Любовь лилии и кувшинки

Маленький городок выжившего народа находится в центре глухого хвойного леса. Он надёжно защищен от чужих глаз магией, поэтому никто из врагов не может туда попасть. В этом городе живут спасшиеся от жестокой инквизиции люди. Ну как люди – существа, а сами себя они называют «дроу». Каждый в городке обладает магией природы. Но главная черта, отличающая их от обычных людей– из за которой их и истребляли – большие, роскошные, птичьи крылья. Они есть у каждого в деревне. А ещё одна необычная особенность жителей города – это умение превращаться в своё тотемное животное. Вот только свой тотем может получить не каждый, необходимо достичь совершеннолетия… Каифа, молодой дроу, который только сегодня стал считаться взрослым. Как и всех других достигших совершеннолетия ребят его отправили в лес, находить своего внутреннего тотема. Такова традиция. Для этого обряда необходимо уединяется в каком-то тихом месте в лесу и наслаждается природой, получает от неё жизненную энергию. Когда энергия накапливается, то из неё образуется или, правильнее сказать, вытачивается внутренний тотем, олицетворяющий истинное «Я» дроу. Этот тотем нельзя увидеть или услышать, только почувствовать, ведь это чистейшие энергия и свет. С получением тотема, крылатый может перевоплотиться в своё животное. Так вот, наш молодой дроу отправился в своё самое любимое местечко на краю каменистых гор, возвышающихся над широким хвойными лесом. Сюда обычно никто не ходит, только знахари весной собирают редкие травы, растущие на этом возвышении. Однако сейчас ранняя осень, поэтому никто не помешает дроу наполниться энергией. Тихо ступив на влажную, мховую почву, парень глубоко вдохнул аромат прелой листвы. — Как красиво…— прошелестел нежный голосок по округе. Каифа двинулся дальше, отойдя от первого восторга. Пусть город дроу и расположена в самом центре леса, маленьким детям, таким как Каифа, не разрешают выходить за её пределы. Но это только до совершеннолетия. После дроу считается полноценным членом общества. Однако, тогда Каифа не хотел ждать своего взросления, он хотел всё сразу. Поэтому, во время празднования весеннего солнцестояния, когда охрана ворот слабая, парню удалось ненадолго улизнуть в ночной лес, чтобы почувствовать себя уже взрослым. Именно в ту ночь Каифа нашёл это замечательное место. Через лес, если идти к северу и мимо низкого оврага, можно пройти к горному обрыву, с которого открывается прекрасный вид на верхушки хвойных деревьев, а если подойти прямо к краю выступа, то создавалось такое ощущение, будто ты летишь. Конечно, парень с нетерпением ждал уроков полета, которые начинали преподавать тоже после того, как дроу пересчёт порог взросления. Это обусловливалось тем, что у маленьких детей были неокрепшие и маленькие крылья не подходящие даже для короткого полёта. Только к восемнадцати годам ребенок мог спокойно учится летать не боясь повредить кости или перья. Вот такой хрупкий народ эти дроу. Теперь Каифе не нужно было тайно обходить охрану, чтобы выйти в лес. Он теперь был совершеннолетним. Аккуратно, чтобы не потревожить покой леса, парень спустился к небольшому оврагу, в котором тёк блестящий ручеёк. Он решил, что перед медитацией ему следует успокоится и немного освежиться. Выпив воды дроу заглянул в своё отражение в ручье. Да, его теперь уже нельзя считать ребенком: вся детская пухлость ушла вместе с наивностью. Теперь на него из воды смотрел тонкий, высокий и изящный О-дроу (омега-дроу). Большие, как у кошки, изумрудные глаза, блестящие от чистой воды, пухлые губы, такие бледные, что почти сливались с фарфоровой кожей. Пшеничные волосы с серебристыми вкраплениями едва касались тонких плеч. Позади хрупкой спины, шурша, раскрылись два белоснежных крыла. Если бы вы увидели Каифу впервые, то подумали бы, что он – самый красивый дроу из всех, что живут в этой стране. И вы не ошибётесь. Он был прекрасен, но и обладал характером, который только украшал его ещё больше, однако, не смотря на это, от него веяло теплотой и нежностью. Умывшись прохладной водой, Каифа пришёл к обрыву и сел на ещё зелёную траву, свесив босые ноги над пропастью. Над густо-зелёными хвойными деревьями, что виднелись внизу, рассеивается голубоватая дымка тумана после дождя. Запах озона и влажной почвы проникал в лёгкие, даря умиротворение. Тёплый ветерок едва колыхал волосы и лёгкую одежду щекоча кожу. Тишина, перебиваемая изредка пением птицы-цолотки или шуршанием белок, которые готовятся к зиме, не напрягала, а наоборот, только расслабляла. Одним словом - благодать. Каифа просидел так около часа и незаметно для себя провалился в сон. Ему снился лис. Тёплый и мягкий, ласковый. Пальцы утопали в кремово-золотистой шёрстке, а в воздухе витал ненавязчивый аромат полевых цветов. Ощущения были такие правдоподобные, что происходящее лишь восхищало, вооудевляло и вовсе не казалось сном. Открыв глаза, Каифа чувствовал себя, как после купания в омолаживающих источниках, внутри поселилось тепло. Так значит, тотем он свой нашёл. Зеленоглазый счастливо улыбнулся. Надо поскорее вернуться в свой город и рассказать всем, что у него теперь появился тотем. Парень подорвался с места и хотел было уже идти, как вдруг услышал тихие шаги и хруст веток. Заяц, лиса, кабан? Но животные бы не разговаривали на человеческом языке. Насторожившись, Каифа развернулся к тропе из леса. Да, звуки шли оттуда. — Знаешь, мне кажется, что мы ничего не найдём. С чего ты решил, что они здесь? Их же уже давно никто не видел. — прозвучал незнакомый мужской голос. —Так, Трей, не задавай глупых вопросов. Ренс сказал проверить здесь - значит они здесь. И к тому же… Голос не договорил. Из кустов, со стороны тропы, Каифа разглядел троих мужчин, которые тоже его увидели, от чего и замолчали. Вглядевшись получше, зеленоглазый понял - это охотники. Непонятно, что они делают в лесах дроу, но явно не просто гуляют. Молодой дроу весь подобрался. Охотники быстро зашептались в кустах и вскинули оружие на Каифу. Тот, долго не думая, рванул к краю обрыва и взмыл в небо. Вернее это он думал, что взмыл, на самом же деле его подбросило порывом воздуха и, перекувыркнув, кинуло вниз. Каифа отчаянно замахал крыльями, но из-за того, что они очень слабы, парень не мог долго держаться в воздухе, поэтому медленно, с каждым взмахом, опускался всё ниже и ниже. Внезапно позади раздался лязг металла и звук натягивания тетивы, тонкий свист и левое плечо и ногу поразила острая боль. Дальше Каифа ничего не соображал. Всё смешалось в одну кучу. Ещё при падении он потерял сознание и не почувствовал ни хлёстких ударов еловых веток, ни болезненное стягивание верёвок сетки.