Взгляни на меня

      — Они определённо должны быть вместе! Они так подходят друг другу!       — Да, да! Ты права! В сети даже появился целый форум, посвящённый им!        Мидория обычно не обращает внимание на чужие разговоры, сплетни и прочие обсуждения, однако его словно ударило током, когда он услышал из уст девушек своё имя и имя одноклассника…       — Ты видела, как Шото смотрит на Деку?       — Будто съесть его хочет! Такая милота-а-а!       «Ч-чего?!» — подскочил со стула бедный парень. Правильно говорят: меньше знаешь — крепче спишь.       «И чего это вообще за «мода» появилась на нетрадиционные пейринги? И каким боком там я?!» — он потёр переносицу и продолжил переписывать теорию из учебника в тетрадь. Всё-таки его первостепенная цель в академии — это учёба и геройская практика, отвлекаться было нельзя. Однако что-то в глубине души не давало покоя, отчего так розовели веснушчатые щёки.        На основах геройской практики все как обычно собрались на стадионе, Всемогущий объявлял список предстоящих контрольных заданий.        — И не забывайте тренироваться после учёбы! Вам нужно больше практики не только для ваших извилин, но и для мускулов!        Каминари, стоящий впереди всего класса, дружески толкнул локтём Джиро и рассмеялся: «Слышала? Нужно больше физических упражнений, приходи ко мне сегодня ночью в комнату!»        В ответ девушка ударила локтём ему в бок, отчего сначала показалось, что Каминари мог попросту сломаться пополам.        Кто-то засмеялся, а кто-то засмущался как Мидория. Каминари и Джиро стали одной из первых пар, образовавшихся в их группе. Никто уже особо не удивлялся таким шуткам, это стало в порядке вещей.        Большинство учеников проживали в общежитии академии. Те, кто был из обеспеченных семей не нуждались в таком жилье, однако некоторые из них всё же предпочли двухместную комнатку огромному особняку. Например, Тодороки. Он не желал более находиться с отцом в одних стенах, потому переселился в неудобное, но теперь уютное место. По крайней мере, именно так он себя оправдывал.       После занятий под лучами закатного солнца все отправлялись кто куда: некоторые в свои дома, а остальные одной дорогой в общежитие.       — Ребята, зайдём в мак? — с широкой улыбкой предложил Киришима.       — У тебя в общежитии есть кухня. Или ты так и не научился готовить? — ответил Тодороки.       — Хэй, чего так холодно?       «Ничуть не холодно, — подумал Деку, — это его обычный тон, он не хотел никого задеть…»       — Просто сегодня мы с Шоджи будем готовиться к предстоящим проверочным, времени на готовку не будет.       — Неужто вы, ребята, взялись за голову? — усмехнулся Серо.       — Хэй! Мог бы и похвалить, — обиженно ответил Киришима.       В разговор вмешался Токоями: «Это я предложил им помочь. Тебе тоже не помешало бы, Серо».       — Токоями, это жестоко. Ладно, так уж и быть, я как раз хотел предложить вам позаниматься вместе. Деку, Тодороки, а что вы думаете? Пойдёте с нами?       — Я позанимаюсь один, — спокойно ответил Шото.       — Я за! — воскликнул зеленоволосый.       — А хотя… Я с вами.       — Отлично! Шото, ты нам поможешь! — обрадовался Киришима, он не желал упускать возможность позаниматься с одним из лучших учеников академии.        Пока все обсуждали, кто будет заказывать БигМак, а кто Чизбургер, Мидория заметил, что сзади всей компании отстала девушка. Это была Урарака. Уже неделю она почти не разговаривает и в академию приходит сонная.       — Урарака, — осторожно спросил парень. — Пошли заниматься с нами.        Все спрашивали у неё, почему она такая грустная, но девушка утверждала: её просто замучила бессонница. Однако только Мидория знал, что с ней произошло…       — Спасибо, Деку. Несмотря на всё, ты продолжаешь заботиться обо мне. Но сегодня я хочу побыть одна.       — Я… прости меня…       — Что? Деку, ты не виноват, — она тепло улыбнулась. Эта улыбка была искренней, но она многого ей стоила. Губы дрожали, а глаза слезились.       — Не переживай за меня, это скоро пройдёт. И ты ни в коем случае не виноват. Я хочу, чтобы ты был счастлив.       — Я не смогу, пока моя подруга грустит.       — Всё хорошо. Лучше присмотрись к Тодороки.       — А? Что ты имеешь в виду?       — Просто присмотрись к нему и вскоре всё поймёшь. Если честно, мне так будет легче.       «Будет легче осознавать, что дело не во мне», — пронеслось в мыслях Урараки.        Неделю назад, стоя под цветущей сакурой, Урарака призналась Мидории. Его сердце трепетало, но отнюдь не от взаимных чувств. Ему впервые признались. Он впервые стал для кого-то настолько дорог. Однако он не мог ответить девушке тем же. Она была для него хорошим другом, но никак не девушкой. И Деку не мог понять, почему. Все видели в них идеальную пару. Урарака была любимицей всей академии, пусть и не самой популярной девушкой, но практически любой парень таял от её улыбки. Мидория уже много раз пытался понять: почему он не может испытать то же самое, почему же он так жестоко поступил с Ураракой…