Танец в бездне

Элизабет не ожидала, что столкнется с Уильямом на лестнице. И уж точно не ожидала, что не удержит равновесие, и мужчине придется ее ловить. – И куда ты так спешишь? – Уильям окинул недовольным взглядом парик Элизабет и безымянный палец без помолвочного кольца. – Остались еще незавершенные дела, – леди Мадельтон завела левую руку за спину, будто чувствуя вину, что опять не надела кольцо. – Не волнуйся. Это последний раз, когда я использую этот облик. Со следующей недели обещаю заняться подготовкой к свадьбе. Было решено провести свадьбу как можно скорее. Но и у Уильяма, и у Элизабет еще были дела, потому все вопросы подготовки временно взял на себя Альберт. Леди Мадельтон было стыдно, что она скинула работу на старшего Мориарти, потому пообещала, что вскоре поможет Альберту. Уильям никаких обещаний не давал, но и без слов было понятно, что он не останется в стороне. – Снова семейная тайна? – уточнил Уильям, намекая на поездку Элизабет к брату. – Нет. Просто это не то, что я готова рассказать высшему обществу о себе. Меня ведь теперь все узнают на улицах, а любое мое слово превращается в сплетню, – вспомнив о последних слухах Элизабет устало вздохнула и поправила парик. Махнув рукой, девушка выскочила из особняка, чтобы отправиться по делам. Удивленный Уильям все еще остался стоять на лестнице с протянутой рукой. Мужчина думал проводить ее хотя бы до ворот, но девушка уже убежала. И почему-то ее побег задел Мориарти. Элизабет не собиралась каким-либо образом задевать Уильяма, но девушка очень спешила. Вчерашнее письмо, отправленное надежными партнерами, вселило в леди Мадельтон надежду на исполнение давней мечты – постройка школы в родном городе! Элизабет уже два года обращалась в различные компании с проектом строительства подходящего здания в Брендтоне. Но все отказывали. Никого этот проект не заинтересовал, да и не желали компании связываться с леди из бедного рода. Хотя Элизабет скопила достаточно денег, чтобы полностью покрыть проект, у нее не было необходимой репутации и надежного поручителя. А еще никто не верил, что женщина может управлять таким проектом. Но сегодня все могло измениться. Элизабет бежала по улицам Лондона, провожаемая удивленными и неободрительными взглядами жителей. Несколько раз она натолкнулась на кого-то и, не слушая возмущенных воплей, пронеслась дальше. У девушки была цель, и она спешила к ней, как только могла. Сегодня ей не надо было носить маску леди Элизабет Мадельтон, потому девушка могла себе позволить вести себя так, как ей хочется. То есть, нестись по городу, расталкивая людей, и широко улыбаться. Элизабет остановилась лишь у небольшого кирпичного здания, отдышалась, огляделась и, убедившись, что рядом никого нет, поправила парик. И только тогда постучала в дверь, откуда сразу донесся знакомый голос: – Кто там? Мы так рано никого не принимаем! – Когда города закрывают врата перед героями, они обрекают себя на гибель, – придуманный три года назад пароль сейчас казался Элизабет немного нелепым и глупым, но в то же время был таким желанным. Наконец, девушка произнесла его. – Леди Элизабет Мадельтон? – раздался удивленно-радостный голос, и дверь тут же открылась. – Мы и не надеялись, что Вы придете так рано! – Когда мне сообщили такие радостные новости? Вы серьезно? – Элизабет с улыбкой вошла в помещение и с интересом уставилась на встретивших ее людей. Братья Лоренс, основатели компании «Светлое завтра», в которую Элизабет вложилась три года назад, разрешив начать возвращать деньги только через год работы, встретили свою благодетельницу счастливыми улыбками. Люди, в которых Элизабет увидела потенциал. За три года работы они превзошли все ожидания леди Мадельтон. А еще оказались невероятно преданными людьми, которые не только вернули все вложенные в них средства с процентами, но и сделали Элизабет партнером, который мог рассчитывать на тридцать процентов от доходов компании, которые были очень неплохими. Кто бы мог подумать, что создание интерьера может принести столько денег. Даже Элизабет, предполагавшая, что интерьером заинтересуются выбившиеся в богачи простые люди, и не думала о таком впечатляющем результате. Братья Лоренс, не ожидавшие, что их начинания кто-то поддержит, тоже были удивлены. В первую очередь щедростью своего спонсора, а во вторую – собственными успехами. Три года назад братья сами занимались дизайном интерьера. Сейчас же у них в подчинении было свыше тридцати человек, и на братьях осталась лишь юридическая работа. И все благодаря девушке, стоявшей перед ними. – Мы ради видеть Вас, – мужчины дружно поклонились леди. Они не стали спрашивать, почему леди Мадельтон сегодня выглядела иначе, чем в их первую встречу или в газетах. И за это девушка была благодарена. Братья Лоренс не лезли в чужие дела и уважали чужие тайны. А эти качества Элизабет очень ценила в людях. – Я тоже. Поздравляю вас с успехами и благодарю за оказанную помощь в поиске партнеров. В письме Вы сказали, что одна компания одобрила мою заявку. Расскажете подробнее? – Элизабет села в предложенное кресло и сняла надоевший парик. Тряхнув головой, девушка достала из сумки письмо и помахала им перед братьями. – Когда стало известно о вашей помолвке, нам сразу же пришел ответа из компании графа Карлая. Они согласились реализовать проект, но им нужен точный план, а также договор, составленный Вами. Почему-то компания отказалась от стандартного договора… – кратко пояснил все старший брат. Кажется, его звали Элиот. – Граф Карлай? – удивленно уточнила Элизабет. Тот самый граф Карлай, которому было решено сохранить жизнь? Вот это неожиданность. Может, судьба и правду существует? Леди Мадельтон усмехнулась и покачала головой. Какие только в голову не придут глупости, когда в твоей жизни начинается светлая полоса. – Именно. Обычно его компания работает по стандартному договору, но Вам решили предложить другие условия. Нам прислали сопутствующие документы, чтобы Вы могли с ними ознакомиться. Ваш ответ они ждут через неделю, – младший из братьев подал леди толстую папку с документами. Мельком просмотрев пару страниц, Элизабет устало вздохнула. Да, работы предстояло много. Но она была в радость. Ведь это означало, что мечта леди Мадельтон начинала претворяться в жизнь. – Прекрасно… – пробормотала Элизабет и убрала документы обратно в папку. – Вы доказали, что три года назад я не зря выбрала вас. Если сделку одобрят, я готова еще вложиться в вашу компанию. Братья Лоренс переглянулись. Если не знать об их родстве, то можно и не понять, что они братья. Настолько разными были мужчины. Старший – невысокий тучный мужчина, уже начинавший лысеть. И, чтобы скрыть лысину, он всегда ходил в шляпе. Младший – выше брата на голову, худощавый, с длинными светлыми волосами и щенячьим взглядом. Будто бы ребенок в теле взрослого. Но Элизабет прекрасно знала, что все идеи для интерьера придумывал именно он. И пусть младший из братьев Лоренс был немногословным, именно он играл ведущую роль в братском дуэте. Элиот лишь во всем его поддерживал и помогал исполнить мечты. – Это еще не все, – прочистил горло Элиот. – Мы бы хотели предложить Вам общее дело. У моего брата возникла идея: открыть на Вашей земле школу для нашей компании. Мы могли бы обучать молодых людей нашей профессии и после принимать их к себе на работу. Один мальчишка из Вашего города уже работает на нас, и мы очень довольны его успехами. Если все жители Брендтона такие, то мы хотели бы видеть их в своей компании. Элизабет задумалась. Предложение и вправду было выгодно обеим сторонам, но хватит ли на это ресурсов? У компании – денежных, у Элизабет – человеческих. Захотят ли жители Брендтона обучаться создавать интерьер? Сколько будет желающих? Как долго будет длиться обучение? Слишком много деталей, которые стоит обсудить и продумать. – У Вас есть план обучения? – Элизабет тут же получила еще одну папку. Только она была раза в четыре тоньше предыдущей. – Тогда я все просмотрю и дам вам ответ. В любом случае, благодарю за такое щедрое предложение. – Это мы Вас должны благодарить за поддержку. Это меньшее, что мы могли сделать, – дружно поклонились братья Лоренс. Они не стали задерживать леди Мадельтон, прекрасно понимая, что у нее есть дела. Да и у самих мужчин скоро начинался рабочий день. Так что вскоре они распрощались с Элизабет, надевшей обратно парик, и проводили ее до дверей, где еще раз заверили ее в желании продолжать совместную работу. В особняк Мориарти Элизабет вернулась уставшей, но очень довольной. Кто бы мог подумать, что помолвка с Мориарти окажется такой полезной. Девушка не сомневалась, что причиной неожиданного согласия компании стала именно помолвка. Ведь никаких других изменений в жизни Элизабет не произошло, чтобы компания вдруг изменила свое мнение. Все ищут выгоду, и компания графа Карлай нашла свою. Еще бы узнать, в чем именно она заключалась, но это позже. Сначала надо изучить полученные документы и составить договор. Но для этого Элизабет понадобится помощь старого знакомого. А значит, надо было срочно возвращаться в родное поместье. Элизабет уже собирала вещи, когда в комнате появилась удивленная Диана и, узнав о намерениях госпожи, бросилась ей помогать. Но ее тут же остановили. – Прости, но в этот раз я поеду одна. Ты нужна мне здесь. Через два дня в Лондон приедет Марта с дочерью. Тебе надо будет помочь им устроиться. Мне некому больше их доверить. А в поместье мне ничего не грозит. Я быстро закончу дела и вернусь, – Элизабет ободряюще сжала руки обиженной Дианы и улыбнулась ей в попытке утешить и успокоить. – Тогда давайте дождемся Марту и вместе отправимся в поместье! – сдаваться так просто Диана не собиралась. А если что-то произойдет в пути? – Не могу. Мне дали неделю на ответ. Пока я доберусь до поместья, пока переговорю с мистером Сноу, пока вернусь… Прости, Диана, но тебе придется остаться. Я даю слово, что быстро вернусь и буду осторожной, – Диана хотела бы воспротивиться, многое высказать госпоже, но не стала. Только обреченно вздохнула и кивнула, принимая правоту Элизабет. Но взамен потребовала, чтобы миледи больше не оставляла ее одну. И напомнила ей об этом за обедом, на котором неожиданно вновь собрались все жители особняка Мориарти. – Элизабет, ты куда-то собралась? – с вежливой улыбкой поинтересовался Альберт, но Элизабет уловила легкое раздражение в голосе мужчины. Кажется, он успел пожалеть о том, что временно взял на себя все дела по организации свадьбы брата. И старший Мориарти очень хотел напомнить девушке о ее обещании помочь. – Сегодня мне пришло выгодное предложение, – леди Мадельтон кратко объяснила сложившуюся ситуацию. – Как понимаю, выбора у нас нет, – устало вздохнул Альберт и прикрыл глаза. Видимо, еще неделю ему придется страдать. – Прошу прощения за доставленные неудобства, – Элизабет было неловко, что она против воли нарушила обещание. – Я отправлюсь вместе с тобой, – внезапно заявил Уильям, и все удивленно посмотрели на него. Больше всех были удивлены Элизабет и Альберт. – Зачем? – одновременно спросили они и переглянулись. – Это будет неплохой демонстрацией нашей привязанности. Заодно я смогу помочь с договором и посмотреть на земли Мадельтон. И, конечно, обеспечу безопасность Элизабет, чтобы Диана не волновалась. А Диане поможет Льюис. Думаю, гостей можно расположить в вашей старой квартире, – спокойно рассуждал Уильям. И спорить с ним никто не решился. Как всегда, мужчина предложил лучший вариант, который устроил всех. Ну, возможно, кроме Альберта, чьи мечты о помощи были разбиты суровой реальностью. Уточнив еще несколько деталей, все разошлись. Кто-то ушел собирать вещи, кто-то отправился заниматься уборкой, у кого-то еще остались дела в городе, а кто-то сидел в кабинете и разбирал бумаги. У всех были свои дела, но каждый трудился на общее благо. И, наверно, именно это примирило уставшего Альберта со сложившейся ситуацией.

***

Уильям, изъявивший желание отправиться вместе с Элизабет, спешно заканчивал задания для своих студентов. Ведь времени на это позже не будет. После поездки надо будет сразу отправиться в университет. – Брат, почему ты решил отправиться с Элизабет? – спросил Льюис, принесший Уильяму чай. Уже было поздно, а брат все еще работал, что беспокоило младшего Мориарти. – Хочу лично увидеть то, о чем рассказывал Фред, и составить окончательное впечатление о ней, чтобы закончить свой план. Да и со мной будет быстрее и надежнее. А то Диана будет волноваться, что скажется на ее работе, – равнодушно пожал плечами Уильям и глотнул чаю. – Я прослежу, чтобы все прошло гладко, – Льюис приложил руку к груди в знак своей искренности. – Школа… думаешь, у Элизабет получится построить ее? – Получится. В этом я ей помогу. Самому интересно посмотреть на результат, – хмыкнул мужчина, и на этом разговор закончился. Льюис покинул кабинет брата, надеясь, что Уильям ради поездки не будет себя истязать и ляжет спать пораньше. Уильям и вправду не стал сидеть с документами допоздна. Но ложиться спать мужчина не спешил. Он открыл окно, поджег сигарету и задумчиво уставился на листы досье Элизабет Мадельтон, которые Мориарти знал наизусть. Взгляд привычно нашел строки о ее достижениях в управлении Брендтоном. Наладила торговлю, дала открытый доступ к своим землям, отправляла детей учиться. А теперь решила построить школу. Уильям представлял, сколько сил могло уйти на этот проект и как сложно было добиться его реализации. Неудивительно, что Элизабет так ухватилась за этот шанс. И Мориарти был готов сделать все, чтобы этот шанс стал реальностью. Образование необходимо этой стране. Оно должно быть доступно не только аристократам. Если в городе не было школы, то она должна там появиться. Было бы прекрасно иметь еще и университет, но до этого пока далеко. Да и где найти преподавателей, которые захотят уехать в глушь? Все же владения Мадельтон – земли отдаленные и не самые богатые. Когда-то девушка сказала Уильяму, что до встречи с ним стояла на месте и лишь мечтала об изменениях страны. При этом Элизабет многое сделала для Брендтона. Но почему-то об этом не упомянула. А еще забыла сказать, откуда берет деньги. Ведь переводчиком много не заработаешь, а других известных Уильяму доходов у леди Мадельтон не было. И все-таки она нашла средства на постройку школы. Откуда? Уильяму был интересен ответ. А еще интереснее больше узнать об Элизабет. Потому он и предложил отправиться вместе с ней. Ну, была еще одна причина, но о ней мужчина вспоминать не хотел. Ему и так надоели письма с приглашениями на различные светские мероприятия, чтобы еще вспоминать о них. А так появилась прекрасная причина их проигнорировать – поездка с невестой на ее родину. Выдохнув облачко дыма, мужчина прикрыл глаза, вспоминая первую встречу с Элизабет Мадельтон. Тогда в поезде она показалась ему забавной со своими жалкими попытками спрятать красоту. На балу графа Ларкинс Элизабет удивила резкой сменой внешности. А позже впечатлила смелостью и решительностью. Эта девушка появилась неожиданно и принесла в жизнь Мориарти порядок. Почему-то именно это слово пришло на ум первым. С Элизабет все планы Уильяма стали складываться так просто. Не приходилось долго размышлять над ними. Все будто бы происходило по желанию Уильяма, упрощая тому задачу. Конечно, оставались определенные сложности, но они были всегда. Но с приходом Элизабет эти сложности перестали волновать мужчину. Зато стали волновать другие вещи. Например, прошлое девушки. Конечно, Уильям обладал информацией. Но это были всего лишь факты. Мужчина не знал ни причин, ни испытываемых в тот момент. А Ему хотелось узнать все. Его терпение было вознаграждено, и Элизабет на днях сама рассказала о кольце, но Мориарти было этого мало. Потому он хотел посмотреть на поместье Мадельтон. – И я смогу решить, какое же место ты займешь в моих планах, – мужчина затушил сигарету, покрутил в руках шахматную королеву, ставя ее то рядом с королем, то чуть позади. Так и не выбрав клетку, Уильям хмыкнул и поставил фигуру рядом с шахматной доской. Еще не время. Но скоро королева займет свое место на этой доске.

***

– Не задерживайтесь надолго! И в этот раз не отправляйтесь лично проверять новую кузню! И… – список Дианы был длинным, но Элизабет смиренно слушала его. Ведь десять минут назад подобную лекцию выслушивала ее подруга, чтобы не возникло проблем с приездом Марты. Так что все было честно. Диана еще бы многое сказала, но на пороге комнаты показался Уильям в дорожном светлом костюме. Мужчина напомнил о цели поездки и поторопил девушек. Диана тут же охнула и тайком положила в саквояж госпожи еще одно платье и шаль. И все было сделано так быстро, что Элизабет ничего не заметила и спокойно приняла из рук подруги саквояж, который тут же перехватил Уильям. – Ты кольцо забыла надеть, – хмыкнул Мориарти, не дав Элизабет начать возмущаться. Пристыженная девушка, временами все еще забывавшая об обручальном кольце, спешно надела его и гордо продемонстрировала довольному мужчине. Уильям усмехнулся и первым двинулся к лестнице, намекая, что пора идти. Элизабет отправилась следом, а Диана немного задержалась, чтобы найти ту милую шляпку, которая прекрасно подошла бы к дорожному платью госпожи. И, найдя ее, рванула следом за Элизабет, чтобы уже у лестницы надеть шляпку на миледи. Провожавшие их Альберт и Льюис дружно хмыкнули. Они уже привыкли к подобному поведению Дианы. Альберт даже как-то сказал, что из Дианы выйдет прекрасная мать. Если любовь к дочери перевесит любовь к Элизабет. – Мы вернемся через шесть дней. Льюис, будешь сопровождать Диану во всех ее деловых поездках. Альберт, прости, что оставляем на тебя свадебные хлопоты, но сам понимаешь… – старший Мориарти устало вздохнул, но все-таки нашел в себе силы кивнуть Уильяму и пожелать ему с Элизабет хорошей дороги. Льюис же проводил брата до ворот поместья и даже помог устроить вещи молодых людей. Затем пожал Уильяму руку и неожиданно обратился к Элизабет. – Не волнуйся за Диану. Я присмотрю за ней, – и взгляд такой серьезный, что Элизабет не сомневалась: Диана будет в безопасности. Поблагодарив кивком, Элизабет попрощалась с младшим Мориарти и залезла в кэб. Спустя минуту к ней присоединился Уильям, и кэб тронулся. Путь до вокзала прошел в тишине. Элизабет, всю ночь изучавшая документы, тщетно боролась со сном, но вскоре уже сладко спала на плече, которое мужчина вовремя подставил. И проспала до самого вокзала. Если бы не поезд, прибывавший через десять минут, Уильям бы позволил Элизабет отдохнуть еще. А так пришлось разбудить девушку и помочь ей вылезти из кэба. Сонная Элизабет потянулась за своим саквояжем, но его снова перехватил Уильям. – Держись за меня, – так как обе руки Мориарти были заняты багажом, Элизабет ухватилась за локоть Уильяма. И вовремя. Проходивший мимо мужчина загляделся на Элизабет и, кажется, хотел подойти к прекрасной незнакомке поговорить, но упреждающий взгляд Мориарти и рука леди Мадельтон, сжимавшая локоть Уильяма, это желание отбили. А еще Мориарти «случайно» отбил ноги двум наглым пассажирам, мешавшим пройти, и с удовольствием прошелся по ногам излишне любопытного парнишки, стоявшего у окна. Да, без Уильяма Элизабет до своего купе добиралась бы долго. А с Мориарти это заняло всего три минуты. Замерев у своего купе, Элизабет хотела поблагодарить мужчину, но ей не дал сделать это чей-то окрик. – Лиам! – Элизабет и Уильям обернулись и увидели темноволосого мужчину, спешащего к ним. В его синих глазах плескалась радость встречи. Взгляд его был направлен исключительно на Уильяма. – Не ожидал, что встречу тебя здесь! Последние слова незнакомец произнес, когда приблизился к паре. Он до сих пор не замечал стоявшую рядом Элизабет и обращался только к Мориарти. Впрочем, нарушитель спокойствия быстро заметил обручальные кольца и все-таки соизволил обратить внимание на Элизабет. – Думаю, сначала стоит зайти в купе и уже там продолжить разговор, – Уильям открыл купе и первым зашел внутрь. Элизабет, багаж которой остался в руках Мориарти, ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Незнакомец же, о чьей личности девушка догадывалась, зашел последним и закрыл за собой дверь. Уильям расположил вещи, чтобы они не мешались, и устроился у окна. Незнакомец сел напротив, бросив насмешливый взгляд на саквояж Элизабет. Ну, не объяснять же мужчине, что там почти нет вещей! Сплошные документы да книги… – Так вот о ком читала мисс Хадсон и все восклицала о прекрасных светлых чувствах, – хмыкнул брюнет, сев напротив Уильяма. – Не ожидал, что любовная лихорадка коснется и тебя, Лиам. Лиам? Значит, это было такое сокращения имени Уильяма? Как красиво и необычно… Но почему-то Элизабет даже мысленно не могла так обратиться к Мориарти. – Позволь представить тебе мою любовную лихорадку (проще говоря, невесту). Леди Элизабет Мадельтон. Элизабет, это мистер Шерлок Холмс, – насмешливо представил друга Уильям, и Элизабет изобразила вежливую улыбку. А сама лихорадочно обдумывала свое поведение. Что же, личность брюнета подтвердилась. Это и вправду был Холмс. Внимательный, умный, догадливый. Опасный противник, против которого предстояло сыграть. И какую же маску выбрать? Кем предстать? Уильям говорил, что никто не должен был догадаться о фальшивой помолвке. Значит, и перед ним надо было разыгрывать любящую пару? – Приятно познакомиться, мистер Холмс. Кажется, Вам не по душе «любовная лихорадка»? – Элизабет решила немного изучить Холмса, чтобы выбрать идеальную для него маску. – Девушка делает мужчину глупее и слабее, – фыркнул Шерлок и потянулся к сигаретам, но тут же отдернул руку, заметив взгляд Уильяма. Конечно, курить при леди неприлично! – А если девушка умная? – уточнила Элизабет, медленно двигая рукой в сторону Уильяма. – Тогда у мужчины совсем не остается шансов, – пожал плечами Холмс и как-то странно посмотрел на леди Мадельтон. Будто бы пытался в ней разглядеть кого-то другого, кому могли бы быть адресованы его слова. Интересно, о ком он думал в тот миг? – Не ожидал встретить тебя здесь. Куда направляешься? – увел беседу от опасной темы Уильям. Холмс сразу же с удовольствием переключился на Мориарти, вновь забыв об Элизабет. – Ох… все женщины виноваты, – недовольно буркнул Холмс. – У знакомой мисс Хадсон убили мужа, а обвиняют ее. Вот меня и отправили разобраться, сказав, что если я не поеду, то могу тут же выселяться. А искать новое жилье совсем не хочется… – Уверен, ты быстро все выяснишь и вернешься обратно. В чем тут проблема? Не сомневаюсь, что у тебя уже есть подозреваемые, – хмыкнул Уильям, и разговор ушел к различным версиям преступления. Элизабет не особо вслушивалась в их беседу. Больше наблюдала за выражением мужских лиц. Губы, стянутые в усмешки и самодовольные улыбки, блеск глаз, в которых плескался азарт, желание обойти своего друга-соперника и удовольствие от беседы. Невольно мужчины подавались чуть вперед, будто бы желая быть ближе друг к другу. Между ними ощущалось странное притяжение. Казалось, если поднести к ним спичку, то она тут же вспыхнет. У Элизабет на миг даже появилось желание проверить это. Жаль, спичек не было. Пока мужчины говорили, рука девушки приблизилась к руке Уильяма, лежавшей на сиденье. На секунду замерев, Элизабет все же решилась и мягко прикоснулась к Мориарти. Робко, будто бы не веря, что все-таки делает это, медленно леди Мадельтон переплела свои пальцы с пальцами Уильяма и бережно прикоснулась к его обручальному кольцу. Сердце Элизабет бешено билось, словно она не просто прикоснулась к своему жениху, а пробежала пять километров от своих самых страшных кошмаров. Стук сердца был таким громким, что девушка не сразу поняла, что в купе наступила тишина. Мужчины замолчали и уставились на переплетенные руки пары. И если взгляд Шерлока был удивленно-потрясенным, то Уильям смотрел с любопытством и насмешкой. Под таким взглядом девушке сразу захотелось отдернуть руку, но Мориарти ободряюще сжал ее, не позволив этого сделать. – Кхе-кхе. Не знал, что у вас такие отношения, – неразборчиво пробормотал Холмс, задумчиво почесав затылок. Как-то резко он почувствовал себя третьим лишним. – Прошу прощения, но Элизабет все-таки моя невеста, – усмехнулся Уильям и ответил на вопрос, который погруженная в свои мысли Элизабет не услышала. – И я не смогу с тобой поехать, так как мы с невестой отправляемся в ее поместье. Уверен, ты и без меня прекрасно справишься. – С тобой это было бы быстрее. Можно было бы снова устроить соревнование, кто быстрее найдет преступника, – мечтательно протянул Шерлок и внезапно нахмурился. – Из-за этого ерундового задания я на полшага отдаляюсь от поимки Преступного Лорда. Элизабет вся замерла внутри. Нет, она знала, что Холмс ищет Мориарти, и была уверена, что Уильяма ему не переиграть. Но одно дело – знать, и совсем другое – почувствовать это. Шерлок не подозревал своего друга и, конечно, даже не думал об Элизабет, как о преступнице. Но даже так леди Мадельтон стало не по себе от его пристального взгляда, который, казалось, заглядывает тебе под кожу. Сразу захотелось отвести глаза в сторону и спрятать руки, на которые так пристально смотрел знаменитый сыщик. – Вы так жаждете поймать его, мистер Холмс. У Вас с ним какие-то личные счеты? – Элизабет все же нашла в себе силы непринужденно задать интересующий ее вопрос. – Думаете, у меня мало причин? Вам мало того, что он натворил? Все эти издевательские убийства, так похожие на театральные постановки. Все эти страх и ужас, что он поселил в жителях Лондона. Этого мало, чтобы желать его поймать? – говорил Холмс спокойно, размеренно, но Элизабет видела в его взгляде пламя раздражения и…восхищения? – Нет. Просто мне показалось, что для Вас это личный вызов. Все-таки неуловимый преступник против самого известного сыщика Лондона. Интересное противостояние, в котором может быть только один победитель. Уверена, многие возлагают на Вас большие надежды по поимке Преступного Лорда. Но едва ли Вам это интересно. Скорее, Вам хочется доказать, что Вы лучший, – Элизабет по привычке говорила то, что видела в собеседнике, и осеклась под пристальным взглядом Холмса. Казалось, что этот мужчина впервые увидел ее. Он окинул ее внимательным взглядом, от которого не укрылось необычное кольцо с сапфиром, выпуклость на среднем пальце правой руки, говорящая о том, что леди Мадельтон очень много пишет, излишняя бледность кожи и искусанные губы. Девушка мало напоминала типичных леди, но, если не считать необычный цвет волос, ничего особенно в ней тоже не было. Только ее слова цепляли, так как были правдой от первой до последней буквы. – Мне интересно разгадать его планы и помешать им, – неохотно ответил Холмс и умолк. Он больше не желал говорить на эту тему, а Элизабет успела пожалеть, что вообще открыла рот. Вот надо было ей не сдержаться и высказать все, что она думала о Холмсе! И только Уильям остался спокойным со своей вечной усмешкой. – Однажды ты поймаешь Преступного Лорда, и жители Великобритании смогут спать спокойно, – голос Уильяма заполнил неловкую паузу, и Шерлок снова приосанился. – С тобой мы могли бы сделать это быстрее. – Но тогда твоя победа была бы не такой желанной. Или со мной ты готов поделиться славой? – на такую подколку Шерлок лишь фыркнул. Слава никогда его не интересовала, а вот желание помериться силами с сильным противником – очень даже. – С тобой я готов поделиться интересными загадками, – на такое заявление Шерлока Уильям замер. Он не ожидал такого признания. Зная, как Холмс любит необычные загадки, Мориарти не сомневался, что это было заверение в крепкой дружбе. Дружбе, которую однажды придется предать. – Тогда я готов составить для тебя отдельный тест по математике. Уверен, там будет для тебя много загадок, – нашелся, что ответить Уильям, припомнив другу заваленный тест, в котором Шерлок не смог решить ни одного задания. Холмс хохотнул, ничуть не обидевшись. Математика не входила в круг его интересов. Потому неудачи в ней ничуть не задевали мужчину. А вот внимательный взгляд невесты Лиама еще как! – Вы что-то хотите спросить? – все же обратился Холмс к леди Мадельтон. – Нет. Просто мне интересно вживую увидеть знаменитого Шерлока Холмса. Хотя меня Вы больше интересуете как хороший друг Уильяма, нежели как знаменитый сыщик, – очаровательно улыбнулась Элизабет. Если бы здесь была бывшая мисс Адлер, она бы аплодировала девушке. Да вот только Холмс уже видел однажды подобную улыбку и не был готов в нее поверить. Зато мысленно сделал еще одну пометку о невесте Лиама. – Лиам обо мне рассказывал? – с интересом поинтересовался лучший сыщик Лондона, бросив лукавый взгляд на друга. – Как он мог не рассказать мне о своем лучшем друге? – Элизабет особенно выделила слово «лучший» и тут же почувствовала, как ее руку крепко сжали. Кажется, Уильяму не очень понравилась ее вольность. – Считает меня своим лучшим другом, а так и не может назвать коротко по имени. – Просто он очень стеснительный, – не удержалась от насмешливой ремарки Элизабет, и тут же была за нее наказана. Уильям поднес их сцепленные руки к губам и мягко поцеловал запястье девушки. – Моя дорогая невеста сомневается в моей решительности? – такой бархатный голос Уильяма Элизабет слышала впервые. И ей сразу захотелось где-нибудь спрятаться, лишь бы не слышать этот искушающий зов и не видеть его насмешливые алые глаза. Все же Мориарти самый настоящий дьявол! – Тогда назови ласково своего лучшего друга, – сдаваться так просто девушка не собиралась, потому с мягкой улыбкой предложила исполнить заветное желание Холмса. – Как мило, что ты всегда заботишься о других, – протянул Уильям, выигрывая себе пару секунд на раздумья. И продолжил под внимательными взглядами Шерлока и Элизабет. – Шерли… Синие глаза Холмса загорелись от удовольствия, и он бросил благодарный взгляд Элизабет. Если бы не она, кто знает, сколько Шерлоку пришлось ждать, когда Лиам так его назовет. Сама же девушка улыбалась, но внутренне содрогалась, так как Уильям большим пальцем вырисовывал на ее руке слово «наигралась». – Кажется, за смелость положена награда? – спустя несколько мгновений уточнил Уильям, как-то слишком хитро поглядывая на Элизабет. – Думаю, поцелуй будет достаточной наградой. Леди Мадельтон опешила. Поцелуй на людях?! Конечно, они и так нарушали приличия, просто зовя друг друга по имени, да еще и за руки держались, но ПОЦЕЛУЙ? Судя по насмешливому взгляду Мориарти, это была месть. Изощренная, облаченная в вызов, она не оставляла Элизабет шансов на побег. Потому леди Мадельтон прикрыла глаза и все-таки поцеловала Уильяма. В щеку. И тут же отвернулась. Нет, она не смущалась. Это ведь просто прикосновение губ к чужой коже. Только сердце на миг пропустило удар. Дальнейшие десять минут прошли в тишине. Каждый участник событий обдумывал что-то для себя. А затем снова завязался разговор между Уильямом и Шерлоком. Как и в прошлый раз, Элизабет не особо вслушивалась, больше внимания уделяя языку жестов. Смотрела, как мужчины снова подавались навстречу друг другу, как их губы стягивались в ухмылки, полные превосходства и насмешки, как они склоняли головы на бок, словно желая увидеть своего собеседника в ином свете, как сверкали их глаза. Элизабет еще никогда не видела такого взгляда у Уильяма. Пристального, полного интереса и наслаждения, с отражением собеседника. Казалось, что Мориарти впитывал частичку Холмса, желая навсегда оставить его рядом с собой. Элизабет не выдержала и отвела взгляд от мужчин. Она увидела достаточно и почувствовала себя третьей лишней на чужом свидании. Сразу захотелось спрятаться в своей старой маленькой квартире вместе с Дианой, выпить горячего чаю с пирожными из ближайшей булочной и вместе что-нибудь почитать. Сердце сжалось от тоски по лучшей подруге. Элизабет еще никогда не расставалась с Дианой на такой срок и не думала, что настолько привязана к ней. «Твердила Диане, что нельзя построить свой мир вокруг одного человека, но сама сделала так же. И чем я лучше?» – мысленно укорила себя Элизабет и по привычке покрутила кольцо матери. Это не укрылось от Уильяма, который резко умолк и потянул девушку на себя, заставив ее прижаться к его плечу. – Тебе стоит отдохнуть, – неожиданная забота Мориарти шокировала Элизабет.  Но леди Мадельтон напомнила себе, что это игра. Просто спектакль, чтобы обмануть всех. – Спасибо, – поблагодарила Элизабет и прикрыла глаза. Мужской разговор возобновился, но уже гораздо тише, наверно, чтобы не мешать уставшей девушке. В какой-то момент Элизабет провалилась в сон, но тот не продлился долго. Вскоре девушка снова открыла глаза и увидела Шерлока, нервно покручивающего в руках портсигар. Холмс не выдержал и все-таки предложил Уильяму покурить. Элизабет не услышала, что ответил Мориарти, но зато увидела разочарование, появившиеся во взгляде мужчины. А затем Холмс встал и вышел из купе. Но вещи его остались. – Твой отказ обидел Холмса, – пробормотала Элизабет и отстранилась от Мориарти. И даже их руки расцепила. Потную ладонь девушка вытерла платком под пристальным взглядом Уильяма. – Он необидчивый. Да и не хотелось тебя будить, – пожал плечами Мориарти и усмехнулся. Да, в этом весь он. Скажет что-то такое, заставив Элизабет надолго задуматься, а затем усмехнется, словно это ерунда какая-то. Это и вправду было ерундой (что такого в нежелании будить спящего человека?), только Элизабет почему-то задевало. – Выйду проветриться, – отмахнулась от глупых мыслей (а заодно и от Мориарти) девушка и покинула купе, чтобы тут же натолкнуться на выпускающего в окно дым Холмса. Он обернулся, выдохнул еще немного дыма, но тушить сигарету не стал, несмотря на то, что курить в присутствии дамы было абсолютно неприлично. Впрочем, Элизабет уже догадалась, что на этикет и нормы приличия Холмсу было все равно. Не это ли нравилось Уильяму в лондонском сыщике? – Мой отец говорил, что хорошая сигарета способна сэкономить кучу нервов. Это правда? – первой начала разговор Элизабет, подойдя к Шерлоку и даже не поморщившись, когда почувствовала нелюбимых сигаретный запах. – Могла и у Уильяма спросить, – хмыкнул Холмс, переходя на ты. К характеристике Шерлока Холмса теперь еще добавились такие черты как беспринципность и наглость. – Он никогда не курил при мне, – пожала плечами леди Мадельтон, и наступила тишина. Холмс продолжал курить, не сводя взгляда с невесты Лиама, а сама девушка молча стояла рядом. Так прошла минута. Две. Три. Пока у Шерлока не кончилась сигарета. – Так чего ты хочешь? – выбросив окурок в окно, Холмс не выдержал и все же обратился к леди Мадельтон. – Просто поговорить. Мы ведь оба хотим для Уильяма одного, счастья, верно? – не дожидаясь ответа мужчины, Элизабет продолжила. – Не хочу, чтобы лучший друг будущего мужа ко мне плохо относился. Мне не нужен ни статус Уильяма, ни его деньги. Мне просто нужен он. Чтобы исполнить свою мечту. Но последнее, девушка. Конечно, вслух не сказала. Холмс дернулся, но промолчал. Не желал говорить на эту тему или же просто игнорировал Элизабет. – А ему нужен хороший друг рядом. И потому мне хотелось бы, чтобы обошлось без недопониманий. Я же тебе не нравлюсь, – Элизабет, как и Холмс, решила перейти на непринужденное общение. – Думаешь, со мной придется делить внимание Уильяма? Боишься, что ваша дружба изменится? Зря. Уильям не тот человек, который предаст дружбу ради какой-то женщины, пусть и будущей жены. А я ни за что не буду мешать своему жениху общаться с друзьями. Особенно, когда это общение делает его счастливым. Пусть он это открыто и не признает. Шерлок продолжал молчать. Элизабет даже подумала, что зря затеяла этот разговор, и развернулась, чтобы вернуться в купе, но ее остановил голос Холмса. – Мой просчет. Я зря подумал, что Лиам может выбрать себе в жены обычную девушку. А еще забыл, что нельзя недооценивать женщин. Прошлый раз мне дорого обошелся, – усмехнулся Холмс, кажется, вспоминая что-то или кого-то. – Что ж, Элизабет Мадельтон, я тебя услышал. Большего Элизабет было и не нужно. Девушка улыбнулась и насмешливо поклонилась, за что была награждена еще одной фразой Холмса. – А за Шерли спасибо. Никогда этого не забуду, – Элизабет кивнула, и они с Шерлоком вместе вернулись в купе под слегка удивленным взглядом Уильяма. Но Мориарти ни о чем спрашивать не стал. Лишь потянул Элизабет за руку, чтобы она вновь села рядом с ним, и снова о чем-то заговорил с Шерлоком. Холмс охотно отвечал и даже иногда втягивал Элизабет в разговор. Кажется, те слова девушки что-то изменили в отношении Холмса к невесте друга. Он будто бы посчитал ее равной, достойной Лиама. И это грело душу леди Мадельтон. Она порой ехидничала, высмеивала мужчин, спорила о чем-то с ними и просто наслаждалась беседой. Оказывается, можно легко общаться с почти незнакомцем, когда он не спрашивает ни о чем личном и не смотрит на тебя как на потенциальный объект для флирта. Но всему хорошему приходит конец. Вот и разговор подошел к концу, так как Шерлоку пора было выходить. Он потянулся, забрал свои вещи и махнул Лиаму. – Был рад встретиться, Лиам, и познакомиться с твоей невестой. Жду приглашение на свадьбу! – с усмешкой Холмс покинул купе, оставив Уильяма и Элизабет одних. – Если бы я была твоей настоящей невестой, то ревновала бы тебя к Холмсу, – хмыкнула Элизабет спустя какое-то время. Уильям издевательски приподнял правую бровь и ответил девушке в том же тоне: – Тогда мне пришлось бы ревновать тебя к Диане, – на такое заявление Мориарти леди Мадельтон фыркнула, но все же поинтересовалась причиной ревности. Но Уильям так усмехнулся, что становилось ясно: сначала Элизабет должна была пояснить причину. – С ним твои глаза горят так, как никогда раньше. Да и между вами только искры не летали. Если бы у Холмса была сестра, я бы настойчиво рекомендовала тебе связать себя узами брака с ней, – уверенно ответила Элизабет и услышала тихий смех Уильяма. – Если ты не забыла, у нас свадьба через месяц. Да и ты прекрасно знаешь, что мы с ним по разные стороны. Он не был готов предать свои убеждения ради достижения цели, – Элизабет кивнула. Она слышала от Альберта об испытании Холмса, которое тот не прошел. И сейчас девушка хотела услышать, что же Уильяма так зацепило в ее отношениях с Дианой, которые могли бы вызвать ревность мужа. Уильям с легкостью это желание угадал. – Только ей ты так улыбаешься, – заметив непонимающий взгляд Элизабет, Мориарти пояснил. – Твоя улыбка ей полна нежности, любви, желания защищать и быть рядом. Ни один мужчина не потерпит, чтобы его женщина смотрела так на кого-нибудь, кроме него и ваших общих детей. Элизабет пожала плечами. Что ей было на это ответить? Что Диана ей дороже всех людей? Что она никогда не сможет по-настоящему выйти замуж? Или что никогда даже не думала о семье? Но Уильям не ждал никакого ответа. Он лишь вздохнул и как-то странно посмотрел на спутницу. – До Брендтона еще три часа. Отдохни пока, – посоветовал мужчина, чем окончательно обескуражил девушку. Элизабет и вправду устала, и ей до сих пор хотелось спать. Потому она кивнула и устроилась на противоположном сидении, вскоре уснув. Она не видела, как пристально на нее смотрел Уильям, и не знала, о чем думал мужчина. А думал он о своей невесте. Смотрел, как она дремала, поджав ноги, хотя места хватало, и размышлял, не были ли кровать Элизабет раньше слишком маленькой, раз привыкла так спать. Смотрел на хрупкие плечи и тонкие пальцы и удивлялся, откуда в этой девушке столько силы. И физической, и моральной. Уильям ведь помнил, как она сражалась на том заброшенном складе. Она всегда носила с собой оружие. Даже сегодня, когда им предстояла обычная поездка в родные места, Элизабет снова спрятала кинжал под платьем. Уильям почувствовал его, когда прижал к себе девушку. Ей удобно так ходить? Мориарти перевел взгляд на алые волосы, убранные в простую, но изящную прическу и с трудом подавил в себе желание к ним прикоснуться. Такой необычный цвет, привлекающий всеобщее внимание к той, кто желает быть незаметной. Огненная леди, как ее однажды назвал учитель. Хотя, на взгляд Уильяма, волосы Элизабет были алого цвета, как кровь – символ жизни и смерти. Затем Уильям взглянул на кольцо с сапфиром. Оказалось, что это память о матери. Единственная память. Что же произошло в прошлом Элизабет? Как она жила? Что заставило ее стать той, кем она сейчас являлась? Уильяму было интересно получить ответы на эти вопросы, чтобы лучше понять эту девушку. Это стало основной причиной поездки Мориарти. Ну, еще захотелось поддержать леди Мадельтон в ее непростых начинаниях и увидеть, что из них получится. За Элизабет вообще было интересно наблюдать. Красивая, умная, изворотливая, верная своим убеждениям, непокорная, она всегда могла развеять скуку Мориарти и предложить новую идею для его планов. Действительно ценное приобретение. Хотя нет, так называть живого человека слишком грубо. Просто ценность. Порой пытаясь описать Элизабет Мадельтон, Уильям терялся. Мориарти без ложной скромности был гениальным человеком с огромным словарным запасом, но даже он не мог подобрать сравнение, которое точно бы отражало суть девушки. Роза? Красивая девушка с шипами ума и язвительности. Нет, слишком просто, пресно, банально. Нужно нечто более тонкое, прекрасное, загадочное, многосмысленное, необычное. И это что-то никак не хотело приходить мужчине на ум. Оставалось только смотреть на Элизабет и надеяться, что нужный образ однажды сам вспыхнет в голове. Сегодня он тоже отказывался открываться Уильяму. Мориарти просто смотрел на спящую девушку, уже ни о чем не думая. И вскоре задремал, видя в своем сне ускользающую алую тень. Уильям и Элизабет проснулись одновременно за десять минут до выхода. Просто открыли глаза и некоторое время смотрели друг на друга. А затем молча стали собираться. Уильям вновь забрал вещи у Элизабет, поправил съехавшую шляпку на ее голове и вышел первым, прокладывая путь сквозь редких пассажиров. На станции никто, кроме Мориарти с его невестой не вышел. Да и в поезд никто не сел. Пустынная станция и крики где-то вдали. Это было первым, что встретило Уильяма в Брендтоне. Совсем небольшой городок. – Леди Мадельтон! Это вправду Вы?! – раздался восторженно-удивленный крик, когда Элизабет и Уильям сошли со станции. Невысокий широкоплечий мужчина махал им рукой, привлекая к себе внимание. – Добрый день, мистер Джонсон. Да, приехала по срочному делу. Не подвезете до мистера Сноу? – задорно поинтересовалась Элизабет, придерживая шляпку, чтобы сильный ветер не унес ее. –Как я могу Вам отказать?! Правда, моя повозка не лучший транспорт для леди. Давайте хотя бы подложу пару подушек. Только одолжу их, – и мужчина тут же скрылся в ближайшем здании. Судя по вывеске, это был какой-то магазин. – Тебя здесь любят, – задумчиво протянул Мориарти и больше ничего не сказал. Только помог Элизабет забраться в повозку, когда вернулся мистер Джонсон с пятью подушками, и устроил их вещи. Да, таким способом Уильям давно не путешествовал. Но он не имел ничего против. Здорово было пусть и на миг, но ощутить себя самым простым человеком, на плечах которого не лежит ответственность за будущее страны. Ни планов о переустройстве мира, ни убийств, ни-че-го. Только свежий воздух, медленно проплывающие дома и тихий разговор Элизабет с мистером Джонсоном. Уильям не особо вслушивался, больше наблюдал за девушкой. Как она улыбалась! Легко, едва-едва заметно, но улыбалась! И улыбка ее была полна счастья и свободы. Так улыбается человек, долгое время не видевшей солнца, и, наконец, вышедший под его лучи. Элизабет с удовольствием слушала болтовню мужчины о погоде в Брендтоне, о переехавшей новой семье, о появившейся ученицы у швеи, о беременной жене извозчика и многом другом. Девушка задавала уточняющие вопросы, серьезно кивала и смеялась. Смех Элизабет напоминал журчание воды или шелест травы в ветреную погоду. Такой тихий, искренний, пробуждающий желание жить. Наверно, Уильям навсегда запомнил эту картину: прорывающиеся сквозь тучи лучи солнца, ветер, желающий распустить убранные волосы Элизабет, и сама смеющаяся девушка, удерживающая одной рукой обещающую улететь шляпу. От увиденного что-то переворачивалось в груди мужчины, но он не обратил на это внимание, отведя взгляд в сторону, чтобы лучше рассмотреть город. Конечно, в нем не было достопримечательностей, да и пейзажи не особо впечатляли, но было в Брендтоне нечто такое, что зарождало желание остаться здесь. Казалось бы, обычный небольшой городок, но он будто бы шептал Мориарти: присмотрись ко мне, услышь меня. И Уильям смотрел и слушал. Смотрел на ряды скромных, но уютных домиков не выше трех этажей. Нигде не было вывесок. Видимо, люди и без них знали, куда и зачем им надо было идти в случае чего. Прохожих было мало, но все они оборачивались и улыбались вслед проезжающей повозке. Некоторые даже что-то кричали леди Мадельтон. Как Фред и говорил, жители Брендтона любили свою миледи. Уильям слушал неспешный разговор Элизабет с мистером Джонсоном, щебетание птиц, счастливые крики жителей и веселый смех детей. После шумного Лондона эти звуки были блаженством для ушей Мориарти. Мужчина даже прикрыл глаза, чтобы насладиться мелодией Брендтона, и сделал глубокий вдох. В воздухе витал опьяняющий аромат, предзнаменовавший ливень. И, если поднять глаза к небу, можно было смело сказать, что сегодня будет ливень. Лучи солнца все реже проглядывали сквозь тучи. Да и заметно похолодало. Только Элизабет, увлеченная разговором, этого не замечала. Она все улыбалась их извозчику и спрашивала его о чем-то. Тот охотно отвечал и размахивал руками, будто рисуя в воздухе то, о чем говорил. Кажется, сейчас он рисовал какую-то башню. Или это была женщина? Уильям так и не смог этого узнать, ведь поездка закончилась. – Был рад помочь вам, леди Элизабет. Если бы Вы сказали, что приедете, мы бы праздник устроили! – Вот поэтому и не сказала, – усмехнулась Элизабет, выбравшись из повозки при помощи Уильяма. – Да и я тут по важному делу. Уже скоро уеду. Не надо ради меня отвлекаться от дел. – Ради Вас любой был бы счастлив отложить свои дела. Ведь благодаря Вам у нас теперь нет проблем со здоровьем. Только наш врач денег не берет. – Поверь, ему хватает тех денег, что я плачу. Еще бы он стал у вас брать! – Вы о всех, кроме себя заботитесь, – покачал головой мистер Джонсон, но спорить не стал. Только предложил завезти вещи в поместье и, получив согласие, учтиво поклонился, а затем исчез. Элизабет поправила шляпку и уверенно пошла к дому, у которого их высадили. Вежливо постучав, леди Мадельтон открыла дверь и сразу же вошла. Послышался радостный возглас. – Леди Элизабет! Рад Вас видеть. Раз новости еще не дошли до меня, Вы только что приехали. И, кажется, привезли жениха. Лорд Мориарти, рад с Вами познакомиться! – невысокий мужчина с сединой в темных волосах подал руку Уильяму и с удовольствием пожал ее. Он весь так и лучился благожелательностью. И все только потому, что Мориарти был женихом Элизабет. – Потому что только вы в силах мне помочь, – Элизабет выложила на стол толстую папку документов, на которую тут же с любопытством взглянул мистер Сноу. – Мне необходимо, чтобы Вы все это детально изучили и помогли мне составить договор. Некоторые пункты я наметила, но мне нужна ваша помощь. А дальше был длинный сложный разговор с множеством терминов и споров. Пару раз к нему подключался Уильям. Мистер Сноу с интересом выслушивал его замечания, кивал и что-то записывал. В итоге, было исписано семь листов. – Постараюсь все изучить к завтрашнему дню и подготовить образец договора, – с усталым вздохом закончил мистер Сноу, сняв очки. Работы предстояло много, но если все завершится успехом, то это принесет Брендтону светлое будущее. И все благодаря леди Элизабет! – Благодарю! – Что Вы. Это я вместе со всем Брендтоном должен благодарить Вас! Ах, да. Я забыл Вам кое-что передать, – мистер Сноу резво исчез в комнате. Судя по звукам, он что-то упорно искал и не находил. Элизабет даже порывалась пойти помочь ему, но в этот момент входная дверь открылась, и в помещение ввалилась упитанная женщина, сразу заняв много пространства. – Леди Элизабет! Какое счастье, что Вы приехали. У меня тут гость иностранный приехал, а я ни слова разобрать не могу! Помогите, прошу! – женщина ухватила Элизабет за рукав платья и неумолимо потащила к выходу. Ей и в голову не могло прийти, что леди Мадельтон могла отказать в помощи. Элизабет, конечно, помогла бы, но идти куда-то, словно в кандалах (уж слишком крепкой была хватка у женщины), не хотелось. Потому хозяйка этого города освободила руку и быстро юркнула к выходу, оставив своего жениха одного. Только крикнула ему, что скоро вернется. – Леди Элизабет, я все хотел Вам отдать… – мистер Сноу вернулся вскоре после ухода Элизабет и замер посреди комнаты. Кажется, он был шокирован исчезновением леди Мадельтон. Все стоял и крутил головой, будто бы надеясь, что просто не заметил миледи. – Элизабет пришлось срочно уйти. Она просила извиниться и понять ее, – подал голос Уильям. Он уже собирался уходить, чтобы подождать Элизабет на улице, но мистер Сноу остановил его. – Тогда передайте ей это! – мистер Сноу быстро сунул в руку Уильяму смятую фотографию. – Я долго искал и наконец-то нашел ее. Изображение Кэйлы, матери леди Элизабет. Все хотел сделать подарок миледи, но лучше отдайте Вы ей эту фотографию. Прекрасный подарок на помолвку! От Вас леди Элизабет будет приятнее получить ее. Уильям сомневался в этом, но спорить не стал. Легенду надо было поддерживать, да и Мориарти понимал важность этой фотографии для Элизабет. Потому бережно расправил ее, рассмотрел внимательно и убрал в карман, внезапно поклонившись мистеру Сноу, отчего тот знатно удивился. – Я передам Элизабет, что это Вы нашли фотографию. – Не стоит, – отмахнулся мистер Сноу. – Это меньшее, что я мог сделать для леди Элизабет. И я, и весь Брендтон не устаем благодарить нашу миледи. Ах, как же она похожа на свою мать. И внешностью, и характером. От отца взяла только цвет глаз. Пусть она будет счастлива. Вы уж позаботьтесь об этом. Знаете, я даже не думал, что после случившегося леди Элизабет все-таки выйдет замуж. Ведь ее первая любовь плохо закончилась… Мистер Сноу скакал с одной тему на другую и тяжело вздыхал. Было видно, что он был растроган появлением леди Мадельтон и теперь не мог справиться с эмоциями. На него нахлынули воспоминания, и он будто бы пытался все их рассказать Уильяму. Мориарти и рад был бы их все послушать, но времени оставалось не так много, потому мужчина спросил о самом интересном. – И чем же закончилась ее первая любовь? – на этот вопрос мистер Сноу ахнул, кажется, только сейчас вспомнив, с кем он разговаривал. – Надеюсь, Вы не будете рассказывать об этом леди Элизабет… Это давно было, когда госпоже исполнилось тринадцать лет. Тогда в наш город приехала женщина с ребенком. Говорили, что он чей-то бастард. Возможно, так оно и было. Уж слишком красивый мальчик, да и деньги в их семье всегда были, несмотря на то, что мисс Моргун нигде не работала. Мальчишка этот подружился с леди Элизабет. Сразу понял, чья она дочь, и захотел этим воспользоваться. Даже ходил на уроки к миледи! Все были уверены, что он вскоре попросит ее руки. А что? Бастард и бастард – хорошая партия! Так многие говорили. А потом приехала к барону Мадельтон гостья из Лондона. Вдова, вся такая в дорогущем платье с кучей украшений. Словно новогодняя елка сверкала! И смотрела на всех так презрительно-пренебрежительно. А потом увидела его и улыбкой засияла. А спустя неделю увезла его с собой в Лондон. Говорила, что сделает личным помощником. Да понятно для каких дел, хотя о таком в приличном обществе не говорят. Он уехал и даже письма леди Элизабет не оставил! Я сам видел, как она пришла на станцию и долго-долго смотрела на рельсы, словно в надежде, что он вернется на следующем поезде. Мы думали, что после такого она для всех сердце закроет. А нет, Вам открыла! – мистер Сноу был прекрасным рассказчиком. Его голос постоянно менялся, словно подстраиваясь под интонации тех, о ком шел рассказ. Уильям с легкостью представил себе и маленькую Элизабет, и неизвестного бастарда, и лондонскую вдову. Теперь стало понятно и недоверие Элизабет, и ее нежелание замужества. – Вы даже не думаете, что это обычный договорной брак? – хотя Уильям сам настаивал, чтобы все верили в брак по любви, мужчине было интересно, что заставило жителей Брендтона в это поверить. – Леди Элизабет не такая. Слишком гордая и своевольная для такого. Если она и выйдет замуж, то только по любви, – уверенно ответил мистер Сноу. И Мориарти подумал, что мистер Сноу был прав. Элизабет и правду согласилась на брак из-за любви. Только любила она не Уильяма, а свой город, ради которого пошла на это. Ради его благополучия поехала в Лондон, ради него хотела изменить страну и ради него присоединилась к Мориарти. А сегодня ради Брендтона вернулась сюда. – У миледи была непростая жизнь, потому я от имени всего Брендтона прошу Вас беречь нашу госпожу. Сделайте ее счастливой! – именно на этих словах скрипнула дверь, и в комнате снова появилась Элизабет. Немного уставшая, со съехавшей шляпкой, она еще раз поблагодарила мистера Сноу за помощь и обещала зайти завтра. Они горячо распрощались, и Элизабет с Уильямом вышли на улицу. На улице заметно похолодало, усилился ветер, да и тучи грозно нависали над городом, обещая ему ливень. Элизабет молча потянула Уильяму в сторону, быстро передвигая ногами. Всего за десять минут удалось добраться до поместья Мадельтон. Оно было в три раза меньше загородного поместья Мориарти, всего в два этажа. Вокруг небольшой сад. Пробежав по мощеной дорожке, так как первые капли уже падали на землю, Элизабет и Уильям оказались в особняке, где их уже ждали. Два ряда прислуги поклонами поприветствовали вошедшую пару. Кто-то выглядывал из-за угла. Судя по одежде и любопытным взглядам, это были гости. Все же Элизабет отдала часть поместья под гостиницу для города. Но посторонних быстро прогнал дворецкий и вышел встретить госпожу. – Леди Мадельтон, лорд Мориарти, рады приветствовать вас. Ваши вещи мы расположили в ваших комнатах. Если хотите, обед будет подан в малую столовую через десять минут. Или же вы хотите отдохнуть? – дворецкий был достаточно учтив, несмотря на то, что госпожу он не видел больше, чем полгода. – К сожалению, у меня много работы. Принести чай в мой кабинет. О планах моего жениха спрашивайте у него лично, – и Элизабет ушла, оставив Уильям одного с прислугой. Все стояли и смотрели на Мориарти с любопытством. Если бы не разница в статусе, они бы набросились на него с расспросами. А так лишь пожирали взглядом. – Раз моя невеста отправилась работать, не проведете ли для меня экскурсию по поместью? – какую же ошибку допустил Уильям, не обратившись ни к кому конкретно. Люди выстроились в очередь, ругались и спорили. Каждый хотел показать дорогому гостью красоту поместья. Хотя, на самом деле, людям просто было любопытно посмотреть на неожиданного жениха леди Мадельтон. И женщины, и мужчины – все хотели узнать больше о лорде Мориарти. Кто знает, на сколько затянулись бы споры, если бы не вмешательство дворецкого. – Хватит! Вы позорите нашу госпожу перед женихом! Агата, ты здесь давно работаешь. Покажи лорду Мориарти поместье. Остальные – за работу! – строгий голос дворецкого отрезвил прислугу. Все быстро разошлись по своим рабочим местам, а горничная Агата поклонилась Мориарти и спросила, что он хочет посмотреть. Женщина была высокой, худой, с темными волосами, заплетенными в косу, и спокойным взглядом, в котором угадывались искорки любопытства. Угадать возраст Агаты было сложно. Ей могло быть как двадцать пять, так и все сорок. Молодая любопытная девушка или же умудренная опытом женщина? Какую линию поведения стоило выбрать Уильяму, чтобы получить интересующую его информацию? Агата была неразговорчивой. Молча показывала комнаты, на вопросы отвечала кратко, а о прошлом Элизабет и вовсе ничего не говорила. Лишь качала головой и как-то странно усмехалась. Она показала Уильяму спальни, гостиные, столовые, прошла мимо кабинета, где сейчас работала Элизабет, и провела жениха госпожи в библиотеку, где, по его просьбе, и оставила Мориарти. Библиотека была раз в пять меньше, чем в поместье Мориарти, но тоже впечатляла. В первую очередь организацией. Уильям часто видел, как небрежно составлены книги в библиотеках господ. А здесь все они стояли корешками к посетителям, и на каждой полке стоял алфавитный указатель, чтобы было удобнее искать. Мужчина прошелся по книжным рядам, с интересом смотря на названия книг. Здесь были различные учебники, словари, сборники поэзии, художественные произведения. Наверно, каждый человек мог для себя найти что-то по вкусу. Взяв первую попавшуюся книгу, Уильям открыл ее и усмехнулся. На полях карандашом были сделаны заметки. Мужчина узнал почерк Элизабет. Значит, эту книгу она читала. Взяв еще несколько книг с разных стеллажей, Уильям обнаружил в каждой из них заметки девушки. Порой она обводила какие-то строки, иногда задавала самой себе вопросы на полях, изредка комментировала написанное. Хмыкнув, мужчина вернул книги на место и двинулся дальше. Где-то в углу библиотеки нашелся низкий старый стеллаж. На нем не было никаких обозначений, а сами книги были потрепанными. Там были детские сказки, чьи-то путеводные заметки, сборники неизвестных поэтов и много чего еще. Внимание Уильяму привлекла тоненькая книжечка в красной кожаной обложке. Вытащив ее, Мориарти прочитал вырезанное ножом название «30 способов быстро успокоиться». Мужчина с интересом открыл ее и тут же не сдержал смешка. На первой странице рукой Элизабет было выведено предисловие, после которого шли советы. Некоторые из них были всем известны: глубоко дышать, медленно досчитать до десяти, представить собеседника в нелепой ситуации. Были и смешные: мысленно заколотить бесящего вас человека в гроб, заранее придумать и осуществить месть, если знаете, что этот человек разозлит вас, а потом вспоминать об этом. Но один совет понравился Уильяму больше всего: «улыбайтесь в лицо тому, кто пытается вас разозлить. Ничто не бесит врагов больше, чем ваша счастливая улыбка. И ничто не успокаивает так, как чужой гнев». Интересно, зачем Элизабет понадобилось это? Она все это придумала или же списала откуда-то? Снова новые вопросы к Элизабет, на которые она едва ли ответит. Придется снова ждать и медленно подталкивать девушку к рассказу. Можно начать даже сегодня. Хотя нет, сегодня едва ли получится. У Элизабет много работы. Тогда завтра. С такими мыслями Уильям вернул книжку на место и направился в свою комнату. Как сказала Агата, комната Элизабет находилась напротив. Но, конечно, девушки там не было. И едва ли Элизабет появится раньше девяти часов. Но ни к девяти, ни к десяти, ни даже к одиннадцати она так и не появилась. Неужели решила спать в кабинете? Уильям хотел пойти к ней, сказать, что надо поспать, чтобы завтра быть собранной, но идти никуда не пришлось. Стоило открыть дверь, как Мориарти тут же натолкнулся на Элизабет с подносом, на котором стояла бутылка вина и тарелка с закусками. – Меня к тебе выгнала Агата. Сказала, что неправильно не уделять внимание своему жениху, и вручила поднос. Не хочешь поужинать? – Уильям усмехнулся и посторонился, пропуская девушку в комнату. Говорить о том, что время для ужина слишком позднее он не стал. Элизабет поставила поднос на стол и внезапно скинула туфли, босыми ногами пройдясь по ковру. И когда успела чулки снять? В кабинете? – А бокалы нам забыли поставить. Может, сходить попросить? Хотя… – Элизабет было лень куда-то идти. Потому она легко открыла бутылку и под удивленным взглядом Уильяма сделала глоток прямо из нее. А затем насмешливо посмотрела на мужчину и протянула бутылку ему. Мориарти усмехнулся и принял бутылку, сделав из нее глоток. Вино было вкусным, терпким, оставляющим после себя приятное послевкусие и желание сделать еще один глоток. Уильям не стал этому желанию сопротивляться и отпил еще раз. Элизабет фыркнула, отобрала у Мориарти бутылку и снова сделала глоток. А потом еще два и села на пол, прислонившись спиной к кровати и вытянув ноги. Уильям, взяв поднос со стола, сел рядом и протянул Элизабет тарелку с едой. Да, чего здесь только не было! Сыр, помидоры, колбаска, кусочки курицы, жареная картошка. Не лучшая закуска к вину, но точно неплохой перекус! Некоторое время молодые люди молча ели и пили вино, передавая туда-сюда бутылку. Фыркали и усмехались, когда кто-то из них нацеливался на ту же еду, что и другой человек. Порой отбирали друг и друга еду. Сегодня этой ночью в этой комнате вся ответственность, грузом лежавшая на плечах Элизабет и Уильяма, позволила забыть о себе. Не было титулов, планов о будущем страны. Только два человека, пьющих вместе. – Мне сегодня рассказали занимательную историю о твоем разбитом сердце, – начал разговор Уильям, когда бутылку была опустошена наполовину, а от еды осталась только треть. – Мистер Сноу поделился? – насмешливо фыркнула Элизабет, сделав очередной глоток. – Не было никакого разбитого сердца. Только преданная дружба… Элизабет тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Она чувствовала интерес Уильяма и понимала, что мужчина тактично не задает вопросов, давая право выбора. Можно было промолчать, перевести разговор на другую тему, но это было нечестно по отношению к Мориарти. Он многое сделал для нее, и одна откровенность взамен – ничто. – Я не была влюблена в Адама, как многие думают. Но он был мне дорог. Мой первый друг. Тот, кто не смеялся над моим желанием учиться и понимал, как сложно быть бастардом. Конечно, мы поладили не сразу. Сначала он разозлился, когда я поправила его произношение французского слова, потом обиделся, когда я указала ему на ошибку в задаче по математике. Заявил, что женщина не может в этом разбираться. А потом мы пошли к учителю, и он подтвердил мою правоту. Адам три дня не выходил из дома, а потом пришел ко мне и попросил помощи. Я долго уговаривала отца разрешить ему присоединиться к моим урокам. Мы вместе учились, играли, изучали этикет. С ним я танцевала первый танец на приеме, устроенном отцом. Он всегда был рядом и помогал мне по мере сил. Даже помогал Диане. Мой первый лучший друг… – Элизабет сделала еще один глоток и продолжила. – Я думала, мы всегда будем вместе. А потом появилась та вдова из Лондона, и Адам стал меня избегать. А после и вовсе уехал, ничего не сказав. Элизабет умолкла и откинула голову назад. Уильям, понимая, что девушка еще сказала не все, что хотела, молчал. Пусть Элизабет соберется с мыслями. – Знаешь, если бы он обо всем мне рассказал, я бы поняла. Даже если бы просто передал мне письмо не злилась бы. Я понимаю, что каждый человек стремится к лучшей жизни, потому не стала бы держать его. Пожелала бы удачи. Но он молча ушел, будто желая оставить меня в прошлом. Даже не сказал, чтобы я не приходила на наше место встречи, – Элизабет горько усмехнулась и снова умолкла. Сделала очередной глоток и только тогда продолжила. – О его отъезде я знала от жителей города. Я побежала на станцию и долго смотрела вдаль, думая, почему он решил вычеркнуть меня из своей жизни. А жители Брендтона приняли это за печальную любовную историю. Я их не стала переубеждать. Ведь их сочувствие помогло мне сблизиться с ними. Они перестали меня сторониться, утешали, давали советы и перестали видеть во мне дочь барона Мадельтона. Все наладилось… Элизабет хотела сделать еще один глоток, но Уильям отобрал у нее бутылку и сам приложился к ней. – Адам дурак. Уверен, он сотню раз пожалел о своем решении, – Элизабет фыркнула на такую попытку утешить и потянулась к бутылке, но вместо нее получила кусочек сыра в рот. Что-то недовольно промычав, девушка не стала громко возмущаться и съела подношение под насмешливым взглядом Мориарти. А затем молча сунула ему в рот последний кусочек курицы. И он съел. Аккуратно обхватил губами и съел, словно послушный песик, преданно заглядывающий в глаза своей хозяйке. Элизабет замерла, не в силах поверить в происходящее. Значит, и Уильям бывает послушным? Или же это его извинения за то, что заставил ее рассказать грустную историю прошлого? Эх, понять бы, о чем думает Мориарти… А он впервые ни о чем не думал. Просто смотрел в голубые глаза девушки, в которых причудливо играло пламя, и пытался найти в них свое отражение. Почему-то это казалось важным. Словно бы Уильям жил эти двадцать четыре года только ради того, чтобы отразиться в глазах леди Мадельтон в эту ночь. Так странно и глупо, но это казалось таким правильным. И, когда Уильям увидел свое отражение в ее глазах, то мягко улыбнулся и сделал еще глоток вина. А затем тихим голосом поведал историю о том, как в детстве вызвал аристократа в суд и выиграл. Элизабет во время рассказа улыбалась. Ей было приятно послушать истории из жизни Мориарти, ведь этот мужчина всегда больше слышал, чем говорил. А сегодня он немного приоткрыл ей свое прошлое. – А еще я нашел одну интересную книгу с советами… – внезапно протянул Уильям и процитировал один из советов, хитро взглянув на девушку. Элизабет фыркнула, но все же ответила. – Почему я не удивлена, что ты нашел эту книгу? Я написала ее в семь лет, а потом просто решила переписать. Знаешь, как память из детства. В детстве я была вспыльчивой. Стоило кому-то задеть мою гордость, как я злилась и высказывала все, что думала о своем обидчике. И, как понимаешь, это доставляло много хлопот. Пришлось искать способы сдержаться. Так и начала писать эту шутливую книжку. Если что, все советы опробованы мной лично! Я даже пришила булавку к паре своих платьев и кололась об нее, когда на меня кричали, чтобы подавить гнев, – под заинтересованным взглядом Мориарти Элизабет рассказала несколько забавных историй, о том, как училась сдерживать свой характер. В ответ Уильям поделился воспоминанием, как в первом приюте вывел на чистую воду его главу, спавшего с женой спонсора. Старику тогда пришлось хорошо побегать от разъяренного мужа неверной жены. Элизабет, услышав об этом, громко хохотнула, представив себе эту картину. Фантазия у девушки была богатой, потому сцена была мысленно нарисована очень забавная. В тот вечер Элизабет много смеялась. Вспоминала ситуации из детства и с удовольствием слушала истории Уильяма. Конечно, мужчина больше слушал, чем говорил, но даже так Элизабет узнала о Мориарти больше, чем за несколько месяцев проживания в особняке. А еще она поняла, что ей нравился голос Уильяма. Хотелось слушать его снова и снова, и, когда в очередной раз мужчина замолчал, чтобы сделать глоток, Элизабет отобрала у него бутылку и капризно попросила рассказать что-то еще. И Мориарти не посмел отказать леди Мадельтон. Он рассказывал, как продумывал план побега Альберта, когда он впервые был приглашен на светский прием в качестве графа Мориарти. Брату Уильяма пришлось спешно прятаться от молодых девушек, желавших продемонстрировать юному графу все свои достоинства. Элизабет с веселым смешком допила вино под эту историю и прошептала: – Уверена, те девушки так и не поняли, куда делся Альберт. Уильям ничего не ответил. Он просто смотрел на Элизабет. На ее алые волосы, спускавшиеся водопадом с плеч (и когда только успела их распустить?), на руки, испачканные чернилами в одном месте, на мягкую улыбку. И думал, что сегодня познакомился с еще одной стороной леди Мадельтон – счастливой и свободной. Ее смех, улыбка, шепот и небрежные касания – все это хотелось сохранить в памяти навсегда. Потому Уильям так пристально смотрел на девушку. В любой другой ситуации леди Мадельтон стало некомфортно, но сейчас она даже не замечала его. Ей было так легко и хорошо, что такая вещь, как чужие взгляды, не волновала Элизабет. Девушка прикрыла глаза и незаметно для себя уснула, положив голову на плечо Уильяма. То ли сказалось выпитое вино, то ли усталость взяла свое, но спала Элизабет крепко. Ее не разбудил даже шепот мужчины, обнаружившего свою собутыльницу спящей. Мориарти уже успел привыкнуть, что Элизабет стала засыпать на его плече. Это казалось таким правильным и естественным, что даже удивляло. Будить ее не хотелось, но и оставлять спящей на полу тоже не стоило. Перенести на кровать, а самому уйти в ее комнату? Тогда утром слуги заметят рокировку, и могут поползти нежелательные слухи. Нет, Элизабет стоило отнести в ее комнату. Все равно была уже глубокая ночь и едва ли слуги еще ходили по поместью. Значит, можно было не бояться быть застуканным. Мориарти осторожно поднял Элизабет на руки и двинулся к двери. Но замер на пороге, когда Элизабет неожиданно прижалась ближе к нему с мягкой улыбкой. И Уильям улыбнулся бы ей в ответ, если бы не женский шепот чужого имени. – Адам… – сорвалось с губ Элизабет, и Мориарти невольно поморщился. Неужели она скучала по человеку, предавшему ее? Не лгала ли самой себе, уверяя, что это была лишь дружба? И главное, почему Уильяма это так волновало? Покачав головой, мужчина толкнул дверь и вышел в коридор, где неожиданно натолкнулся на молоденькую горничную. Она ойкнула, прижала руку к губам, будто пытаясь заглушить свой вскрик, и как-то странно улыбнулась. Мориарти склонил голову к Элизабет, намекая, что не стоит будить спящую девушку, и горничная тут же быстро-быстро закивала головой, соглашаясь с Уильямом. А затем развернулась и, постоянно оглядываясь, ушла. Уильям спокойно прошел в комнату Элизабет и осторожно уложил девушку на кровать. Подумав, что спать в одежде не очень удобно, Мориарти потянулся к платью и тут же одернул руки. Нет, самому этого делать не стоит. Наверно, не надо было прогонять горничную. Пусть лучше бы она раздела Элизабет. А так пришлось оставить все, как было. Уильям только укрыл Элизабет одеялом и откинул в сторону ее волосы, чтобы они не мешались. Затем сходил за оставленными девушкой туфлями и принес их. И только после этого шепотом пожелал девушке спокойной ночи. Уже у себя в комнате Уильям поднял с пола пустую бутылку и тарелку, положил все на стол и сел на край кровати. Спать не хотелось. В голове все время прокручивались образы Элизабет. Вот она смеется, придерживая шляпку, чтобы та не улетела. А тут она с озабоченным лицом склоняется над мистером Сноу, указывающим на ее ошибку, и прикусывает губу. Здесь же улыбается и передает ему бутылку вина. Столько картинок, сменяющих друг друга, в голове мужчины. Они точно не дадут уснуть. На следующий день Элизабет и Уильям встретились в столовой за завтраком. Девушка сидела за столом и что-то читала с задумчивым видом. Она даже не услышала чужого появления и вздрогнула, когда Мориарти с ней поздоровался. – Доброе утро, – пробормотала в ответ Элизабет, так и не подняв головы. У нее было много работы, и Уильям не стал отвлекать ее. Просто молча сел напротив и положил подбородок на скрещенные ладони. – Простите за ожидание. Завтрак готов! – та самая молодая горничная, ночью заставшая Уильяма, несущего Элизабет в комнату, появилась в столовой с подносом. Она улыбалась точно так же, как ночью, и старалась не смотреть на Уильяма и Элизабет. Поставив на столе чашки чая, блюдце с печеньем и тарелки с кашей, девушка чуть отошла назад и вдруг хихикнула. Именно этот смех и отвлек Элизабет от чтения. И тут же леди Мадельтон скривилась, увидев перед собой тарелку с кашей. – Я, пожалуй, не буду завтракать. У меня столько дел, – пробормотала Элизабет и попыталась встать из-за стола, но молодая горничная тут же усадила ее обратно. – Миледи, завтрак нельзя пропускать! Вы ведь вернетесь совсем поздно и опять забудете поесть! – Уильям с любопытством наблюдал, как горничная уговаривала госпожу поесть. А леди Мадельтон вздыхала, отворачивалась и что-то недовольно бурчала себе под нос. Совсем как маленький ребенок, которого заставляют есть кашу. – Эльза, миледи не ест каши! Я же просил это запомнить, – в столовую решительной походкой вошел дворецкий. Увидев стоявшую перед госпожой завтрак, мужчина тут же взял его и всучил горничной, отправив обратно на кухню. – Миледи, приношу свои извинения за Эльзу. Я прослежу, чтобы вся прислуга выучила Ваши вкусы. – Ничего страшного. Я просто пойду по делам, – Элизабет во второй раз попыталась встать из-за стола, и вновь ее усадили обратно. – Завтрак пропускать нельзя. Сейчас Вам приготовят омлет. Подождите, пожалуйста, –дворецкий, словно добрый дедушка, похлопал леди Мадельтон по плечу и подал ей тарелку с нарезанным дольками яблоками. Уильям на какой-то миг даже подумал, что дворецкий возьмет эту дольку и поднесет ее к губам Элизабет. Но ничего такого не произошло. Девушка сама отправила себе в рот дольку. Уильям насмешливо сверкнул глазами. – Даже не начинай, – фыркнула Элизабет и взяла еще одну дольку. – Я даже ничего не сказал, – Уильям примирительно поднял руки вверх, но усмешка выдавала мужчину. – Просто забавно наблюдать, как смело ты противостоишь высшему обществу и не боишься рисковать своей жизнью, но робеешь перед прислугой. – Они так стараются, что я не могу их огорчить, – тихо ответила Элизабет и подвинула к Мориарти тарелку с яблоками, дипломатично предлагая тому заткнуться. Уильям дураком не был и намек понял. Потому молча взял дольку яблока и съел ее. Сразу вспомнилось детство, когда нянечка перед сном давала им такие дольки. Одна из немногих сладостей, доступных приютским детям. И, судя по взгляду Элизабет, для нее это тоже было особенным лакомством. Так они и ели молча яблочные дольки. Конечно, Мориарти мог бы и кашу поесть, но решил присоединиться к бунту Элизабет и отказаться от такого завтрака. К тому же через десять минут принесли омлет, так что голодным мужчина не остался. Омлет был вкусным, почти как у Льюиса. А еще был вкусный крепкий чай и печенье, которое принесла та самая молодая горничная, не способная запомнить, что леди Мадельтон ненавидит каши. Девушка много извинялась перед своей госпожой. Даже повар вышел, чтобы принести извинения за недостойный завтрак. Элизабет лишь кивнула и сбежала из столовой. Ловить беглянку пришлось уже в ее комнате. – Как тебя здесь все любят, – без намека на сарказм произнес Уильям, войдя без стука в комнату, где Элизабет спешно собирала документы. – Им многое пришлось пережить. Мой отец не был ни хорошим родителем, ни человеком, ни бароном. Они просто благодарны за нормальную жизнь, – отмахнулась девушка и потянула Мориарти прочь из комнаты. Сегодня им предстояло много работы. Дела не хотели заканчиваться. Сначала Уильям и Элизабет вместе с мистером Сноу долго обсуждали и составляли договор, несколько раз его переписывали, добавляя новые пункты. Затем пришли и другие люди, нуждающиеся в помощи леди Мадельтон. Одни, решив свои проблемы, уходили, другие занимали их места. Казалось, что без Элизабет люди просто не знали, как им жить! И как только город не разрушился без ее присутствия? Впрочем, наверно, они просто соскучились по своей госпоже. Многие люди приходили с подарками, поздравляли Элизабет и Уильяма с помолвкой, желали им счастья и много детей. Последний пункт заставил девушку вздрогнуть. Но она мгновенно взяла себя в руки и поблагодарила за такое пожелание. Уильям стоял за ее плечом и принимал вместе с ней поздравления. Его восприняли как своего, будто бы он прожил не один год в Брендтоне и во всем помогал леди Мадельтон. Несколько раз ему даже пожали руку, а кто-то похлопал по плечу. Ему даже закурить предложили! Отказываться Мориарти не стал и выкурил одну сигарету с тремя незнакомцами, восхваляющими Элизабет. Весь Брендтон будто бы был одной большой семьей, и Уильям внезапно стал ее частью.

***

Дел было много. Уильям и Элизабет почти весь день проводили в кабинете. Мебель в нем была старая: стол с потресканным лаком, кресло с порванной обивкой, потрепанные шторы, стеллажи с криво прибитыми полками и плешивый ковер на полу. По сравнению со всем остальным особняком, этот кабинет был бедным и убогим. Как пояснила Элизабет, он принадлежал барону Мадельтон, и она решила здесь ничего не менять. Девушка с удовольствием бы и свою комнату не меняла, но слуги поместья сами перенесли все ее вещи из старой комнаты и перенесли в новую, обставив ту мебелью. А в старой комнате Элизабет сделали кладовку. Уильям эту кладовку видел и даже удивился, что там раньше жила Элизабет. Но расспрашивать ни о чем не стал. Было совсем не до разговоров, да и так Мориарти уже многое узнал о леди Мадельтон. Потому они молча работали. Когда Уильям предложил свою помощь, Элизабет отказываться не стала и передала помощнику половину документов, которые потом мельком просматривала после Мориарти. Леди Мадельтон не страдала глупой гордостью «я сделаю все сама». Она здраво оценивала свои возможности и не отказывалась от помощи. Если человек хочет, то пусть приносит пользу. И Уильям приносил. Он часто пояснял какие-то моменты, давал советы. Чаще всего Элизабет соглашалась с Уильямом, чуть реже спорила. Спорить с Элизабет было одно удовольствие! Девушка четко аргументировала свою позицию, спокойно выслушивала мнение Мориарти и его доводы, некоторые из которых опровергала. Порой соглашалась с Уильямом и принимала его позицию, а иногда и мужчине приходилось менять свою точку зрения и признавать женскую правоту. Так или иначе, но молодым людям было приятно работать друг с другом. А главное – их работа была эффективной. Они успели закончить все запланированные дела, и в день отъезда у них наконец-то появилось свободное время. Уильям нашел Элизабет на привычном месте – в кабинете за столом. Девушка раскладывала документы на стопки. – Тебя искали, чтобы позвать на завтрак, но сюда зайти побоялись. Не хотели беспокоить, – Уильям решительно вошел в кабинет и забрал из рук Элизабет последние документы, разложив их самостоятельно. – Времени осталось не так много, и я хотела все успеть. Хотела еще сходить на могилу отца… – поделилась своими планами Элизабет и задумчиво коснулась шкатулки, стоявшей на краю стола. Уильяму было интересно, что здесь хранится, но, как и всегда, предпочел молча дожидаться, когда же леди Мадельтон сама расскажет об этом. И сегодня любопытство Мориарти было удовлетворено: Элизабет открыла шкатулку, в которой лежало два кольца, и достала одно из них. Задумчиво покрутила его, сжала в руки и надела себе на средний палец правой руки. Конечно, кольцо оказалось велико и грозилось упасть, если бы Элизабет опустила руку. Девушка сняла кольцо и убрала его в незаметный кармашек на платье. Еще одно нововведение Дианы? – Отец, несмотря на всю свою любовь к роскоши, почти не носил украшений. Только эти два кольца: одно – печатка с гербом рода, второе – обычное золотое кольцо с гравировкой. Отец дорожил им. И… я хотела бы отдать это кольцо брату. Пусть у него хоть что-то останется от отца. Глупо, не правда ли? Думать о том, кто причинил столько боли мне и Диане, – голос Элизабет звучал совсем тихо. Уильяму даже пришлось подойти ближе и склониться к девушке. – Это не мне или кому другому судить. Я уважаю твое решение: не каждый человек способен отринуть свою ненависть к тому, кто сделал больно, – Уильям прекрасно знал об истории с Генри и, наверно, впервые в жизни не мог подсказать решение. Может, потому, что верного решения здесь быть и не могло? Чувства не могут быть правильными или неправильными. Они просто есть, и с ними нужно как-то жить. – Я ведь тоже не была ни хорошей дочерью, ни хорошей сестрой, – словно не услышав Уильяма. Продолжила Элизабет. – Наверно, это у нас семейное… – Жалеешь? – Мориарти не уточнил, о чем именно, но девушка и так его поняла. Леди Мадельтон усмехнулась и покачала головой. – Нет. Если бы у меня был выбор, то все равно поступила бы точно так же. Но это не значит, что порой меня не гложет вина за мои поступки, – Элизабет помолчала и гораздо тише продолжила. – Но кто-то должен делать то, что делаем мы. Даже если придется пойти на сделку с совестью. Кто-то должен остановить этот ад… Уильям промолчал, но его рука, сжавшая ладонь Элизабет, была красноречивее любых слов. Леди Мадельтон вообще предпочитала действия словам, потому ладонь мужчины приняла с благодарностью и сжала ее в ответ. В такой позе их и застала Эльза, не выдержавшая и все-таки вошедшая в кабинет. – Ой! Простите, госпожа. Я Вам помешала! Просто хотела напомнить, что завтрак уже готов. А Беатрис подготовила букет, как Вы и просили! – протараторила Эльза и ускакала прочь. Кажется, она несколько раз пожалела, что все-таки вошла в кабинет. – Они очень заботятся о тебе, – в который раз за поездку сказал Уильям и потянул девушку к выходу. Элизабет снова промолчала. Ей не хотелось обсуждать это. Ведь чтобы объяснить их любовь и признательность, пришлось бы рассказать о глупых решениях отца и мрачном прошлом Брендтона. Пусть Мориарти запомнит этот город таким – счастливым, уютным и красивым. Уильям таким его и запомнил. Небольшие улочки, ряды милых уютных домиков, бегающие по дороге счастливые дети и улыбающиеся прохожие. Но больше всего Мориарти запомнилось кладбище. Небольшое, оно располагалось в двадцати минутах ходьбы от особняка. К нему вела узкая мощеная дорожка, а само кладбище было огорожено высоким, даже выше чем у особняка, забором. Ворота были закрыты, но Элизабет с легкостью их открыла. Даже скрипа не раздалось, что говорило о том, что за ними тщательно ухаживали, хотя ни сторожа, ни кого-либо еще Уильям не заметил. Элизабет уверенно прошла по протоптанной дорожке вдоль ряда могил, мимо небольшого склепа и остановилась за ним. Там раскрыл свои крылья маленький ангел, возвышающийся над могилой с надписью: «Блейк Винсент Мадельтон». У нее и замерла девушка, не решаясь сделать шаг ближе. Букет в руках Элизабет подрагивал, и Уильям хотел вновь взять ее за руку, но леди Мадельтон сделала решительный шаг и опустилась на колени перед могилой отца, положив букет. Провела рукой по надписи с именем барона, покрутила кольцо с сапфиром и медленно-медленно поднялась с колен, не сводя взгляда с могилы отца. – Я не прошу у тебя прощения. Но все же надеюсь, что ты не жалеешь о своем решении принять меня в семью, – Элизабет говорила на грани слышимости, но Мориарти все равно сумел понять сказанное. Леди Мадельтон уже хотела уйти, когда неожиданно Мориарти опустился на одно колено и, как и Элизабет, прикоснулся к выбитому на граните имени отца девушки. – Ваша жертва не была напрасной. Ваша дочь приведет эту страну к лучшему будущему, – Элизабет не ожидала таких сентиментальных слов от Мориарти. Собственные обращения к мертвому отцу, которого сама же убила, казались девушке глупостью. Но когда к этой глупости присоединился Уильям, все обрело смысл. – И каков наш следующий шаг? – Элизабет поежилась от порыва ветра и обняла себя за плечи. – Общество уже достаточно взбудоражено. Еще одно преступление, и чаща терпения людей переполнится. Начнется хаос. Но как правильно построить новый мир? – Показать, что только вместе их хрупкий мир может существовать. Я не собираюсь отдавать власть в руки народа. Для этого у них пока не хватает знаний и опыта. Но и оставлять ее в руках аристократов, не видящих никого, кроме себя, не стоит. Я стану их врагом, что объединит их, покажет верный путь, на котором человек, подобный мне, не сможет существовать, – Уильям равнодушно пожал плечами, встал с колен и повернулся к собеседнице. Было довольно символично разговаривать о будущем страны и разрушении старой системы на кладбище. Может, тут еще и могилку себе присмотреть? – Хочешь стать тем, ненависть к кому объединит английское общество? Но для этого надо… – Элизабет не договорила. У нее язык не повернулся сказать о причинении боли простым людям. Они ведь хотели их защитить. Но вместо этого должны были принести в жертву будущему Англии. И вроде бы все было правильно, логично, но все внутри Элизабет противилось этому. – И… каков твой план? – Еще не придумал, – Элизабет не поверила Уильяму. Чтобы Мориарти и еще ничего не придумал? Девушка была уверена, что и Уильяма был десяток планов. Просто он тоже не мог решиться осуществить его, потому оттягивал принятие решение. Но это не могло длиться вечно. Сейчас лучший момент, чтобы пошатнуть общество, показать ему, насколько оно прогнило. И Уильям – тот человек, который был обязан сделать это. Больше никто на это не способен. И ему надо быть смелым и уверенным. Наступить на горло своей совести и сделать то, что должен. Как бы не легко ни было. – Почему бы не использовать нашу свадьбу? – тишина затянулась, и Элизабет решила внести свое предложение. – Говоришь, что желаешь объединить аристократию и простых людей? Вместе пережитый ужас скрепляет людей. Страх – лучший способ проникнуться доверием к тому, кто близок с тобой в ужасный момент. Так почему бы не превратить нашу свадьбу в ужасное событие, заставившее людей объединиться? – И что ты предлагаешь? – заинтересованно уточнил Уильям. – Предлагаю устроить «несчастный случай». Например, обрушение здания. Ты ведь сможешь просчитать, как повредить здание так, чтобы все люди успели его покинуть? Аристократию и так уже пригласили, а простых людей могу позвать я от своего имени. И ты всегда сможешь сказать, что это каприз невесты. К тому же, когда вся правда выйдет наружу, никто не удивится, что на своей свадьбе ты захотел уничтожить людей. А люди уже поймут, что вместе проще выжить. Можно даже будет аккуратно убрать неугодных. Кто у тебя еще остался в списке? Уильям задумался, а на его губах появилась легкая улыбка. В голове тут же сложился план. Но для его реализации было необходимо скорее вернуться в Лондон. Впрочем, это не было проблемой. Поезд должен был прийти через час. – Покажу тебе нескольких людей, – знакомый блеск алых глаз подсказал Элизабет, что эти люди не проживут долго. Но их Элизабет не жалела. Если им было место в планах Уильяма, значит, они это заслужили. – Жду с нетерпением, – усмехнулась девушка и двинулась к выходу. Надо было еще забрать вещи, выпить чаю и не спеша отправиться на станцию. Вместе с немалой частью Брендтона: люди вызвались проводить свою миледи и ее жениха. Некоторые даже пытались вручить подарки. Конечно, от всех отказаться не получилось. Что-то перекачивало в сумку, но большую часть подарков пришлось унести слугам в поместье Мадельтон. Уильям выразительно посмотрел на девушку, но та лишь фыркнула и первой села в поезд. Уже в своем купе леди Мадельтон с тоской вспомнила Диану. «Надеюсь, она со всем справилась», – сонно подумала Элизабет, прежде чем погрузиться в сон.

***

Диана была готова ко всем трудностям после отъезда госпожи. Но те начались раньше времени, когда на пороге комнаты появился Бонд. Он торопливо огляделся, нашел взглядом Диану и радостно подскочил к ней. – Ты мне очень нужна как женщина! – Диану впала в ступор. Но еще больше девушку поразил опустившийся на колени Бонд, который взял Диану за руки в умоляющем жесте. А она даже не знала, что именно вкладывается в понятие «быть женщиной». – Мне кажется, госпожа справилась бы с этим лучше, – протянула Диана, пытаясь вырвать свои руки из крепкой хватки бывшей мисс Адлер. – Ты ведь знаешь, что Элизабет уехала, а помощь мне нужна срочно! Да и не подойдет Элизабет на эту роль. Весь Лондон знает, что она невеста Уильяма, а мне нужна женщина свободная, – взгляд, которым Бонд окинул свои спасительницу, пугал. Наверно, так смотрит мясник на тушу, которую будет сейчас разделывать. – Но у меня есть задание госпожи… – жалкая попытка Дианы отказать Бонду, конечно же, успехом не увенчалась. – Но ведь это завтра. А сегодня ты свободна! Это не займет много времени! Просто сыграй мою девушку, – взглянув на ничего не понимающую Диану, Бонд вздохнул и начал объяснять, попутно роясь в женском шкафу. Как выяснилось, две недели назад Бонд спас одну девушку от настойчивых ухажеров, и она прониклась теплыми чувствами к своему спасителю. Стала караулить у особняка и даже несколько раз умудрялась наталкиваться на него в городе. Напуганный таким вниманием Бонд пытался ей объяснить, что он совсем не пара милой леди, но девушка уперлась, утверждая, что Джеймс Бонд – любовь всей ее жизни. И никакие отказы леди и слушать не желала! Потому Бонд понадеялся, что другая девушка стала бы достойной причиной для расставания. – Можно было Фреда попросить помочь, – вздохнула Диана, когда бывшая мисс Адлер вытащила три платья из шкафа. – Фред два дня назад куда-то отправился по просьбе Уильяма. А ты такая миленькая, что любой поверит, что ты мне нравишься! –Диана даже не знала, что ответить на такой комплимент, а предприимчивый Бонд уже рылся в украшениях девушек. И его разочарованию не было предела, когда в шкатулке обнаружилось только две пары сережек, кольцо, кулон и два ожерелья. – Надо будет намекнуть Уильяму, что у его невесты нет украшений. – Госпожа их не любит. Считает лишней тратой денег, – пожала плечами Диана и покрутила свое единственное украшение – кольцо, подаренное леди Мадельтон. – Элизабет такая умная женщина, но совершенно не пользуется своими женскими чарами, – покачала головой бывшая мисс Адлер и протянула Диане выбранное платье. – Но мы ее научим. Только сначала помогу тебе овладеть всеми женским хитростями. С этими словами Бонд с коварной улыбкой попросил Диану переодеться, а затем усадил девушку на стул, чтобы преобразить ее. Ловкими движениями Бонд наносил косметику на девичье лицо. Подчеркнуть глаза, уделить внимание милым веснушкам, оттенить нос, сделать акцент на губах – и вот на стуле сидит уже не обычная девушка, а настоящая красавица, способная покорить любого мужчину. И такую красавицу Бонд и увел из особняка, чтобы медленно прогуляться с ней по улицам Лондона. – Тебе не кажется это глупым? – со вздохом спросила Диана, когда они уже в третий раз проходили мимо булочной. –Поверь, она скоро появится, – с усмешкой добавил Бонд и, подмигнув, добавил, – да и погулять с красивой девушкой вовсе не глупость! Диана покачала головой. Логику Бонда она никак не могла понять. А еще нервировали заинтересованные мужские взгляды. Обычно все игнорировали Диану, но сегодня к ней было приковано внимание, от которого девушка очень быстро устала. Теперь стало понятно, почему леди Мадельтон предпочитала невзрачно одеваться. – Так вот, с кем ты гуляешь! – звонкий женский голос остановил прогуливавшихся Бонда и Диану. Бывшая мисс Адлер шепнула, что спектакль начинается, и приобняла подругу. – Простите, леди Грейс, но я уже говорил, что мое сердце принадлежит другой. Позвольте представить любовь всей моей жизни – Диану, – названная «невеста» неловко кивнула, поприветствовав леди. Как ведут себя влюбленные Диана не знала. Потому просто выдавила из себя улыбку и крепче прижалась к Бонду. – Но в ней же нет ничего выдающегося! Уверена, она даже не аристократка! – возмутилась леди Грейс и фыркнула, взглянув на Диану. – Я тоже не аристократ, потому совершенно не подхожу Вам, – кажется, этот разговор они вели не в первый раз, и Бонду все это уже надоело. Не потому ли он обратился за помощью? – Влияния моей семьи хватит для нашего брака. Я люблю вас. Этого достаточно, чтобы между нами не было никаких преград! Чем она лучше меня? – поинтересовалась недовольно леди, ничуть не смущаясь, что некоторые прохожие уже стали оглядываться в их сторону. – Она не аристократка, а значит, я не буду думать, что не достоин ее, – тут же нашелся Бонд. – Тогда я откажусь от своей семьи! –  решительно заявила леди Грейс, и бывшей мисс Адлер пришлось спешно придумывать следующий аргумент. – А еще она вкусно готовит . – Я завтра же начну брать уроки у семейного повара! – не сдавалась леди Грейс. – Умеет шить! – Найму учителя и сошью тебе костюм! – Готова всегда выпить со мной, – Бонд припомнил, что леди Грейс говорила о непереносимости алкоголя. – Пойдем сегодня же в бар, – уже не так уверенно заявила девушка. И Бонд улыбнулся, почувствовав, что близок к победе. – А еще Диана прекрасно убирается и по выходным помогает в аптеке. – Я… – леди Грейс не сразу смогла придумать, что же она может сделать. Изнеженной аристократке никогда не приходилось работать. Она считала это ниже своего достоинства и даже не знала, что такое тряпка. Бонд был уверен, что девушка сдастся, но он недооценил влюбленность леди. – Я пришлю к тебе свою прислугу. И, если захочешь, буду помогать им убирать. А с аптекой потом все решим. Диана, слушавшая этот забавный диалог, уже запуталась в своих чувствах. С одной стороны, ей было жаль бывшую мисс Адлер, которую утомляло излишнее внимание леди Грейс. Вот как Бонду от нее отвязаться, если нельзя сказать, что вы одного пола? А с другой стороны, Диана не могла не восхищаться упорством леди Грейс. Эта девушка была готова на все ради любви. Даже предать свои принципы и опуститься до недостойных леди дел. Какая досада, что леди Грейс влюбилась не в того человека. Она с завидным упорством пыталась осчастливить мужчину, который мужчиной, на самом деле, и не был и счастья в лице леди Грейс не хотел. Но кто его спрашивал? – Диана –  лучшая подруга невесты моего дорогого друга. Вы ведь слышали о леди Мадельтон? – вдохновлено проговорил Бонд, и Диана недовольно на него покосилась. А госпожу зачем сюда было приплетать? – Я тоже смогу подружиться с леди Мадельтон! В конце концов, мы обе благородного происхождения, – Диана стерпела бы и снисходительный тон леди Грейс, и ее пренебрежительное отношение к простым людям, и даже демонстративное сморщивание. Но никогда и никому не простила бы попытку отобрать у нее самое главное – ее госпожу. Диана крепче ухватилась за локоть Бонда и очаровательно улыбнулась, представив, как назойливую нахалку сбивает экипаж. – Леди Грейс, Вам не кажется унизительным набиваться в жены чужому жениху, когда рядом его невеста? – на самом деле, Диана хотела высказаться намного грубее, но, вспомнив госпожу и ее уроки, решила играть по светским правилам. Ведь нет ничего прекраснее, чем разбить врага на его же поле боя. – Я понимаю, что Джеймс спас Вас, но он поступил бы так с любой леди, попавшей в беду. Не стоит обманываться, думая о своей исключительности. Вы лишь одна из многих в бесконечном списке благородных поступков моего жениха. И какой бы прекрасной Вы ни были, я все равно лучше, потому что меня он любит! Бонд с восхищением взглянул на Диану и сжал ее пальцы в благодарность. Как же многому эта девушка успела научиться у Элизабет! Какой дерзкий взгляд! Какая очаровательная улыбка! Какая уверенность в себе! Диана уже совсем не похожа на ту девушку, что пряталась за спиной Элизабет и недоверчиво на всех косилась, ожидая удара в спину. Она стала смелее, научилась защищать себя и отвечать на чужие выпады. – Меня он тоже может полюбить! Со временем. И я могу дать ему намного больше тебя. – Какими бы богатствами Вы не владели, они не способны заставить полюбить Вас, – протянула Диана красной от злости противнице. Леди Грейс порывалась что-то сказать, но ее рот возмущенно открывался и тут же захлопывался, так как нужных слов не находилось. Диана была уверена, что леди все-таки закричит или ударит ее, но та сдержалась. Только сжала руки в кулаки, сделала глубокий вдох и резко отвернулась. – Ты еще пожалеешь о своем выборе, Джеймс. Я стану гораздо лучше твоей невесты. Только подожди, – с этими словами леди Грейс гордо удалилась. Хотелось бы верить, что навсегда, но, судя по всему, эта леди сдаваться не собиралась, так что вскоре с ней снова предстояло столкнуться. Но это потом, в далеком будущем. А здесь и сейчас можно было облегченно вздохнуть и улыбнуться друг другу. – Спасибо! Из тебя вышла прекрасная невеста, – насмешливо произнес Бонд. – Если она действительно попытается подружиться с госпожой, ты за это заплатишь, – пробурчала Диана, в глубине души довольная произошедшим. – Предлагаю отметить наше успешное сотрудничество! Тут как раз недалеко продаются вкусные пирожные, – отказаться от такого предложения Диана никак не могла, потому их прогулка продолжилась. И закончилась совсем не так, как предполагали девушки. Около одиннадцати вечера их встречал на пороге особняка Льюис. Веселые подруги поприветствовали его и хотели пройти мимо, но строгий голос младшего Мориарти заставил их замереть на месте. – И где вы были? – скрестив руки на груди, поинтересовался Льюис. Он обратил внимание на дорогое платье Дианы, которое ей невероятно шло, на взъерошенные волосы обеих девушек и помятую рубашку Бонда. И вариантов произошедшего было столько, что без объяснений разобраться в этом было невозможно. – Мы просто провожали Диану на свидание с ее женихом, – хихикнул Бонд, и до Льюиса донесся слабый запах алкоголя. – Какое свидание? Какой жених? И почему от вас несет алкоголем? – Мориарти переводил взгляд с Бонда на Диану и обратно, отчаянно пытаясь понять, что же произошло. И какой мужчина вообще вился вокруг Дианы? Она ведь никого близко к себе не подпускала. А тут вдруг жених. Элизабет знает? – Я! – гордо ответил Бонд и тыкнул себе в грудь пальцем. – Мы просто пытались избавиться от моей навязчивой поклонницы, и Диана сыграла роль моей невесты. Хочу отметить, сыграла превосходно! Ее настоящему жениху очень повезет, – прошептал Бонд на ухо Льюису. Мужчина почему-то испытал облегчение, узнав, что жених Дианы фальшивый. Он как-то привык, что единственный человек, которым дорожит Диана, – это Элизабет, и был не готов, чтобы в жизни Дианы появился кто-то еще важный. Почему-то одна мысль об этом вызывала раздражение. А внешний вид Дианы только усиливал его. Вот зачем ей было надевать такое платье? Для кого вся эта красота? – Кстати, Диана, а за какого мужчину ты бы вышла замуж? – неожиданный вопрос Бонда даже заставил Льюиса на миг забыть о раздражении. – За того, кто понимал бы меня и не пытался исправить. Кто принимал бы тот факт, что госпожа всегда будет самым важным человеком в моей жизни, – Льюис был уверен, что Диана ни за кого бы не вышла замуж, и ответ девушки удивил его. Мужчина считал, что она никогда не задумывалась о браке, всю жизнь посвящая госпоже. Осознание собственной неправоты вызывало странное неприятное чувство. – И все же где вы были? И что произошло? – вернулся к старой теме младший Мориарти, подавив эмоции. – Прогулялись неподалеку, поболтали с леди Грейс и решили отпраздновать свою победу, – говорил Бонд невнятно, перескакивая с одного на другое, так что Льюис не мог до конца разобраться в рассказе. Но одно он уяснил точно: девушки перебрали с алкоголем, так что, внятного ответа сегодня от них не дождаться. Лучше отправить их спать и продолжить допрос утром. Вот только девушек было двое, и Мориарти предполагал, что, если отправить спать одну, другая сбежит. Бонд уже начал присматриваться к выходу, кажется, желая продолжить свои приключения. Да и Диана как-то странно смотрела на Льюиса, кусая губы. Мужчина схватил обеих девушек за руки, чтобы не сбежали и на миг задумался. – Чего вы не спите в такой поздний час? – зевая, спросил проходивший мимо Моран. От него тоже несло алкоголем и сигаретами. – Ты вовремя. Проводи Бонда до комнаты и помоги ему уснуть после приключений. А я отведу Диану спать, – Моран хотел возмутится, но красноречивый взгляд младшего Мориарти дал понять, что возражения не принимаются. Все-таки, когда надо, Льюис умел командовать не хуже брата. Моран со вздохом медленно, будто бы опасаясь, подошел к Бонду, посмотрел на его усмешку, ощутил исходящее амбре и, на секунду задумавшись, закинул Бонда на плечо. Не слушая его возмущений, Себастьян быстро поднялся по лестнице и исчез на втором этаже. Диана, почувствовав подвох, дернулась, и тут же ее притянули ближе к мужскому телу. – Даже не думай сбежать. Сама говорила, что завтра утром приезжает Марта, которую тебе надо встретить. Так что будь добра выспаться. Если сама не пойдешь, я тебя понесу, как Моран, – кажется, угроза возымела действие. Диана вырываться перестала. Только обиженно поджала губы и недовольно пробурчала что-то о грубых мужчинах. Но Льюис не слушал ее, ведя за руку по лестнице. Иногда младшему Мориарти приходилось даже придерживать девушку за плечи, чтобы он не упала. На такую вольность Диана что-то бурчала себе под нос, но не сопротивлялась. И даже не оттолкнула мужчину, когда тот усадил ее на кровать и принялся снимать туфли. – Отдохни как следует. И в следующий раз не соглашайся на авантюры Бонда, – Диана хихикнула, и Льюис нахмурился. Он говорил серьезно! А она посмеивалась и смотрела на него своими серыми глазами. И как они могут быть такими притягательными? – Я впервые была на свидании, пусть и с Бондом. Это было весело. Здорово было бы повторить. Только уже по-настоящему, – уже закрываю глаза от усталости, прошептала девушка и внезапно уткнулась Мориарти в плечо, пальцами уцепившись за его рубашку. – И я совсем не против, если бы это был ты… Шокированный таким заявлением Льюис не успел ничего спросить. Диана отключилась прямо на руках Мориарти. Единственное, что он мог сделать – это поправить одеяло и тихо выйти из комнаты. А затем тяжело вздохнуть и взъерошить волосы. Будто бы так было легче понять эту девушку.

***

Тук-тук. Настойчивый звук повторялся снова и снова, и Диане пришлось с трудом распахнуть глаза. Потянувшись, девушка обнаружила, что одета во вчерашнее платье, а оторвав тело от манящей постели, тут же почувствовала сильную головную боль. – Встала? – раздался голос Льюиса из-за двери. – Могу войти? Получив хриплое согласие девушки, мужчина вошел в комнату, с усмешкой осмотрел сонную Диану и подал ей стакан со странным напитком. – Не смотри так. Это не отрава, а хорошее средство от похмелья. Учитель всегда Морана поил им, – Диана сморщилась и попыталась отказаться, но напоминание о деле Элизабет заставило девушку взять себя в руки и выпить предложенную гадость. – Кхе-кхе. Ты меня решил убить, – закашлялась Диана, но все же допила напиток под настойчивым взглядом младшего Мориарти. – Не я вчера пил, забыв о сегодняшнем деле. У тебя есть полчаса привести себя в порядок. Потом позавтракаем и отправимся встречать Марту, – с этими словами Льюис оставил девушку одну. Ему еще предстояло приготовить завтрак. Диане действительно стоило привести себя в порядок. Волосы растрепались, платье помялось, а на лице остались следы сна. Стоило умыться, переодеться. А еще стоило вспомнить, что же вчера произошло после попробованных конфет. Кажется, они были с алкоголем. Почему-то вспомнились глаза Льюиса вблизи и чей-то шепот. Его или ее? И почему накатывала неловкость, когда девушка пыталась вспомнить больше об этом? Нет, сейчас не до воспоминаний о вчерашнем дне. Надо сосредоточиться на деле. А именно: одеться, позавтракать и встретить Марту с дочерью. Уже на выходе из особняка, девушка замерла на пороге, неуверенно посмотрела на стоявшего рядом Льюиса, нервно поправила платье и все же обратилась к мужчине. – Тебе необязательно идти со мной. Я и сама справлюсь. – Если ты не забыла, я дал Элизабет обещание, что везде буду тебя сопровождать. А я всегда держу свое слово. К тому же, если Элизабет узнает, что ты отправилась одна, и будет волноваться о тебе, из-за чего не сможет уезжать по делам, – Льюис мягко подтолкнул девушку к выходу, не слушая ее попыток возразить. Он прекрасно знал об упрямстве Дианы и не хотел тратить время впустую. Девушка, к удивлению Мориарти, молчала в пути. Только как-то тяжело вздыхала и украдкой бросала взгляды на мужчину. А еще всю дорогу крутила кольцо. Кажется, именно это кольцо привлекло Уильяма в первую встречу. Не подарок Элизабет ли это? Наверняка он, ведь Диана так им дорожит. Просто смотрит на кольцо, а на губах расцветает улыбка. Интересно, кто-то, кроме Элизабет, способен вызвать у Дианы такую улыбку? Даже если Льюис и решился бы спросить, ответа он не получил, так как Диана выскочила из кэба и бросилась к вокзалу. Даже не подождала мужчину. Ему пришлось спешно расплатиться с извозчиком и броситься за беглянкой. И почему она не может быть спокойной и не доставлять проблем? Но подумал без какого-либо раздражения. Наверно, младший Мориарти уже привык к ее выходкам. Догнав девушку, взял ее за руку, чтобы не потерялась. А Диана даже не стала вырываться. Только смотрела по сторонам в поиске кого-то. И, судя по довольной улыбке, нашла. – Марта! Лили! – Диана крикнула в толпу, привлекая внимание. И чего все так реагировали? Они же не были Мартой и Лили, но все равно обернулись, чтобы с укоризной посмотреть на громкую девушку. – Диана! Наконец-то добрались. А где леди Элизабет? – пропыхтела пышная женщина в годах. В синем платье с белым воротничком Марта счастливо улыбалась. У нее уже были морщины на лбу, намек на второй подбородок, но глаза сверкали, как у ребенка. – К сожалению, ей срочно пришлось вернуться в поместье. Так что я буду вам помогать, – взгляд женщины сразу потух, но стоило ей заметить Льюиса, все еще державшего Диану за руку, как женщина тут же улыбнулась и лукаво сверкнула глазами. – А кто этот молодой человек. – Это Льюис Джеймс Мориарти. Он сегодня мне помогает, чтобы госпожа не волновалась. – Тот самый Мориарти? Он брат жениха леди Элизабет? – при упоминании Уильяма дыхание Марты на миг сбилось. Кажется, она восхищалась им и уже записала в идеалы мужчины. – Да. Привет, Лили! – Диана не забыла поздороваться и с пятнадцатилетней дочерью Марты. Лили выглядела младше своих лет. Слишком худая (вся в отца), высокая, со спутанными светлыми волосами в скромном светло-зеленом платье, подчеркивавшим бледность девушки. Она только помахала рукой и спряталась за матерью. Лили никогда не бывала нигде, кроме Брендтона, и Лондон пугал ее. Слишком большой, шумный, грязный, надменный, он был совершенно чужд Лили. И только мама рядом казалось надежным защитником. Ну и, возможно, Диана. Только рядом с ней был странный мужчина. Такой красивый, но холодный. Даже его улыбка не несла в себе тепла, в отличии от улыбки матери. – Позвольте проводить вас до квартиры, – Льюис неожиданно для всех поднял их багаж и молча двинулся к кэбу. Марта проводила его заинтересованным взглядом и наклонилась к Диане, чтобы прошептать: – А мужчина хозяйственный! Совсем не боится работать, хоть и аристократ, – Диане хотелось сказать, что Льюис совсем не обычный аристократ, но решила промолчать. Не стоит всех посвящать в их отношения, даже если эти люди добрые и понимающие. Это для их же безопасности. Марта хотела больше узнать о Льюисе, но разговора не получилось. Мужчина лишь односложно отвечал, а порой и вовсе игнорировал вопросы, так что женщина вскоре сдалась и просто рассказывала Диане новости Брендтона. Лили изредка дополняла рассказ матери. Девочка больше смотрела в окно и молчала. Только однажды с любопытством посмотрела на Льюиса, но тут же отвернулась, встретившись с мужчиной взглядом. И первой выскочила из кэба, когда тот остановился, и-за чего чуть не попала под проезжавшую мимо карету. Из нее тут же раздался возмущенный окрик, и какой-то аристократ выглянул в окно, чтобы окинуть девочку презрительным взглядом. Наверняка он хотел сказать еще что-нибудь обидное, но вышел Льюис и холодно посмотрел на аристократа, который тут же стушевался и исчез в карете. – Спасибо, – прошептала Лили и еще тише добавила. – Вы хороший человек. Льюис на это как-то странно хмыкнул. Считал ли он себя хорошим человеком? Едва ли. Если кто и был хорошим, то его брат. Вот только он не согласился бы с такой характеристикой. Тогда кого можно было так назвать? На ум почему-то пришла Диана, но мужчина тут же вспомнил, как она однажды укусила его. Конечно, нельзя было сказать, что из-за этого Диана резко становилась плохой, но точно не была идеалом. – Здесь мы жили раньше с госпожой. Тут есть кухня, и комната разделена на две части, – проводила Диана экскурсию по их старой маленькой квартире, удивившись, что нигде не было пыли. Их не было здесь несколько месяцев, но все выглядело так, будто бы они только вчера переехали в особняк Мориарти. Неужели кто-то здесь убирался? Девушка вопросительно посмотрела на Льюиса и тот, поняв немой вопрос, кивнул и шепнул имя Фреда. Видимо, именно он был ответственным за уборку. Стало понятно, куда парень исчезал каждый вторник. Интересно, а чья это была инициатива? Уильяма? Льюиса? Или и вовсе Джека? Почему-то Диане хотелось, чтобы это был Льюис. Такой глупый женский каприз, от которого девушке стало стыдно. И сдался ей этот мужчина?! Выслушав восхищения Марты, Диана спросила, не надо ли чего купить. И, получив отрицательный ответ, попрощалась со всеми вместе с Льюисом. – Я не хочу сейчас в особняк. Возвращайся один. Я пройдусь, – Диана собиралась пройти мимо мужчины, но тот не пустил ее, осторожно взяв за руку и потянув на себя. – Я обещал Элизабет и Уильяму везде сопровождать тебя. Так что, если ты хочешь прогуляться, я пойду с тобой, – решительный взгляд предупреждал Диану, что спорить бесполезно. И она не стала. Только вздохнула устало и осторожно высвободила руку из мягкой хватки мужчины. Диана бродила по улицам города без какой-либо цели, не обращая внимания на Льюиса. Он шел на два шага позади, чтобы не навязываться спутнице, но в любой момент иметь возможность помочь ей. Порой девушка ускорялась, резко перебегала улицу или замирала в толпе. Но что бы ни делала, Льюис с легкостью находил ее в толпе, чему и сам удивлялся. Диана не обладала такой яркой внешностью, как Элизабет, но взгляд младшего Мориарти все равно с следовал за ней. Казалось бы, обычные каштановые волосы, простое светлое платье, но она приковывала его взгляд снова и снова, как будто была особенной. Самая обычная девушка, даже не особо красивая. Хотя нет, вчера она была привлекательной. И даже было как-то жаль, что она так нарядилась для Бонда. Вспомнив об этом, мужчина качнул головой. Нет, не стоило вспоминать вчерашний день. Ведь перед глазами снова встал образ Дианы с протянутой к нему рукой и шепотом, что она была бы напротив, если бы Льюис был ее мужем. И как ей такое в голову пришло? Все из-за свадьбы Элизабет и Уильяма? Так, хватит! Не надо отвлекаться на глупые размышления. Лучше внимательно смотреть за Дианой, чтобы она не потерялась в толпе (хотя кого Мориарти обманывал? Он бы нашел ее, даже если бы она захотела сбежать). За недолгое время наблюдений Льюис успел подметить для себя несколько ее особенностей. Во-первых, Диана ходила с поднятой к небу головой. Девушка часто смотрела на небо, игнорируя идущих рядом людей, из-за чего ее уже несколько раз болезненно задели. Во-вторых, ходила Диана медленно. Она никуда не спешила, в отличии от других жителей Лондона. Может, поэтому идти за ней было совсем не сложно? Льюис даже порой замедлял шаг, чтобы не поравняться с Дианой. В-третьих, она все время бросала взгляд слева от себя и тут же разочарованно отворачивалась. Пыталась найти кого-то взглядом? Наверно, Элизабет. Она ведь всегда была рядом с ней. Льюис хоть и пристально смотрел на девушку, краем глаза заметил знакомый силуэт. Кажется, этого паренька мужчина уже видел несколько кварталов назад. И что он делал здесь? Судя по суетливым движениям, конечной точки пути у него не было. Скорее всего, следил за кем-то. Проследив за взглядом незнакомца, Льюис понял, что его целью была Диана. Девушка успела забыть о том, что за ней следовал Льюис. Мужчина старался быть таким незаметным, что Диана давно перестала обращать на него внимание. Потому, когда Мориарти резко схватил ее за руку и потянул вперед, она чуть не упала, но все же с трудом удержала равновесие. А затем побежала. У Дианы просто не оставалось выбора, кроме как следовать за мужчиной, все еще сжимавшим ее руку. Мелькали дома, ругались прохожие, сердце бешено стучало в груди, а Льюис все не останавливался. Куда и зачем он бежал? Спросить бы, да в легких и так не хватало воздуха. И, когда силы девушки уже были на исходе, мужчина резко остановился за углом дома, отчего Диана не выдержала и рухнула в его объятия. – Что происходит? – прошипела Диана, желая загнать ногти ему под кожу. Но напряженный взгляд Льюиса подавил это желание. – Тихо, – он задвинул девушку себе за спину, а сам вышел чуть вперед и притаился. Прошла секунда, три, пять, но ничего так и не происходило. Когда Диана потянулась к Льюису, чтобы успокоить напряженного мужчину и сказать, что все в порядке, из-за угла выскочил молодой парень, которого тут же схватил Мориарти. – Почему ты следишь за ней? – Льюис прижал к горлу испуганного парня нож и кивнул в сторону Дианы. Девушка с любопытством взглянула на незнакомца. Она никогда его раньше не видела. И зачем ему вообще следить за ней? Она не госпожа. Внешностью яркой не обладает, аристократкой не является. Кому она вообще понадобилась? – Я просто хотел уговорить ее отказаться от Бонда, – просипел незнакомец. Да, нож у горла не способствует хорошему разговору. – Причем здесь Бонд? – Льюис ожидал чего угодно, но точно не упоминание Бонда. Что опять он натворил?! И причем тут вообще Диана? Пока Мориарти пытался разобраться в странностях ситуации, Диана сразу вспомнила вчерашний день. Тогда она впервые лично общалась с Бондом и даже помогла ему избавиться от настойчивой поклонницы. Не в этом ли крылся интерес парня? – Аннет влюблена в него, но Бонд ей отказал, выбрав эту девицу. А ведь она так спокойно разгуливает по городу в компании другого мужчины. Она не достойна его! Пусть уступит Аннет! – последние слова незнакомец почти прохрипел. Льюису не понравился тон парня, потому чуть надавил на нож. – Аннет? – спросила Диана. – Леди Грейс, – уточнил парень из последних сил. Его руки тряслись, а взгляд нервно бегал от одного собеседника к другому. Льюиса он боялся (сложно не бояться того, кто держит нож у твоей шеи), а на Диану злился. Но парень дураком не был: он быстро понял, что не стоит демонстрировать негативные эмоции в сторону этой девушки. Иначе можно было поплатиться жизнью. – Так ты влюблен в леди Грейс? – поинтересовалась Диана, и незнакомец густо покраснел. Было как-то обидно, что тайну всей его жизни разгадала девушка, на которую он так злился, хоть и видел второй раз в жизни. – И ты ради ее счастья рискуешь своим? Парень кивнул и уже иначе посмотрел на Диану. Не так она глупа, как показалось. – Она влюблена в Бонда. По-настоящему. Ради него она готова на такие жертвы… а он выбрал тебя. Но ведь тебе Бонд не нужен. Так отдай его Аннет. Пусть она будет счастлива. – А если я предложу тебе такой вариант, чтобы ты тоже был счастлив? Вместе с Аннет? – Диана улыбнулась, как Элизабет и Уильям, когда им в голову приходил прекрасный план. – О чем ты? – ее взгляд пугал даже больше, чем нож, приставленный к горлу. – Ты знаешь, как леди Грейс познакомилась с Бондом? – Диана жестом попросила Льюиса убрать нож, позволив человеку облегченно вздохнуть и покачать головой. – Бонд спас леди Грейс от напавших на нее воров. Эта смелость и покорила леди Грейс. Так почему бы нам не повторить ситуацию, только с другим героем? Глядя на непонимающего парня, Диана вздохнула. Она слишком привыкла иметь дело с умными людьми, которые все всегда понимали с первого раза. Даже не так. Обычно они предлагали хитроумные планы. А сейчас Диане приходилось не только придумывать стратегию, но и объяснять ее, рассказывать детали. Вот что сложного просто появиться в нужном месте в нужное время и изобразить героя? Оказывается, надо уточнить, куда можно бить, несильно ли его поколотят в ответ, несколько раз поинтересоваться, почему леди Грейс должна после спасения обратить внимание на Томаса (как выяснилось, так звали незадачливого влюбленного), и многое другое. Через двадцать минут Диана была готова придушить юного Ромео, но мысль – избавить Бонда от леди Грейс навсегда – сдерживала этот порыв. Только когда вдохновленный Томас скрылся, Диана позволила себе кривую усмешку. – Да уж, понятно, почему этот парень не завоевал любовь леди Грейс. Надо будет посоветовать ему быть решительнее, а то мой план провалится. И еще попросить Морана и Фреда сыграть злодеев. И надо успеть разобраться с делами Марты. Завтра придется постараться все купить, чтобы освободить следующий день, – Диана диктовала себе цели и загибала пальцы. Получалось как-то слишком много дел. А ведь госпожа часто делала еще больше! Ох, леди Мадельтон, как у нее дела? Все время она была занята, и у нее совсем не было времени подумать о госпоже. Но сейчас тоска навалилась на Диану. Девушка еще никогда не оставалась так надолго без леди Мадельтон. А ведь это только второй день… – Думаю, пора возвращаться домой. Или ты еще хочешь погулять? – голос Льюиса отвлек Диану от тяжелых мыслей. – Нет. Прогулок на сегодня хватит, – покачала Диана головой и прошла чуть вперед. Затем замерла, нерешительно обернулась и тихо добавила. – Спасибо за защиту. Пусть всего на миг, но Диана испугалась. А Льюис одним своим присутствием успокоил ее. За его спиной было почти так же надежно, как с леди Мадельтон. Только за мужчину, в отличии от госпожи, не надо было бояться. Сегодня Диана убедилась, что младший Мориарти – мужчина сильный, уверенный в себе и очень внимательный. Рядом с ним совсем не страшно. Но отчего-то сердце девушки все равно билось быстрее.

***

Диана в который раз нервно посмотрела в окно. Оставалось полчаса до назначенного времени, а Томаса все не было. Неужели он струсил?! И почему Морана и Фреда тоже еще нет? – У нас есть время. Не стоит нервничать, – Льюису не составило труда догадаться о мыслях девушки. О чем еще она могла переживать, если вчера весь день продумывала детали плана? Даже Марте вчера отвечала невпопад. Но женщина не обиделась. Только загадочно улыбнулась и почему-то посмотрела в сторону младшего Мориарти. –  А если ничего не выйдет? – Диана взъерошила волосы и отчаянно посмотрела на дверь, желая, чтобы она сейчас же распахнулась и впустила оставшихся участников плана. – Ничего страшного. Бонд в следующий раз будет думать, прежде чем вмешиваться, – пожал плечами Льюис и хотел что-то сказать, но в этот момент дверь открылась и в комнате показались те, кого Диана мысленно уже трижды придушила. Томас стоял между Мораном и Фредом и, кажется, хотел все же сбежать, но рука Себастьяна крепко удерживала паренька от побега. – Наконец-то, вы пришли! – облегченно вздохнула Диана и начала излагать свой план. Томас все еще не был уверен в успехе затеи и постоянно все переспрашивал. Под конец объяснения парень раздражал не только Диану, но и Морана с Льюисом. И если Диана и Льюис пытались сдерживаться, то Моран дал волю эмоциям. – Если ты так всю жизнь будешь мямлить, то никакая женщина не выйдет за тебя. Будь решительнее или надень платье, чтобы не позорить мужской род! – рявкнул Моран, встряхнув Томаса за ворот рубашки. Тот пошатнулся, но с трудом устоял на ногах и затравленно посмотрел на Диану. Девушка же, копируя госпожу, скрестила руки на груди и снисходительно посмотрела в ответ. Томас понял, что на его стороне нет никого. – Он прав. Тебе надо быть увереннее в себе, иначе план провалится. Все зависит только от тебя. Если у нас ничего не выйдет, нам все равно. А ты потеряешь свой шанс быть с любимой, – возможно, чуть более резко, чем надо произнесла Диана и подала знак. Показалась леди Грейс. Как же повезло, что сегодня у леди Грейс были дела. Не пришлось ничего придумывать, чтобы выманить ее на улицу. До того, как она пройдет мимо дома, в котором в засаде сидела Диана с мужчинами, оставалось пять минут. Пришла пора выдвигаться на свои позиции. Моран усмехнулся, подтянул к лицу шарф и, кивнув Фреду, вышел с напарником. Чуть помедлив, Томас тоже отправился на свою позицию, в последний раз неуверенно посмотрев на Диану. Девушке показалось, что в его глазах мелькнул огонь решительности. – Все, что могла, ты сделала. Осталось лишь посмотреть, каков будет результат, – Льюис положил руку на плечо Дианы и мягко подтолкнул ее к окну, чтобы посмотреть представление. Леди Грейс, спешившая на вечер графини Эванс, и не подозревала, что сегодня играла главную роль в чужом спектакле. Все, что ее заботило, – отказ Бонда и его невеста. Подумать только, невеста! И что он нашел в этой девице?! Каштановые волосы, когда у леди Грейс прекрасные белокурые локоны. Серые глаза, а у Аннет прекрасные голубые океаны. Почти полное отсутствие украшений против изящных драгоценностей леди Грейс. Как Бонд мог выбрать вместо нее эту простушку?! Леди настолько погрузилась в свои мысли, что слишком поздно заметила возникших на ее пути двух мужчин. Они уверенно двинулись в сторону одинокой девушки (и куда только делись прохожие?), обступив ее с двух сторон. – Что вам надо? – даже если леди Грейс и была напугана, она никоим образом этого не показала. Только спокойным голосом поинтересовалась у мужчин целью их визита. – Друг, как думаешь, сколько стоит эта красотка? – хрипло спросил Моран у Фреда, специально меняя голос до неузнаваемости. Фред показал ему пальцами приличную сумму. Морам усмехнулся и схватил леди Грейс за руку, потянув на себя. – Ну, что, красотка? Развлечешь нас? – Себастьян наклонился к уху девушки, обдав горячим дыханием. И только тогда леди Грейс не выдержала и дернулась. Она хотела закричать, но ей тут же зажали рот. – Отпустите ее! – удивительно, но голос Томаса даже не дрогнул. Он решительно вышел вперед и обратился к дрожащей Аннет. – Не бойся. – Бояться нужно тебе! – этот яростный рык был достоин аплодисментов мисс Адлер. В него поверил бы кто угодно. Даже Томас вздрогнул на миг, но, заметив подмигивание Морана, взял себя в руки и занес кулак для удара. Выглядело это со стороны комично, но леди Грейс, никогда не видевшая мужских драк (случай с Бондом не считается, так как из-за стены дома девушка ничего не смогла рассмотреть), поверила в реальность происходящего. Начался постановочный бой. Ровно за секунду до удара Моран и Фред чуть отклонялись в сторону, но со стороны казалось, что их избивали. Томас же один раз чуть не получил в нос, но Моран вовремя отвел кулак в сторону, сделав вид, что промахнулся. Не имевший опыта в драках парень заметно нервничал, но взгляды противников успокаивали его. – Последний удар, и мы убежим. А ты пойдешь утешать в своих объятиях Аннет, – прошептал Моран, «отлетевший» от очередного удара Томаса. Фред тоже отшатнулся, зажал рукой нос, делая вид, что его разбили, и побежал прочь. Моран рванул за ним, и Томас остался наедине с пораженной леди Грейс. – Аннет, ты как?! – бросив взгляд на дрожащие плечи любимой девушки, Томас на миг даже пожалел, что согласился на эту авантюру. Но, заметив восторг в глазах леди Грейс, преисполнился благодарностью к Диане. – Благодаря тебе со мной все хорошо. Ты очень вовремя появился! – Аннет позволила Томасу поднять себя и очаровательно улыбнулась своему спасителю. – Не знала, что ты умеешь так здорово драться! – Просто не было необходимости, –быстро соврал Томас и смущенно прокашлял. – Может, мне проводить тебя? – Буду благодарна, мой герой, – Аннет еще никогда ему так не улыбалась. Это была улыбка женщины, которая вышла на охоту за удачным браком. И в этот раз жертва не хотела сопротивляться. – Ты молодец. Уверен, после этого спектакля Бонд сможет снова спокойно гулять по городу, не боясь назойливых леди, – Льюис ободряюще похлопал Диану по плечу, и она гордо приосанилась. Похвала была приятна. – Спасибо. Думаю, пора возвращаться. Завтра надо много куда съездить. Ты же составишь мне компанию? – ответом девушке была чуть насмешливая улыбка, говорящая «а разве может быть иначе?».