очередная пятничная пьянка

Очередная пятничная пьянка. Типичный вечер, ничем не отличающийся от остальных, но, возможно, так было не для всех. Каждый новый взрыв смеха отдавался в голове легкой болью; пиво в стакане уже давно закончилось вместе с закусками на невысоком столике, за которыми дружно засобирались девочки и вызвавшийся их проводить Райнер. Остальные парни ушли за алкоголем, чтобы продлить веселье, которое постепенно спадало с мутной пеленой перед глазами. Жан остался, предложив убрать пустые банки и бутылки с грязной посудой. Желания идти куда-то в такую погоду абсолютно не было. Весь лед на улице припорошило снегом, а не успевшие растаять сугробы только продолжали расти под новыми порывами холодного ветра, который кружил маленькие белые ураганы по улицам. После ухода друзей Жан все так же сидел на широком диване, пялясь в потолок, подсвеченный напольными лампами. Ребята вернутся еще не скоро — ближайший работающий магазин находится в соседнем квартале, а по таким дорогам их путь станет только в два раза дольше. Легкая музыка на фоне приятно заглушала волнующие мысли, так и норовящие испортить остатки хорошего настроения. Кирштейн не знал, сколько он так просидел, но оповещение о новом сообщении, в котором Марко писал, что они уже все купили, привело его в чувство. Быстро прибрав все со стола, он вновь плюхнулся обратно, расстроенно и как-то вымученно наблюдая за ползущей стрелкой настенных часов. В последнее время все вокруг стало казаться бессмысленным и каким-то однообразным — бесцветным, прямо как пейзаж на улицах. Тень. На балконе кто-то был. Жан удивленно приподнял брови и отворил дверь. Открыв окно на распашку и высунувшись грудью на улицу, там стоял Эрен, державший в своих губах медленно тлеющую сигарету. — Совсем придурок что ли? — нахмурился Кирштейн, за шиворот втаскивая Йегера обратно. — Вывалишься еще, а нам потом получай пиздюлей от Микасы. — Там сугроб, так что норм, — он сделал очередную затяжку и выпустил дым Жану в лицо. Неподвижный взгляд обжигал своим холодом, ставя мутные отпечатки прямо на сетчатке — светло-зеленые пятнышки, прямо как его глаза, скрытые выпадающими из прически прядками. Жан поморщился и разогнал белую пелену рукой, ловко выхватывая сигарету из чужих пальцев. — Ты чего тут торчишь? С остальными почему не пошел? — А что, они куда-то ушли? Кирштейн удивленно свистнул. — Ты сколько здесь тусуешься? Они уже, наверное, минут 40 как ушли. Эрен равнодушно пожал плечами, вновь поворачиваясь к окну. — А ты? — Какая уже разница. — Да, действительно. Сигарета обожгла пальцы, и Жан бросил ее в окно, недовольно прижимая подушечки к уху. Метель успокоилась, и теперь крупные хлопья медленно спускались с черного неба прямо на вытянутую и покрасневшую ладонь Йегера. — Ты не замерз? — Не знаю, — Эрен почесал свое ухо, заправляя за него прядь волос. Жан не стал больше что-то говорить — молча пихнул его в сторону и стал рядом, прикрывая глаза. Где-то вдалеке были слышны крики, возможно, это ребята уже возвращались в квартиру, но отчего-то Кирштейну совсем не хотелось этого. Нет, друзей он любил, но сейчас… Стоять на сквозняке рядом с Эреном было хорошо. Не так пусто на душе — спокойно и правильно, как будто изначально должно было быть именно так. Они перестали собачиться еще года два назад, когда все только поступили в универ. И вроде выросли, поменялись, время-то идет, однако ощущение, что все ушло как-то резко и быстро, оставалось. Иногда так и хотелось по привычке обозвать друг друга как-то, но стоило взглядам столкнуться, как оба замолкали. Они перестали говорить друг с другом, предпочитали узнавать что-то у других или просто наблюдать через соцсети. Они оба угасли. Рутина поглотила былую жизнерадостность и блеск в глазах, оставляя лишь два безликих призрака. Ребята долгое время пытались вернуть их в строй: «Не думал, что буду скучать по их вечным дракам», — бурчал Армин на их посиделках, когда Жан утыкался в телефон, а Эрен просто сбегал куда-то с пачкой сигарет. Эрен хмыкнул и пнул друга ногой. — Ты чего такой кислый? — А ты? — Я первый спросил. — И первый изменился. Йегер развернулся к Жану и тихо вздохнул. Ветер играл с его волосами. На отросшей челке виднелись капли от растаявших снежинок, а нос с щеками покрывал легкий румянец мороза. Кирштейн медленно моргнул, пытаясь развидеть непонятное выражение на привычно спокойном лице. Не показалось. — Блять!!! — послышался крик с улицы и следом громкий дружный хохот. — Лучше помогите, чего встали! — ругалась на кого-то Саша. Эрен протянул ладонь к щетине на чужом подбородке и слегка наклонил голову. Жан слышал громкий хруст снега где-то внизу, тихое дыхание Эрена и стук собственного сердца. Легкий, едва ощутимый поцелуй. Ледяные губы как глоток холодный воды после мятной жвачки. Время не стало идти по-другому, снег за окном не прекратился, но дышать отчего-то стало легче.