Выходная неделя

***

      На часах уже 16:23, а выезжали они где-то 13:30. — Вух, не плохо мы так погуляли, — посмеялся Капкан, когда они уже были дома. Уголёк мирно спал.       Раздевшись, двое мужчин двинулись на кухню. — Надо бы душ принять… — задумчиво сказал Капкан, смотря на чайник, ожидая пока тот вскипит. — Угу, — кивнул младший. — Ну тогда подождём пока чайник вскипит, — сказал Максим и прикрыл глаза.       Попив чаю, Максим ушёл в душ. Тимур сидел на диване и думал о чём-то своём. Уголёк в это время игрался с игрушечной мышкой, купленной Басудой. Тимур слышал звуки воды и из-за этого представлял оголённое и мощное, покрытое шрамами, тело Капкана. Младший не мог дождаться времени когда смог бы увидеть и потрогать это прекрасное тело.       Шум воды стих, а через пару минут дверь ванны открылась. — Иди Тим, — раздался голос Басуды. — Ага, — встав, Глазков двинулся в сторону душа. Выходя из зала, он пересёкся с Басудой. Ох, чёрт… На Максиме было только полотенце, скрывающее самое сокровенное. — Долго не мойся, Тимми, у нас ведь есть планы на всю ночь, — прошептал на ухо снайпера ловушечник.       В ответ Тимур лишь посмотрел на мужчину хитрым взглядом. Он прекрасно понимал что это за план. Глазков скрылся за дверью в ванную комнату.

***

      Максим лёг на диван, закинув руки за голову — он ждёт Тима. Вскоре звук воды прекратился и из душа показался Тимур. На нём, как и на Максиме, было только полотенце. — Ну что, малыш, иди ко мне, — прошептал Басуда и сел.

Так, так, так, тут начинается порнушка +18, аккуратнее (͡° ͜ʖ ͡°) руки на стол, бейби

      Глазков медленно подошёл к Максиму и наклонившись, повис над ним, впившись своими губами в чужие. Руки Басуды скользнули к бёдрам младшего, снимая полотенце. Как только полотенце упало на пол, ловушечник провёл рукой по возбуждённой плоти. Тимур повалил старшего на кровать. — Ну что, Тимми, готов? — прошептал Максим, обжигая своим дыханием ухо младшего.       Капкан в какой-то момент легко поменял позу, оказавшись сверху. Кусая плечи и шею Тимура, Капкан начал подготавливать пассива. Пока Басуда растягивал Глазкова, он слышал довольные стоны и чувствовал как сильные руки снайпера обнимали его мощную шею. Слова были лишними.       Вскоре пальцы были заменены немалым агрегатом ловушечника, что было встречено протяжным стоном снизу. Немного подождав, Капкан начал двигаться. — Ох… Максимушка, я успел и забыть насколько ты, чтоб тебя, здоровый, — выдохнул Тимур и ещё сильнее обнял чужую шею, кусая её.       Максим тяжело дышал, закрыв глаза. Как же было хорошо, как приятно. Взяв младшего за подбородок, старший впился в чужие губы. Поцелуй был долгий и страстный. Тимур стонал прямо в поцелуй, из-за того, что Басуда начал ускоряться. — Мха… Ма-максим, чёрт ты лысый, а, — хмыкнул Глазков, когда они разорвали поцелуй. — Хе, малыш, может я и чёрт, но никак не лысый, — Капкан был доволен. Ему всегда нравилось подбешивать снайпера.       Недовольно хмыкнув, Глаз блаженно закрыл глаза (What?), тяжело выдохнув. Максим покусывал шею Тима и в тоже время дрочил ему. Глаз не отставал: одной рукой мял ягодицу старшего (булочки), другой — обнимал его шею.       Басуда ускорялся. Тимур закусил губу: нельзя будить соседей. Приподнявшись, ловушечник закинул тимурову ногу на своё плечо и взял его за бёдра. Тихо постанывая снайпер подмахивал ритму актива. Перехватив пассива поудобнее, Басуда стал чуть грубее. Минут через десять, Макс прервал тишину. — Хей, Тимми, я близок, — сказал он и удивился своему голосу. Он был хриплый и тихий, но Глазков его услышал, это было понятно по его реакции.       Тяжело выдохнув Тимур кончил в руку старшего. Через минутку к нему присоединился Максим. Упав рядом, старший уткнулся носом в подушку. — Ох… Максим, знаешь что? — М? — Нам надо чаще так отдыхать. — Угу.       Приподнявшись на локтях, Тимур взял бумажное полотенце. Обтеревшись, он кинул полотенце на пол.       Максим уже спокойно спал. Обняв мужчину, Тимур уснул. Между ними устроился Уголёк, всё время наблюдавший за этим.