Лунный маскарад: Песочные замки

После обеда в понедельник Луз пытается заставить свой шкафчик выплюнуть ее книги. Для уроков по звероводству обычно не нужно никак дополнительных материалов — это больше практические навыки: например, как правильно кормить детеныша химеры или как вытаскивать инфицированную или линяющую чешую гидры, чтобы другие головы не съели вас в процессе. С другой стороны, ее дневной урок по зельям требует нескольких книг. Он, возможно, один из наиболее технических и опасных ковенов… в отношении последствий для пользователя, если что-то испортится в процессе приготовления. Или, в некоторых случаях, пострадать может весь класс. Была уже обычной практикой эвакуация класса зелий из-за того, что кто-то смешал что-то с чем-то не тем. — Просто отдай мне книгу! — она грозит кулаками существу, которое с рычанием смотрит на нее сверху вниз. Она рычит в ответ, и существо только ворчит на нее, прежде чем наконец открыть пасть. Человек рывком вытаскивает книгу и одаривает шкафчик недобрым взглядом. — Покажи этому шкафчику! — Ты действительно его проучила, — пара знакомых голосов смеется, Луз поворачивается и обнаруживает у себя за спиной ухмыляющихся близнецов Блайтов. — О, ребята, как дела? — она достаточно хорошо узнала близнецов после двух месяцев отношений с их сестрой, поэтому знает, что они подошли не просто так. У всего, что они делают, есть цель, даже если эта цель — просто посмеяться или безжалостно подразнить Эмити. — Речь идет об Эмити, — начинает Эмира. — Нам нужна твоя помощь, — заканчивает за ней Эдрик, и оба близнеца выглядят настолько нехарактерно серьезными, что ее мысли приходят к наихудшим выводам. — Что случилось? Что не так?! — Луз роняет книгу, широко раскрыв глаза, бросая взгляды на старших подростков. Близнецы вздрагивают, понимая, что, возможно, они выглядят слишком уж серьезными, но на этот раз они на самом деле серьезны. — Эй, эй, все в порядке, — Эмира поднимает руки, чтобы успокоить ее. — Да, все в порядке, — Эдрик успокаивающе кладет руку ей на плечо. — Вы выглядели так серьезно, что напугали меня… — Луз держит руку около своего быстро бьющегося сердца. Для этого было слишком рано. Обычно что-то ужасное происходило не раньше среды… — Извини, — усмехается Эдрик. — Это серьезная тема, просто не… — замолкает он. — Опасный для жизни вид серьезности, с которой ты привыкла сталкиваться… — заканчивает за него Эмира со смехом. — Ох, тогда, в чем дело? — Ну, ты же знаешь, что в эту субботу день рождения Варежки… — начинает Эдрик. — Что?! — Луз снова в панике, но теперь по совсем другой причине. — Я не знала, что в эти выходные у нее день рождения! — Правда? — в унисон спрашивают близнецы. — Она никогда не упоминала это… — приглушенно говорит Луз, когда проводит руками по щекам. Что она за девушка, если не знает, когда у Эмити день рождения?! Близнецы переглянулись, прежде чем снова повернуться к внутренне… и внешне паникующему человеку. — Вот почему нам нужна твоя помощь, — говорит Эдрик. — Хм? — Луз переводит взгляд между ними. Они оглядывают холл и, обнаружив, что он в основном пустой, снова поворачиваются к ней. — Мы знаем, что Эмити рассказывает тебе все, например, о… — Эмира нерешительно скривилась, но Эдрик продолжает. — Нашей семье. Мы знаем, что она говорила с тобой о нашей проблемной семье, — тихо говорит он, хмурясь. — О… — говорит Луз. — Да… — она кивает. — Что ж, тогда нам не нужно говорить тебе, что наши дни рождения используются для того, чтобы наши родители… — Мать, — кашляет Эмира в свою руку, словно пытаясь скрыть это слово. — …используют наши дни рождения, чтобы похвастаться перед их рабочими друзьями и знакомыми… На самом деле, весь день не о нас… — старший мальчик скрещивает руки и хмурится. У Эмиры похожий вид. В этом был определенный смысл — конечно, она знала, что не только Эмити пыталась просто спокойно жить под каблуком у матери, но она никогда бы не ожидала, что близнецы хотя бы упомянут это при ней. — Итак, праздник обычно отстой, а список гостей полон людей, важных для родителей и их работы, а не для нас, и само празднование устраивают обычно даже не в наши дни рождения, просто достаточно близко к ним, главное — чтобы дата соответствовала их расписанию… — Эмира тоже скрещивает руки на груди и горечь в ее голосе так же понятна Луз, как и горечь Эмити, и она сочувствует брату и сестрам Блайт, действительно сочувствует. — Факт того, что Эмити даже не сказала ТЕБЕ о своем дне рождения? Да, думаю, что тут больше и добавить нечего, — говорит Эдрик. — У нас было «празднование» дня Эмити… — он делает кавычки и закатывает глаза, — … в воскресенье, но эта суббота — ее настоящий день рождения… — У нас есть план празднования, — Эмира усмехается ей. — И нам нужна твоя помощь, — она указывает на Луз с ухмылкой. — Я в деле! — Луз подпрыгивает, размахивая кулаком. Ей даже не нужно знать, что планируют близнецы или что ей нужно делать, она просто сделает это! Все, что угодно, чтобы сделать день рождения Эмити особенным впервые с времен детства. Оба близнеца ярко ей усмехаются. Они знают, что самый верный способ удостовериться, что у их сестры действительно счастливый день рождения — это вовлечь в празднование ее девушку. Эти двое внимательно наблюдали за ними последние два месяца, и Эмити стала счастливее, чем когда-либо была с тех пор, как их родители заставили ее перестать дружить с Уиллоу, и они знают, что это все благодаря Луз. — Так каков план? — Луз смотрит на них. — Мы последние две недели очень хорошо и прилежно учились… — говорит Эдрик, прижимая сцепленные руки к щекам и хлопая ресницами. — Никаких розыгрышей… — Эмира повторяет за ним. — Чтобы мы могли попросить родителей разрешить нам взять Варежку и воспользоваться пляжным домиком в эти выходные, пока их снова не будет в городе по делам, и они сказали «да», — Эдрик улыбается. — Чего они не знают, так это того, что мы собираемся устроить там сюрприз-вечеринку по случаю дня рождения Варежки, — Эмира тоже усмехается. — В пятницу не будет уроков, так что это будет долгая вечеринка на все выходные. Мы приедем туда в пятницу днем ​​и уедем в то же время в воскресенье, — объясняет Эдрик их план. — Звучит потрясающе! — Луз улыбается, подпрыгивая от волнения. — Мы рады, что ты так думаешь, потому что нам нужна твоя помощь в планировании, — говорит Эдрик. — Сделаю все, что нужно! — Луз тыкает большим пальцем себе в грудь. Она полна решимости сделать этот день рождения лучшим в жизни Эмити. — Мы решили, что ты знаешь, с кем она лучше всего общается, поэтому ты будешь отвечать за то, кого пригласить, — Эмира улыбается, кладя руку себе на бедро. — Ну… — замолкает Луз. — Она по-настоящему тусуется только со мной, Гасом и Уиллоу… — думает она, прищурившись. Эмити уже бросила Бошу и ее компанию, что, по мнению человека, к лучшему. — Тогда просто пригласи их, — Эдрик пожимает плечами. — Да, нам не обязательно устраивать большую вечеринку с кучей людей, с которыми она вряд ли даже знакома. У нее такая уже была в воскресенье, — Эмира закатывает глаза. — Хорошо, я поговорю с ними, — Луз кивает. — Отлично. Еще кое-что — мы поручаем тебе приготовить торт. Я и Эд позаботимся о том, чтобы прокормить всех на выходных и о прочей мелочевке. — Справишься? — он наклоняется вперед с дразнящей ухмылкой. — Я не подведу ни вас, ни Эмити! — объявляет Луз, и тут раздается крик колокола. — Хорошо, нам пора в класс. Позже обсудим подробности. Увидимся, Луз, — Близнецы машут рукой, направляясь к классу иллюзий. Луз спешит к зельям, вытаскивая свой свиток и отправляя сообщение с планом близнецов в групповой чат с Уиллоу и Гасом, прежде чем перейти к личной переписке с Эмити и отправить ей быстрое сообщение, что она не сможет встретиться после школы. Она нужна Иде дома, и да, это ложь, но по уважительной причине! Трудно сосредоточиться на работе с зельями, когда ее мозг гудит от мыслей о приближающихся выходных. Торт, пожалуй, один из самых важных элементов, и близнецы поручили ей заняться им. Человек уже знает, что ей нужно делать. Когда учительница отвлекается, Носеда проверяет свой свиток и обнаруживает, что Уиллоу и Гас с энтузиазмом ответили на приглашения. Пока она смотрит на свиток, он издает тихий «пинг», и наверху появляется сообщение от Эмити. «Хорошо, увидимся завтра в классе.» Луз усмехается своему телефону, когда она набирает ответ. «О, кто-то пишет сообщения в классе… это не самое примерное поведение как для лучшей ученицы, мисс Блайт.» Ответ приходит всего за несколько секунд. «Кто бы говорил.» Луз усмехается про себя и начинает постукивать. На другом конце школы в классе мерзостей Эмити держит книгу, чтобы прикрыть свиток, ожидая ответа Луз, который, она уверена, скоро придет. «Я никогда и ни в каком мире не претендовала на звание лучшего ученика. Максимум, среднего.» Эмити закатывает глаза, но прежде чем она успевает ответить, приходит еще одно сообщение. «Но я с радостью соглашусь встречаться с самой умной девушкой в ​​школе <3» Лицо Эмити розовеет, и она глубже прячется в свою книгу, пока учитель гудит о правильной стойке для вызова мерзости. Эту тему ведьма уже покрыла в свое личное время. Луз вполне довольна собой, зная по долгой паузе, что где-то, по ту сторону школы, Эмити, вероятно, покрывается красивым оттенком розового. Человек уже собиралась убрать свой свиток, когда он снова звенит, тихий звук незаметен среди всех кипящих зелий в классе. Она нажимает на сообщение и читает, и теперь ее очередь краснеть. «Тогда, думаю, мне просто придется довольствоваться отношениями с самой милой девушкой в ​​школе. Увидимся завтра, целую, обнимаю.» Когда ее лицо горит, Луз одновременно обожает и сожалеет о том, что учит Эмити тому, как люди общаются через текстовые сообщения. Ее девушка просто убьет ее, причем прямо посреди класса. Когда звучит последний звонок, Луз бежит прямиком к совиному дому. Она бы пошла в город, чтобы сделать то, что планирует, но у нее нет для этого денег. Человек быстро здоровается со всеми, когда проходит мимо — идет прямиком в свою комнату и переодевается, прежде чем достать несколько улиток из маленькой банки для сбережений, которую она начала. Чаще всего, когда она приносит посылки клиентам Иды, они дают ей чаевые, и человек начала их скапливать. Ида называет это ее «банкой с деньгами для свиданий», и Луз не может с этим поспорить. В основном она использует их, когда они с Эмити ходят на свидания в город, что, в свою очередь, происходит не так уж и часто, поскольку их там могут заметить знакомые из школы. Но это особый случай, и она все равно тратит эти деньги на Эмити. С деньгами в кармане она спешит обратно по лестнице и вылетает за дверь с криком, что она идет в город и вернется до ужина. Листья хрустят под ее ногами, когда человек бежит по тропинке в город. Луз узнала, что Эмити на самом деле сладкоежка, но одна вещь, которую она любит больше всего — это сладости из шиповых ягод. Человек завернула за угол, останавливаясь перед любимой пекарней Эмити, и замерла, ее сердце рухнуло. Пекарня закрыта, а на окне висит вывеска. «Уехал в отпуск. Вернусь через две недели.» Внизу подписана дата — от вчерашнего дня и до дня рождения Эмити. — Что мне теперь делать? — она бормочет себе под нос. В Боунсборо нет других пекарен, которые продают выпечку с шиповыми ягодами. Луз идет домой удрученная. Хути пытается поговорить с ней, но она просто кивает на то, о чем он болтает, и входит в дом. Луз заходит на кухню и плюхается в кресло за столом рядом с Лилит, которая листает книгу, и вздыхает. — Эй, малыш, что случилось? Кто-то умер? — Ида смотрит на нее, попутно смешивая зелья на прилавке. Человек снова вздыхает и объясняет, что произошло после того, как близнецы подошли к ней после обеда. — Пекарня закрыта, ха? Не повезло, — говорит Ида, наливая что-то в горшок, и Луз смотрит на нее в течение минуты, прежде чем у нее появляется идея. — Может быть, мне просто испечь торт? — она садится. — Конечно, почему бы и нет, — Ида пожимает плечами. — Кухня в твоем распоряжении, если хочешь. — Ты сможешь мне помочь? — спрашивает она, и Ида гримасничает. — Эх, тебе, наверное, лучше самой — я никогда не была пекарем, — признает ведьма. Лилит фыркает, наконец оторвавшись от книги. — Это ты еще мягко сказала. Когда мы были девочками, ты чуть не сожгла кухню, пытаясь испечь колючий хлеб. — Бывает, — Ида пожала плечами и снова повернулась к горшку. — Тебе лучше спросить Лили, она была пекарем. Луз с широко раскрытыми глазами поворачивается к другой сестре Клоуторн. — Ты печешь? — спрашивает она, удивление окрашивая ее слова. — Я… немного баловалась, когда была моложе, — признается она, и Ида фыркает через всю комнату. — Когда мы были детьми, она постоянно участвовала в соревнованиях по выпечке и выиграла довольно много из них. Торты были твоим фирменным блюдом, — младшая из сестер адресует последнюю часть Лилит, лицо которой немного краснеет при этих словах. — Ты можешь мне помочь? Лилит смотрит на ребенка, которая смотрит на нее большими умоляющими глазами, и знает, что не может отказаться. В основном потому, что знает, что ей еще нужно искупить свою вину перед сестрой и Луз за то, что она сделала с ними, и она уже успела привязаться к Луз, но и этот взгляд трудно игнорировать. Человек похожа на щенка цербера. Ида усмехается про себя с другой стороны кухни, зная, что ее сестра не откажется. — Хорошо. Какой торт ты хочешь сделать? — С шиповыми ягодами, — быстро отвечает Луз, и Лилит приподнимает бровь. — Необычный выбор… — бормочет она, касаясь указательным пальцем подбородка, глядя на Луз. — Шиповые ягоды — фаворит Эмити. Когда мы идем в пекарню, она всегда покупает пирожные или кексы с ними, — объясняет человек, и Лилит мычит, размышляя. — Мы можем приготовить шиповый торт… но ягод не найти в городе. Ведьмы обычно ими не пользуются. Пекарня Редстоун славится ими по этой причине. Нам придется пойти и собрать их самим, — объясняет старшая ведьма. — Хорошо, куда мне нужно идти? — спрашивает она, и Лилит хихикает. — Боюсь, это не будет быстрой прогулкой в ближайшую часть леса. Шиповые ягоды растут только на Коленях. — Ох… — Если тебе нужны шиповые ягоды — мы должны будем уйти рано утром на Колено, — заявляет Лилит. — У меня завтра школа… — начинает Луз, но Ида фыркает. — Пф-ф, школа-шмола. Это может подождать, — Ида машет рукой. — Хотя я считаю, что твое образование важно… — начинает Лилит, многозначительно глядя на Иду краем глаза. — Нам нужно будет подготовить ягоды, что может занять несколько дней, а у тебя времени только до утра пятницы — так что пойти нужно завтра… Завтра вторник, во вторник у нее мерзости с Эмити, но все это ради Эмити, а вторники у них еще будут. Луз незамедлительно решает. — Выходим на рассвете! — провозгласила Луз, подняв кулак вверх. — Вот это моя девочка! — Ида указывает на нее с ухмылкой, и Лилит закатывает глаза, но не может не улыбнуться им.

~~~

Они уходят на рассвете следующего дня, к большому огорчению Луз. Она не имела это в виду буквально… она просто всегда хотела так сказать… Поездка на посохе Лилит холодная, потому что Колени погружены в зиму, а ветер кусает ее лицо. По дороге она отправляет Эмити извиняющееся сообщение, в котором пишет, что Иде нужно, чтобы она пошла с ней и помогла собрать ингредиенты для зелий. По короткому ответному тексту человек видит, что ведьма разочарована, но на все это есть веская причина. Луз сделает все, что от нее потребуется, чтобы у ее девушки был самый лучший день рождения. На Колене еще холоднее, чем в прошлый раз, ведь осень уже почти наступила на Островах. Они с Лилит идут по лесу по колено в снегу в поисках ягод. — Шиповые ягоды продолговатые, темно-красные, с черными стеблями и листьями, ещё они покрыты шипами; они растут только в этой области Колена, — говорит ей Лилит, когда они ищут в лесу неуловимые кусты. — Красные ягоды, черные листья… — повторяет про себя Луз, пробираясь сквозь подлесок, выглядывая между деревьями, не оставляя нетронутыми ни кустов, ни камней. Они ищут два часа, но пока им нечего показать в виде результата, кроме красных от холода ушей и носов. Луз разочарованно вздыхает. Она не видела ни одной красной ягоды или даже намека на черное растение. Лилит продолжает поиски впереди них. Луз поворачивается, чтобы обыскать другую часть деревьев: разделиться, чтобы покрыть больше территории, кажется логичным решением. Она пробирается сквозь всклокоченные колючие растения — но они не те, которые она ищет — бормоча себе под нос. Ее нос онемел, а щеки чувствуются сырыми от холодного ветра на Колене. Луз отодвигает с дороги несколько высоких кустов и оглядывается, а после — замирает при виде перед собой. Примерно в двадцати метрах находится небольшое поле, полное черных растений с блестящими красными ягодами. А рядом с ними спит, свернувшись калачиком в снегу, и громко храпит скользизверь. Неловко, но широко открыв глаза, Луз пятится из кустов. — Лилит… Лилит! — она громко шипит через плечо, но останавливается. Лилит ни за что не позволит им собирать ягоды так близко к спящему скользизверю. Луз хмурится, сжимая в кулаке пустые мешки в руке. Ей нужны эти ягоды… Луз с трудом сглатывает, во рту внезапно пересыхает, когда она тихо пробирается через кусты и самыми медленными и осторожными шагами, которые она когда-либо делала, направляется к растениям. Человек смотрит на скользизверя, все еще мирно храпящего, пока она приседает, морщась от звука снега, хрустящего под ее ботинками. Луз не думает, что ее сердцебиение когда-либо было таким громким, как сейчас. Тяжелый отрывистый ритм отдается в ее ушах. Осторожно она начинает как можно быстрее и тише срывать ягоды с кустов. Когда первый выбран дочиста, она переходит к следующему и повторяет процесс, поглядывая на спящее существо каждую минуту или около того. Человек отвлекается на секунду, и шипы впиваются ей в кончики пальцев. — Ауч! — она вскрикивает и тут же закрывает рот, взгляд летит к скользизверю, его храп останавливается на мгновение, прежде чем чудище возобновляет звук, и Луз беззвучно выдыхает с облегчением, прежде чем вернуться к сбору ягод так быстро, как только может. Один из ее мешков полон, второй почти полон, и она обобрала около половины кустов. Человек понятия не имеет, сколько им нужно, и если она собирается подвергнуть себя смертельной опасности из-за этого, то вполне может пойти ва-банк. — Луз! — голос Лилит прорезает деревья, и Луз замирает. Кусты начинают шелестеть, и Луз резко оборачивается, чтобы увидеть, как Лилит прорывается через линию подлеска. Она замирает, увидев скользизверя, все еще спящего рядом, и смотрит между ним и Луз, широко раскрыв глаза, прежде чем на ее лице появляется возмущенный взгляд, и она молча указывает на землю перед собой. Сигнал ясен. «Иди сюда!» Луз на цыпочках со своими мешками ягод осторожно подходит к Лилит, но скала, покрытая снегом — ее погибель. Она не может не крикнуть, когда подскальзывается и кувыркается лицом в снег и что-то еще, если судить по боли, распространяющейся по ее лбу. Визжащий рев заставляет ее подпрыгнуть намного быстрее, чем возможно, и схватить свои сумки, стремясь к Лилит, которая теперь летит к ней на своем посохе. Луз прыгает, почти с перебором, но рука, зажатая в спине ее пальто, удерживает ее, когда они улетают от скользизверя, который перестает преследовать их всего через несколько секунд. — Уф, это было близко… — выдыхает она. — О чем ты только думала?! — Лилит хмуро смотрит на нее через плечо. — Это существо легко могло убить тебя. — Мне были нужны ягоды! — Луз вскрикнула, подняв два наполненных мешка. — Ух… — Лилит хлопнула рукой по лбу, когда они отлетели от Колена. Она повернулась, чтобы сказать что-то еще, но увидела кровь, стекающую по лицу Луз со лба. Казалось, крови было не так уж и мало. — Ты кровоточишь… — Хм? — Луз протянула руку и вздрогнула, когда ее пальцы коснулись лба над левым глазом. Она вздрогнула и отдернула руку, обнаружив, что кончики ее пальцев залиты кровью. — Ну, это нехорошо… Лилит заставляет свой посох лететь быстрее к дому.

~~~

Ида недовольна, когда они возвращаются, и кровь капает с половины лица Луз, хотя она, похоже, не страдает или сильно ранена. Они счищают ее лицо, и порез приличный, но ничего серьезного. Луз просто пожимает плечами и объясняет, что порезы на лбу просто сильно кровоточат, по крайней мере, на людях. Ида накладывает на лоб белую марлевую повязку и заканчивает на этом. Луз спешит на кухню, где Лилит моет мешки с ягодами. — Что нам нужно сделать в первую очередь? — Луз смотрит на Лилит, когда та заканчивает мыть ягоды. — Сначала их необходимо высушить, — приказывает она, протягивая Луз большую миску, заполненную ягодами. — Мы собираемся сделать из них джем, чтобы намазать его между слоями торта. — Как нам сделать джем? — спросила Луз, оторвавшись от влажных, блестящих, красных фруктов, чтобы взглянуть на Лилит, ее карие глаза расширились от удивления, и старшая сестра Клоуторн не могла не улыбнуться. — Я покажу как. Остаток дня потрачен на изготовление и консервирование банок с шиповым вареньем и разговорах о выпечке и волшебстве. Ида — ее магическая наставница, но Лилит знает больше, и даже если Ида более могущественна, по собственному признанию Лилит, старшая ведьма фактически закончила школу, и годы, проведенные в императорском ковене, дали ей доступ к обширной библиотеке замка, полной книг обо всех видах магии. Она лучше чем Ида может объяснить теорию и технические аспекты некоторых видов магии. У нее есть точный и простой способ объяснения вещей, который напоминает ей о способе Эмити, что имеет смысл, ведь Эмити училась у Лилит; хотя сейчас они почти не разговаривают. Вскоре после их месячной годовщины Эмити рассказала всю правду про тот день, когда Луз предложила им потусоваться, но ведьма отказала, списывая все на то, что она пришла поговорить с Лилит на рынке для магического обучения. Младшая Блайт до сих пор не простила Лилит за то, что та сделала с ней и Луз. Она знала, что Лилит пытается, но не была готова простить. Она не была уверена, что подумает ее девушка об этом, но Луз рассказала это Лилит, которая слушала тихо, внимательно, хмурясь, а когда Луз закончила, она просто понимающе кивнула. — Эмити — гордая девушка, и после того, как ты рассказала нам о ее семейной жизни, легко понять, почему она не может меня простить, — наконец соглашается она, и Луз хмурится. — Но ты стараешься! — Луз возражает. Она уважает чувства своей девушки, но видя, как Эмити злится на свою бывшую наставницу — все это кажется Луз бессмысленым, когда так очевидно, что Лилит хочет исправить ситуацию и стать лучше. — Я простила тебя, а ведь ты похитила и пыталась убить меня! — она вскидывает руки. Обе сестры кривятся. — Ты… — Лилит колеблется. — Ты просто причуда природы, когда дело касается доброты, малыш, — говорит Ида. — Нет почти никого настолько же доброго как ты, но даже большинству таких людей было бы трудно простить того, кто пытался сделать из них шашлык, — Ида вставляет свои две улитки в разговор с кухонного стола, где она пьет яблочную кровь из своей кружки «thirty & flirty», и Лилит корчит гримасу, но не спорит. — У твоей девушки проблемы с доверием ко взрослым, — говорит она, громко глотая напиток. — Ты просто посмотри на то, чем вы сейчас заняты. Близнецам приходится устраивать ей совершенно отдельный и секретный день рождения, потому что их родители используют праздник как рычаг для получения влияния, — рычит Ида. Она может доставлять им неприятности и дразнить их, но Луз знает, что Ида любит Эмити, и начинает защищать ее девушку настолько же сильно, насколько и саму Луз. Лилит кивает. — Эмити привыкла к тому, что ее предают, ею манипулируют и ей лгут люди, которым она должна доверять. Я разрушила ее доверие, поэтому для того, чтобы вернуть его, потребуется время и работа с моей стороны, — затем старшая ведьма улыбается Луз и секунду колеблется, прежде чем протянуть руку, чтобы погладить девушку по голове. — Я знаю, что ты простила меня, но я еще не чувствую, что заслужила это прощение. И пока я не заслужу его — я буду работать, чтобы заслужить ее прощение и стать достойной твоего. Твоего, Эмити и… — ее двухцветные глаза скользят мимо Луз и направляются туда, где за кухонным столом сидит Ида, молча наблюдая такими же глазами. Какие бы долгие разговоры сестры ни вели на эту тему, Луз в них не посвящали и человек знала наверняка, что в таком случае лучше и не спрашивать. Иногда отношения между ними все еще довольно напряжены, и Луз не может сказать наверняка, это просто типичная ссора между сестрами или… что-то другое. — …это то, что я должна сделать, — Лилит продолжает с того места, где остановилась. — Но я… — человек начинает. — Достаточно, Луз, — необычно серьезный голос Иды прерывает ее, и Луз садится на корточки. — Хорошо… — бормочет она. Лилит улыбается и снова похлопывает человека по голове. — Если когда-нибудь Эмити захочет снова поучиться у меня, я буду только рада обучать ее. У нее невероятный потенциал, и она очень способная и прилежная девушка, — Лилит переводит разговор обратно на тему, которая всегда является верным способом подбодрить Луз и заставить ее говорить — ее девушка. — Я знаю… она была расстроена на прошлой неделе, когда она получила пятерку с минусом на нашем тесте по мерзостям… Я бы убила за тройку по мерзостям! — Луз раздраженно вскидывает руки. — Эх, ты разберешься и скоро весь дом будет заполнен этими уродливыми липкими штуками, — фыркает Ида, махнув рукой. — Поддерживаю, — Лилит кивает, и Луз удивленно смотрит на нее. — У тебя нет врожденных магических способностей, но там, где тебе не хватает врожденных, ты восполняешь упорством и изобретательностью, — она улыбается ей. — И это то, что делает тебя лучше, малыш. Ты работаешь ради этого, — с ухмылкой соглашается Ида. Луз не может не улыбнуться, услышав похвалу. Они заканчивают превращать все ягоды, кроме нескольких, в варенье, и откладывают их в холодильник. Им необходимо побыть там пару дней. Есть одна вещь, с которой, как ни странно, Луз знакома, и которая есть на Островах — ваниль, и она гораздо более доступна, чем шиповые ягоды. Они решают сделать слои торта ванильными с шиповым джемом сверху и между слоями. Когда торт уже готов, Луз остается сделать только одно. Ей нужно понять, что именно она собирается подарить Эмити на ее день рождения.