Мгновения жизни

      — Я с Вами никуда не пойду, — твёрдо произнес Итадори, медленно отступая спиной обратно в ванную комнату. Этот день может уже закончиться или нет?       — Как интересно, — протянул незнакомец. — Ты понял, кто я, и зачем пришёл. Откуда обычный гражданский может знать это?       — Думаю, мне незачем отвечать на этот вопрос, — Юджи рукой зачесал назад влажные розовые пряди и сверкнул своими янтарными глазами, заставив мага на секунду замереть.       — Как невежливо так общаться со своим опекуном и другом детства, — его губы снова растянулись в усмешке, скрывая непонятный ступор. Итадори мысленно обматерил себя, потому что снова нечаянно применил манипуляцию воспоминаниями. Теперь думай, что правда, что нет, — Юджи-кун.       Так, а это странно. Никто имени его из «очарованных» не знал. Либо этот шаман настолько силен, что способен противостоять его технике, и действительно говорит правду, либо на него она подействовала частично, потому что в далёком детстве не припоминает его.       — Раз уж Вы знаете моё имя, — его уже дрожь пробивала из-за прохладного ветра, — то что насчёт Вас?       — Годжо Сатору, — самодовольно усмехнулся мужчина, наблюдая за тем, как удивление мелькает на лице подростка. — Сильнейший шаман этого времени. Твой дед попросил меня быть твоим опекуном. Не знал, что Васуке прятал такой экземпляр. Он всячески препятствовал нашей встрече.       Итадори поморщился от того, с каким интересом и наигранным доброжеланием тот произносил последние слова. Насчёт опекуна этот маг прав. Его имя и фамилия мелькали во всей документации на квартиру. Даже счета оплачивались от него. Ладно, парень немного сбавит обороты.       — Это не значит, что я должен идти с Вами, — черты лица немного расслабились. Итадори устало вздохнул и отвернулся от шамана, продвигаясь на кухню.       — Я не просил делать это, — Годжо последовал за парнем, подмечая в мыслях отличную физическую подготовку. Для шестнадцатилетнего он очень хорош. А проклятая энергия поражала контролем и лёгкостью. Цвет, ощущение разные, если сравнивать с другими. — Хотелось лишь познакомиться со спасителем моего ученика, а он ещё оказался моим подопечным!       — Не говорите так, словно мы сто лет знакомы, — Итадори расхаживал в одном полотенце, пока ставил чайник. Гостеприимство никто не отменял. — Чай? Кофе?       — Тебя? — Юджи скептическим взглядом окинул мужчину, который готов уже лопнуть от самодовольства. — Шучу-шучу, не смотри так убийственно! Ты слишком напряжен.       Парень тяжко вздохнул, заваривая чёрный чай и заливая растворимый кофе себе кипятком. Может, и так, но сегодня выдался безумный день. Смерть близкого человека, разбор с юристом завещания деда, оформление всяких документов, борьба с проклятием, хоть оно и не было сильным, неизвестный артефакт, переживания за семпаев и незнакомого брюнета. А ещё к нему заявился непонятный опекун, который ещё и являлся шаманом. Ведёт себя так, словно они знакомы давно. Да, может, это он повлиял на такое отношение, но всё же. Так что да, он имеет право быть напряжённым. И, конечно, имеет право выгнать этого человека из дома, который проник к нему через окно. Черт, нет, подросток всё же раздражен.       Парень поставил кружку перед носом Годжо вместе с сахарницей, а сам сел напротив с кофе. Шаман с лёгкой улыбкой поставил на стол пакетик, находившийся в его руках всё это время, и достал кикуфуку со словами: «Угощайся». Итадори с удивлением посмотрел на Сатору и губы сами растянулись в нежной улыбке. Странный человек.       — Спасибо, — взяв одну, тихо произнес подросток. Годжо же задумчиво помешивал чай с четырьмя ложками сахара и наблюдал за тем, как мягкая блуждающая улыбка открывала всю усталость, боль. Сукуна был другим, и совершенно не похож на своего младшего.       В тот момент Сатору ощутил воздействие техники на свою пустоту и ради интереса убрал щит. Одной лишь секунды хватило, чтобы в его мозг проникли и переполошили воспоминания, засовывая туда младшего из близнецов. Когда следы проклятой энергии привели его к дому отшельника Васуке, Годжо понял, что старик ему безбожно врал о бесталантности и отсутствии магического потенциала у его внука. И сейчас он смотрит на своего официального подопечного и понимает необходимость забрать парня к себе. В магическом сообществе грядёт революция, ему нужны сильные и верные товарищи, ученики. Маг чувствовал, что именно этой частички не хватает в его команде. По Юджи видно, что тот имеет твёрдые убеждения и что такой же безумец. Ни у одного шамана с головой не все в порядке. Пока парень погрузился в свои мысли, Сатору в наглую пользовался своими шестью глазами, рассматривая старые шрамы от окурков на руке, длинные полосы на сильной спине. Сукуна глубоко заблуждался насчёт жизни Юджи.       — Почему ты не хочешь так идти со мной, Юджи-кун? — поинтересовался Годжо, нарушая уютную тишину. Лёгкий полумрак из-за тусклого света лампы располагал к таким посиделкам, но Итадори всё ещё был напряжен в компании незнакомого шамана, мотивы которого не ясны.       — Мне не хочется бороться с проклятиями каждый день, — волосы уже высохли и немного вились, холод уже не так напрягал: — Хочу обычную жизнь: с работой, домом, любимым человеком, как бы смешно это не звучало.       С губ парня сорвался смешок, а затем он светло улыбнулся, сказав, что и так незаметно уничтожает паразитов на людях. Ему этого достаточно. А ещё парень обязан найти брата, но об этом шаману знать не надо.       — Какой ты скромный, — на это Юджи лишь пожал плечами и поднялся со своего места, направляясь в комнату, чтобы всё же одеться. Полотенце начало сползать. А Годжо точно с какой-то затаенной одержимостью вцепился в идею забрать парня к себе.       Итадори переоделся быстро, стараясь в голове осмыслить весь этот странный диалог, ситуацию в целом. Сегодняшний день точно вышел за рамки нормальности. Шаман подозрительно вальяжно, спокойно ведёт себя с ним, а парня это очень напрягает. Шестое чувство вопило о том, что за спиной нужно следить. Он замер на месте, поправляя футболку. Пронзительный взгляд буквально упёрся ему в затылок. Одно мгновение и Юджи перехватывает чужую руку, крепко сжимая. Этот маг собирался его вырубить. Это ощущается по импульсам проклятой энергии.       — Что Вы творите, Годжо-сан? — мягко улыбнулся парень, еле сдерживая желание притянуть этого наглого мужчину и погрузить в самые тяжёлые иллюзии. Если эмоции выйдут из-под контроля, то это сможет произойти. А что ему выкинет воспаленный мозг, подросток не знал.       Они стояли практически впритык. Между лицами сантиметров четыре, ощущалась тяжёлая аура. Сатору тянул губы в усмешке, радуясь, что попал в область движения чужой проклятой энергии. Теперь он ощутил всю скрытую мощь и потенциал, который тот сдерживал. Силу в руках. Для надёжности Юджи схватил и второе его запястье. Годжо ждал от себя нестандартного поведения из-за влияния на его мозг, но он не ожидал от себя чувств. То, каким образом парень обратился к нему, вызвало дрожь.       Шаман отошёл от Итадори и засунул руки в карманы, не переставая ухмыляться. Он достал проклятый амулет и бросил его парню. Тот поймал уже знакомый шар и крупно вздрогнул. Головная боль снова прошила затылок. Покачнувшись, Юджи сильнее сжал предмет, замечая, как золотой зрачок посередине расширяется. Перед глазами замелькали лепестки сакуры, золотые нити охватывали толпу людей, сидевших перед ним на коленях. Он ощутил огромную благодарность от них. Будто парень являлся для них чуть ли не богом. Видение пропало тогда, когда заговорил шаман.       — Ты знаешь, что это за артефакт? — указал мужчина на предмет в его руке. Подросток отрицательно мотнул головой: — Слышал о Двуликом Призраке?       — Демон, который бесчинствовал больше тысячи лет назад, — поморщившись от боли в голове, прохрипел тот.       — Верно, но… — Годжо комично наклонился в сторону, будто его забавляла данная ситуация. — Никто не задумывался, почему проклятие стало таким сильным, что при его уничтожении шаманам пришлось запечатать часть его силы в этой сфере. Кем он был до, и сколько в нем душ.       — К чему Вы это ведёте? — ему совершенно не нравилась ситуация, в которой он находится.       — Существует легенда, что Двуликий появился из слияния души проклятия и человека, связанных родственными узами, — Сатору склонился над подростком, даже сквозь маску испепеляя заинтригованным взглядом. — А при запечатывании две души смогли ускользнуть от шаманов, оставляя лишь добрую половину мощи в сфере, которая реагирует только на истинных хозяев. Работа была проведена некачественно.       — То есть? — янтарные глаза расширились.       — До момента, пока ты не прикоснулся к амулету, он спал, и снятие печати позволило ему призвать проклятие, чтобы найти тебя, — Годжо шумно вздохнул, ощущая неимоверную тягу к Юджи. Чёрт, именно об этом ему и говорил Сукуна, а он, как ребёнок, повёлся на «авось пронесёт». Нужно будет сходить к Сёко. — Ты одна из тех душ Двуликого, только неизвестно какая. Та, которая творила хаос, или та, что стала его причиной.       — Как понимаю, Вы мне не всё рассказали, — нахмурился Итадори, отступая назад на два шага. От него идёт очень странная аура, которую даже его эмпатия не может чётко разделить на компоненты чувств.       — Да, но, считаю, сегодня потрясений достаточно, — уже мягко улыбнулся Сатору, замечая, как подросток увеличил расстояние между ними. Это почему-то ощутимо ударило по нему, хотя должно было вызвать восторг, что его опасаются, как обычно. — Всё же предлагаю тебе обдумать о поступлении к нам в магический колледж.       — А, может, мы просто забудем об этом, и все будут довольны? — неловко предложил он.       — Нет! — радостно и предвкушающе воскликнул шаман.       Итадори с досадой приложил ладонь ко лбу и взглядом проследил за тем, как Годжо садится на подоконник, разворачивается к окну и со словами «Я ещё вернусь, Юджи-кун!» спрыгивает вниз. Парень облегчённо выдохнул и закрыл окно, освобождая себя от контроля над проклятой энергией и чувствами. Его, чёрт возьми, трясло. Янтарные глаза стали практически золотыми. Он резко сел на пол, зарылся в нежно-розовые пряди и с силой сжал, пытаясь прийти в себя. Белые сферы летали вокруг него, наполняясь чернью. Таким образом подросток старался из себя убрать негативные эмоции, чтобы не натворить ещё что-то. Значит, его семпаи пострадали из-за него, тот брюнет тоже. Но он-то откуда знал, что является частью самого опасного проклятия в истории магического сообщества. И вообще не собирался Итадори лезть туда. Годжо его найдёт в Токио, тем более он его опекун и был в курсе всей недвижимости. Если судить по счетам, этот чёрт очень богат. Соответственно связей у него много не только в магическом обществе. Господи, дед, не зная всего, опекунством этим немного затянул на шее Юджи петлю. Как теперь быть? Как избавиться от навязчивых шаманов? В голове набатом звенело, что никак. Он допустил много ошибок. Изначально этот день начался не так. Слезы безысходности вырывались наружу.       Итадори поднялся с пола, замечая, что артефакт мужчина забрал, только непонятно — когда. Подросток медленно зашёл на кухню, замечая помытую кружку и остатки кикуфуку* — к слову Юджи не знал, что Годжо никогда не делился десертами с кем-то. Он взял одну и закинул в рот. Сладость немного облегчила его моральное состояние. Мягкая улыбка расцвела на лице. И всё же классические моти ему нравятся больше.