Взаимное желание или всё-таки любовь?

4 года спустя

      — По какому случаю цветы? — интересуется мужчина, раскладывая белые лилии в букетик сиреневого цвета и снова возвращая свой взгляд на клиента.       — Ох, я иду на первое свидание с девушкой, о которой мечтал очень долгое время, — парень смущается под его цепким взглядом и опускает глаза, выдавая свои румяные щёки.       — Не для того, чтобы попользоваться ею для личных потребностей, а после бросить? — шутливо спрашивает Чон, пряча улыбку за серьёзной маской.       — Нет, нет, что вы. Она мне очень сильно нравится уже год, но я никак не решался приблизиться к ней и заговорить, — серьёзным тоном отвечает парень, чем вызывает у Чонгука улыбку; его детские невинные глаза умиляют его.       — Тогда признайся ей, как можно скорее, если не хочешь упустить её. Не совершай моих ошибок, — советует Чон и на мгновение уходит в свои воспоминания, но клиент быстро приводит его в чувства.       — Вы упустили свою любовь? — спрашивает парень, печально смотря на него в ожидании ответа.       — Упустил, не смог признаться, — губы трогает слабая улыбка, которая прячет за собой грусть, одиночество и бессонные ночи. — Поэтому будь с ней смелее и покажи, что настроен серьёзно.       — Хорошо, так и сделаю. Надеюсь, Вы ещё встретите свою любовь и сможете признаться, — парень берёт букет в руки и вдыхает аромат прекрасных лилий, удовлетворённо кивая головой. — Спасибо за совет и цветы.       — Буду рад видеть тебя здесь ещё. Но для того, чтобы взять букет уже для свадьбы, — Чонгук широко улыбается, подмигивает, чем снова вызывает смущение. Парень коротко кивает и выходит из цветочной лавки, на прощание помахав ему рукой.       Чонгук садится на столик, стоящий около двери, и устало прикрывает глаза на мгновение, уходя в свои мысли. Рабочее время уже подошло к концу, но встать и перевернуть табличку на другую сторону, показывающую «закрыто», уже нет сил. Ему хочется в этот момент иметь способность телепортации, чтобы в считанные секунды оказаться у себя дома, в уюте и тепле, но, к огромному сожалению, в реальности такого нет, поэтому он чуть ли не силой поднимает себя и подходит к двери, развернув тонкую деревянную табличку коричневого цвета в обратную сторону.       За окном жуткий холод: мороз рисует на окнах красивые узоры, не давая рассмотреть хоть что-то; маленькие снежинки мягко опадают на землю, укрывая всё окружающее пледом; слышен детский смех на игровых площадках, которые, несмотря на уже раннюю темноту, всё равно продолжают играть со снегом, делая снеговиков и надевая на их головы свои разноцветные шапочки. Скоро уже Новый год. Но настроения отмечать совсем нет. На улицах везде всё уже украшено, придавая праздничный вид, каждый человек покупает подарки своим близким, а в домах стоят величественные ёлки разных размеров, которые увешаны гирляндами. Везде праздник: и на улицах и на душе у людей. Но у Чонгука совсем ничего нет.       Он уже четыре года не празднует ни дни рождения, ни новый год, ни Рождество, просто никакие праздники, которые раньше у него проводились очень богато и в роскоши. У него желание делать что-либо пропало четыре года назад, но для других он был обязан выглядеть счастливо и радостно, будто он наслаждается своей жизнью. Теперь же Чон никому не должен и не обязан, теперь он может делать всё, что угодно и никто ему слово не скажет.       Но какой это вышло ценой…       За четыре года в его жизни произошло очень много событий. Свадьба с Саной всё же состоялась, и Чонгук был прав, когда думал, что жизнь с ней под одной крышей будет адом. В первую ночь она потребовала от него заняться с ней сексом, потому что это были обязанности мужа. Чонгук не хотел, он вообще в тот день чувствовал себя так, словно у него отняли самое дорогое, что было правдой. Расставание с Тэхёном было чертовски грустным, ужасным и болезненным. Он много плакал, когда вышел из больницы, когда запретил себе оглянуться назад, чтобы случайно не увидеть Тэхёна. А, когда Сана начала раздеваться перед ним, Чон не выдержал. Это было последней каплей на переполненной чаше его терпения. Он ушёл тогда, просто захлопнул входную дверь за собой, не слушая крики девушки, которая говорила, что пожалуется отцу. Чону было всё равно, он думал лишь о Тэхёне. О том, что им было не суждено быть вместе, что их судьбой было расставание, так и не признавшись в своих чувствах.       В ту ночь Чонгук понял, что навсегда потерял Тэхёна. Понял, что они больше никогда не встретятся, никогда не скажут друг другу простое «привет», что не будут проводить время вместе, наедине друг с другом, забывая обо всех на свете. И это навалилось тяжёлым грузом. Сколько именно он пролил слёз, Чонгук так и не узнал. Поток казался бесконечным, слёзы всё продолжали капать на холодный асфальт на мосту, а сердце раскалывалось на мириады частей. Оно царапалось, шептало, что у них не может всё закончиться именно так, что ему нужно сделать хоть что-нибудь, пока разум кричал, что это был правильный выбор, что, благодаря ему, компания отца не упадёт. Но Чонгуку уже было глубоко наплевать. Он был так морально опустошен, что не видел никого, кроме лица Тэхёна перед затуманившими глазами, который смотрел на него с теплотой в глазах. Ему хотелось кричать во весь голос о том, как несправедлива к нему судьба, кричать прямо на том мосту, чтобы каждый человек услышал и почувствовал его состояние. Но Чонгук не имел право. Даже нормально выплакаться он не мог, потому что везде были чёртовы камеры, которые выворачивали его душу наизнанку.       Той ужасной ночью, когда судьба отняла у него самого дорогого и любимого человека из его жизни, Чонгук понял, что ничего хорошего дальше не будет. И он был прав. О, как же сильно он был прав. Ведь, когда Чон вернулся на следующий день в новый дом, который теперь принадлежал ему и Сане, девушка устроила такой скандал, обвиняла его в измене, во всех смертных грехах, пока он смотрел на неё пустыми, ничего не выражающими, глазами. Ему на неё было так плевать, что он не слушал ни одно её слово, пока она кричала во весь голос. Чонгук не ощущал вины перед ней, в конце-то концов именно она была виновата в том, что произошло, и должна была понимать, что Чонгук не будет любить её до гроба, потому что он с первого дня чётко сказал, что между ними ничего не может быть. Но она не послушала, думала, что все поведутся на её деньги, на её статус, но Чонгук разбил её надежды и глупые мечты, когда сказал там же, на следующее утро после свадьбы, что они никогда не будут близки как муж и жена.       Сана выглядела так, будто могла взорваться в любую секунду, и Чон надеялся, что она подаст на развод. Ведь зачем ей нужен тот, кто никогда не полюбит её и не примет? Но девушка оказалась просто чокнутой на всю голову. Она ответила ему, что раз Чонгук не будет с ней, то ни с кем больше, ведь у них был официальный брак. Чонгук был очень удивлён, так сильно удивлён, что только глупо хлопал глазами, пока она с ухмылкой на лице уходила в их общую комнату, куда он ни разу не заглянул за все два года брака с ней.       Что же касается Хосока — его доброго друга, что был готов прийти на помощь, несмотря на то, сколько сейчас было времени и не был ли он занят; его друга, что поддерживал его во всём, верил, что когда-нибудь они с Тэхёном будут вместе, и старался сделать всё что угодно, чтобы на его губах всегда была улыбка. Он всегда мечтал стать хореографом, рассказывал, как однажды сможет объездить мир, заниматься с лучшими танцорами, потому что хотел вложить в этот мир что-то от себя, чем, по его мнению, должны заниматься все. И смог этого добиться. Не сразу, конечно. У него появился шанс переехать в Америку, поэтому Чонгук упорно настоял на том, чтобы он уехал, хотя тот не хотел оставлять его на растерзание его жены, потому что они тогда ещё поддерживали связь. Чонгук просто понял, что не имеет никакого права портить жизнь друга своими проблемами, поэтому чуть ли не пинком под зад посадил его в самолёт, крепко обнял напоследок и сказал, добиться того, о чём он мечтает.       После его переезда они ещё иногда созванивались, хотя не так часто, как хотелось бы, ведь у каждого уже была своя дорога и свои обязанности. А потом это внезапно прекратилось на несколько месяцев, после чего Хосок написал, извинился и сообщил о том, что нашёл свою любовь, а также смог устроиться хореографом к очень хорошему танцору, из-за чего и не писал, потому что времени не было совсем. Чонгук на него не обижался, ведь понимал, что у каждого своя жизнь и никто не обязан быть с ним до конца своих дней, поэтому последний раз написал ему «Удачи во всём, что ждёт тебя, Хосок-хён. Ты обязательно будешь тем, кем захочешь, и я надеюсь однажды увидеть тебя по телевидению. Я же должен буду похвастаться своим крутым другом». Ему было больно думать о том, что они не смогут никогда больше встретиться, но успокаивало лишь то, что его друг был счастлив, и это на самом деле было важнее всего. Хосок ещё писал ему несколько раз, но в конце концов всё сошло на нет. И это было правильным решением для них двоих, по мнению Чонгука…       А после начались сумасшедшие времена: Чонгук устроился к отцу в компанию, одновременно работал и учился и времени у него вообще не было даже на то, чтобы подумать о Тэхёне, хотя ему всё равно удавалось занять его мысли, где только вздумалось. Сана начала пропадать сутками, приходила спустя день-два и Чонгук сразу понял, что она проводила время с мужиками. Но ничего не говорил отцу, потому что вряд ли бы отец девушки обрадовался этой новости и поверил бы. Сана, конечно же, это понимала и потому поступала так, как хотелось именно ей, а о Чонгуке она не думала вообще. Могла привести домой к ним своих мужиков, и это повторялось изо дня в день, после чего Чонгук решил жить отдельно от неё, потому что жить с ней было невозможно, просто нереально. Сана не заметила его ухода, ей не было дела до мужа, потому что её окружало множество мужчин, которые хотели провести с ней ночи.       И Чонгук был этому рад, чертовски сильно рад. Он старался по максимуму занять себя делами, чтобы у него времени и даже сил не было думать о Тэхёне. Но это не сработало. Ночами, когда он пытался заснуть в одиночестве, обнимая холодную подушку, все его слёзы и чувства изливались на простыни, впитывая его боль в себя. Ему было больно, невыносимо, мучительно больно. Каждая его частица плакала вместе с ним, сердце просило любви, хотя бы встречи с Тэхёном, даже если мимолётной, а разум покидал его, потому что в этот момент Чонгук чувствовал себя больнее всего. Ему хотелось стереть свою память, отмотать время назад и предотвратить его первую ночь с Тэхёном, его первую встречу и первый поцелуй. Но он не смог сделать этого, хотя хотел настолько сильно, что готов был пойти на самоубийство, лишь бы не чувствовать эту жгучую боль в области груди.       Но его память так хорошо запомнила Тэхёна. Как он выглядел, когда смеялся, как говорил своё тихое, но уверенное и чёткое, «Чонгук» своим бархатным голосом. То, как сильно обжигали его горячие прикосновения к его коже, как мужчина шептал ему, насколько он прекрасен, как любил покрывать его шею поцелуями, ставя свои отметины, указывающие, кому Чонгук принадлежит. Каждый день, каждое мгновение, каждая минута и секунда, проведённая с Тэхёном, запомнилось так ярко и остро, что Чонгук не справлялся со своей любовью. Ему не удавалось запереть её на ключ, приказать не причинять ему столько боли, потому что его любви было слишком много. Она была неуправляема, и зачастую Чонгук неосознанно мог приезжать к дому Тэхёна, но не выходить из машины, надеясь увидеть его хотя бы глазком. Но мужчина не появлялся, он будто исчез из жизни Чонгука, из этого мира. И пусть он сказал ему, что так будет лучше для них обоих, его сердце всё равно плакало каждый раз, когда надежда увидеть Тэхёна угасала на глазах.       А потом Чонгук приказал себе взять свою жизнь в свои руки. Он перестал приезжать к дому Тэхёна, хотя желание увидеть его хотя бы раз, всё ещё присутствовало у него, перестал плакать по ночам, но сделать это первые дни было невыносимо тяжело, и приказал самому себе продолжать жить.       Отец полностью дал ему бразды правления, и к двадцати двум годам Чонгук был самым молодым директором крупной компании. После этого время и отдых исчезли из его жизни. Работы навалилось столько, что Чон был вынужден первое время чуть ли не ночевать в компании. Он не чувствовал себя готовым к тому, чтобы руководить столь огромной компанией, но здоровье отца тогда сильно пошатнулось и ему пришлось уйти в отставку, после чего Чонгук занял место директора. Поначалу было тяжело и сложно, потому что он не привык к стольким обязанностям сразу, но позже, со временем у него получилось взять всё под свой контроль. Его жизнь начала идти своим ходом, и пусть в компании с делами было всё хорошо, а Сана молчала о том, что Чонгук живёт не с ней, он всё равно ощущал тоску и боль. Ему не хватало чего-то, а точнее кого-то. Каждый день в течении двух лет его чувства, его любовь к Тэхёну не прошла. Она оставалась такой же сильной, какой была в последней их встрече. И Чонгук чувствовал себя полным идиотом, раз продолжал любить того, кто, возможно, был счастлив с кем-то другим. У кого, возможно, была любящая семья, любимый человек, которому удалось занять его сердце, в то время, как Чонгуку только оставалось вспоминать образ Тэхёна и тайно любить его.       Но его «счастливая» жизнь продолжалась недолго. В один день, когда Чонгук должен был заехать к Сане, чтобы взять у неё некоторые документы, он застал её трахающейся с каким-то гадким мужиком, который брал её прямо в гостиной. И его терпение лопнуло, как мыльный пузырь. Конечно, он знал, что таких у Саны было много, но ему ни разу, к счастью, не удавалось застать их прямо на горяченьком. И то, как девушка бесстыже себя вела, не стесняясь его и продолжая скакать на чужом члене, Чонгук решил подать на развод. Это было окончательным решением, которое нужно было сделать ещё очень давно.       Он поговорил об этом с отцом, и тот был очень удивлён, ведь все два года считал, что его сын счастлив со своей женой. Чонгук больше не стал обманывать, понимал, что из-за своей недоговорённости и обмана, он потерял два года своей жизни, хотя мог признаться отцу с самого начала, когда дело ещё не дошло до алтаря. И он признался во всём: что никогда не хотел этой свадьбы, что за два года в браке так и не полюбил Сану, и что его сердце давно было занято, и не девушкой, а мужчиной, его телохранителем Ким Тэхёном.       А потом случилось то, чего совсем не ожидал Чонгук. Его отец потерял сознание, а в больнице выяснилось, что у него был рак последней стадии и шансы на спасение были ничтожны. Оказывается, Сынхо сам об этом знал, но не стал говорить Чонгуку, чтобы тот не переживал о нём. По этой же причине мужчина поспешил поженить Чонгука, чтобы знать, что с ним рядом будет близкий человек, который поддержит его сына, когда его самого уже не будет. А признание Чонгука было отправной точкой в его состоянии. Сынхо умер через несколько часов в больнице, так и не успев поговорить с сыном, не сказав ему, что примет его каким угодно, не важно кого он любит, а Чонгук запомнил только то, что именно из-за его признания погиб отец.       Чонгук чувствовал себя полностью разбитым. Он был совсем одинок, все его близкие люди ушли от него, оставив одного в этом огромном мире. На похоронах отца присутствовало всего лишь несколько людей, несмотря на то, что отец был знаком чуть ли не со всем городом, и Чонгук понял, насколько омерзительны люди. В один момент они для тебя самые близкие и родные, а в следующую секунду — полностью незнакомые друг другу. Чонгук больше не плакал. Его глаза высохли, поэтому он только смотрел на гроб отца, опустив голову, пока дождь бил по его плечам, а земля становилась сырой. Несколько партнёров отца высказали прощальные слова, в том числе и отец Саны, хотя её самой не было на похоронах. Её отец оправдал это тем, что она не переносит такие моменты. Чонгук понял, что это полная чушь, но ничего говорить не стал. На тот момент уже шёл процесс их развода.       Хосок тогда всё же приехал на похороны, увидев по телевидению новость об этом, потому что Чонгук не стал сообщать ему, ведь они уже не созванивались очень долгое время. Он приехал лишь на один день, поддержал всеми силами, сказал, что он большой молодец и что гордится им, после чего всю ночь они поговорили обо всём, а на следующий день Хосок уехал, напоследок говоря быть сильным…       Чонгук был на грани жизни и смерти. Ему больше не хотелось жить, осознание того, что никого больше не осталось с ним рядом, ударило слишком резко и неожиданно. И он нашёл своё утешение и успокоение в алкоголе и сигаретах. Он перестал выходить из дома, не показывался в компании, доверив дела секретарю, и полностью ушёл в себя. Одна бутылка заканчивалась другой, сигареты были выброшены по всему дому, где раньше он жил счастливо с отцом. А желание жить постепенно угасало на его глазах… Этот тяжёлый период его жизни продолжался полгода, после чего в один день, когда Чонгук наконец вышел из дома, чтобы проветриться, он случайно увидел Тэхёна. Просто мельком, увидев его с сестрой, но этого хватило, чтобы его сердце снова забилось в новом ритме, а желание жить, не просто существовать, выросло в геометрической прогрессии.       Чонгук взял себя в руки. Он начал ходить к психологу, потому что все последние события сильно пошатнули его психику, а суицидальные мысли всё чаще посещали его голову, и ему обязательно нужно было поговорить с тем, кто понял бы его и подсказал, что делать дальше. После он дал интервью и объявил, что передаёт место директора заместителю отца, который был с ним с самого начала их пути, а сам отрёкся от всего. Чон продал дом, в котором жил с самого детства с отцом, потому что каждый уголок напоминал о нём, делая ему больнее, и купил маленький домик в другой части Сеула, чтобы никто не мешал ему спокойно жить, хотя журналисты ещё некоторое время пытались найти его. Сеансы с психологом длились ещё год, а после Чонгук открыл свою цветочную лавку, переехав в новый дом.       Начать жизнь с чистого листа…       Удалось ли ему это сделать? Нет. Как бы тяжело не было это признавать, Чонгук не смог найти в себе силы оставить прошлое позади и двигаться вперёд, потому что любовь к одному мужчине всё ещё жила в его сердце. Она ни на секунду не ослабевала, казалось, становилась крепче с каждым днем, не давая кому-то чужому поселиться в том месте, которое уже было занято другим человеком. Чон помнил всё, что было связано с Тэхёном: каждую их встречу, каждую ночь, когда они были одни против всего мира; каждый поцелуй, который словно опечатался на его губах; каждое прикосновение, что обжигало кожу, заставляло гореть в огне, но не ощущать ни капли боли…       Ему так не хватало Тэхёна. Он был глотком свежего воздуха в его жизни, и теперь без него мир казался тусклым и серым. Чонгуку хотелось, чтобы мужчина вернулся к нему, сказал, что любит его, что хочет прожить остаток жизни с ним, но разумом он понимал, что этого никогда не произойдёт, потому что Тэхён не любил его. Он был с ним лишь из-за простого желания, и за четыре года вряд ли вспоминал о нём, ведь наверняка рядом с ним сейчас есть кто-то кто поддерживает его и любит.       Чонгук не хотел этого признавать, потому что чувствовал огромную несправедливость к себе. Почему он продолжает любить Тэхёна, если тот уже давно забыл о нём? Почему его любовь не может пройти, как по щелчку пальцев? Разве он не заслужил того, чтобы быть счастливым и не важно с кем?.. Но ответов на свои вопросы Чон не получал, потому что в ответ он слышал лишь тишину, когда находился у себя дома, где кроме фотографии отца и Тэхёна, больше ничего не имело смысла…       Чон совсем один в этом чёртовом мире, который отнял у него двух самых близких и любимых ему людей. Но он продолжает жить, ведь осознает, что отец навряд ли согласился бы с его решением уйти в иной мир, в том числе и Тэхён, который точно уже забыл его, но остался у него на сердце, как приклеенный магнитом. Любовь Чонгука оказалась слишком сильной, чтобы так легко и просто стереть её из своего сердца, даже несмотря на то, сколько времени прошло с их расставания. Кажется, именно такую любовь называют чистой, настоящей и до самой смерти? Но почему никто не сказал Чонгуку, что невзаимная любовь тоже хранится годами?..

******

      — Несколько дней Вы будете чувствовать дискомфорт, что очень естественно, но после всё будет хорошо, — объясняет в который раз за день мужчина, повернувшись к девушке, которая захотела сделать себе на грудь татуировку в виде жёлтой розы.       — Отлично, буду приходить к вам ещё, — радостно произносит девушка, в спешке застёгивая пуговицы на своей кофте. Она быстро собирается и покидает комнату, перед этим попрощавшись с мужчиной.       — Джевон, есть ещё кто-нибудь на сегодня? — спрашивает Ким, выходя из своей личной мастерской и обращая внимание на парня, который помогает ему с бизнесом.       Тот кидает на него быстрый взгляд, но тут же переводит на монитор компьютера, сосредоточенно что-то печатая клавиатурой.       — Да, Ким, последний клиент на сегодня.       — Во сколько он записан?       — В шесть часов. Через двадцать минут, — спокойным тоном отвечает парень, после усмехаясь чему-то своему. — Я хотел взять перерыв, потому что думал, что начну слышать стоны той девушки. Она на тебя так плотоядно смотрела, что даже я это заметил, когда на минуту вошёл к вам.       — Заткнись, Дже, она меня не интересовала.       — Чёрт, если бы я понял это, то взял бы её номер. Фигура у неё отменная, особенно грудь, так бы и вставил, — мечтательно вздыхая, говорит парень.       — Давай без никакого порно тут у меня, хорошо? А то я вижу твой стояк даже отсюда.       — Окей, окей, как скажете мистер Ким, — поднимает руки, как белый флаг Джевон с оскалом на губах. — Я сообщу, когда клиент прибудет.       — Будь добр, иди хотя бы подрочи что ли, чтобы никто не видел это безобразие, — советует Тэхён, не обращая внимания на то, каким взглядом одаривает его Дже.       Он обратно проходит к себе, закрывая за собой дверь. В помещении достаточно светло, так, что ни один угол мастерской не остаётся без света; шторы на окнах сдвинуты в сторону, благодаря чему можно увидеть снежинки, что медленно опадают на землю; в центре стоит небольшая кушетка, которую можно расположить, как горизонтально, так и вертикально, чтобы было удобнее делать тату, около неё также расположен стол, на котором находятся разные инструменты, а ещё маленький стул для татуировщика, стоящий рядом со столом.       Тэхён садится на тот самый стульчик и хватает телефон, который был небрежно закинут в сторону, в руки, тут же замечая несколько отправленных сообщений от сестры. Он неохотно проводит по экрану, снимая блокировку, и заходит в чат, начиная читать то, что написала Мина. Мина-нуна Тэхён, когда вернёшься с работы? Я заехала к тебе и решила испечь твой любимый пирог, поэтому поспеши, чтобы он не остыл до твоего прихода. Если, конечно, не хочешь, чтобы весь пирог съела моя обжора, которая так и тянет ручки к нему.       Тэхён по-доброму усмехается и быстро печатает в ответ, увидев то, что сестра как раз была в сети. Если он не ответит ей в ближайшее время, она снова приедет к нему на работу, думая, что с ним что-то случилось. После того случая, она всё ещё боится за него, что очень предсказуемо. Мина всегда была тем человеком, который не может думать только о себе. Ей необходимо заботиться о ком-либо, поэтому Тэхён и её семья всегда находятся под прицелом, даже несмотря на то, что Ким давно уже не ребёнок.

Тэ Через час буду дома. Моя племянница приехала с тобой?

Мина-нуна Да, то и дело спрашивает, когда ты приедешь домой. Очень соскучилась, вот и пришлось взять её с собой.

Тэ Я рад) Попробую закончить, как можно скорее.

Мина-нуна Хорошо Ждём🙂       Тэхён откладывает телефон в сторону, направляя взгляд в окно, где уже стемнело. Мина печётся о нём хоть и по доброте душевной, но всё равно её опека слишком сильно давит на него, не давая свободно сглотнуть. После одного происшествия, которое случилось с ним год назад, она боится за его жизнь и не хочет оставлять одного хоть бы на день без звонка, думая, что с ним снова что-то произойдёт. Поначалу Тэхёну была приятна эта забота, но со временем это начало надоедать, ведь он — не маленький ребёнок, за которым нужен глаз да глаз, а вполне себе взрослый мужчина, который имеет голову на плечах. В конце концов, ему уже тридцать пять лет, а опека сестры, которая старше него на три года, только заставляет его чувствовать себя не способным делать что-либо без чьей-то помощи. Ким пробовал несколько раз убедить Мину, что ей лучше стоит заботиться о своей семье: о муже и дочери, нежели о нём, но та упорно говорила, что, как старшая сестра, обязана присматривать за ним, как делала это после их попадания в детдом. После Тэхён понял, что её уже ничем не убедить, поэтому только молчаливо принимал чужую заботу, надеясь на то, что сестра поймёт, что ему больше не нужна ничья помощь.       Четыре года в его жизни прошли, словно в тумане. После того, как Чонгук попрощался с ним и вышел из палаты, Тэхён понял, что потерял самую дорогую частичку себя. Ему было настолько больно, что будто кто-то топтал его сердце о землю, заставляя то кровоточить, и проливать горькие слёзы. Как себя помнит Ким, он плакал в жизни всего один раз, причина которой был сам Чонгук, и во второй он пролил слёзы тоже из-за него. Ему не хотелось показывать сестре, что ему невыносимо больно, не хотел показывать себя чертовски слабым, но у него не было другого выбора. Последний образ Чонгука: то, каким он выглядел перед ним невинным и таким уязвимым, принуждало его каждый раз задыхаться в боли, скрывать свои слёзы перед другими, но по ночам не сдерживать себя, плача, как маленький ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.       Несколько недель в больнице прошли очень мучительно, и боль была вовсе не физической, а душевной. Киму уже было всё равно на сломанную ногу и руку, потому что сердцу было больнее всего. Оно кричало, что не хочет такого конца для них обоих, что он последний трус, раз позволил своей любви уйти от него к другой, пока разум шептал в ответ, что это было правильным решением, ведь Чонгук женился на другой, и вряд ли любил его. Но от осознания того, что Тэхён хотя бы не попытался сделать что-нибудь, не признался в своих чувствах, при каждом удобном случае напоминало ему о том, что он потерял свой шанс на счастье.       Позже когда Ким вышел из больницы, мысль о том, что его больше никто не ждёт, навалилась таким сильным ураганом на него, что лучшим решением избавиться от этой боли — было самоубийство, но Тэхён не имел права так поступать с сестрой. Он позвонил отцу Чонгука и сказал, что увольняется, тем самым навсегда закрыв двери к своей любви. Мина была всё время с ним, поддерживала его, ведь понимала, что случилось с его братом, и почему он так мучается. Но ничего не говорила, не осуждала за то, что он так легко отпустил Чонгука, и Тэхён был ей благодарен за это, потому что знал, что лучшее наказание он получил от самого себя. И это было правдой.       Дни летели со скоростью света, время шло мимо него, не заботясь о том, как он справится со своей болью и любовью. Оно будто замерло только для него, потому что другие продолжили жить, и только он был потерянным в этом мире, не зная в каком направлении лучше всего сделать шаг. Ким чувствовал себя отстранённым от всего и всех. Казалось, жизнь без Чонгука была уже существованием, и Тэхён не мог не согласиться с этим, потому что это было действительно так. Он надеялся, что сможет пережить потерю и двигаться дальше, но, оказалось, он был полным дураком, раз поверил в эту чушь. Потому что с каждым днём ему было больнее и больнее.       После наступил тот момент в его жизни, когда Тэхён стал резать вены. Он думал, что сойдёт с ума, если не прекратит страдать, не прекратит получать столько боли и разочарования от жизни, поэтому несколько раз пытался покончить жизнь самоубийством. Ким закрывался в ванной комнате и сидел на полу, играясь с лезвием и вырисовывая узоры на коже, так, что появлялась кровь. Поначалу это было не так серьёзно, и он мог остановить кровь, а потом в один ужасный день, когда он увидел случайно по телевидению Чонгука вместе с женой, что-то пошло не так. Тэхён снова порезал вены и на тот раз очень сильно и глубоко, так, что если бы Мина не приехала к нему, застав брата в луже собственной крови, он бы наверняка умер там же. К счастью, сестре получилось убедить его в том, что он поступит неправильно, если откажется от подаренной жизни. И Тэхён понял, что не может так мерзко поступать с сестрой, ведь видеть её заплаканное лицо, больше никогда не хотелось.       Образ Чона в его голове был таким ярким, каждое мгновение, проведённое с ним, ощущалось настолько остро, что Тэхён думал, что сходит с ума. То, как выглядел Чонгук под ним, когда они были наедине друг с другом: раскрасневшийся, открытый, готовый ко всему, если это было с ним, заставляло Кима при каждом воспоминании умирать от тысячи осколков, которые вонзались в его сердце. Ему хотелось отмотать время вспять, признаться в своей любви Чонгуку и сказать, что никто больше не сможет занять его место, но у него это никогда не получилось бы, ведь Чон был уже женат, и, возможно, уже забыл о нём.       Так прошли два года. В воспоминаниях о Чонгуке, Тэхён и не заметил, как быстро летело время. Он на тот момент не работал, потому что уже ничего не имело смысла в его жизни, в то время, как сестра пыталась пробудить его от того кошмара, куда он себя занёс. Алкоголь, наркотики, ночные клубы, связи на одну ночь, которые не приносили ничего, кроме большей боли от отсутствия Чонгука — всё это было уже привычным для него, хотя люди, которые были под ним во время алкогольного состояния, всегда показывали лишь образ того парня, что так сильно привязался к его сердцу.       А позже, когда однажды сестра заставила его встать с дивана и выйти на улицу, Тэхён случайно увидел Чонгука. Тот стоял около торгового центра один, на нём был одет чёрный костюм, а вид такой серьёзный и уставший, что Ким решил сделать всё, чтобы снова вернуть себя к жизни. Чонгук, даже ничего не сказав, дал ему надежду и шанс начать новую жизнь. И Тэхён больше не упустил её. Он поехал в реабилитационный центр, чтобы ему помогли избавиться от зависимости наркотиков и алкоголя, потому что так просто избавиться от дурных привычек не получилось. Мина же только поддержала его, пожелала удачи и сказала, чтобы он не возвращался домой, пока не сможет вылечиться.       Начать жизнь с чистого листа было очень сложно. Когда ты тратишь четыре года своей жизни впустую, становится тяжело снова ощутить себя счастливым. Но Тэхён справился. Квартира, в которой он жил раньше, была продана ещё год спустя после его выхода из больницы, потому что даже там присутствовал запах Чонгука. Все их проведённые ночи и дни хранились именно в его спальне, поэтому оставаться там было уже невозможно. Он купил тогда дом подальше от прежнего, потому боялся, что увидит Чонгука. А после, когда вышел из центра уже готовый начать новую жизнь, Ким открыл маленький тату-салон, где работает и по сей день…       Но любовь к Чонгуку никуда не исчезла. За все четыре года не было и дня, чтобы Тэхён не думал о нём. Все его мысли были заняты лишь им, а сердце не готово было принимать другого человека, храня у себя все воспоминания, все поцелуи, жаркие ночи и мгновения, которые они разделяли друг с другом; то, что никогда уже было не вернуть. Любовь Тэхёна оказалась слишком сильной, чтобы так легко и просто стереть её из своего сердца, даже несмотря на то, сколько времени прошло с их расставания. Кажется, именно такую любовь называют чистой, настоящей и до самой смерти? Но почему никто не сказал Тэхёну, что невзаимная любовь тоже хранится годами?..

******

      Чонгук поглубже зарывается носом в мягкий шарф, обмотанный вокруг его шеи, и неторопливыми шагами направляется к зданию, что уже виднелось на горизонте. Снег всё ещё нещадно бьёт по лицу, как и холодный ветер, что заставляет глаза щипать, а ресницы слипнуться вместе. На его руках перчатки, защищающие его от холода, но даже через них мороз пробирается внутрь, заставляя совать руки в карманы тёплой куртки. Чон направляется в тату-салон, чтобы стереть остатки прошлого.       После смерти отца Чонгук сделал то, что вообще не ожидал от самого себя — он набил татуировку в виде чёрной вороны на своей спине. Это было знаком того, что в его жизни больше нет никакой радости, но теперь он обязан убрать её, потому что целых два года она несла с собой лишь грусть и одиночество, что по ночам окутывало его в свои костлявые руки. Набить тату было очень глупым решением и Чонгук понял это, когда уже дело было сделано. Никогда в жизни его не интересовало такое искусство, но на тот момент он, будучи полностью одиноким, не имеющим больше смысла жить, набить татуировку казалось ему очень правильным решением. Сейчас же, когда у него есть силы двигаться дальше, убрать этот тёмный знак то, что должен сделать Чонгук. Поэтому уже подходя к зданию, Чонгук был полностью уверенным в своём решении.       Он слегка открывает дверь и проходит внутрь, сразу замечая парня, что сидит на ресепшене. Тот переводит взгляд на него, вежливо улыбается и здоровается, показывая ему рукой пройти дальше. Чонгук благодарит, присаживается на диван, который стоял около окна, и смотрит на настенные часы, висящие напротив, понимая, что у него в запасе есть ещё пять минут. Приходить раньше нужного времени уже стало привычкой для него.       — Мистер Ким сейчас свободен, поэтому можете пройти в кабинет, не дожидаясь назначенного времени, — проговаривает парень, после получая в ответ короткий кивок.       Чонгук несколько раз выдыхает, набираясь сил, ведь знает, что это будет очень больно, и слегка толкает дверь, делая шаг вперёд. В глаза сразу же попадается кушетка, что больше была похожа на кожаное кресло, встроенная вертикально, поэтому Чон уверенно направляется к ней, снимая с себя куртку вместе с шарфом и шапкой и вешая их на вешалку, что также стояла рядом. Через несколько минут слышится звук открывающейся двери, что тоже находилась в кабинете, вероятно, вела в кладовку, или что-то в этом роде, откуда показывается тёмная макушка. Чонгук поднимает глаза на вошедшего человека, так и замирая на месте и, кажется, даже переставая дышать.       Напротив него стоит Ким Тэхён. Тот самый Ким Тэхён, благодаря кому Чонгук страдает и по сей день, тот Ким Тэхён, что навечно поселился в его сердце, не допуская туда кого-либо ещё, и тот самый Ким Тэхён, который трахал его лишь ради личного удовольствия. Глаза Чонгука мгновенно увлажняются, а глупое сердце начинает стучать, словно безумное, и он надеется, что в этой тишине стук его сердца не будет слышен и человеку напротив. Как так получилось, что они встретились спустя четыре года, если за столько времени они не пересекались вообще? Почему он появился в его жизни, когда Чонгук уже научился жить без него? Разве обязательно было снова пересечь их пути, если они оба уже забыли о том, какой вкус был у чужих губ?.. Чонгуку больно видеть Тэхёна спустя столько времени, спустя столько потраченных слёз и бессонных ночей.       Тэхён тупо хлопает глазами, смотря на того, кого уже больше не надеялся увидеть. Ему кажется, что это его галлюцинации, но Чонгук напротив него реален, он настоящий и глядит на него такими удивлёнными большими глазами, так же как смотрел и четыре года назад, когда увидел его в больнице. Видеть его спустя столько лет очень неожиданно и больно, ведь их прощание было чертовски грустным и печальным. Именно из-за Чонгука Тэхён впал в депрессию, именно из-за него он подсел на наркотики. Он был на грани жизни и смерти, поэтому сейчас, когда спустя четыре года они встретились вновь, ему, с одной стороны, хочется подойти к Чонгуку и обнять, но, с другой стороны, Ким снова боится обжечься. Их роман был горьким опытом, но в то же время — самым лучшим мгновением в его жизни.       — Чонгук, — шепчет Тэхён, делая неуверенный шаг вперёд. Если они встретились спустя столько лет, не значит ли это, что им было суждено быть вместе?       — Я лучше пойду, — проговаривает спустя несколько секунд молчания Чонгук, делая два шага назад. Даже если Чон рад видеть Тэхёна, какова вероятность, что ему снова не будет больно?       — Подожди, — мужчина несмело прикасается к его руке, останавливая, и встаёт напротив Чона, поражаясь тому, как он изменился за эти четыре года. То детское лицо, что было раньше, приобрело более мужественный вид, но даже прошедшим годам не получилось отнять его пухлые щёки и невинные глаза, где всегда прятались мерцающие звёзды. На Чонгуке был одет мягкий свитер бежевого цвета, также узкие брюки тёмного цвета, что подчёркивали его длинные ноги, а его волосы со светлых превратились в чёрные, но только добавили шарма. Он выглядит взрослым мужчиной, которому по плечу любая ответственность, но Тэхён всё равно видит в нём того самого парня, что очаровал его своим характером.       — Мы так долго не виделись. Не хочешь поговорить?       Чонгук делает глубокий вдох, набираясь храбрости, ведь понимает о чём будет их разговор. Ким расскажет о том, что встретил любимого человека, и они счастливы в браке с ребёнком, потому что тот неоднократно говорил, что его привлекают не только парни, а Чону будет тяжело слушать всё это, делая вид, будто ему всё равно на чужую жизнь. Он хочет сбежать с этого места и забыть к нему дорогу, но сердце, что так долго было истерзано, безумно стучит и просит хотя бы побыть с Тэхёном на этот вечер, не понимая, что таким образом снова поранит себя.       — Хорошо, — в итоге соглашается Чонгук и мужчина дарит ему ту самую необычную улыбку, что так долго он не видел.       Тэхён занимает стульчик, а Чонгуку предлагает сесть на кушетку, что он и делает. Кажется, они оба забыли для чего находятся здесь. Ким понимает, что, возможно, Чонгук хочет набить татуировку, что очень не свойственно ему, ведь тот раньше говорил, что не выносит такие процедуры. А Чон и вовсе забывает, что хотел стереть свою татуировку, которая не давала ему покоя столько лет. Потому что то, что происходит сейчас, куда важнее такой мелочи. Он впервые встретил Тэхёна спустя столько времени и ни о чём другом не может думать, так же как и Ким.       — Как жизнь? — поначалу спрашивает Тэхён, уже осознавая, что ему будет сложнее дальше вести разговор. Зачем он только предложил Чонгуку остаться, ведь знал, что делает сам себе больно? Конечно же, он понимает, что Чонгук счастлив со своей женой, и у них, возможно, родился ребёнок, может — два. Но его истерзанное годами сердце просит хотя бы на этот вечер насладиться компанией Чона, пока тот снова не исчезнет из его жизни.       — Нормально, — врёт Чонгук, пока голос внутри кричит, что ничто не нормально в его жизни. Что он каждый день страдает по одному мужчине, что совсем забыл о нём и не вспоминал за столько времени. — А у тебя?       — Всё хорошо, — врёт Тэхён, ведь не может сказать, что страдал все эти годы без своего солнца, пока оно светило на другого человека, совсем позабыв о нём. — Как поживает твоя жена? У вас уже появился малыш? — задаёт вопросы, которые крутились в его голове столько времени. Ему одновременно хочется узнать ответы на свои вопросы, но, с другой стороны, Ким боится, что Чонгук скажет то, что он не хочет услышать. Это просто запутанный круговорот, откуда выхода, кажется, нет.       — Нет, мы расстались спустя два года в браке, — признаётся Чонгук, опуская голову вниз, чтобы Тэхён не видел то, как его глаза увлажняются. Ему всё ещё не верится, что он встретил Тэхёна, тем более в тату-салоне. Как он здесь оказался? Чем занимался все четыре года, пока Чон не был рядом с ним? Чонгук хочет так о многом спросить, но на деле может только сдерживать слёзы, что норовят скатиться по щекам.       — Вот как, — говорит Ким, мысленно давая себе смачный подзатыльник. Неужели именно так должны отвечать человеку, который расстался с женой? Он не хочет признавать, но эта новость только обрадовала его, ведь он думал, что у Чонгука всё ещё есть тот, кто занимает его сердце. Теперь же, возможно, он один. Так же, как и Тэхён.       Чонгук сжимает руки в кулаки и отчаянно борется со слезами, в итоге проигрывая им. Ему так больно вспоминать все эти ужасные моменты, которые произошли с ним в отсутствии Тэхёна. Он хочет поделиться с ним, как тяжело ему было справляться со всем в одиночку, но он не хочет нагружать Кима своими воспоминаниями, которые практически каждый день снятся ему в кошмарах. Не хочет заставить мужчину чувствовать себя виноватым, будто он действительно был виновен во всех его проблемах.       — Боже, Чонгук~а, иди сюда, — просит Тэхён и садится рядом с парнем, обнимая чужие подрагивающие от слёз плечи и кладя руку на тёмную макушку, чтобы слегка погладить и успокоить.       Чонгук не может остановить свой поток слёз. Он так давно не плакал, старался держать всё в себе, что именно сейчас, перед тем человеком, который был ему дороже всех, не считая отца, Чонгук ощущает себя потерянным мальчиком, что запутался в своей дороге. Он хватается за Тэхёна, как за спасательный круг, снова ощущая тот одеколон мужчины, что, кажется, не менялся с их последней встречи. Плачет настолько сильно, что совсем забывает о том, где находится и с кем. Плачет, как маленький ребёнок, потерявший любимую игрушку, не отпуская мужчину от себя ни на шаг. Снова видеть Тэхёна, снова касаться его, чувствовать его и запах его кожи — так драгоценно сейчас для Чонгука. Он бы отдал всё, чтобы встретить Кима намного раньше, чем сейчас.       — Тише, тише, успокойся, — шепчет Тэхён на ухо, невесомо целуя в макушку. Неужели Чонгуку так больно только от одних воспоминаний о жене? Может быть, он всё ещё любит её? А его вопрос только добавил соль на раны… Ему больно видеть его таким разбитым. Он бы сделал всё, чтобы Чонгук был счастлив, и не важно с кем именно. — Ты всё ещё любишь её?       Чонгук резко поднимает глаза на него, шмыгая носом и пытаясь не разрыдаться ещё больше. Тэхён глядит на него так тепло и нежно, но с болью, также, как и четыре года назад, когда они прощались в больнице, будто он всегда был рядом с ним и никуда не исчезал, а всё то, что произошло с ним — просто кошмар, который нужно забыть. Но всё, что с ним случилось реально, а Тэхён — тот, кто остался у него в жизни, из самых близких и любимых, и терять его во второй раз Чонгук больше не хочет.       — Нет, я не люблю её и никогда не любил. Потому что я всегда любил именно тебя, — выкрикивает Чонгук, после зажимая рот рукой и удивлённо смотря на него.       Что это на него нашло? Почему он признался ему в любви тогда, когда это уже не имеет никакого значения? Чонгук понятия не имеет. Но, чёрт возьми, он так сильно хотел это сделать спустя столько времени, что попросту не смог остановить себя. А реакция Тэхёна только пугает его. Он также глядит ошарашенно, словно никак не ожидал это услышать, и Чонгук начинает задумываться о том, что не получит взаимности, потому что вряд ли Тэхён тоже любит его, ведь они столько времени не виделись. Возможно, он нашёл себе кого-то и сейчас живёт счастливо с ним или с ней, а признание Чонгука вовсе ему и не нужно…       — Чонгук, — Тэхён бережно обхватывает его заплаканное лицо в свои ладони и убирает подушечкой большого пальца его слёзы, пока его сердце бьётся настолько сильно и быстро, что будто хочет пробить его грудную клетку.       Неужели Чонгук всегда любил только его, Ким Тэхёна, что работал у него телохранителем? Как такое вообще возможно? Разве он не женился по любви? Тэхён так о многом хочет расспросить, но понимает, что они оба совершили ошибку, когда не признались друг другу с самого начала. Так они бы не потеряли столько времени, были бы счастливы вместе, и ни о каком расставании не было и речи. Из-за своей недосказанности они потеряли шанс любить и быть любимым. Но сейчас ещё не поздно, ведь так?..       — Ты наверняка удивишься, но я полюбил тебя, когда увидел впервые, — шёпотом признается Тэхён, сталкивая их лбы воедино, также как и сердца.       Сердце Чонгука замирает, когда он слышит эти слова. Ему кажется, что это плод его воображения, потому что Тэхён не мог любить его, ведь считал только сексуальным партнёром. Но то, что он услышал сейчас, заставляет его сердце ходить ходуном, биться о грудную клетку, не зная, за что зацепиться, чтобы остаться в здравом уме. Неужели Ким действительно полюбил его, когда впервые увидел на работе? Но, как так получилось, что Чонгук этого не замечал? Он всегда считал, что Тэхён не видит в нём никого, кроме партнёра по сексу, что сейчас попросту не может поверить в это.       Но теперь, после их признания в любви друг другу, он чувствует Тэхёна, чувствует его любовь и теплоту в действиях. Понимает, что они потеряли четыре года своей жизни, хотя могли изначально признаться и быть счастливыми друг с другом. Если бы Чон ещё до свадьбы узнал, что Тэхён любит его, он сразу же сообщил бы об этом отцу, потому что всегда хотел и хочет быть только с Кимом, и ни с кем больше. Но сейчас ещё не поздно для этого, ведь так?..       Когда их губы сливаются в нежном поцелуе, кажется, что вся вселенная останавливается ради них, чтобы посмотреть на их любовь. Чонгук зажмуривает глаза, сильнее цепляется за мужчину, а Тэхён удобно располагает ладони на чужой талии, будто их место всегда было там, и притягивает его ближе к себе, заставляя сесть ему на колени. Они, словно изголодавшие звери, что так долго не видели друг друга, теряются друг в друге, забывая обо всём на свете и обо всех. Им пришлось очень долго ждать, чтобы, наконец, быть вместе, поэтому они больше никогда не потеряют друг друга, любя и наслаждаясь жизнью друг с другом. Сегодня они будут любить друг друга больше, чем вчера, но меньше, чем завтра.       — Значит, сегодня придётся уйти пораньше, — усмехается Джевон, начиная собираться и игнорируя пошлые звуки, что доносятся из кабинета мистера Кима.       Они больше не просто бесчувственно трахаются, наплевав на чувства друг друга, и не проявляя никакого уважения друг к другу. Теперь они занимаются любовью, долго растягивая прелюдии, уделяя время ласкам, и друг другу. Им ещё много о чём придётся поговорить, понять, что не всё так потеряно, что у них ещё есть время любить друг друга, наслаждаться друг другом и никогда больше не умалчивать о своих чувствах. Ведь лучше всего говорить о своей любви, чем надеяться, что человек прочтёт твои мысли, и то, что творится у тебя на сердце. Твои волосы — самые нежные лепестки алых роз, играющих с ветром. Твои глаза — чёрные, кристально-чистые, как морионы, наполненные множеством тайн и загадок. Когда ты смотришь на солнце, они начинают играть с его тёплыми лучами, устраивая тихий вальс. Твои губы — что-то запретное, греховное, Но в то же время пробуждающие во мне самые потаённые желания. Они — как самый чистый афродизиак. Ты — воплощение всех моих грёз, желаний, Моя заветная мечта. Любить тебя — это гореть в адском пламени, Сжигать всё на своём пути, Но никогда не сдаваться, И идти всегда вперёд. Пылко прижиматься к твоим сладким устам. Бесконечно долго шептать тебе слова о любви. Быть с тобой единым целым и не иметь возможности выбраться из твоих прочных оков, Что связывают меня, лишая свободы. А я не против. Я сам добровольно позволю себе тонуть в твоих чёрных омутах. Позволяю разбивать своё сердце на мириады маленьких частиц, А после собирать их обратно, Чтобы ещё раз услышать от тебя нежное, наполненное чем-то сладким и запретным, «люблю». Потому что быть любимым тобой — самая большая честь для меня…