиться, и вообще им лучше не целоваться пока что. На что Рэки реагировал только раздражённым стоном и высказанным пожеланием, чтобы Ланга угомонился и скорее уснул. «Ты не должен заболеть из-за меня, это не круто» — «Если я не буду спать из-за тебя — тоже будет не круто. Ну же, милый, у меня завтра много занятий» «Сладких снов» «Любимый» пришло сразу после и заставило Рэки тепло улыбнуться, прежде чем уснуть.       Дни проходят в одном темпе, Рэки игнорирует мир вокруг, всецело погружаюсь в общение с Лангой или поездки к нему. Рори почти не появляется дома.       Пока Кян рисовал, время пронеслось слишком быстро, уже за полночь, но спать никого желания. Повертевшись в кресле, он не задумываясь уходит в комнату Ланги. Спальня Хасегавы мало чем отличается от его собственной, но Рэки это мало волнует, он падает на кровать и утыкается лицом в подушку, в желании уловить отголоски запаха своего парня. — «Ты спишь?» — Кян отправляет сообщение, слабо надеясь на ответ. «Нет, я проспал весь день, теперь вряд ли усну. Засиделся над рисунком?» — «Ага, но я уже закончил. Валяюсь в твоей комнате, тебя не хватает» «В моей постели строгий дресс-код» — «Вау, Хасегава флиртует? Я могу надеть что-нибудь из твоего» — Рэки взволнованно улыбается и закусывает губу. «Эй, я не безнадёжен. И кстати — я надеюсь на фото» Кян перебирает вещи в шкафу своего парня в поисках чего-то более сексуального, возможно, одна из рубашек Ланги может быть хорошим выбором. С выпуска из школы Хасегава стал только выше и шире в плечах, а Рэки не особо изменился, хотя достаточно времени уделяет развитию тела. Бледно-голубая рубашка стала отличным выбором, по мнению Рэки, достаточно длинная и свободная в плечах. Кян раздевается до белья и оглядывает себя в зеркало, решаясь добавить что-нибудь ещё. В своем шкафу Рэки находит то, что думал ему никогда не пригодится — высокие чёрные чулки. Со вздохом, он решается и, завершив образ, возвращается в комнату Ланги, чтобы сделать пару селфи для возлюбленного. «Это очень горячо. Когда меня выпишут — я хочу увидеть это вживую, обещай» Рэки не сдерживает улыбки, прижимая к груди телефон. О, он ждёт его выздоровления, осталась всего пара дней, а почему-то такая тоска, хоть на стены лезь. — «В честь выписки — согласен на костюм мед.сестры» — Рэки отправляет сообщение, в ожидании кусает губы, представляет, как Ланга видит его сейчас, касается осторожно пальцами кожи, провожает взглядом каждый изгиб, со своей дикой нетерпеливостью и возбуждением в прерывистых вздохах. Ланга бы сорвался, настойчивее водил ладонями по его бёдрам, скользил выше, цепляя пальцами и оттягивая сначала края чулок, затем нижнего белья. Рэки рвано выдыхает, сгибает и разводит в стороны колени, ведя ладонью по внутренней стороне бедра так, как сделал бы Ланга. Снимок за снимком. Кян томно стонет, оттягивая ниже большим пальцем резинку белья. Снимок, ещё и ещё. Пальцы плавно проникают под плотный чёрный капрон. Эрекция достигает пика. «Ты хорош абсолютно во всём. Но знаешь, если бы ты стал мужской версией Айви, или может косплеил Затанну из Константина — я бы сделал, что попросишь» — немного погодя приходит ещё сообщение. «Ты трогаешь себя сейчас?» Улыбаясь одурманенно, пошло, он отсылает Ланге целый сет своих последних фото. Хасегава тут же читает и долго молчит, то печатает, то прекращает. Он звонит Рэки. — «Ты хочешь, чтобы я сбежал прямо сейчас?» — его голос словно у обиженного ребёнка, которому не отдали обещанный шоколад. Рэки смеётся, а Ланга говорит, что это не шутки. — Ла-анга, ты должен быть в госпитале. Я не буду кончать без тебя, я хочу копить это желание для тебя, понимаешь? Буду твоим Ядовитым Плющом или кем ещё захочешь, но ты должен быть здоровым, — хитро улыбаясь, Рэки прикрывает глаза и ведёт невесомо от бедра до ключицы под рубашкой. — «Ты злой, — по-детски обиженно выдал Ланга, — но это ужасно хороший стимул, — Ланга вздыхает и его тон становится ласковее: — Я хочу скорее к тебе, покататься на сноуборде, целоваться в снегу и засыпать с тобой. Мне совсем не нравится больничная еда, у них нет путина» Рэки тепло рассмеялся и залез под одеяло, болтая со своим парнем. — Тебе нельзя путин, Снежка, твоя дыра в желудке может стать больше не метафорой. Тогда ни сноуборда, ни скейта, ни секса. Это всё жесть, понимаешь? Кстати, Джо и Черри уже в Канаде, будут в Ванкувере уже в эти выходные и может Джо научит меня готовить так, чтобы никто не умер и даже было вкусно. — «Ты потрясающий и готовишь хорошо», — Ланга возбуждённо перебивает Рэки. — «Твои навыки сильно улучшились» — Нет, чувак, это ты готовишь хорошо, а я хорошо только травлю и сжигаю кухню. — «Сгорел всего лишь чайник и ты вовремя и успешно его потушил» Рэки вздыхает, но улыбается. — Ты просто любишь меня и терпишь всё, в чём я лажаю. Но я правда думаю научиться готовить, — после недолгой паузы, он продолжает: — Ланга? Я люблю тебя. — «Тогда переключись на видео-связь и поиграй с собой на камеру», — с улыбкой в голосе, предложил Хасегава. — Спокойной ночи, любимый, — спешно ответил Рэки и сбросил, услышав досадливое «эй» на том конце связи. Сжалившись, Рэки скинул ещё пару фото, уже без белья. Пробуждение происходит под навязчивую трель звонка. «Джо» высветилось на дисплее. — У тебя удивительный дар кайфолома, — сонно застонал Кян. — «Даже не буду извиняться. Мы с Черри уже в городе, можем вечером встретиться все вместе» — А какого ты мне с утра звонишь в мой выходной? Это не круто. — «Мы с тобой встретимся раньше, ага?» — Джо вздохнул и выдержал паузу, после чего продолжил. — «Хочу поговорить кое о чём, понимаешь?» — Не совсем, — нахмурившись, Кян сел в постели, — сузь круг догадок. — «Это касается Адама» Рэки вздохнул и устало потёр переносицу. — Скейт парк у Мерлин Хаус, через час. Сойдёт? Джо согласился и сбросил. А Рэки с недовольным стоном снова упал в подушки, с сожалением понимая, что надо вставать.       Абсолютная пустота их блока удручает, но, с другой стороны, когда ещё Рэки побудет один? Уже завтра Лангу должны выписать и тогда всё будет на пути к норме. А пока нужно скорее собираться и встретиться с другом.       Джо нашелся сразу: за выполнением одного из своих фирменных трюков в парке, всё такой же заметный и яркий, разве что одет очевидно теплее. — Привет, — Рэки встал рядом с хаф-пайпом, убирая руки в карманы джинс. Джо улыбнулся и без раздумий обнял парня, чем заставил Кяна заметно расслабиться. — Давно не виделись, приятель, — Коджиро взглядом мог растопить любые льды и на Рэки это конечно хорошо работало, вызывая ответную улыбку. Они садятся рядом и какое-то время говорят о будничном, делятся новостями, Джо рассказывает о том, как они с Черри провели время в Торонто, пока Адам заверил их, что справится один. — Кстати о нём, — осторожно начал Коджиро, — вы расстались с Адамом? — Давно ты знаешь о нас? — без всяких отрицаний спрашивает Рэки, глядя куда-то за горизонт. — Может чуть меньше года. Черри не знает, и вообще никто. Я сам узнал, не волнуйся, — успокаивал Джо, — Я не осуждаю ни тебя, ни его. — Хорошо, — выдохнул Рэки. — Не то, чтобы теперь есть смысл скрывать. Всё кончено, и Ланга знает о том, что было. Нанджо аккуратен, но Рэки замечает больший интерес, чем Джо показывает. Он явно беспокоится, это выражается в его взгляде, формулировке вопросов и всех реакциях, мелькающих на лице. Джо, Адам и Черри дружат так долго, почти половину их жизней, и даже после всех бед их связь такая прочная. Это утешает Рэки, ему бы не хотелось, чтобы Айноске снова чувствовал себя одиноким, не стал тем отчаявшимся монстром, которого он встретил впервые на Безумной Скале. — Ты любил его? — когда этот вопрос звучит ещё раз для Рэки, он уже не так категоричен в ответе, он думает и решает быть с собой честным. — Да, — выдохнул Рэки, — я любил его. Но этого было мало, и для меня, и для него. Мне жаль, что я нашёл того, кто мне нужен, а он нет, — с сожалением ответил Рэки. Тот, кто нужен Адаму, сидит прямо рядом с Кяном сейчас, но что мешало Айноске признаться? — Нас не было всего чуть больше недели, — усмехнулся Джо, — а он уже стал главным героем Санта-Барбары по-канадски, — мужчина смеется, но уже серьезнее говорит: — Мы с Каору беспокоились о нем, Черри не сознается в слух, но он постоянно упоминал о том, что Адам без нас как дитё. Я беспокоился, особенно когда узнал о тебе и Ланге, я очень переживал, что Адам снова слетит с катушек, но решил не лезть и дать вам самим с этим столкнуться. Не обижайся, что не остановил его. Рэки сглотнул и сжал ладони, до скрежета держась, чтобы не сказать Джо, чтобы тот присмотрелся, заметил, что между ним и Адамом, может даже Черри тоже, что-то происходит. Они так близки, но всё ещё за забором друг от друга. — Ты не сделал ничего плохого, и ты предупредил меня, — выдохнул парень. — Эй, Джо, позаботься о нём. — Конечно, — Коджиро улыбнулся и дружески похлопал Рэки по плечу. — Так что, вечером все к Ланге? — Его выписывают уже завтра, лучше заберём его все вместе. Сегодня ещё есть, чем заняться, ты же слышал о том, что Адам стал центром любовного треугольника? — заговорщически произнёс Кян, уже думая, как вытащить Адама из пучины бессмысленных интрижек. — Понял, я в деле. На самом деле у Рэки не было плана, ни одной связной мысли, только общий с Джо энтузиазм, оба понимали, что этого мало, но нужно хоть что-то. Коджиро первым предлагает более здравый вариант для старта, он говорит: — Было бы неплохо встретиться с Рори и Лорой, может узнаем о их планах? Кян задумчиво кивает и пишет друзьям. Им определенно есть, о чем поговорить. И, как ни странно, первым соглашается именно Рори, в то время как Лора отнеслась к идее препарирования её личной жизни скептически. «Мы придём. Просто дай мне время поговорить с ней» — написал Ламонт. — Как думаешь, она могла влюбиться в Айноске? — интересовался Джо. — Нет, — Рэки уверенно мотнул головой, он точно знал, был уверен. — Она любит только Рори. Лора обижена и растеряна — это факт, ей изменил любимый человек. Лоре нравится Адам, но это не конкурентно, понимаешь? — Адам заедает ими тебя, это факт. Он не может быть один и признать, что нуждается в помощи — тоже. Я понимаю Лору и Адама, им больно и они ищут утешение. Но что движет этим парнем — Рори? Рэки не думал так глубоко, ему и самому не приходило в голову подумать над этим. А есть ли смысл? — Может ли он быть просто неверным мудилой? — риторически спросил Кян и пожал плечами. — Я не всегда могу понять, чем руководствуется этот парень, иногда он делает что-то просто чтобы сделать. Я просто надеюсь, что он не захочет оставить себе Адама всерьёз. Джо глубоко вздохнул и ответил, что конечное решение только за ними, у Нанджо и Кяна нет никаких прав что-то навязывать, но они могут по крайней мере предупредить, потому что им не всё равно. Нанджо выглядит обеспокоенным тем фактом, что мотивы кузена Ланги не самые очевидные и это может стать проблемой. — Я просто хочу, чтобы Адам не сделал себе хуже, мне не всё равно, что с ним. Я не лез, когда он очевидно падал в тебя, ни на одном грёбаном этапе не встревал, но теперь жалею, — Джо строго взглянул на Рэки, но затем смягчился. — Прости, я просто слишком беспокоюсь.       Встреча состоялась после полудня. В меру напряженная, минимум слов, максимум игр в гляделки. Джо сверлит взглядом Рори, Рэки переглядывается с Лорой. В воздухе повисает неловкая тишина, никто не знает, с чего начать, пока Лора не заказывает вино. — Я не собираюсь молчать тут вечно, тем более трезвая в пятницу, — заявила девушка на пару вопросительных взглядов. — Тогда лучше я закажу вино получше, — вмешался Джо и пригласил официанта вернуться к ним. — Не волнуйся, я угощаю. Лора закатила глаза, но всё же улыбнулась. Они с Коджиро едва ли были знакомы, но ещё с прошлой встречи она прониклась заведомой приязнью к мужчине и жестом не оскорбилась. — Так и напомни: почему мы без Адама? — уточнила Коллерт. — Он придёт позже, — неуверенно отозвался Рэки. — Нам нужно поговорить, милая, — Ламонт вмешался в диалог и повернулся к Лоре, беря девушку за руку. — Я проебался, знаю, и не собираюсь говорить тебе что-то за Адама, но нам пора решать: что будет с нами дальше? Рори держит её руку в своей, с виной и трепетом заглядывая в глаза девушки, пока та оглядывается на Рэки, как бы спрашивая, что ей ответить. Но Рэки только пожимает плечами. — Разве не ты хотел, чтобы Айноске остался с нами? Я хочу, он мне нравится, сильно нравится, — серьёзно отвечает Лора и видит, как сквозит болью и ревностью взгляд Рори. Джо решает вмешаться: — Не пойми меня неправильно, но сейчас Адам не готов к настоящим отношениям, не с вами, тем более двумя. — А с кем готов? С тобой что ли? — ощетинилась девушка, но тут же немного сбавила обороты. — Я понимаю, что он переживает расставание и всё в этом роде, но он взрослый мужчина и справляется хорошо, а ещё я знаю, что он был готов отпустить Рэки. Коджиро выдыхает и обращается к ней уже более решительным тоном: — То, что он думал, что будет готов, и готов на самом деле — разные вещи. И возраст роли не играет, может в наши годы это даже сложнее, осознанно привыкнуть и потерять. Адам показывает свою боль как умеет и сейчас это скачки к ненужным отношениям. Рэки сжимается на своем месте, чувствуя непрямой упрёк в свой адрес и хуже всего — заслуженный. Но он не может отрицать того, что это опыт, который твёрдо укажет в будущем быть внимательнее с Лангой и не ранить возлюбленного. — Лора, я люблю тебя. Мы не обсуждали, но я уверен, что хочу быть только с тобой и чтобы ты была только моей. Я готов к этому, но если ты хочешь быть с Адамом — я пойму. — Нет, — резко отозвалась девушка. — Я не уйду к Адаму. Джо выдохнул и переглянулся с Кяном, подмигивая товарищу. Официант поставил перед ними бутылку вина и наполнил бокалы. Пока пара выясняла отношения, Нанджо и Рэки молча пили и наблюдали, как и без них решается вопрос. — Чувствую разговор будет долгим. Когда придёт Адам, — шепнул Джо, склонившись к Рэки. — Ага, — на выдохе согласился Кян и залпом осушил бокал вина.       День был долгим и насыщенным, к вечеру Рэки уже плохо себя осознавал, потому что с приходом Айноске выпивки на их столе появилось только больше, а пили почему-то только Рэки и Черри, которые уже даже не вникали в суть диалога между Джо, Адамом, Рори и Лорой. — Так как у вас с Лангой дела? — Каору придвинулся к Рэки и решил полноценно абстрагироваться от дискутирующего квартета. — В порядке. Разобрались со всем своим дерьмом и снова на одной волне, — улыбаясь, Кян уже не очень аккуратно тянется к вину, но Черри опережает его и сам обновляет бокал. — У вас всегда была одна клетка мозга на двоих. Честно говоря, я ставил на то, что вы переспите в первый день в Канаде, — хмыкнул мужчина. — Эй, ты грубый, когда выпьешь, — хихикнул Кян, — хотя трезвый тоже. Каору фыркнул на замечание и развернулся к Джо, грубо ткнув друга локтем. — Горилла, мне нужна ещё бутылка, я не намерен трезвым слушать ваши сопли. — Я куплю тебе выпить, сладкий, — отозвался Адам за Нанджо, на что получил от Черри только недовольное лицо. — Да плевать, кто платит, главное не я. Рэки рассмеялся и в сердцах обнял Черри, говоря, что скучал по этому вредному мужчине с замашками принцессы, и даже тихий мат самого Блоссома не рушит идиллию Рыжего.       Кян проснулся с ужаснейшим чувством того, что он точно что-то забыл, хотя бы то, как оказался в постели, ещё и явно не в своей. Рэки молится всем богам, чтобы это не было досадное пьяное недоразумение с изменой, пока на край кровати не садится Джо с бутылкой воды и аспирином в руках. — Утро не доброе, да? — ухмыляясь, мужчина протягивает воду и лекарство Кяну. — Гадство, как же голова болит, — поморщился парень, садясь на кровати. — Как я тут оказался вообще? — Я привез тебя и Черри. Ты, кстати, с Блоссомом больше не соревнуйся, у него печень каменная, а ты смотрю прям вообще не боец. — Ага, проиграл алкоголю. Я хоть не тронул Рори? — запивая таблетки, уточнил Кян. — Нет, Рори цел и даже счастлив. А вот Адам… Рэки поперхнулся водой на этой фразе, боясь представить, что ещё успел вытворить, умоляюще глядя на мужчину. — Никаких драк, — усмехнулся Джо. — Ты повис на Адаме и громко умолял его признаться мне в любви. — Блядь, боже, — сжавшись в комок, простонал Рэки. — Прости, я катастрофа, когда напьюсь. Ланга прав, я чёртов пьющий конь Боджек*. Джо непонимающе глянул на парня, но тот отмахнулся, предлагая забить. — Я хочу забрать Адама себе. Честно говоря, это уже не твоё дело, но подумал, что оповещу. — Ты серьёзно? Это было бы круто, в смысле я буду раз за вас, — Рэки задумчиво улыбнулся и допил воду, молясь, чтобы скорее прийти в себя. — Стой, так он признался? — Признался? — Нанджо бросил удивлённый взгляд на Рэки, но тот вовремя понял, что, кажется, опять влез куда не надо и перевёл взгляд на мобильный. — О чёрт, Лангу выписывают. Я обещал забрать его! Кян смотрит на время и суетливо поднимается с постели, уверенно сбегая на поиски душа и рассчитывая заехать домой переодеться. — Собирайся, я пока разбужу Черри и Адама, — бросил вдогонку Джо.       Рэки определённо чувствовал себя намного лучше, чем когда только проснулся, но всё немного омрачал тот факт, что он смутно помнит конец вечера, а Адам осуждающе поглядывал на Рэки, чем заставлял парня сжиматься в клубок вины. Но, к счастью для Кяна, говорить им было некогда и негде. Рэки устроился на переднем сидении машины рядом с Джо, который их и вёз. На заднем сидении грела сердце привычная картина того, как Черри отмахивается от Адама и пытается всеми силами ему врезать. Нанджо не сдерживает улыбки, поглядывая в зеркало заднего вида.       Хасегава не был готов к тому, что забирать его приедут почти все их друзья, но в целом его планы никак не нарушились, он, как и хотел, бросился обнимать Рэки, едва не сбивая своего бойфренда с ног. Они целуются в холле больницы, жадно, довольно и со всей тоской друг по другу, будто не виделись намного больше, чем день. — Ну хватит, Снежка, тебя не из тюрьмы выпустили, — цокнул Черри и недовольно закатил глаза. — Ты завидуешь, Вишенка, — ухмыльнулся Адам, отводя взгляд от пары любовников. Он хорошо справляется, давя в себе ревность и за это спасибо Каору и Коджиро. Нанджо молча переглянулся с Айноске и улыбнулся ему. Он будет двигаться так медленно, как потребуется Адаму, но никто из них больше не будет одинок. — Мы обязательно поцелуем и тебя, не переживай, — отшутился Джо, подмигнув Шиндо. Рэки и Ланга решили выйти ненадолго из своего личного мирка. — Что теперь? — уточнил Ланга у троицы своих друзей. — Мы едем в Уистлер на соревнования по сноубордингу. Думаю, смотреть ты сможешь без проблем, — заявил Черри, блеснув горящими интересом глазами из под стёкол очков. Ланга кивнул. Он был готов, они собирались на x-games cold в течении нескольких последних дней, оставалось дело за малым — выписка Ланги. Черри и Джо забронировали домик в горах на все выходные, а Рэки ещё утром погрузил его и Ланги вещи в багажник. — В этом году у нас будет комната с одной большой кроватью, — шепнул на ухо Хасегаве Рэки.

***

Двое замерзли после долгих прогулок по окрестностям родной Ланге местности и только к ночи оказались в доме. Адам и Джо остались разобраться с ужином, пока Черри грелся у камина с вином. Ланга и Рэки наконец-то поднимаются в свою спальню. Когда они остаются наедине, Ланга не может скрыть удовольствия просто быть с Рэки. Кяна легко любить, не так легко получить его любовь, но, обретя её, Хасегава уверенно испытывал счастье. — Мне снился сон, где мы только познакомились. Ты пролетел надо мной на скейте и я подумал: «вау, я хочу его для себя», — Ланга обнял Рэки со спины и скользил губами по открытым участкам шеи. — Я признался тебе в любви под дождём в день первой ссоры и мы сошлись. Всё было так быстро: общий дом, прогулки по икее, свадьба, общая собака и целый скейт-парк на заднем дворе. — М, я уже вижу, как мы выбираем шторы в нашу спальню, — мурлыкнул Рэки. — Стой, ты влюблен в меня так долго? Ланга покачал головой и скользнул ладонями под тёплый свитшот Рэки. — Это просто сон. В реальности мне потребовалось почти два года, чтобы прийти к этому выводу. — Ты мог соврать, — хихикнул Рыжий, обернувшись в руках любовника, — это было бы так мелодраматично. — Слишком много драмы за последнее время. Хочу вернуться к состоянию тупого ситкома, — фыркнул Ланга. — И больше сексуальных сцен. — Ты просто очаровательный, когда говоришь с таким серьёзным лицом о сексе, — Рэки улыбнулся и нетерпеливо поцеловал Лангу, сходу лаская его язык своим. — Мне кое-что срочно нужно, — оторвавшись от поцелуя, произнёс Рэки, пока Хасегава старался нетерпеливо поймать его губы своими. — Прямо сейчас? — капризно захныкал Ланга, крепче обнимая возлюбленного. Кян уверенно кивнул и озорно улыбнулся, прежде чем уверенно перечислить: — Наручники, ошейник, перчатки, портупеи, новый вибратор, — парень абсолютно серьёзно загибал пальцы и смотрел вверх, раздумывая, затем перевел взгляд на Лангу и задумчиво закусил губу. — Стек? Как тебе идея порки стеком? Хасегава удивленно вскинул брови и уточнил: — Меня или тебя? — Тебя, конечно. Нет, можем один раз поменяться, но мне кажется, я хочу всецело быть твоим мастером. Я много думал обо всех этих играх и ролях, но в итоге возбуждала только мысль о тебе в ошейнике с щенячьим взглядом у моих ног, а идея выпороть тебя просто взрывает мне мозг. В хорошем смысле. Ланга жадно ловит ртом воздух, быстро представляя себе, как Рэки командует им, а после седлает его бедра и доводит их обоих до оргазма. Это то, чего Хасегава хотел наверное со времен старшей школы, но только сейчас пришло осознание: «вот оно что, я извращенец». И это осознание только сделало его счастливее, понимание того, как много они смогут попробовать вместе. — Ты так хорош для меня, — Ланга улыбнулся с голодным блеском в глазах и шепнул на ухо Кяну: — Мой Господин. Рэки вздрагивает, ощущая волну приятной дрожи по телу, и подталкивает партнёра к кровати за его спиной. — Будь хорошим мальчиком и получишь награду, — дерзко усмехнувшись, Рэки садится на бедра Ланги и расстегивает его рубашку. — Я уже хочу скорее домой и попробовать тебя полноценно в роли хозяина, — Ланга нетерпеливо трётся одетой эрекцией о бёдра Рэки, прерывисто выдыхая, когда Кян прокатывается ягодицами вдоль ширинки любовника. — Немного терпения, Снежка, — немного пошло облизнувшись, улыбается Рэки. Ланга теряет голову от возлюбленного. Рэки совершенно милый, забавный и приятный днём, в меру дерзкий и инфантильный. Но Ланга знает, видел, как в янтарных глазах плещется серьёзное желание, надменность и уверенность, как ровно и строго он может говорить, вести себя. Каким сексуальным и притягательным он бывает. И всё это с ним, с Хасегавой. Рэки приказывает Ланге держать руки по бокам неподвижно, пока сам раздевается, оставаясь только в узких черных боксерах. Ланга почти уверен, что его зрачки так расширены, что не видно цвета глаз. Рэки склоняется над лицом Ланги и невесомо целует, скользя руками за пояс джинс своего парня. Кян расстегивает ширинку и касается горячего твердого члена сквозь ткань белья, слишком невесомо, из-за чего Хасегава нетерпеливо скулит. — Такой милый, — усмехается Рэки и прикусывает щеку Ланги. — Я не вынесу долгих прелюдий сегодня, так что сыграем по-другому. Кян скатывается на бок рядом с Лангой и, устроившись на спине, стягивает бельё вниз, раздвигая ноги. Рэки улыбается и манит Лангу пальцем к себе. — Сделай мне минет, Снежка, — мурчащим тоном произнёс Рэки, и это не было просьбой, что только сильнее заводило Хасегаву. — Только не касайся себя, руки на моих бёдрах, — предупредил Рыжий. — Как прикажешь, — отзываясь, Ланга с энтузиазмом ныряет межу ног любовника и жадно ведёт языком вдоль его ствола, чётко намереваясь продемонстрировать все свои навыки в области орального секса. Рэки удовлетворенно стонет и опускает ладонь на голову Ланги, с удовольствием перебирая пальцами мягкие длинные пряди возлюбленного. Хасегава уверенно ласкает языком все нужные места на члене, нежно массируя внутреннюю сторону бёдер Рэки, дразнит головку кончиком языка и, наконец, заглатывает до основания, расслабляя горло. Кян стонет под ним, стараясь не делать резких движений навстречу, хотя держаться становится тяжелее с каждым движением нежных губ Ланги на его плоти. — Ох, блядь, ты так хорош, — томно произнёс Рэки, плавно переходя в стон, когда его головка снова коснулась горячих стенок горла Ланги. Пальцы грубее сжимают небесно-голубые пряди, устанавливая свой темп, пока в конце-концов Рэки резко не отстраняет Лангу от себя, дёрнув за волосы, едва не кончив от вида Хасегавы: растрёпанный, с мутным взглядом и влажными покрасневшими губами. — Хочу тебя внутри. Ланга оттягивает вниз собственные джинсы с бельём, обнажая болезненную эрекцию, вздрагивая от мимолетного прикосновения влажной головкой к бедрам Рэки. — Боюсь, я не продержусь долго, — виновато говорит Хасегава, но Рэки тянет его на себя и вовлекает в глубокой и влажный поцелуй, стараясь нащупать рукой брошенные недавно на кровать контрацептивы и смазку. — Продержишься, я в тебя верю, — смело ответил Кян, протягивая парню лубрикант и презерватив. Ланга теряется в удовольствии, когда медленно погружается в тело Рэки, следуя его указаниям. Кян целует Снежку, пока легкие не начинает жечь от нехватки кислорода, подмахивает бедрами навстречу каждому толчку и не стесняясь выгибается в спине с громкими стонами, впиваясь короткими ногтями в фарфоровую кожу любовника. Ланга рычит на ухо Кяна и, забываясь, щедро помечает засосами и укусами его шею, отчего Рэки распаляется только сильнее. Ланга входит во вкус и почти без перерыва берёт Рэки снова и снова в различных позах, пока новый оргазм не накрывает с головой. — Пора остановиться, — устало усмехнувшись, Рэки смахивает мокрые рыжие пряди со лба и пытается отдышаться. — Нам нужно передохнуть. — Я бы поужинал, — согласился Ланга, на что Кян беззлобно фыркнул и предложил начать с похода в душ.       После ужина Ланга и Черри увлекаются разговорами о сноубординге, засиживаясь в гостиной, пока Джо разбирается на кухне, а Адам незаметно ускользает на террасу с пачкой сигарет. Рэки, недолго думая, накидывает куртку на плечи и присоединяется к Шиндо. — Здесь отличный вид на Кордильеры*, — неловко начал парень, садясь на подвесное кресло-качели. — Да, Черри постарался, выбирая дом, — выдыхая дым, Айноске не сводит взгляд с вечернего пейзажа. — Ты счастлив? — после недолгой паузы, спросил Адам, поворачиваясь к Рэки. — Счастлив, — без колебаний ответив, Рэки улыбается мужчине, глядя в пурпурно-алые глаза. — Спасибо за всё, что сделал для меня, что был рядом. Ты дорог мне, надеюсь, мы останемся в жизни друг друга. — Ты безвозвратно что-то поменял во мне, пока не знаю, хорошо ли то, что сейчас. Но я уже не злюсь, — Адам отвернулся от Рэки, без особого интереса рассматривая горные хребты. — Но ты всё правильно сделал, как ни крути. Ты и Ланга — созданы друг для друга, и лучше так, чем если бы мы с тобой были вместе вопреки чему-то или из-за чего-то. Рэки поднялся со своего места и, не сдерживая порыва, обнял Айноске. — Ты любим и имеешь право быть счастливым. Джо и Черри, я и Ланга, даже Тадаши — мы никогда тебя не оставим, просто дай нам шанс быть ближе. Дай ещё один шанс Джо. Улыбнувшись, Рэки целует растерянного мужчину в щеку и убегает на зов Ланги, пока Адам не остановил его с расспросами.       Рэки знает точно, что не все прощания обидны, надо только обрести немного смелости оставить прошлое позади, может даже город или старую любовь, чтобы открыть для себя новые двери. Нет смысла держать в руках синиц как в клетке, если можно поймать и любить журавля.