Purple Haze на пристани Сан - Джорджо Маджоре

Фуго знал высшую математику, право, философию, экономику. Он умел играть на пианино. Он знал, как поддержать разговор, несмотря на то, что ненавидел делать это. Он умел драться. Он не умел готовить, стирать, выполнять прочие домашние дела. Он не умел управлять своим стандом. Но он хотел научиться, и Буччеллати был рад учить его. Шли недели. Совместное проживание с каждым днем все больше сглаживать. Несколько раз Фуго, к своему собственному удивлению, обнаруживал что чувствует себя как дома. Он брал на себя бумажную работу, которую Буччеллати зачастую откладывал, и привык брать на себя уборку в доме, с тех пор, как научился пользоваться пылесосом. Он чувствовал, что ему нужно быть полезным Буччеллати. Он все еще боялся, что юный лидер пожалеет о том, что нанял его. Теперь он знал основы кулинарии, но еда все равно оставалась на Буччеллати. А насчет Purple Haze... Фуго не знал, может ли ситуация с его Стандом стать лучше. Его вид вызывал отвращение, от его способности кровь стыла в жилах, одна лишь мысль о нем заставляла хотеть содрать с себя кожу, чтобы вытащить его раз и навсегда. Он не жалел о том, что остался с Буччеллати, он наконец чувствовал себя в своей тарелке, среди отбросов и гангстеров, в этой маленькой, голубой спальне в рыбацкой деревне, которую он все еще не решался украсить, даже несмотря на то, что Буччеллати сказал, что ему можно. Но теперь там был Purple Haze, напоминая ему, что даже если он начнет сначала, если начнет уютную, новую жизнь, часть его никогда не покинет университет. Он будет преследовать его вечно, с рычанием, слюнями и ядом. Одной ночью, вскоре после открытия ужасной способности Purple Haze, ему приснился кошмар. Он проснулся в холодном поту, его сердце быстро колотилось, он паниковал. Раньше у него уже были кошмары. Раньше ему уже пришлось пережить настоящий блядский кошмар наяву. Никто никогда не был готов выслушать его или успокоить, а если он и пытался рассказать кому то, то потом всегда горько сожалел об этом. Его родители... Когда он рассказал своим родителям... Безопаснее было в оставаться в одиночестве. Он не умрет от паники, не умрет от ненависти к себе, но Фуго казалось, что он может умереть от горя, если он обратится к Буччеллати, а тот его проигнорирует. Так что он справится самостоятельно. Это был просто кошмар, это не по настоящему. Фуго мог выйти на кухню за перекусом и вернуться в постель, и это пройдет. Всегда проходило. Как он может бояться кошмаров, когда вся его жизнь – кошмар? Он вышел на кухню за стаканом воды. Он трясся, но это пройдет. Раньше он был и в худшем состоянии. Он моргнул и понял, что находится не на кухне, а перед дверью в спальню Буччеллати. Как долго он стоял там? И чего он хотел? Было три утра, он не собирался будить своего босса из за тупого кошмара. Ему это не нужно. Ему это не нужно, нет, и он точно не собирался плакать сейчас, как ребенок, как слабак, стоя посреди ночи перед дверью парня, которого еле знал. “Соберись, Фуго! Ты свободный, ты сильный, ты уже убивал! И ты уже почти взрослый, почти четырнадцать! Не показывай Буччеллати, какой ты слабый. Это все испортит. Сейчас твоя жизнь не так плоха, так не рушь ее, прося слишком многого!” Но Фуго продолжал стоять перед дверью, не в силах заставить себя двинуться. Буччеллати выгонит его, если он проявит слабость? Все время, пока они жили вместе, молодой человек ничего не делал, но побуждал его открыться, что оказывало на Фуго противоположный эффект, делая его еще более недоверчивым. Он не мог перестать думать о ночи, проведенной в комнате за этой дверью, после того, как Purple Haze впервые использовал свой вирус. Тогда он был так напуган, будучи частично обездвиженным Sticky Fingers, расстегнувшим его станд, лежа на кровати у незнакомца (Буччеллати уже не был незнакомцем, но профессор Барбабиетола тоже не был) и если бы все вышло из под контроля, если бы Буччеллати напал на него и Фуго чудом удалось бы выбраться из комнаты, то он столкнулся бы лицом к лицу с Purple Haze, этой отвратительной душой, его душой, которая, казалось, существовала только чтобы ломать его. Но ничего не происходило. Все эти долгие часы Буччеллати успокаивал его, заставляя чувствовать себя в безопасности. Всю ночь он просидел на деревянном стуле, на расстоянии от кровати, подходя только чтобы дать ему воды или поправить подушку с грустным видом. Он пытался отвлечь его разговором, Фуго помнил, как пытался в деталях пересказать ему последнюю книгу которую читал, “Основы метафизики нравственности“ Канта в чуть ли не диссоциантивном состоянии. Получалось... Получалось ужасно, но Фуго успокоился. Это был вероятно первый раз в жизни Фуго, когда его кто то успокоил. Сейчас, стоя перед дверью, с кошмаром, тяготившим сердце и рисующимися под глазами кругами он хотел почувствовать это снова. Он постучал. В следующую секунду он вспомнил, сколько времени. Вспомнил зимнюю комнату своего особняка, своих родителей, каждого в кресле от Louis XV, и себя, стоящего перед ними и собирающегося с духом, чтобы сказать им, пытаясь говорить ясно и внятно, как они любили, стараясь не заплакать, потому что это им не понравится, и они не станут слушать дальше. Вспомнил облегчение, которое почувствовал, когда слова вышли почти без заикания, и равнодушный взгляд, с которым встретились его полные надежды детские глаза. Он не хотел видеть равнодушие на лице Буччеллати. Что угодно, но не это. Он бы не пережил этого. Он рисковал потерять больше, чем мог. Он хотел убежать, но юный лидер открыл дверь. Буччеллати был одет в XXL футболку и спортивные штаны, его волосы были немного взлохмачены. - Фуго? Что ты тут делаешь? Фуго тут же почувствовал себя глупо. - Я просто... Я имею в виду... Буччеллати терпеливо ждал, протирая глаза и бросая мимолетные взгляды в сторону своей кровати, в которую он, похоже, хотел вернуться побыстрее. - - Мне приснился кошмар, - жалобно объявил он. “Если Буччеллати плевать, это не имеет значения” - решил Фуго. Это было бы даже нормально. Буччеллати был его лидером, не его семьей, это были не его проблемы. Если Буччеллати захлопнет дверь у него перед носом не случится конец света. Фуго извинится перед ним за то, что разбудил его завтра, и они больше никогда не будут об этом говорить. Никаких проблем. Фуго будет немного стыдно, но бывало и хуже. Сердце Фуго сжалось, когда Буччеллати посмотрел на него, все еще сонно, но встревоженно. Он отошел, но не чтобы захлопнуть дверь, а чтобы впустить его внутрь. Он вошел не думая, и Буччеллати сказал ему сесть. Если бы лидер сел вместе с ним на кровать, Фуго не стал бы возражать. Но он не осмелился сказать это. - О чем ты хотел мне рассказать? – Спросил Буччеллати видя, что Фуго задумался. Фуго побледнел. Рассказать о чем? - Об университете? – спросил он тонким голосм. Буччеллати нахмурился. - Я думал о твоем кошмаре, но ты можешь рассказать мне о своем университете, если хочешь. О, да, кошмар. Со стороны Фуго было так глупо будить Буччеллати из за такой мелочи. Но поговорить о том что случилось в университете прямо сейчас? Буччеллати зевнул, и Фуго начал немного нервничать. Он разбудил его, забрал его кровать, а теперь молчит. - Мне просто приснилось... Я был со своим профессором международного права, и... Purple Haze напал на него. Фактически, я заставил его напасть, я приказал ему использовать вирус. Он послушался, но в итоге в итоге растворился я сам. Это все, - нервно закончил он. Фуго кричал в ужасе, пока его кожа таяла, а перед ним, в окружении лилового дыма, стоял профессор Барбабиетола, пялясь на него с одержимым взглядом и слюной на подбородке. Его вальяжный силуэт слился с Purple Haze. Он рычал, это рычание еще с того дня застряло в голове Фуго. Он начал дрожать и обнял себя за плечи. Шшш. Тише, придурок, ты не будешь опять плакать перед Буччеллати. Это уже случилось однажды, и этого было достаточно. Он устанет от тебя. Подросток рискнул бросить испуганный взгляд на лидера. Буччеллати смотрел на него. - Могу я сесть на кровать рядом с тобой? - Конечно. Это твоя комната. - Учитель права... Почему ты хотел, чтобы Purple Haze напал на него? Буччеллати знал, что Фуго отчислили из колледжа за нападение на профессора с четырехкилограммовой энциклопедией, подросток сказал ему. К тому же это было в газете. Под этим невинным вопросом о простом кошмаре, Буччеллати подразумевал попытку узнать больше о его прошлом. Фуго мог легко увернуться, сказав “Это был просто сон, в нем не обязательно должен быть смысл” Но понял, что не может соврать Буччеллати. - Он мудак, - Просто объяснил Фуго. Буччеллати не настаивал. Он ничего не сказал, просто оставался там. Он не собирался обнимать его, или говорить ему успокаивающие слова, он не был его семьей. Но просто оставаясь тут, просто открыв ему дверь он уже сделал намного больше чем оба родителя Фуго вместе взятые за 13 лет. - Я думаю... Он заслуживает смерти больше, чем те ребята из Secondigliano, которых Purple Haze... Я думаю...Что если Purple Haze убил этих людей потому, что я хотел бы убить того учителя? Он не имел ничего против них. Думаешь, в этом есть смысл? – Добавил Фуго. - Да, в этом есть смысл, - Медленно ответил Буччеллати. - Оу. Фуго задавался вопросом, как он собирается выживать, если чтобы научиться контролировать свой стенд нужно обязательно перестать желать смерти своему профессору. У него никогда не получится. - Знаешь, - сказал Буччеллати нейтральным тоном, - Если ты хочешь убить того мужчину, тебя ничего не останавливает. Если тебе нужно, чтобы я помог тебе поймать его или сделать что то еще, то скажи. Я могу даже сделать это за тебя, только попроси. Фуго удивленно вдохнул. Убить Барбабиетолу? Преднамеренно? Буччеллати знал, что случилось? Из того, что Фуго видел, работая с ним можно было понять, что юный лидер был довольно справедливым человеком, не любившим убивать без нужды. Он согласился убить гражданского, просто потому что он не нравился Фуго? Это было... В каком то смысле, это было мило с его стороны. Фуго пододвинулся ближе к нему, даже не осознавая этого. Буччеллати понял жест и распахнул свои руки. - Я не знаю, - прошептал Фуго в плечо своего лидера. – Я не уверен. Может, когда нибудь... Но не думаю, что это приведет к чему либо хорошему. Даже если он убьет его, он все еще будет хотеть убить его. Тогда в чем смысл? Как хочешь, - Ответил Буччеллати, рассеянно выводя круги на его спине. – Если изменишь свое мнение, я тут. - Спасибо, Буччеллати. Он хотел бы сказать намного больше, чем это. - Сейчас нам нужно спать, Фуго. Завтра рано вставать. - Конечно. Прости. Он чувствовал себя уютно рядом с Буччеллати, но не мог дальше отнимать его время. Только когда он почти ушел, Буччеллати выпалил: - Хочешь спать здесь? Фуго удивленно выпрямился. - Я могу? - Если хочешь. Я не против. Фуго колебался, но потому, что он боялся выглядеть как ребенок, а не потому, что боялся Буччеллати. Его лидер никогда не навредит ему, теперь он был уверен. Он выглядел немного встревоженным, он, похоже, хотел чтобы Фуго остался. Поэтому Фуго кивнул, немного краснея, и вышел, чтобы забрать свою подушку. Он боялся, что вел себя слшком по – детски, наверное, становясь слишком зависимым от этого семнадцатилетнего гангстера, и это было плохо. Но ему было все равно. Буччеллати выслушал его, никогда не навязываясь, он уважал его. Он бы убил за него. Фуго никогда не встречал кого то столь же надежного. _________________________ Буччеллати боялся, что был очень непроффессионален. Лидер банды не позволяет своим людям будить себя посреди ночи, он не выслушивает их кошмары, он, несомненно, не позволяет им спать в своей кровати. Но Фуго... как он мог закрыть дверь перед ним? Ребенок выглядел таким несчастным. На данный момент они жили вместе полтора месяца, и Фуго был очень осторожен, заперт в собственном маленьком мирке из тусклых воспоминаний, ненавсити к себе и лилового дыма. Буччеллати был удивлен и тронут тем, что он осмелился разбудить его из за кошмара, чего то настолько детского. Это было похоже на прогресс. У него не хватило бы духа оттолкнуть его. Смотря на спящее лицо своего рекрута, Буччеллати думал, что сделал правильный выбор, немного выйдя за рамки роли начальника. Ему не нужно было отстаивать свой авторитет перед Фуго, мальчик уже был беспрекословно верен. С другой стороны, его доверие, которое Буччеллати и искал, заполучить было сложнее. Фуго проводил в своей спальне все свободное время, он говорил с ним с этой выверенной, обезличенной вежливостью, он инстинктивно отпрыгивал назад, когда удивлялся, его взгляд мог за считанные секунды наполниться жестокостью и желанием дать отпор. Буччеллати часто думал, что ему никогда не удастся завоевать доверие Фуго. И все же, сейчас он спал в его постели, свернувшись калачиком под одеялом, его лицо было повернуто к нему. Буччеллати откинул белую прядь, упавшую на его лицо. Что случилось с этим ребенком, его ребенком,? Что так пугало его? Что сделал этот профессор из колледжа, что преследовало его до сих пор? У Буччеллати было предположение, ужасное предположение, которое объяснило бы, почему Фуго напал на этого мужчину с четырехкилограмовой энциклопедией, почему этот учитель до сих пор не отпускал его, а также почему Фуго никому не доверял, его низкую самооценку и все проблемы с Purple Haze, но он не хотел думать об этом. Фуго было всего тринадцать, черт возьми. Буччеллати содрогнулся от ненависти, когда представил того, кто навредил ему, кто травмировал его до такой степени, что его Станд был неконтролируемой, кровожадной мерзостью. Да будь он проклят. Он, и родители Фуго, которые считали своего сына изысканной, декоративной побрякушкой, которые запихнули его в университет, когда он очевидно не был достаточно зрелым. Разумеется он не был: бедный ребенок был в возрасте средней школы. Буччеллати так сильно хотел держать его рядом, в безопасном месте, смотерть на то, как он растет и набирается уверенности, дать ему любовь и безопасность, в которых он нуждался, и которых был лишен всю свою жизнь. Он чувствовал что то вроде непрофессионального родительского инстинкта по отношению к ребенку. Наверное, это была ошибка, наверное, он был плохим лидером, но с другой стороны, команды пока не было, их было всего двое. Он мог быть родителем для Фуго, если ребенок нуждался в нем. Они уже жили вместе, Фуго составлял ему компанию каждое воскресенье, когда он ходил чистить могилу своего отца, они были в первую очередь друзьями, а потом уже коллегами. Дружбу Фуго было так сложно заслужить, гораздо сложнее, чем его верность. Все станет нормально, когда он расширит свою команду. Он наберет членов, которые будут любить и защищать Фуго. Сейчас подросток нуждался в поддержке, а не в авторитете, и Буччеллати даст ему поддержку. Он тоже нуждался в Фуго, не из за его интеллекта или бумажной работы, не из за сумасшедшей силы его станда, а потому, что он заполнял пустой дом. Потому, что теперь у Буччеллати был тот, кому он мог доверять в Пассионе. Тот, кто видел его таким лидером, каким он хотел быть. И также потому, что несмотря на его недоверчивость, мрачность и тревожность ребенок был очаровательным. Его ужасный Станд этого не менял. _________ Буччеллати и Фуго шли из ресторана, когда этот парень налетел на них. Обычно оживленная улица опустела после первой же вспышки – Неаполитанцы привыкли к подобному. Гангстеры остались наедине со своим врагом, ассасином, который был обижен на Польпо и пытался выбить из них информацию. Его станд, The Real Slim Shady, был очень агрессивным. Его способность заключалась в расщеплении себя на множество копий после кадой атаки. Буччеллати был окружен, ситуация становилась напряженной. Враг был вне досягаемости, а дюжины Slim Shady столпились вокруг него, мешая разглядеть Фуго. Он не думал, что может выиграть. Он мог бы открыть проход в земле, чтобы сбежать через канализацию, но он не хотел оставлять своего партнера. - Фуго! – Прокричал он, расстегивая столько Slim Shady сколько мог, пытаясь разглядеть белые волосы подростка. – Попробуй пробиться ко мне! У меня есть план! В хаосе он не услышал ответа. Фуго убежал? Он умер? Нет. Нет, нет, нет. Не так. Только когда он почти отчаялся, огромный силуэт Purple Haze материлизовался перед ним. Буччеллати забыл о драке. После того, что случилось в Secondigliano, Фуго отказывался использовать свой станд. Монстр смотрел на Буччеллати, безразличный к Slim Shady, тут же набросившемся на него. - Purple Haze! Держись подальше от Буччеллати! - Услышал Буччеллати голос своего товарища, кричащего в отчаянии. Прежде чем Буччеллати смог осознать, что происходит, он почувствовал, что его оторвали от земли. Станд Фуго замахнулся и со всей силы вышвырнул его с поля боя. Буччеллати приземлился в нескольких метрах от него, Sticky Fingers поймал его и он повалился на землю. Недалеко он увидел Фуго, пытавшего подойти к нему, прихрамывая. Когда Буччеллати перевел взгляд туда, где Slim Shady был еще несколько секунд назад, он не увидел ничего, кроме облака лилового дыма. Все копии Slim Shady сморщивались и растворялись. Фуго рухнул рядом с лидером. - Ты в порядке? Ты не коснулся дыма? Пожалуйста, скажи мне, что ты не коснулся дыма! Буччеллати взял его трясущиеся руки в свои. - Я в порядке, Фуго. Благодаря тебе. Ты спас меня, и стер нашего врага в порошок. Я горжусть тобой. Эта невозможная битва, использование Purple Haze, и даже мучительная смерть владельца который, где бы он не прятался, умер вместе с его Стандом стоили самой первой улыбки, появившейся на лице Фуго. Тихой, неуверенной, но все равно немного счастливой. Время остановилось. И возобновилось вновь, когда Purple Haze схватил Фуго за волосы и беспощадно понес в место, где умирал Slim Shady. - Отстань от меня! – безрезультатно кричал Фуго. Буччеллати собирался использовать Sticky Fingers, как обычно, но перед этим он без особой причины прокричал: - Purple Haze, ради бога, отпусти его! И Станд подчинился. Буччеллати был так удивлен, что подумал, что это было просто совпадение. Фуго пополз обратно к нему, и Purple Haze был готов наступить на него, тем самым обездвижив, поэтому Буччеллати вновь выкрикнул: - Отойди! Purple Haze долго смотрел на Буччеллати, не двигаясь, будто думал. У Буччеллати было время дотянуться до Фуго и помочь ему подняться и отойти от монстра. Медленно, Purple Haze сделал несколько шагов назад. - Он подчиняется тебе! – Недоуменно воскликнул Фуго. – Как ты это делаешь? Раньше Буччеллати уже отдавал приказы Станду Фуго, он никогда не подчинялся. Но сегодня Purple Haze подчинился. Это противоречило любой логике, Станды подчиняются только своим владельцам, это правило. Но Purple Haze не подчинялся своему владельцу так что, наверное, он был исключением. Послушно отступив, тварь начала рычать, угрожающе протягивая к Фуго свою длинную руку. - Заставь его исчезнуть! – попросил Фуго лидера. - Исчезни! – приказал Буччеллати. Станд остался там. Буччеллати попытался снова. - Прекрати рычать! Purple Haze понадобилось несколько секунд, чтобы принять решение, но он наконец замолчал. Буччеллати посмотрел на Фуго. Он выглядел одновременно обиженным и пораженным. Они попытались дать ему еще несколько приказов, чтобы проверить. Purple Haze продолжал игнорировать своего владельца, но каждый приказ Буччеллати выполнялся. Тем не менее, только Фуго мог отозвать его, что у него получалось гораздо лучше, когда станд стоял спокойно. В последующие дни они проводили всевозможные тесты, и теория подтвердилась: Purple Haze подчинялся Буччеллати. Они не понимали, почему, но это было хорошо. Фуго больше не был в опасности, и со своим лидером он чуть меньше боялся своего Станда. У Польпо тоже не было объяснения. Он пытался командовать Purple Haze самостоятельно, и это закончилось катастрофой. Если бы Буччеллати вовремя не вмешался, чтобы успокоить тварь, Фуго и Польпо бы, наверное, умерли. Этот провал стал облегчением для Буччеллати: Если бы Польпо мог управлять Purple Haze то, без сомнения, отобрал бы Фуго у него, чтобы сделать его личной марионеткой – убийцей. ____________ Был вечер, и они смотрели телевизор. Все чаще и чаще они завершали свой день вместе, перед телевизором, смотря музыкальные шоу, или мыльные оперы по вторникам, или что бы там ни показывали. Поначалу Фуго приносил стул с кухни и сидел на нем. Буччеллати ничего не говорил. Затем Фуго стал сидеть с ним на диване, на самом краю. Сейчас он сидел так близко, что они могли делить одно одеяло в холодные дни. Буччеллати всегда позволял ему делать это, приближаться в своем собственном темпе. Он окончательно прекратил попытки установить с Фуго профессиональные отношения. Вот что случается, когда работаешь с детьми. Он протянул руку через спинку дивана, и Фуго осторожно сьежился. Он делал это все чаще, всегда с одинаковым смущением. Буччеллати чувствовал, что ребенок хотел что то ему сказать. Он ждал. Когда рекламная пауза закончилась, Фуго прошептал: - Я думаю... Я думаю, что я знаю, почему Purple Haze тебе подчиняется. - Ты знаешь? Буччеллати казалось, что он тоже знал. - Это потому что... Мне кажется, что это потому, что я доверяю тебе. Мне кажется. Буччеллати смотрел, как Фуго краснеет слишком сильно, сделав заявление, которое было бы очевидным, если бы у Фуго была нормальная жизнь. - Ох, Фуго. Я тронут. Спасибо, что доверяешь мне. Обещаю, что делаю все возможное, чтобы оправдать твое доверие. - Тебе не нужно ничего делать, или давать обещания. Ты и так нормальный. Не зная, что сказать, Буччеллати взъерошил его волосы. Притворяясь, что пытается избежать этого, Фуго придвинулся немного ближе.