Чувства и Бесчувственность

      — Так-так, кажется, плесень и мрак подземелий творит чудеса! — Профессор Спраут лучезарно улыбается.       Гермиона застенчиво улыбается в ответ, прежде чем отпить чаю. Так что смущение незаметно.       Она также отказалась от тёмных очков, хоть и знала, что ужасно щурится, но казалось позором не избавиться от них в один день раз и навсегда. Раз и навсегда? Ей стало лучше… и на этом всё. Остаётся вероятность, что дальше дело не пойдёт. Фактически состояние Гермионы могло легко регрессировать. Тем более поведение и обещания Снейпа не вселяли большой уверенности. По факту…       — Северус! — Брови профессора Спраут удивлённо приподнимаются, а Гермиона оборачивается и видит приближающегося мужчину с чашкой и блюдцем в одной руке.       Гермиона никогда не видела, чтобы Снейп подходил или разговаривал с кем-либо в учительской, и реакция Помоны доказала, насколько это для него нехарактерно.       — Помона, — Северус сухо кивает, — мисс Грейнджер.       Взгляд его чёрных глаз скользит в сторону девушки — лёгкого изгиба брови достаточно, чтобы указать, что именно Гермиона является его целью.       Помона сразу это замечает. Грейнджер с удивлением понимает, что другие сотрудники тоже подготовлены. Как будто все детали сурового и настороженного лица Снейпа, его ловкие движения и, конечно же, его напыщенные фразы — своеобразные сигналы для них — исключительно в целях самосохранения. Все они научились его понимать… и реагировать… быстро.       — Ох, совсем не слежу за временем. Мне пора, — шепчет Помона, с грохотом ставя чашку на блюдце, затем вежливо кивает и уносится прочь.       Глаза Снейпа следят за удаляющейся фигурой профессора, прежде чем его рука ныряет в карман, извлекая небольшую непрозрачную банку, и протягивает её Гермионе.       — Я думаю, что этого будет достаточно, — говорит он низким и бесстрастным голосом.       Гермиона пристально смотрит на нечитаемое выражение его лица.       — Могу я просто сказать, профессор, что я…       — Нет.       Это было довольно решительно.       Гермиона подавляет рвущийся наружу поток слов и отвечает простое «Спасибо».       Профессор кивает, резко отворачивается, без сомнений, готовясь к побегу.       — Северус? — позади них звучит мягкий голос.       Грейнджер оборачивается.       — Гермиона. — Ясный зелёный взгляд профессора Макгонагалл бегает между ними двумя, наконец останавливаясь на склянке в руке Гермионы. — Выглядит многообещающе. — Её сухие губы растягиваются в улыбке. — Нашему уважаемому мастеру зелий уже удалось что-нибудь для вас приготовить?       Гермиона ошарашенно смотрит в ответ.       Взгляд Минервы возвращается к Северусу.       — Это больше похоже на… добавки, — бормочет он.       — Как бы то ни было, — признательно склоняет голову Минерва, — я уверена, что Гермиона благодарна за любую помощь, которую мы можем предоставить.       Она вновь смотрит на Гермиону, приподняв бровь.       — О да… Это правда… очень помогает, — неубедительно заявляет девушка.       Наступает неловкая тишина, когда всё внимание обращается на сосуд в руке Гермионы.       — Хорошо. — Минерва складывает руки вместе. — Вы оба явно очень заняты. Не буду вас задерживать.       Северус почти незаметно сморщивает нос, словно тень проскальзывая мимо директрисы, и выходит из учительской.       Гермиона собирается уходить, но Минерва слегка касается её руки.       — Вас что-то тревожит? Может быть, вы хотите поговорить об этом?       Гермиона замечает на себе озабоченный хмурый взгляд пожилой женщины и слабо улыбается в ответ.       — Спасибо… но у меня всё хорошо. Я на самом деле настроена весьма… оптимистично.

***

      — Я думаю, она должна быть свежей.       — Что? — Снейп неуверенно рычит через приоткрытую дверь. Всё, что Гермиона может видеть, — это его нос и нахмуренные в неодобрении брови.       — Это… это не сработало. Думаю, её нужно применять, как только… — Она плотнее запахивает халат. — Как только она будет… выработана.       — Ради Мерлина, сейчас пять часов утра, — Снейп раздражённо бормочет сквозь щель. — Разве это не могло подождать?       — Я знаю… мне жаль. — Грейнджер беспомощно оглядывается по сторонам, как будто надеясь на помощь. — Просто я не могла заснуть.       — И вы решили отправиться ко мне, чтобы я тоже не мог? — огрызается он.       — Нет… Я просто… подумала, если вы проснулись и… ну вы знаете… если бы вы были в настроении… Я не хотела, чтобы продукт пропадал зря.       — И что, вы думали, я бы сделал с «этим»? — Гермиона слышит в его голосе презрение.       — Хорошо. — Она не особо хорошо продумала эту часть. — Я думала, возможно, вы могли бы… прийти ко мне.       — И сделать что?       — Дать мне… свежую из… источника.       — Источника?       — Да… из вашего…       — Нет.       Дверь захлопывается, и Гермиона снова стучит.       Через несколько мгновений его голова появляется в проёме.       — Уходите.       — Я помогу.       — Как?       — Я сделаю всю работу. Вы можете просто… сидеть… или стоять… или читать, или…       — Читать? — Снейп недоверчиво смотрит на неё.       — Хорошо… Может, не читать, но я постараюсь не беспокоить вас. — Гермиона умоляюще смотрит на него. — Не беспокоить больше, чем необходимо.       Он скрещивает руки и качает головой.       — Пожалуйста, профессор, — хрипит девушка, чувствуя ком в горле, ощущая себя нелепо, но долгие часы бессонницы и отчаяния берут своё. — Я найду способ наверстать упущенное… Обещаю.       Северус продолжает мучительно долго смотреть на неё, высасывая из неё уверенность, как дементор, пока Гермиона наконец не опускает глаза и поворачивается, чтобы уйти.       — Приходите через час.

***

      Гермиона стоит в его гостиной, стараясь не смотреть на множество стильных и очаровательных предметов, расположенных вокруг столов, полок и камина, не говоря уже об огромной коллекции книг, дразнящих её через всю комнату.       — Где мы?..       — Здесь подойдёт, — прерывает он, кивая на диван у камина.       Гермиона отмечает, что его руки оставались скрещёнными с того момента, как она вошла… и, похоже, будут оставаться в этом положении на протяжении всего процесса.       Снейп резко садится, слегка расставив ноги, и тогда Грейнджер понимает, что ей придётся встать на колени. Будет больно. Если только…       — Вы не возражаете, если я сяду рядом с вами?       Профессор слегка поворачивает голову вправо. Она трактует это как согласие.       Садясь рядом с ним, девушка понимает, насколько трудной будет задача. Несмотря на сбивающую с толку бурю эмоций, которая уже витает внутри неё, — физическая связь с таким замкнутым человеком, как он, будет настоящей битвой. Ко всему прочему он — Северус Снейп, внушающий страх и по своей сути грозный персонаж, который никогда не показывает эмоций.       Но когда Гермиона смотрит ему в глаза, то не видит ожидаемого высокомерия или насмешки. Она видит беспокойство, кипящие опасения. Он так же сомневается, как и она. И всё же он впустил её и остался рядом с ней. Это должно что-то значить.       Гермиона хочет сказать что-то успокаивающее, развлекающее или даже неопределённо-полезное, но как будто потеряла дар речи, поэтому просто поворачивается к нему, придвигается ближе и тянется к ширинке.       Это выглядит немного настойчивым и прямолинейным, но прикосновение к его бёдрам, груди или чему-либо другому кажется ещё более неуместным — словно она пытается соблазнить его или что-то в этом роде. А она не такая… ведь правда?       Его глаза так внимательно следят за её движениями, что Гермиона чувствует тяжесть. Напряжение в теле нарастает до тех пор, пока его тёмная фигура уже не кажется такой внушительной, выражение лица — таким нечитаемым, его защита — такой чертовски непроницаемой.       Северус по какой-то причине счёл нужным полностью одеться, прежде чем впустить Грейнджер, так что теперь её руки останавливаются в паре сантиметров, паря над его промежностью, не в силах продолжить.       Гермиона закусывает губу.       — Что? — шипит он, и это разрушает её решимость.       — Не могли бы вы… убрать это?       Его губы сжимаются.       — Вашу… — Гермиона указывает кивком.       — Мне довелось расшифровать вашу просьбу, — рявкнул Снейп, невербальным заклинанием расстёгивая ширинку, прежде чем просунуть руку внутрь. — Надеюсь, вы знаете, что делаете.       Девушка неуверенно кивает.       Она понятия не имеет, что делает.       Конечно, Гермиона умеет это делать. В прошлом она уже несколько раз касалась пенисов. Но пытаться заставить кого-то кончить… в лечебных целях… это для неё впервые.       Потом Снейп вытаскивает член через ширинку.       И тут накатывают воспоминания.       Его нос слегка дёргается, когда он небрежно кладёт орган поверх тёмной ткани брюк. Даже в вялом состоянии он вызывает томление внизу живота. Но Гермиона не может позволить себе потерять концентрацию, позволить своему телу отвлечь её. Она здесь с определённой целью. И Северус подпускает её так близко… по собственным причинам. И Гермиона должна напомнить себе, что это единственное решение… что это работает… или, по крайней мере, работало. Фактически это единственная причина, по которой она теперь может протянуть руку и…       Его живот немедленно напрягается, дыхание становится слышимым сквозь приоткрытые губы, когда Грейнджер легко касается поверхности кожи кончиками пальцев. Её чувства, может, и ослабли, но их острота всё ещё необычайна. Она уже чувствует, как его сущность пульсирует под тонкой кожей, а микроскопические камеры глубоко внутри наполняются.       Северус издает отрывистый стон, когда Гермиона двигает пальцами вперёд, сжимая их вокруг твёрдого ствола, так что у неё самой захватывает дыхание. Этого она не ожидала. Не такой реакции организма, пусть и спустя долгое время.       Сжимая член сильнее, Гермиона начинает поступательные движения. Его веки трепещут, а пальцы вжимаются в подлокотник дивана.       Несколько ритмичных рывков — и горячее дыхание Снейпа вырывается наружу. Он полностью отдаётся её рукам.       Северус словно снова тает на диване, позволяя ей наклониться ближе. И Гермиона совершает ошибку, глядя ему в глаза. Прошлая привычка. Она словно застревает там, в этом глубоком чёрном омуте. Грейнджер не помнит такой ясности в его глазах — не при таких обстоятельствах. Взгляд профессор всегда был пристальным, но сдерживался некой отстранённостью.       На этот раз он пронзил её. Напряжённые черты лица, желание в его опущенных веках, изгиб лба и эти опухшие и манящие губы, и…       Его рука обхватывает её, позволяя ей наконец оторвать взгляд. Северус задаёт неистовый темп — быстрые размытые рывки прямо около розовой головки; его стоны становятся глубже, а голова запрокидывается, кадык гуляет с каждым издаваемым звуком.       Он близок. Гермиона наклоняется и наблюдает, как головка исчезает и снова появляется с бешеной скоростью. Грейнджер надеется, что сможет рассчитать время правильно. И как только Снейп издаёт последний громкий стон, Гермиона наклоняется ниже, открывая рот и чувствуя, как её языка касаются первые выстрелы. Преодолевая хаотичные движения его бёдер, она сжимает член снова и снова, чтобы добраться до последних капель.       Когда Гермиона снова принимает вертикальное положение, Северус смотрит на неё, в шоке приоткрыв губы. Она должна была его предупредить… но уже слишком поздно. Отведя взгляд, Грейнджер просовывает два пальца в рот, затем медленно отстраняется, втирая кремообразную жидкость в губы. Вернувшись ко рту, она макает указательный палец и подносит к уголку одного глаза, резко вдыхая и моргая от боли. Гермиона повторяет процесс с другим глазом, прежде чем проглотить оставшуюся сперму, и наконец закрывает лицо руками.       Тишина.       Быстрый вдох.       Потом она цветёт. Перед его глазами Гермиона расцветает, её пальцы неуверенно опускаются, как лепестки ранней весной.       Её лучезарная улыбка переходит в замешательство, а затем — в экстаз, когда она проводит кончиками пальцев по губам.       — Боже, — девушка хрипло всхлипывает. — Я вернулась.       Её плывущие глаза останавливаются на нём, и Северус задаётся вопросом, ожидает ли Гермиона чего-то большего, но, прежде чем успевает среагировать, она делает выпад вперёд, захватывая его губы своими, и посасывает с таким глубоким стоном, что у него покалывает кожа головы. Гермиона с жадностью прижимается к нему, её язык с силой проникает в его рот. Северус пытается дотронуться до неё, но она перехватывает его руки. Наконец девушка отпускает его и встаёт.       — Мне просто нужно было убедиться, что это сработало, — объясняет она, затаив дыхание.       — И?       — Я вернусь.