После

Самое худшее – набирать воды в чайник, правая рука висит плетью, левой много не удержишь. - Эй, принцесса, помочь? – енот, которого Тор упорно кличет кроликом, уже нарисовался. Его никак не извести, не осадить и не задвинуть, - Тор рассердится, да и как? Шустрый зверек скор на лапу, а Локи ослаб после возвращения. Две дочери Таноса рядом тоже прыти не прибавляют. - Молока налей, - советует Локи. – Без пенок. - А чаю-то заварить? Какого – у нас тут Гамора поклонница, или уж пакетик, как Тору? – енот вскакивает на стол, перескакивает на другие поверхности, скалясь, суетится. - А ты, наверное, его любишь, - в раздумье произносит Локи. – Он умеет внушать любовь, вести за собой на погасшие звезды, убивать своей верностью… воскрешать глупыми желаниями. У него от рождения способность приводить в подчинение – что же, прирожденный король. Ракета ставит чайник. На четырех лапах быстро перебегает к хранилищу, достает оттуда овощи, фрукты, творог, правда, без сметаны. Наставительно произносит: - Тебе нужен кальций. На следующей планете купим кости, сварим холодец. - Какой холодец? - Свяжешься с Наташей и узнаешь. Полезно для суставов и связок, и нечего тут сознание терять, у Тора и без того вес за 200, хрен бы знает чего, все ты виноват? - А я во всем виноват? – с неожиданной злостью отвечает Локи, встает и цепляется за выкидную панель стола левой рукой. Правая висит, ее невозможно даже на палец поднять. - Позову Тора, - решает Гамора, вплывая в кухню с губной пастой на губах. – Вы же орали – на весь корабль слышно. - Сам уйду, что беспокоитесь, - и Гамора, и Небула работали при Таносе над Локи. Ну, честно говоря, над какими-нибудь инопланетными опасными созданиями Локи бы работал, что уж сказать. А если бы Один приказал – уууууххх…. А сейчас он ковыляет к себе, правая рука (в которой был кинжал) не поднимается, левая не все может, как его вернули – даже Тор говорить отказывается, но вернул же он, сука! И вот сука-то навстречу. - Ты уже позавтракал? - Спасибо! - Разделишь со мной кружку кофе? - Сердце, дорогой брат! Уже не могу позволить. - Чай? Сок? Воду! - Зачем ты вернул меня? И какой ценой? – шепчет Локи, поднимая правую руку левой. – Зачем? - Я люблю тебя, глупец, - просто говорит Тор. – Я любил бы тебя даже одноруким и безруким. Функции восстановятся – ты же ставишь себе уколы перед зеркалом, по два утром и вечером? Я могу ставить тебе сам – почему не попросил? Я защищу тебя ценой жизни, мой глупый младший брат. После ухода Тора Локи минут через 5 начинает плакать. Как его вытащили из пустоты? Что для этого пришлось проделать Тору? Почему правая рука до сих пор висит плетью – слишком гордый, чтоб спросить? Наверное, Локи будет после просить делать инъекции и чтобы Тор взобрался сверху и сделал все, чтобы его семя оказалось внутри. Но сейчас он беспомощен, после удара Таносу, смерти, возращения, правая рука не может даже сотворить свет, чтобы дойти до гальюна. Локи долго будет почти бесполезен, и он слишком любит Тора, и теперь он еще знает, что Тор любит его больше Мидгарда.