Ненавистная экологичка

Самое лучшее утро — это проснуться рядом с любимым человеком, как говорится. Но когда тебя вовсе бедную прижали к стене и почти полностью на тебя залезли сверху — такое себе удовольствие. Хотя, Татьяне Анатольевне можно и простить такую оплошность. — Татьяна Анатольевна, — шепчу ей на ухо и нежно глажу по голове. Женщина улыбается, но…не поддаётся. А если я укушу её разок? Она же ничего не сделает, да? Была не была! — Абрамцева! Ты чего творишь, дура?! — экологичка резко вскакивает, а я смотря на неё, начинаю истерически смеяться, — Чего смешного? Ты только что меня укусила! Тебя не кормят что ли? — Я всего лишь применила своё секретное оружие, — задыхаясь от смеха, говорю я. — Господи, с кем я связалась? — говорит куда-то в потолок преподаватель и встаёт с моей постели, наконец освобождая меня. — С Абрамцевой Анастасией Алексеевной, если уж спрашиваете, — язвлю я. — Анастасия Алексеевна, мы приедем в Питер через полчаса. Марш умываться! — она стягивает с меня одеяло и победно смотрит мне в глаза. По совету моей музы я всё-таки пошла приводить себя в порядок и заодно тихонечко покурила, выскользнув на небольшой остановке. Когда я вернулась, Татьяна уже была полностью готова. Мне же оставалось только одеться. И…Та-дам! Вот и город моей мечты! — А у нас номер совместный будет? — усмехаясь, спрашиваю у Татьяны, когда мы уже направлялись ко входу в отель. — И не мечтай, Ась, — с игривой улыбкой отвечает та. — А жалко! — смеюсь. Когда я до вечера попрощалась с преподавателем и зашла в свой номер, я немного офигела. Первое, что мне попалось на глаза — большое панорамное окно. Я полетела к нему сразу же и стала осматривать каждый метр этого города. С шестнадцатого этажа город был как на ладони! Но желание оказаться в горячей ванной и нормально поспать передвинулись на первое место. Я оторвалась от окна и пошла исследовать ванную комнату. Какое же было моё удивление, когда вместо привычной простой ванны, я увидела аж целый джакузи! Неделя точно обязана быть самой лучшей!

***

Стук в дверь. Медленно открываю глаза и думаю: вставать и идти открывать или же проигнорировать нежданных гостей. Но появившаяся в голове мысль о том, что это может быть Татьяна, быстро подняла меня с кровати и заставила открыть дверь. И моя интуиция как всегда меня не подвела. — Я, конечно, понимаю, что ты устала и хочешь понежиться в мягкой постели, но я обещала тебе мини-экскурсию, — зайдя в номер, отчеканила Татьяна и заметив, что я в одном нижнем белье, прошлась по мне взглядом с ног до головы, — Ась, а можно теперь серьёзно снова задать тебе тот вопрос, что я спрашивала у тебя утром в поезде? — А именно? — снимая с вешалки светлые брюки и белую майку, уточнила я. — Тебя не кормят что ли? — с тем же удивлением, что и утром, спросила женщина, — Рёбра вон уже выступают. Я подошла к зеркалу и стала осматривать своё тело. Но ничего удивительного и нового не увидев, повернулась к Татьяне Анатольевне. — Вполне нормальная для меня фигура, — я стала натягивать брюки. — Сейчас пойдём в мою любимую кофейню и я обязательно накормлю тебя изумительным чизкейком! — руки в боки. — Всё, что любите вы — автоматически люблю и я. Вы это знаете, — полностью одевшись, пшикаю на себя духами и пропустив первой Татьяну из номера, выхожу за ней и закрываю дверь. Моей радости не было предела. Гуляя по Санкт-Петербургу, я не могла закрыть рот. Все эти здания, вежливые, счастливые, красиво одетые люди, полное спокойствие и умиротворение. Как там говорят? Приехать в Санкт-Петербург и начать жить? — Ась, ты меня вообще слушаешь? — строго спросила Татьяна, возвращая меня в реальность. — Простите, — обращаю внимание на женщину, — Я просто засмотрелась, — кивая в сторону Эрмитажа, сказала я. — Да, красиво, — она улыбнулась, — Наверное, когда приезжаешь в какой-либо другой город, он кажется тебе намного лучше того, где ты находишься на постоянно основе. Но он так же со временем приедается, солнце, — она взяла меня под руку и мы пошли дальше по главной площади Питера, — Ты же ведь в Москву приехала учиться из другого города? — я кивнула, — Ну вот. Ты небось ходила в таком же состоянии как и сейчас, но теперь Москва для тебя не более, чем простой город, где ты учишься. Верно? — Вы правы, — я грустно улыбнулась, — Москва за два месяца приелась. Но когда находишь какие-то незнакомые тебе места, то первоначальное ощущение возвращается. — А где бы ты хотела жить на самом деле? — Татьяна внимательно посмотрела на меня. — В детстве папа как-то ездил в командировку в Берлин и взял меня с собой пока у меня были каникулы. Хоть мне и было тогда всего восемь или девять лет, но этот город оставил некоторый приятный отпечаток на моём сердце. Так что, наверное, это Берлин, — сказала я. — И что же это за отпечаток? — спросила преподаватель. — Ну, во-первых, Германия — страна строгих законов и правил. Во-вторых, одним словом — толерантная. Там не терпят разделения на «чёрный» и «белый», поддерживается движение ЛГБТ-сообщества и тому подобное. В третьих — экология. Если в России раздельный сбор мусора ещё только начинает процветать, то там это уже давно заложено и активно развивается. Единственный минус — если нужно получить, например, какую-либо справку, ждать ты будешь её месяц, а может и два. С этим там туго. — Ты так рассказываешь об этой стране, что я и сама туда даже захотела переехать, — рассмеялась Татьяна, — Ну что же, вот мы и пришли к той самой кофейне. Проголодалась? — Если честно, то да, — и услышав мой ответ, Татьяна Анатольевна быстро повела меня ко входу. Кофейня была очень уютной. Светлый интерьер, мягкие кресла, деревянные столики придавали какого-то домашнего тепла. А самая главная изюминка этого заведения — тишина, взятая за правило, которую нарушала только тихая классическая музыка. Люди могли разговаривать лишь вполголоса. — Что ты будешь? — спросила меня преподаватель, когда мы уже заняли столик в углу кофейни и к нам подошёл официант. — Латте без сахара и круассан с клубничной начинкой, — сказала я, снимая пальто. — Мне то же самое, — улыбнувшись, сказала Татьяна официанту и он ушёл. — Так как же вы хотите отметить свой День Рождения? — меня жутко мучал этот вопрос. — Я же сказала, — хитро посмотрев на меня, сделала паузу, — Только не в гордом одиночестве, а вместе с тобой, — она скрестила руки на груди и облокотилась спиной на спинку кресла, — И да, Ась, давай перейдём уже на «ты»? Не позволительно находиться так часто с тобой вместе и до сих пор слышать твои «выканья», — я немного удивилась такому заявлению, но будучи наглой особой, расплылась в улыбке. — Хорошо, Танюш, — закусив губу, ответила я и взяла у подошедшего официанта наш заказ. — Вот и славненько. Далее последовало обсуждение завтрашнего дня. В час дня — конференция, в три — награждение студентов, занявших первые три места в конкурсе, а потом приятное времяпровождение с Татьяной Анатольевной за бутылочкой французского вина. Задницу я отсижу только так! А вообще, было ощущение, будто я и Татьяна, будучи уже вместе, просто приехали в Питер отдохнуть и развлечься. Между нами как-то стёрлась эта грань «преподаватель/студент» и мы сами того не заметили. Общались, будто давно друг друга знаем. В наших действиях и словах уже совсем не было неловкости. Мы не боялись друг друга. — Ты обязана почитать мне стихи Блока на ночь! — заявила женщина, когда мы уже подходили к отелю, — Это, так скажем, моё последнее желание в последние часы моих двадцати восьми лет. — Так сказали, как будто вы завтра исчезнете, — дрожа от холода, произнесла я. — А если вдруг? — она рассмеялась и укутала меня в свой шарф, несмотря на все мои протесты. — Тогда я с вами, — хмыкнула я и зарылась носом в шарф Татьяны, вдыхая её терпкие духи, оставшиеся на нём. Ровно до десяти вечера я провела у неё в номере, читая ей стихи моего любимого поэта. Всё это время она умиротворённо слушала меня и не перебивала, пока вовсе не заснула. — Сладких снов, любовь моя, — я потеплее укрыла её одеялом, легонько поцеловала в щёку, чтобы не разбудить и ушла.