I wanna ruin our friendship

Томпсон не двигается, наблюдая за следующими действиями бессмертного парня. Он просто стеснительно уводит взгляд в сторону прикрывая губы тыльной стороной руки, и снова тот дурацкий румянец. Не спуская взора с вампира, в голову Тони лезли мысли самого разного характера, и абсолютно каждая была связанна с Секвиллбекком. И чем больше он позволял разгуляться своему воображению, тем безумнее оно становилось, и даже не просто мысли, более как идеи разных вещей которые смертный бы смог сделать с этим....красавцем, мягко говоря. Но чёрт, его тело придаёт его, снова окрашивая щёки в красную краску, позже в штанах стала ощущаться теснота. - Что-то ещё слышишь? - Тони кашлянул, задав вопрос дабы отвлечь себя от грешных мыслей, или, он пытается себя отвлечь. Горячие картинки собирались перед глазами как только смертный их закрывает, он может видеть практически всё, услышать то что хочет. Увлёкшись этим Тони расслабляется, почти полностью погружаясь в ментальные «зыбучие пески», тяге которых блондин не сопротивляется. Позже, голубоглазый поправляет воротник куртки жёстко дёрнув за концы. - Может ещё раз? - спрашивает разрешения у друга на очередной поцелуй, словно последних двух раз было мало, - последний раз, обещаю. Белокурый чуть откидывает голову в бок выжидая ответа, он не хотел давить на него и заставлять сделать то что он не хочет, поэтому если да - то отлично, если нет - я уважаю его решение. Руди возвращает взгляд на блондина, снизу вверх быстро пройдясь им с пояса до губ, потом только создать новый но тот же поедающий зрительный контакт от которого всё вокруг и в том числе они, замирает. - Тони, хах, - издав бархатный смешок говорит брюнет, а озорной ветер раздувает ему локоны в то время как бледная рука незаметно касается до плеча, поднимаясь на шею останавливаясь на щеке поглаживая большим пальцем, - я не думаю, это будет наш последний раз, зная тебя и твою упёртость. Ну и меня тоже. Бледное лицо поддаётся вперёд, одна рука осторожно поддевает подбородок двумя пальцами притягивая к себе мягко прикасаясь к желанным губам, вторая - завела прядку волос за ухо, оба парня закрыли глаза погружаясь во мрак где чувствовались лишь тепло, мурашки и эйфория. Томпсон поддаётся вампиру, через секунд пять сам проявляет инициативу, смело выходя на новый уровень поцелуя прикусывая губу партнёра. От чего брови брюнета сузились к переносице, а из груди вырвался тихий полу рык, полу стон. «Нам лучше быть любовниками, но как мне это тебе сказать?» эхом окликается в голове белокурого парня пока рука, что держала вампира за спину, не слезла ниже, где-то в районе ягодицы. Отпуская рот парня, Томпсон смотрит на расширенные зрачки в алых сферах глаз, потом на пухлую порозовевшую губу. - Смертный, вообще-то это моя фишка кусать - Секвиллбекк мило возмутился разглядывая парнишку обоими руками берясь за шею. - Ой, Луна и Звёзды, - театрально цокает блондин кулаком пнув друга в плечо, - с тебя корона не упадёт если мы поменяемся местами, - после этих слов, смертный даже не успел подумать об этом, как сразу припадает к чужой, гладкой и бледной шее, жадно раскидывая поцелуи, ещё, и ещё раз. Рудольф не отстраняется, послушно закрыв рубиновые глаза, дрогнув от ощущения тепла на чувствительном участке. Резкие выдохи. - Тони, - вампир хватает смертного за волосы вдавливая чужое лицо в шею, - мх... Лёгкий стон, такой же звонкий как и предыдущий, такой же заводящий. Свободной рукой Тони проникает вампиру между ног обхватывая пальцами одно бедро, хозяйственно сжав его. Мыча во влажную кожу брюнета, водоворот безбашенных идей сносит смертному крышу, идей которые он уже горел желанием воплотить в реальность. «Я не знаю как тебе это сказать...» думает парень бегая руками по торсу бессмертного, чувствуя сексуальный пресс под тканью украденной худи. Внезапно из под карниза крыши раздался громкий звук отщёлкивания ручки и противный скрип, как будто открылось окно, и из-за этого парни жёстко оттолкнули друг друга, довольно вовремя. Потому-то из окна на крышу к ним взлетает Анна, выглядящая словно уже видела какой грязью они занимались. - Голуби, - закатывает глаза сестра, - хорош курлыкать тут, спускайтесь, дело есть.