Штормовое предупреждение

       С заходом скрытого облаками солнца в лесу стало мрачно; мы все чаще спотыкались, даже когда включили фонарики и светляки. Внимания привлечь к себе не боялись: Доркас прикрывала нас иллюзионной дымкой, поглощавшей лучи в пределах радиуса на несколько шагов шире нашей процессии, да и к нам прибавилась — помимо потрясающе чуткого слуха у меня и Хелии, — разведка покруче: Флоре лес буквально нашептывал…        Если она уже прокачалась до этого уровня.        Но не всем пеший поход давался легко: вопрос стоял с банальным отдыхом. Ванесса держалась чудесно, Флора и Доркас тоже, но мы все замечали — особенно я, слушая их дыхание, — как они уставали. Блум продержалась чуть дольше, но и она начала сдавать пару часов назад. Тренировки Соры принесли плоды: я чувствовала себя прилично. Темп шагов Крис, Аль и Антея за день не изменился вообще, про Хелию и Тимми молчу, у Майка работа пожарного, очевидно, что он физически подготовлен, ну а Стамира…        Дыхание Стамиры, во-первых, было, во-вторых, не сбилось ни разу. То ли магия, то ли наша профессорка, вопреки почтенному возрасту, в отличной физической форме.        Флаувер часть пути сидела на плече Блум, потом, спросив разрешения, перелетела на мою макушку. Мне пикси не мешала, а ей дышалось легче — как она вскользь бросила, я фильтровала магию.        Остаточное влияние поглощенного Гептамерона или достигнутый Никс, но разлитые в воздухе эманации Армии, согнавшие пикси в Алфею, перерабатывались моим даже подистощенным источником, создавая вокруг комфортную ауру. Вот анекдот же! Не более смешной, чем тот факт, что для пикси-журналистки Флаувер оказалась на редкость вежливой, спокойной и немногословной. Может, конечно, атмосфера сказывалась? Не на пикник же собрались. А может, возраст — на малышку Пиф она не походила, больше напоминала пикси Музы… Тьюн, вроде? Или так звали канонную пикси Текны?        Поляну для привала выбрали Крис, Антей и Аль в построенном, в основном, на переглядах и жестикуляции коротком споре, по итогам которого Антей заткнулся и пошел устанавливать палатки в месте, куда Крис бросила атейм.        Палаток было не так чтобы много: по одной в разгрузках у этой троицы, явно предназначенные для раскопок, по одной — у Хелии и Тимми, взятые из запасников Фонтана.        В теории парни могли поместиться в одной, может, даже Майк бы, а потом? Крис, Аль, я? Ванесса, Блум, Текна, Флора? Диаспро и Доркас со Стамирой?        Ха-ха. Нет, конечно.        Хорошо хоть, Флаувер считать не приходилось…        Пока мужская часть команды до странности единодушно потянулась помогать Антею с палатками… на ходу выясняя, сколько именно из имеющихся стоит оставить на всякий случай упакованными… а Диаспро, у которой оказалась своя, магическая, установила ту одним мановением (тоже интересно, кстати: почему Фонтан не предоставляет такие специалистам — я понять могу, магов среди них не водится, а как быть с раскопками? Или всё дело в цене? Во сколько вообще обходится покупка… артефакта, выходит? Или, как с рунами, любая достаточно прилежная старшекурсница осилит создание, но это вопрос целесообразности? Надо бы не забыть спросить), мы с Блум готовили на костре.        Ну, как «мы»? Началось-то с того, что Ванесса с улыбкой сообщила, что в детстве ходила в походы с отцом, но там у них была значительно всё упрощавшая газовая горелка, а у нас — только магия.        Моя.        Маленькая молния с пальцев разожгла сухие ветки… после чего меня незаметно от готовки оттеснили.        Флора уселась рядом с костром, изрядно потратившись, чтобы ветви деревьев сомкнулись над нами, скрывая от возможных летающих тварей… и солнца. Никогда так рада не была, что с нами нет никого с Солярии. Стамира разместилась на краю поляны, выбрав поваленное бревно в качестве наблюдательного пункта. — Надо составить расписание дежурств, — сообщил вернувшийся Тимми.        Он особо уставшим не выглядел, но я видела его глаза: вся усталость у него в голове. Переживал. Я похлопала по земле рядом и, когда он сел, привалилась к его плечу. Надеюсь, мое тепло хоть немного его отогреет и успокоит…        Отвлекшаяся от готовки Блум заняла место по другую сторону от меня. — Доркас точно надо отдохнуть. Я могу подежурить часть ночи? — предложила я не без умысла: сама полуночничать в принципе привыкла, а вот Доркас — кошка, по ошибке ставшая человеком, тем более сегодня потратилась, ей точно нужно восстановиться… — Спите, дети, я посторожу. Старые кости не дают спать спокойно, — кхекнула Стамира.        Собственные старые кости?..        Из ее уст комментарий звучал максимально двусмысленно. Только бы Крис в качестве стоянки не выбрала какой-нибудь могильник…        Даркаров балахончик, а о чём именно они спорили? Хоть бы говорили что-то, а не глаза закатывали, руки скрестив на груди, чтобы нам понятнее было… Вдруг Антей не просто другую поляну предпочёл бы? Или Аль не к воде ближе хотела, а отсюда подальше?        Нет, беспокоиться, как бы, не о чем, с нами в любом случае некромантка, да и я квартиру с баньши (тоже с нами!) купила, но все-таки поежилась.        Так, значит, Стамиру из дележки палаток исключаю?..        Секунду. А парни её считали вообще? Раз установили только четыре из шести? И, если да, с кем планировали размещать? А если нет, то основываясь на чём?        Это тоже выяснить бы… Потом.        Когда-нибудь.        Когда всё закончится.        …Совместное варево Блум и Ванессы оказалось даже вкусным. Вторая с поразительным самообладанием ненавязчиво поддерживала атмосферу: очень мягко всех перезнакомила, и теперь вела разговор со Стамирой. О растениях!        Не знаю, смогла бы Ванесса так, если бы увидела произошедшее в туннелях… Или — родись она здесь? Флора вот, несмотря на тему, отмалчивалась…        Майк обсуждал оружие и последние сводки с «полей» с Тимми: в Алфее-то и он, и Ванесса остались не у дел, никто ничего не докладывал, разве что Блум что-то говорила, но и она, и Текна были слишком заняты нашими планами по воссоединению.        Вот и не пригодились ведьмины круги. Хотя… — Флора, на пару слов, — позвала я, поманив за собой и Блум, и Текну, и Доркас, совсем проигнорировав выразительное лицо последней, говорящее о всей глубине ее энтузиазма.        Понятное дело, нас никто не останавливал, даже заинтересованно мазнувшая было взглядом Крис, только Диаспро посмотрела прямо и спросила, может ли присоединиться. Я оглядела подруг, ожидая вердикта; сама была не против, ничего такого уж секретного… — Это колдовство не запрещено в новейших редакциях, так что свидетели ничего не решат, — успокоила мои тревоги Доркас, скрестив руки на груди; на Диаспро она смотрела как-то… едва заинтересовано, как примериваясь к кусочку десерта после сытного ужина — вроде, и хочется, а вроде — и не знаешь, надо ли.        Блум застыла в сложных чувствах: она, как я заметила, вообще не стремилась к своему сокровищу, но вот глаз с Диаспро не спускала. — Не вижу причин для отказа, — отчиталась Текна, но бросила взгляд на Блум; та отмерла, вздохнула и кивнула.        Флаувер закопошилась в моих волосах, но промолчала.        От поляны мы отошли недалеко, ровно так, чтобы кусты и деревья прикрывали. Флора не нервничала, смотрела открыто и доверчиво… Может, ее успокаивало присутствие Текны и Блум.        Или отсутствие в прямой видимости Крис.        Я вкратце изложила идею про ведьмины круги и предложила грибы прорастить вот прям здесь. — Будет классная возможность в любом другом месте прорастить еще круг и смотаться! — с энтузиазмом предложила я, мысленно показывая неприличный жест всем директорам. Сами себе подстраховку обеспечим безо всяких подачек, к тому же чрезвычайно редких! — Если что, можно использовать для эвакуации гражданских…        Эта мысль пришла только что, но ведь и правда: от поляны меньше половины дня до Алфеи… В теории. Если подземный туннель не содержал в себе пространственные приколы, сокращавшие путь от школы до озера. — Разумное решение. Крис здесь, может скорректировать процесс, — кивнула Текна, и я даже слегка расправила плечи от гордости: в свою голову я временами не только сахарные бомбы закидываю, но и расщедряюсь пустить в мысли что-то логичное.        Флора мягко улыбнулась, заверив, что прорастить круг грибов для нее ничего не стоит, но уточнила, нужны ли съедобные или ядовитые. Представив, как какой-нибудь олененок сожрет часть круга и херит весь план, решили, что нужен ядовитый. Достаточно, чтобы фауна не позарилась, а не мухоморы-поганки, которые и переварить могут…        Хотя Армия разгоняла живность так, что за день даже издалека мы не увидели ни зверя. Плохо им было — не как пикси, но все же.        Интересно: а другим магическим существам? Может, если спрошу на паре профессора Драма, он отвлечётся от плана…        Потом.        Когда-нибудь.        Диаспро смотрела на нас… не с уважением, но с одобрением, будто не ожидала такой продуманности. Может, для принцессы мы и правда казались простачками, как для нас с Доркас — сахарные окрыленные с Алфеи, не сталкивающиеся ни с кем страшнее Гризельды…        Не, ладно, Гризельда действительно немного пугает. Как ведьма Башни говорю.        Круг прорастили, руны вырезала Текна с помощью лазера, повторяя точь-в-точь те, что были на видео, пока я на всякий случай привела Крис оценить работу. Та вскинула брови, походила, похмыкала, чуть ли не куснула мертвенно белые шляпки грибов и вынесла окончательный вердикт: работать должно. Не «будет», а «должно». — Не пользовалась ни разу. По грибам у нас мадам Аманита, — и развела руками, открыв уже рот что-то добавить, когда к нам вышел потерявший её Антей и утащил Крис за собой.        А я не удержалась от вздоха по теплым денькам в компании библиотекарши и голодных до магии книг. Такая ностальгия пробрала и жалость к себе, но ситуация к рефлексии… не располагала.        Потом.        Когда-нибудь.        …Эраклионский кулон я походя, когда мы пошли к лагерю, вручила Блум, сказав надеть. Та порассматривала его с секунду, послушно нацепила и только после спросила, что это за штука. Потрясающее доверие! Я потерла шею, посмотрев на темное небо, думая, как рассказать историю так, чтобы Блум не швырнула кулон в костер или не пошла бить морды. Не хочу схваток дракона с принцем, мы не в сказке. Тут принц очевидно не выживет. — Это подарок принца Ская в качестве извинений, — сообщила Диаспро, шедшая рядом, но как будто в отдалении: она держала дистанцию и физическую, и словесную, но именно сейчас вклинилась.        Текна с удивительной деликатностью утянула за собой Флору, Доркас даже шага не сбавила, поняв, что мы задерживаемся.        Голубые глаза Блум остановились на принцессе, она сжала пальцами кулон-бабочку и просто слушала рассказ Диаспро… — …И, возможно, он поможет обрести Энчантикс, так как в сущности является бывшим флаконом для волшебной пыльцы, — добавила та, стоило речи зайти о функционале артефакта: хотя многого не знала, все-таки не в сокровищнице ее планеты украшение хранилось, из исторических документов и слов королевы Самары Диаспро вытянула нюансы.        Что-то неточное помнилось мне в мультике про Пирос, да и Майа какой-то кулон давала Блум, а тут у нее уже собственный и больше имеющий шансы переродиться в Энчантикс, раз уже был частью превращения…        А как это вообще работает? Ну то есть, разве флакон для пыльцы не должен был исчезнуть вместе с хозяйкой? Или просто по окончании действия превращения?.. Ладно, магии пути неисповедимы, будем считать, что предок Диаспро — очень хороший артефактор. — Понятно. Ты была не против, чтобы артефакт передали Мише. А теперь — не против, чтобы он оказался у меня? — спросила Блум медленно, подбирая каждое слово.        В её голосе не было агрессии, но в глазах светилось напряжение — как в ожидании удара, даже если он не последует… Или подвоха? Разочарования? Диаспро откровенно загрузилась от такой постановки вопроса, даже чуть нахмурилась: с ее умением держать равнодушное личико — неожиданная эмоциональность! — Это… — начала она, и голос её был ровным, хотя — тише. Потрясена ли она была общей прямотой или самим вопросом, но маску аристократичности вернула. — Это был дар Мише. От принца. Она распоряжается им. Если отдала тебе — значит, так нужно. — На секунду она замолчала, глядя в глаза Блум — что-то, видимо, было во взгляде, что её пробирало. — И, если честно… мне легче думать, что он у тебя. Ты фея. Он тебе нужнее.        И первой отвела взгляд, будто проигрывая или сдаваясь. Блум слегка наклонила голову — хотелось пошутить про хищницу, почуявшую слабину, но я затаила дыхание, пока на меня не обращали внимание.        В лагере остальные расселись вокруг костра — я слышала дыхание, разбирала если не слова, то интонации: теплоту в голосе Ванессы, недовольство Аль, сопровождаемые непонятным подтекстом спокойные реплики Антея, — а мы застыли на краю, чуть прикрытые кустами. И, уверена, наши макушки им было видно не менее прекрасно. — Спасибо, — Блум слегка сжала кулон в ладони, кивнула медленно; на ее лицо легла тень… и блеск из глаз пропал. Ощутимо повеяло… напряжением. — Принц Скай стоил того, чтобы ты прилетела сюда? — неожиданно хлестко, почти обвиняющим тоном спросила она; чуть-чуть — и зарычала бы.        Диаспро удивленно посмотрела на Блум, потом ее брови едва заметно опустились, но она не хмурилась, по-прежнему сохраняя самообладание. — Принц Скай — не единственная причина. Я не собираюсь отчитываться, — отрезала она, проводя четкую границу, пусть и вежливо.        Сдержанно.        Это не было завуалированным посланием куда-то подальше, просьбой не лезть в чужие дела. Но Блум, похоже, наоборот, разозлило еще больше: она почти вспыхнула, вскинув подбородок и шагнув вперед.        Да, Диаспро держала дистанцию — «и физическую, и словесную», — но какое дело нашей драконице было до этого? — Разумеется. Принцесса может сделать все, что вздумается, тем более — когда ее принц в беде! — Будь в Блум сейчас хоть искра — уж точно полыхала бы не только метафорически. — Припереться сюда посреди военных действий! Вписаться в авантюру, не оставшись под защитой Фонтана! Всё это — из-за не стоящего и пыли под ногами блондинчика?!        Впервые видела её в гневе… Или не впервые? Но сложно было припомнить ее настолько же взбешенной: она почти шипела Диаспро в лицо. Несмотря на плюс-минус один рост, казалось, будто Блум слегка нависает над ней.        Диаспро выглядела… не «ошарашенной» — слишком неправильный эпитет, не соответствующий аристократическому охреневаниваю принцессы, — но почти подняла руку, чтобы дать Блум пощечину или оттолкнуть… Только вот та перехватила тонкое запястье. — Р-р-ради чего? — утробно прорычала она не своим голосом.        Я почти готова была подойти и оттащить ее от «сокровища»… когда от Блум повеяло магией! Слабо. Ничтожно слабо…        Диаспро взглянула на неё пристально, задержав дыхание на долю секунды. Ее сердце слегка сбилось с ритма.        Я слышала. — Ради тебя.        Ответ ошарашил внезапностью, но больше поразила искренность: да, я уже выяснила, что могло заинтересовать Диаспро, но все равно слышать такое сказанным откровенно и прямо, да еще и в таком контексте… Даже щеки потеплели. А каким растерянным стало лицо Блум!        Диаспро продолжила развивать успех: — Я вижу, кто ты. Не просто ученица Алфеи. Не просто фея. Ты — след древнего рода. Ты — огонь, который не погас, несмотря ни на что, — голос её был мягким и спокойным, почти обволакивающим.        Пламя эмоций Блум медленно унималось; она в сомнении нахмурилась и опустила руку… вместе с так и не выпущенным из хватки запястьем Диаспро. — Что ты знаешь? — осторожно уточнила Блум; правильно: почти никому она не признавалась в происхождении. — Не всё, — честно ответила Диаспро, не делая резких движений, сохраняя тон — как зверя успокаивала. — Но достаточно, чтобы совпадений стало слишком много. Ты — младшая принцесса Домино, единственная живая наследница королевской династии, — напомнила о своей осведомленности она, пристально смотря в глаза Блум. — Моя пращурка Селкет имела договоренности с Домино, и я хочу знать, какие именно. Я помогу тебе — а ты поможешь мне разорвать помолвку с принцем Скаем.        Слова прозвучали как гром среди ясного неба.        Всё, что я помнила про Диаспро из мультфильма, — ее внеземная любовь к Скаю. И какая-то муть с симпатичным магом из третьего сезона… не мелодиец, но имя музыкальное такое… тромбон? валторна? Он ещё ей что-то вроде амортенции подогнал… А тут такой фортель!        Ну, любви к Скаю с её стороны я действительно не заметила, взаимодействовали они довольно прохладно, сам он и вовсе почти огрызался. Идиот, что с него взять, такое сокровище… ну да, Сокровище упустил. — Я сделаю всё, чтобы разорвать эту помолвку, — твердо сказала Блум.        Диаспро в очередной раз удивилась, похоже, еще не въехав, что драконица положила на нее глаз, а та глубоко вздохнула, с виноватой улыбкой очень медленно отпустила запястье и будто с огромным усилием сделала шаг назад.        Даже полшага. — Принудительные помолвки — дикость. Расскажи больше, мы придумаем как тебя вытащить. И… если договоренности Селкет с Домино были в письменном виде, можем поискать в библиотеке Домино, я уже была там.        У-у, всё вываливает! Ладно. Блум — взрослая девочка, пусть сама расхлебывает то, что заваривает, я только подставлю дружеское плечо, чтобы она совсем не пропала. — Ты дала Слово, — кивнула Диаспро и слегка улыбнулась. Улыбка ее очень красила… хотя она и так была красавицей! — Займемся этим позже, когда разберемся с Армией Тьмы.        На этом обещании мы всё-таки вернулись к костру.        Блум и Диаспро завели более спокойную беседу, Диаспро «хвасталась», как именно вычислила ее, а наша маскирующаяся под принцессу драконица имела совесть покраснеть и признать, что очень глупо прокололась со своими «редкими камнями». Вот уж не думаю, что они такие уж «улики», — просто кое-кто имеет имя пропавшей принцессы и внешность королевы Марион!        Как бы там ни было, меня тоже атаковали: — Так что за отношения у тебя с эраклионским принцем? Чтобы извинялся перед ведьмой… — Флаувер наконец начала походить на почуявшую сенсацию журналистку, а я задумалась, сотрудничает ли она с газетами Магикса или чисто для своих газету выпускает.        От этого, между прочим, напрямую зависело мое спокойствие! — Для извинений пришлось дождаться целого нападения Армии Тьмы, — отшутилась я, решив все максимально утрировать.        Флаувер посмотрела скептически, зависнув в воздухе напротив моего лица, всей мимикой выражая мысли. Ну а я что? — Не куксись, как всё закончится — дам любое интервью.        Главное, чтобы это не оказалось флагом смерти, клишированным обещанием, которому не суждено сбыться…        Как бы я ни храбрилась, реальность пугала. Инстинкт «бей или беги» сводил мышцы, случайно ускорял сердцебиение, заставлял бесноваться магию, и в моем случае не было никакого третьего варианта «замри». Но все старались, храбрились, поддерживали друг друга — и я тоже загоняла всё глубоко внутрь.        Любые истерики и панички — потом.        «Когда-нибудь», да.

***

       После ужина начали расходиться. Первыми ушли Флора и Ванесса, все-таки сильно вымотавшиеся, после уползла куда-то в сторону грибного круга Крис, в рамках поразительной чуткости дождавшаяся, когда не травмирует этим нежную душу окрылённых, и пошёл с флягой к ручью неподалёку Тимми (я мягко сжала его плечо на прощание), а вот Диаспро и Блум продолжали разговаривать, вороша веткой едва тлеющие угли.        Аль с Антеем долго бурили друг друга взглядами, если можно так говорить при условии, что глаза Аль были закрыты, будто опять спорили о чем-то — или договаривались.        В итоге он просто кивнул и ушел в выбранную парнями палатку.        Аль осталась у костра. — Пойдем отдыхать? — я глянула на Доркас, рядом с которой сидел Хелия.        Они не вели беседы, и он не держал ее руки или вроде того, но сидели они довольно близко. Подруга заторможено согласилась, Хелия поднялся следом за ней.        Пожелав всем спокойной ночи, я забурилась в нашу — «ведьминскую» — палатку, чуть не споткнувшись о тканевый порог.        Тимми и Хелия профессионально установили — палатка даже не шелохнулась, когда я чуть кубарем не свалилась на спальник… Хм. А мягонько.        Доркас хмыкнула мне в спину, зашла следом и опустилась на спальник у стенки. Использовала меня как своеобразный буфер между собой и Аль с Крис?        Ну, не могу ничего предъявить, Доркас действительно не слишком охотно шла на контакт, тем более тактильный! И именно из-за этого я колебалась, рассматривая укладывающуюся подругу. Стоит ли попросить ее взять меня за руку? Или самой проявить инициативу? Все-таки она на себя взяла ужас ситуации, затёрла всю мощь эмоциональной реакции от наблюдаемого убийства разумных, и я не знаю, каково ей…        И стоит ли испытывать границы ее готовности терпеть мою прилипчивость…        Для начала просто поговорю!        Но тут в палатку ввалилась так и не расставшаяся со свитком Крис, тоже чуть не запнулась о порожек, приземлилась рядом с моими ногами, пробормотала извинения, смахивавшие скорее на ругательства, и переползла поперек двух других спальников.        Потускневшая звездочка Аль, будто перешедшая на ночной или энергосберегающий режим, крутилась у её лба.        Крис я доверяла (она больше волновалось о стабильном подсоединении к Универсуму, чем о любых парах, до невозможности легко для ведьмы делилась информацией и ни разу и глазом не моргнула на любой мой вопрос; иногда казалось, что я могу спросить у неё о вероятности возвращения Даркара — и она на-гора выкатит библиографический список в пятнадцать позиций и три «равновероятных при всех вводных, честно» ответа и даже не поинтересуется, зачем мне), однако доверяла ли ей Доркас?        Что она о ней… вообще знала, кроме сплетен в Башне? Ну, и нашего знакомства?        И какие сплетни о Крис знала я?..        А никакие не знала: в прошлом году Сторми не интересовали старшекурсницы в принципе, она бы и преподсостав забыла, будь её воля, а в этом я и внимания не обращала — ну, не считая испытываемой ведьмами постарше по отношению к Крис опаски… или первого предупреждения Соры… и того, как Фрэнк пытался уйти от разговора с ней…        Ну да.        Что бы Доркас о ней ни слышала, доверию это явно не способствовало.        Через пару минут немного неловкого — для меня, по крайней мере — молчания заглянула ворчавшая под нос Аль, расплетая косы. — Отбой! — щелчком потушила она звездочку на входе и без малейшего сомнения (грациозно не задев меня даже в полной темноте!) упала прямо на Крис.        Зашуршали спальники — спальник? — и одежда. Доркас не цокала языком и не хмыкала, но недовольство от нее я почти ощущала кожей. — Колено, — заметила Крис лаконично (значит, спальник?) — в полголоса из уважения к нам, скорее всего, но… я не помнила ни случая, чтобы ей понадобилось кричать. — З-с-саткнись, — шипение Аль почти ничем не походило на змеиное Крис — скорее, что иронично, оно было шелестящим, бумажным…        И за ним последовало еще более активное, уже в чем-то агрессивное шуршание ткани. Доркас шевельнулась, как будто хотела до меня дотронуться, стоило тому резко прекратиться. — Я заебалась, — объявила Аль, и я готова была согласиться: неделька началась потрясающе, а если учитывать, что компашка Крис после раскопок толком отдохнуть не успела — сразу оказалась посреди натуральной войны…        Что ж, у них последние несколько дней выдались ещё веселее. — Мы шли даже меньше, чем на той неделе, — заметила Крис — спокойно, но с оттенком иронии (я же говорю! Отдыха им бы…).        Шуршание возобновилось — я почти уверена была, что Аль пыталась придушить подругу подушкой, и даже не потому, что мерное дыхание Крис приглушило чем-то объёмным. — Заткнись-заткнись-заткнись! Там не было леса, — и снова — тишина, я лишь уловила в темноте палатки, как Крис отпихнула от себя подушку, а еще — сворачивание ее свитка. — И твоей с нами… Маньячка. — От кого слышу… — вот карточку ставлю: Крис закатила глаза!        На этом обе они замолчали.        Доркас расслабилась минут через двадцать — для нее непозволительно долго! Видимо, до конца расслабиться в палатке с чужими ведьмами сложно…        И разбери ещё, из-за чего сложнее — из-за палатки или из-за чужих?        …а зачтёт ли Драм это за практику на Болотах? Нет, конечно, но вдруг?        Я какое-то время лежала с открытыми глазами, вслушиваясь: сопение Доркас, тихое бормотание сквозь сон Крис, ровное дыхание Аль… В соседней палатке ворочался Майк, мягко и едва слышно нажимал на голографический экран Тимми, спокойно спали Хелия и… Антей так слабо дышал, что я даже встрепенулась… да не, живой наверняка! Просто спит. Крепко.        В палатке фей Ванесса успокаивала Флору, Текна редко вставляла подбадривающие комментарии: «Мой опыт общения с Мишей»… Ага, значит, успокаивали насчет ведьм.        Диаспро и Блум так и сидели у костра, но о чем они говорили — я не вслушивалась, уважая личные границы. Да и, чтобы услышать, надо было магически напрягаться, а я все-таки пыталась расслабиться и уснуть!        Вот бы зачёл…        …Утро настало внезапно.        Не было нападений, просто стало холодно и тревожно — но не из-за магии Армии или оригинальной побудки Стамиры: Доркас стащила с меня одеяло.        Я медленно села, потирая глаза, паутина какого-то неприятного сна замедляла мысли, никак не получалось ни одну ухватить за хвост, а казались они чрезвычайно важными… Впрочем, через пару минут отпустило, мысли вернулись в нормальный темп, а сердце перестало гулко стучать в груди. Доркас укуталась сразу в два одеяла…        Возможно, за плюс-минус спокойный сон я должна благодарить её?        Даже не возможно, а точно: вчерашняя мгновенная безмолвная… казнь, и не назвать по-другому, должна была оставить неизгладимый отпечаток на психике, мне не могли не сниться кошмары.        Я ведь… не застала войны лично. Читала книги, смотрела фильмы, в школу приходили ветераны, и… это было страшно, да, — но далеко и давно. Теперь же руку протяни — вот она.        Всамделишная.        Когда потянулась, чуть хрустнув суставами, не привыкшими к походному жестковатому сну, ощутила — опять практически кожей — направленное чужое внимание.        Жëлтый — опять с фиолетовым отливом, и, наверное, у этого был непонятный мне паттерн, — глаз Крис медленно моргнул мне из-за макушки Аль, как-то… по-совиному, что ли? Бледная ладонь на разметавшихся по двум подушкам светлых волосах двинулась в очень условной имитации приветствия, прежде чем опять упасть на макушку Аль, и Крис закрыла глаза.        Продолжила дремать, судя по ее дыханию.        Я же… не шумела? Просто чуть двинулась…        Спальник, кстати. Не спальники.        Выбиралась из палатки я, вдыхая прохладный лесной воздух, куда осторожнее, хотя и подозревала, что не поможет. По земле стелился туман, вероятно, пригнанный ветром с озера. Вслушивалась изо всех сил, но зверя вокруг лагеря так и не нашлось, а в самом лагере звучало, в основном, только дыхание спящих…        Стамира, конечно, бодрствовала, но от спящих ее дыхание едва-едва отличалось.        Она какое-то время стояла на краю поляны с закрытыми глазами, остро напоминая чем-то (позой?) женщину на гобелене в своих покоях. Давно ли? Уходила ли из лагеря она? А ещё кто-то?        Я спала как (ха!) убитая и не припомню, чтобы ночью будило хоть что-то… но наверняка ведь она может быть совершенно бесшумной, если задастся целью?        Стамира обернулась и чуть улыбнулась мне, щурясь. Я слегка кивнула и неуверенно улыбнулась в ответ, после чего начала разминку: Сора приучила к физическим упражнениям, а я ведь всегда считала себя редкостной лентяйкой! Но жить захочешь — и не таким займешься…        Пока разминалась, Стамира села у костра и принялась ворошить угли, в которых мне почудились зеленоватые хэллоуинские искры…        Хорошо было. Правильно.        Личико Флаувер высунулось из палатки фей, недовольно сморщилось, окинув все мутным взглядом и не обнаружив ничего, заслуживающего внимания (завтрака, подозреваю), скрылось обратно. Кто-то, как и Блум, не любит ранние побудки, смотрю?        Уже закончив, я заметила сидевшего у дерева Антея. И поняла, почему — только сейчас. Он слегка моргал невпопад, а его дыхание…        Ну, он дышал — даже чуть громче ночного! — но то ли дремал, то ли просто не выспался и был как сомнамбула: на особо секретную медитацию экзорцистов Камня походило мало. Я подошла ближе, когда он как раз шевельнулся: начал крутить между пальцами рукоять атейма Крис (это он ей его так и не вернул после того, как лагерь разбили, или где-то после опять забрал? Или — отдали?); отполированное лезвие ловило солнечные зайчики.        Один предсказуемо засветил Антею в глаза, и он слегка повел плечами, вроде, даже взбодрившись; моргнул ещё раз, но удивлённо.        А у Аль атейм был матовый, вроде?.. — Ты чего, вообще не спал? Крис и Аль вот спали, — присев на корточки рядом (подальше от атейма — мало ли), сказала я, будто укоряя ребенка примером других детей.        Может, стоило сказать, что Крис просыпалась?        Антей опустил взгляд на лезвие, наклонил его — остриё отразило зайчик почти в глаза… Я сощурилась, помассировала веки, утирая выступившую влагу. — И ждать обратного я бы не рекомендовал, — он отреагировал… без удивления, я бы сказала — заторможенно, но нет: никакой медлительности в словах или реакции. Просто… умиротворение. Мёртвый дзен, даркаровы тапочки. — Крис может спать сутками, просыпаясь минут на двадцать перекусить и выпить воды и засыпая обратно, так что её вытащит только стремление что-то сделать, — он сообщил это благожелательно, как будто делился подробностями о… не знаю, режиме дня племянницы? Домашнего животного? Взял паузу, продолжил крутить атейм, разбрасывая солнечные зайчики по поляне. — Или Аль. — Ещё немного помолчал, добавил, заранее отсекая идею, которую я, между прочим, даже озвучивать не собиралась: — Я, пока твоя подруга тоже спит, не пойду, это было бы неприлично.        Ха, то есть там в палатке три кошки? — Кого-кого, а Доркас долго ждать придётся, — насмешливо сообщила я, садясь прямо на слегка влажную от тумана траву (только бы и правда не проснулась и не увидела!..), скрещивая ноги. — А что, без неё неприлично бы не было?        Мое откровение не вызвало ни разочарования, ни досады — Антей просто пожал плечами. — В выделенную мне комнату я, кроме как за рюкзаком, за сутки не заходил.        И как хочешь — так и понимай… Видимо, не было бы.        «Комнату»? Это где они делили комнату, а не палатку?..        А точно ли я хочу знать о всех хитросплетениях отношений команды Крис?        Кроме того, у них ведь есть еще и окрыленная! Как она-то относится к такому режиму сна товарищей по экспедиции? Или не только экспедиция их связывает…        Или очевидно, что не только она? — А Мэри? — уточнила я, поняв, что молчу слишком долго, да и любопытство все-таки присутствовало.        Можно бы и у Крис спросить, но… не знаю, с ней разговоры как-то больше шли про магию, историю, политику, любую интересную концепцию, которую мы случайно выцепим, — и обратно… Межличностные отношения не затрагивались, если только речь не об исторических личностях. Казалось иногда, что она бы и о существовании всех учениц Башни вместе взятых не знала бы, не будь Стамиры.        Ну, и Аль, наверное?..        На слишком спокойном лице Антея впервые за разговор отразились эмоции: тёмные глаза заискрились весельем, а сам он прыснул, будто услышал очень хорошую шутку. Ну, тоже ответ. Наверное.        Ещё бы понять, что именно я спросила…        И хочу ли я — понимать…        На свет выбрались размяться Хелия и — за ним — невыспавшийся Тимми (его глаза были слегка красными, а лицо — очень уж невдохновленным): привыкли к ранним побудкам, но любить не начали.        Простая зарядка, потом попытки что-то приготовить к завтраку…        Ключевое слово, конечно, «попытки»: Хелию, Антея и Майка быстро отстранили под смешки Стамиры. У старшего экзорциста оказалось банально недостаточно опыта полевой готовки — как он пробурчал, этим у них Аль заведовала, а он и Мэри были признаны «катастрофами» и к котелку не допускались под страхом отравы. Отравы для кого — не уточнил. Майк не имел истории походов Ванессы (в армии прапорщики расщедрились на удобные пайки с мини-горелками).        Хелия просто ни разу не выбирался на учения.        Стамира, взглянув на нас с Тимми, посмеялась, что лучший муж получится из него: — Мужчина должен уметь вкусно накормить, — поделилась она.        Я фыркнула: Сфоклия, повар на алфейской кухне, как по мне, был прав: готовить должен уметь каждый. Хотя бы что-то простое…        На запах еды подтянулись остальные.        Когда Крис, почти висевшую на Аль и даже не читающую, подвели к костру, Стамира вручила ей очень уж знакомый нефрит. Ага, то есть ночью компанию ей составляла Мариса? Почему я их не слышала? Заглушка? Или их голоса просто не вызывают у меня чувства угрозы — вот и не проснулась?..

***

       Сегодня легче идти не стало. Путь выматывал (мы не придерживались тропинок). Делали несколько раз привалы, но недолгие.        Разговоры были ни о чем и редкие, почти сразу затухая.        Как будто чем ближе к Магиксу, тем более давящей становилась атмосфера. Птиц или животных по-прежнему не слышно, а вот мерзкие летающие твари над головами покрикивали. По телу пробегали молнии, готовые в любой момент сорваться в крылатую мерзость, но я сдерживалась.        Не стоит привлекать внимание.        Вечер наступал быстрее. Закатное солнце, скрытое хмарью магических туч, подсвечивало их зловещим бордовым, как корка засохшей крови.        Обезлюдев, футуристичный Магикс представлялся громадой стерильных улиц и едва бликующих на свету осколков стекла. Армия не патрулировала захваченный город, она почти статуями застыла тут и там.        Ни единой тени сомнения: придут эти твари в движение, как только засекут что-то живое.        Мы застыли на краю леса, прикрытые кустами и деревьями. Хелия посмотрел в бинокль, передал его Антею, тот — Майку. Тимми и Текна запустили несколько жучков и отслеживали картинки с камер, хмурые, тихие.        Я краем глаза посмотрела на экраны — разбитые витрины и окна, выбоины в асфальте, изломанный транспорт, расползшиеся по улицам светло-фиолетовые коконы, как будто из паутины… в них едва угадывались человеческие фигуры…        Я отвернулась.        Мне хватало звуков. Их отсутствия: даже ветер не бродил по Магиксу — ни шуршания, ни движения…        Застывший. Неподвижный.        Мертвый. — Оптимальный путь до ведьминского квартала, — на выведенной Тимми карте вспыхнула зеленым кривая полоса от нашего местоположения к нужной точке. Но тут и там были разбросаны еще зеленые точки, к которым уже шли пунктирные линии. — Полицейские участки и гипотетические убежища гражданских, которые мы не проверили в прошлой вылазке, — пояснил он, заметив мой интерес.        Текна рядом издала очень недовольный вздох — не шипение, но близко, — когда ее экран погас: жучка сожрала летающая тварь. Не факт, что чтобы осознанно прекратить слежку, скорее просто среагировала на движение: особого интеллекта за Армией замечено не было, и вряд ли они эволюционировали за пару дней…        По крайней мере, очень хотелось в это верить. — Смогу создать еще четыре, — сообщила Текна, сворачивая экран.        Я смотрела на карту на экране Тимми, прислушалась к себе, к резерву… В волосах закопошилась Флаувер. — С такого расстояния по ходу пути я услышу людей. Дотянусь ветром, — уверенная в своих силах, я слегка кивнула самой себе и посмотрела в глаза Текне. И — услышала, как прерывисто вздохнула Диаспро, словно застигнутая врасплох откровением. Ой, как будто меня волнуют ее секреты! — Раз моя магия сейчас мало чем отличается от природной энергии, надо пользоваться и не тратить твоих жучков.        Текна согласилась — медленно, вероятно, просчитывая в уме варианты и риски, но то ли признавая рациональность моего предложения, то ли просто… доверяя. Хотя я вот внезапно задумалась: что, если я в фоновом режиме фильтрую магическую энергию, такой «фильтр» могут засечь Воины Армии? Что, если я буду для них как яркий факел в безлунную ночь?.. — Может сработать: ты сейчас сливаешься по фону с природой, а деревья твари не крушат, — в тот же момент выдала рецензию оказавшаяся рядом Аль; она по-прежнему не сверлила меня взглядом, но я почти ощутила угрозу. — Только чтобы без очередного истощения.        Ну, раз уж врачея запретила!        Я невинно улыбнулась, мол, и в мыслях не было доводить до такого, и мысленно похихикала: теперь я на уровне саннина, типа как Наруто или Джирайя! Разве что не понадобились говорящие жабы и медитации на дощечке на каменной пике…        Эти шутки так и остались здесь — у кромки леса.        Крис убрала свиток — и едва ли потому, что дочитала. Звездочка Аль, зажженная с утра заново, чтобы Крис не портила зрения, беззвучно истаяла — даже щелчка пальцами, как вчера, не потребовалось. Флаувер замерла, ее дыхание было тихим, но в нем отлично слышалось напряжение — не совсем страх, но расслабиться пикси не могла…        Как и все мы: мы ступили не просто на территорию врага, мы вошли в город-призрак. Учитывая, что все мы видели Магикс в его слепящем сиянии, полным огней, летающего транспорта, разношерстных толп, нынешние его обитатели и вид… удручали. Тут и эффект лиминального пространства, и понимание, что эти паутинные коконы… что в них… кто…        Как будто ступили в лимб, как будто вот-вот спустимся в Преисподнюю, чьи стражи молча замерли у стен в рассеянном свете солнца, так и не способного пробить кровавую корочку облаков.        Молнии искрились вместо мурашек, ластясь, облизывая, отпрашиваясь сорваться в иномирную мерзость и испепелить… Успокаивало только дыхание моих друзей.        Блум сжимала кулаки. Ее взгляд, бесцельно скользящий по разрушениям, по коконам, сиял сдерживаемой бессильной яростью, и я молилась, чтобы в голову к ней не пришла идиотская мысль, что в этом есть часть ее вины. То, что именно у нее Айси украла силу, нисколько не зависело от Блум…        Себя оправдывать получалось хуже, но Блум таких счетов к ее совести я не желала.        Диаспро шла с королевским достоинством, будто на военном параде. Смотрела прямо. Не по сторонам. Сосредоточилась на цели, а не декорациях. Ванесса держалась ближе к Майку, мягко держала его за край рукава, не за руку: обеими он сжимал самодельный экзорцистский посох. Доркас выглядела немного рассеянной, будто не до конца здесь, зато Хелия рядом зорко следил за окрестностями, готовый среагировать на любую угрозу. Его шаг был слишком пружинистый, переполненный сдерживаемой энергией действовать.        Побледневшее лицо Тимми впереди казалось зеленоватым из-за блеклого света зависшей над его запястьем карты, да и еще покрасневшие глаза и темные круги под ними…        Почти зомби.        Сравнение заставило скривиться и обратить внимание на остальных.        Если Текне и было не по себе, она лишь хмурилась; ее взгляд скользил по всему вокруг быстрее, не задерживаясь ни на чем надолго.        Аль… вовсе не смотрела, по крайней мере, не привычным для меня образом; а если и да — не глазами. Крис выглядела очень спокойной, как и Антей, — всё тем же мёртвым дзеном такого далёкого утра, — их дыхание было нормальным… если не прислушиваться, если не присматриваться: вся троица была готова взорваться, стоит какой-то из застывшей тварей дернуться на миллиметр.        Путь прокладывала Стамира, рядом с ней шел, иногда сверяясь с картой, Тимми …        Мы огибали монстров — и те не реагировали, видимо, перейдя на подобие энергосберегающего режима… или не имея воли двигаться без приказа Айси и близости живых в определенном радиусе. Как бы там ни было, новость, что твари не срываются, пока к ним близко не подойти — очень даже радостная.        Хоть что-то радостное.        Дыхание Флоры было слишком частым, близким к паническому, я с трудом могла сосредоточиться на отголосках ветра, который я отпускала с пальцев, в отличие от молний: казалось, еще немного — и её накроет настоящая истерика, я видела, как блестят ее глаза, скачущие от кокона к кокону. Но что я могла сказать? Чем утешить?        Я пыталась успокаивать себя тем, что это просто…        Ну…        Нет, я просто стала игнорировать; старалась не задумываться сильно, что в паутине были живые люди.        Когда-то. — Живые они. В глубокой магической коме, но их сердца бьются, души их не покинули смертные оболочки, — в своей манере утешила Стамира.        Она остановилась, обернувшись на нашу компанию, а Тимми по инерции продолжил идти, слишком сосредоточившись на карте. Флора вздрогнула, ее влажные, по-оленьи большие глаза (даже учитывая их слегка раскосый узкий разрез) посмотрели на Стамиру со жгучей надеждой. — Мы должны им помочь! — воскликнула она, доброе самоотверженное дитя, да и я сама шевельнулась было… но застыла, ощутив холодный пробирающий взгляд. — Сейчас их жизням ничего не угрожает. Они могут месяцами без вреда оставаться в этих коконах, теряя лишь время, а не жизнь и здоровье. Ты хочешь помочь им очнуться в этом кошмаре? — с нажимом уточнила Стамира.        Я сглотнула. Хотела бы я после нападения твари и заточения в паутине проснуться в мире, который твари по-прежнему заполняют и в котором победа над ними неизвестно когда произойдет? Ютиться в убежищах, трястись за свою и близких жизни?        Не могу с твердой уверенностью сказать, что у меня настолько непоколебимый дух, чтобы выбрать бодрствование. Кроме того, имеем ли мы право решать за них?.. — Но как же… — Флора шмыгнула носом, сжав пальцами край нежно-салатовой рубашки; ее слезный взгляд скользнул по ближайшему кокону. — Они спокойны, им ничего не снится, ничего их не тревожит, — неожиданно сказала Доркас, сверля тот же кокон, будто настраиваясь на ментальную волну запакованного в паутину разумного.        По мне прокатилась отрезвляющая волна, смывающая тревоги, — и это не было магией; просто словами.        Словами, которым я полностью доверяла. — Сейчас помощь намного больше нужна тем, кто в сознании и трясется от ужаса, — я криво улыбнулась Флоре, и та, кажется, прислушалась: медленно кивнула, и в ее взгляде отразилась слабая искра уверенности.        Что же… всё лучше, чем истерика. Я снова перешла в состояние мониторинга окрестностей, отправляя ветра дальше и дальше.        Никогда еще контроль над ними не был столь идеален.        …а ветер нес мне звуки и запахи, которые дополняли запустение безжалостно избитого города: сраженный, Магикс поблек и сочился страхом, безнадежностью, кровью…        Я сглотнула горечь во рту, борясь с кислым комком в горле. Слова не шли, я боялась, что подступившая к горлу желчь выльется вместо звуков изо рта; молча ускорила шаг, поравнявшись с Тимми. Коснулась твердого теплого плеча.        Пальцы не дрожали, но я ощущала их ледяными…        Ненавижу лед.        Провела пальцем по пунктирной линии севернее нас на голографической карте… Слова по-прежнему не шли — не только из-за скованного горла, но и… казались — любые — глумливыми. Тимми из-за очков посмотрел на меня долгим взглядом, без надежды, но просто ожиданием…        Я даже не могла головой покачать, как будто от жеста земля поменялась бы местами с небом, и тогда меня точно…        Глубокий вдох.        Выдох.        Палец перечеркнул в воздухе точку, к которой бежала пунктирная линия.        Тимми не кивнул — лишь смежил веки, пряча эмоции во взгляде. Его пальцы щелкнули по карте, точка и пунктирная линия мигнули, исчезая… Тепло его пальцев, обхвативших мою руку, зависшую в воздухе, едва отрезвило.        От запаха крови мутило.        От ледяного ветра хотелось кричать.