Потухшая звезда

Светлый денёк. Лучики солнца пробиваются сквозь шторку, когда в доме творится хаос. Полли пытается делать уроки, однако вредная сестрёнка Шейзл вредит ей, разбрасывая листы бумаги, ручки и карандаши. Последней каплей для девочки стала перевёрнутая кружка с апельсиновым соком, который так некстати залил три листа конспекта. Полли сжала кулаки до того, как её костяшки побелели, словно разорвав плоть. Она тихо всхлипнула, захлопывая тетрадь. Ласковое солнце пробивалось сквозь занавеску, но сейчас было не до веселья. Они должны были пойти в новый парк, который открылся в центре. А ей сейчас делать уроки! Полли закрыла лицо руками, чувствуя, как тёплые слёзы скатываются по щеке. Девичий розовый зонтик уже ждал свою хозяйку, но похоже, что придётся отказаться от веселья. Выглаженное голубое платье словно печально вздохнуло, когда лёгкий ветерок всколыхнул его подол. Несколько часов стараний напрасно! Золотые пряди прилипли к лицу, а Полли всхлипнула. Улыбка вмиг спала с лица Шейзл, когда та увидела плачущую сестру. — Эй, сестрёнка… Что случилось? — голос девчушки дрогнул, когда та сочувствующе попыталась взглянуть на блондинку. Но Полли лишь отвернулась, уткнувшись лицом в колени. Она уже большая! А большие девочки не плачут, верно? Рваный вздох сорвался с её губ, когда свежий ветерок ворвался в комнату, словно приглашая прогуляться. Весна… Точнее, почти лето. Учебный год подошёл к концу, Полли усердно работает ради хороших отметок. Её сестра Шейзл напротив решила, что учёба не столь важна, как хорошее веселье. Эти девочки сёстры, даже двойняшки, но это довольно спорный факт. Они обе — как чёрное и белое, противоположности, которые почему-то не притягиваются друг к другу. Уж слишком разные… Полли миленькая девочка, по словам своей сестры «заучка и зубрила», что отчасти являлось правдой. Хорошенькое личико, голубые глаза и волнистые блондинистые пряди. Первая красавица школы! Как и все девочки интересовалась косметикой и парнями, с последними, кстати, ей не везло. Полли весёлая и общительная, настоящая «девочка», в понимании старого поколения. Её гардероб забит платьями и украшениями, которые она периодически сменяет. Она словно отражение своей матери, чего не скажешь о Шейзл, которая полностью стала копией отца. Шейзл брюнетка, несмотря на её взрывной характер, природа не обделила эту девушку обонянием и красотой. Первая «заводила», активная и любознательная. Шкаф, полностью занятый Полли, предусматривает для брюнетки всего одну полку, на которой одиноко валяются джинсы и кофты. Платья для неё — это неудобно и непрактично. Встречаться с Шей считается почётно, не один парень пытался добиться её внимания. Но Шейзл ветреная, подобно пушинкам прекрасного одуванчика… Девушка всё ещё «застряла в детстве», когда вместе с мальчишками играла в пистолетики. Один дробовик у неё сохранился — правда игрушечный, но всё же… Шейзл мечтала перекрасить волосы в яркий цвет, однако знала, что мать подобного не одобрит… Тем более, сейчас же открылся долгожданный «Старр Парк»! Вся её комната была заклеена плакатами о этом чудесном месте. И сейчас она стояла перед Полли, виновато потупив взгляд. Дверца тихонько скрипнула, когда в комнату вошла мать. Блондинка пугливо прикрыла рот, утирая слёзы, текущие ручьями. Женщина нахмурилась, увидев залитую тетрадь. В её руках красовались четыре билета, с таким узнаваемым ярко-жёлтым логотипом в виде звезды… — Кто это сделал? — строго спросила она, отбивая каждый слог. — Мамочка… П-прости, это я-я… Я н-нечаянно! Но я останусь д-д-дома! — залепетала Полли, когда её губы скривились и задрожали. Шей с нескрываемым удивлением взглянула на сестру, которая проливала слёзы на безнадёжно испорченные листы тетради. Блондинка тихо всхлипнула, понурив голову. Шейзл подошла к ней, ласково погладив по спине. — Прости меня… Я виновата, — тихо прошептала она, уходя за матерью. Полли ничего не ответила, печально взглянув на сестру. На её длинных изящных ресничках скопились слёзы, свисая подобно ночной росе, переливаясь на солнце. Шей на прощание обняла её, потрепав за макушку. Блондинка слабо улыбнулась, шмыгая носом. Они сёстры. И должны прощать друг друга, верно? Дверь закрылась также тихо, как и отворилась, оставив Полли в гордом одиночестве.

***

Солнце било в глаза, заставляя из них течь слёзы и жмуриться, но Шей упорно разглядывала солнечный диск, несмотря на упрёки матери. Её сестру всё же взяли в парк, чему та была несказанно рада. Полли ласково улыбалась, крепко сжимая в руках воздушный шарик нежно-розового цвета. Голубое платье развевалось по ветру, обнажая щиколотки, а ветерок лишь ласкал их своим тёплым дуновением. Пташки порхали и звонко пели. Ах, какая прелесть! Даже отец отвлёкся от работы, соглашаясь провести время в Стар Парке. Всё же, по словам организатора там найдётся время и для взрослых. Правда, был один смущающий факт: одних детей, даже взрослых не пускали, лишь с родителями. И при условии наличия билетов. Но перед входом к запястью прикладывался какой-то сканер. Но дети не обращали на это внимание. Шей рассказывала, что её друзья побывали в парке, а эта штука совсем не страшная, экран просто загорается зелёным цветом. — Кто хочет мороженого? — вдруг лучезарно спросил папа, подходя к прилавку. Полли улыбнулась, выкрикнув в унисон сестре: «Я!». Мама усмехнулась, протягивая отцу кошелёк. Нет, Шей определённо вся в отца! Такая же прямолинейная, простодушная и не умеющая лукавить. Этим она и привлекала большую часть парней. «С ней просто. Без заморочек» — так отзывались о ней те, кому повезло встречаться с одной из красавиц школы. Отец любил делать им маленькие, но приятные сюрпризы. Одним из таких как раз и стал поход в Старр Парк. — Тебе нравятся бойцы? Они классные! — откусывая пломбир, вдруг спросила Шейзл. — Ха, ну не знаю… Жаль, что там нет какой-нибудь красивой девушки. Ну, Роза неплоха… — молвила в ответ Полли, аккуратно поедая свою клубничную порцию сладости. Как же она была права… Скоро добавятся. И не одна, а целых две… За своей болтовнёй девочки не заметили, как дошли до красочных ворот. Их вершину увенчала жёлтая звезда, а на стенах пестрили плакаты с разными персонажами. Полли оживилась, раскрыв свой зонтик. Шейзл тихонько посмеялась с сестрёнки, доставая свой любимый брелок в виде дробовика. Девочка уже мечтала, когда в школе им предстоит разбирать оружие, ведь у неё даже есть опыт — опять же, от отца. — Здравствуйте! Покажите, пожалуйста, ваши билетики, — проворковала женщина на входе своим приторным голосом. Шей отшатнулась от неё, недовольно нахмурившись. Ей почему-то не понравилась продавщица. В ней было что-то такое… Не понятное. И это пугало. Девушка не могла описать свои чувства. За этой уж слишком сладкой улыбкой скрывалось что-то нехорошее. И Шейзл чуяла это! Тем временем, женщина наклонила голову набок, ожидая посетителей. Её жёлтая шапочка с контурами такой же звёздочки чуть не спала, но та вовремя придержала её. Отец легко вынул из кармана четыре бумажки, протягивая женщине. — Ох, как прекрасненько! Чудненько! Пожалуйста, протяните ваши ручки! — продавщица вновь улыбнулась, обнажив недобрый оскал. Шейзл вдруг стало плохо от этой нехорошей улыбки. Голова закружилась сама собой, а перед глазами двоилось. На секунду на месте миловидной женщины ей представился демон с рогами и извергающейся изо рта лавовой кровью. Алые капли падали на пол, прожигая его, а сам демон зловеще захохотал. Брюнетка слабо вскрикнула, схватившись за свой лоб. Картинка помутнела, а ноги подкосились. — Шейзл! С тобой всё хорошо? — мать обеспокоенно кинулась к дочери, которая медленно сползла по стенке. — Должно быть, голову напекло. Сегодня жарко, а может устала от дороги, — предположил мужчина, переведя взгляд на ожидающую кассиршу, — У вас есть вода? — поинтересовался он. Женщина невольно цокнула языком, протягивая холодный лимонад. Шей жадно припала к жидкости, чувствуя, как освежительная прохлада наполняет её. Девушка слабо улыбнулась, покосившись на испуганную сестрёнку. Брюнетка пролепетала, что она в порядке и готова ступить на весёлые аттракционы. Полли тем временем послушно подставила свою белоснежную ручку под прибор. Он заверещал, загоревшись красным. Так не должно быть! Блондинка вскрикнула, отскочив от продавщицы, но та ловко схватила девчушку за руку, впившись в неё хищным взглядом. Милая и женственная, она сейчас казалась совсем другой, сжимающая запястье до ярко-красных следов, которые быстро выступили на нежной коже. — Эта твоя сестра? — прошипела она, махнув головой в сторону Шейзл. Полли лишь качнула головой, тихо всхлипнув. В голубых глазах плескался неподдельный страх. Как только родители повернулись к женщине, злобная улыбка вмиг спала с её лица, уступив место той фальшивой вежливости. Блондинка сама поразилась столь быстрым умением сменять мимику лица. Мать и отец подставили свои руки, но прибор не издал ни звука, а его дисплей окрасился в спокойный зелёный цвет. Полли была в смятении. Так и должно быть, но… С ней что-то не так? Эта мысль подобно змее пригрелась на груди, впиваясь ядовитыми клыками в плоть. Однако и у Шейзл показания были тоже тревожными — красными и верещащими. Мать тревожно обернулась, но женщина заверила, что это какая-то ошибка, а с ними всё хорошо. Семья, вздохнув с облегчением, спокойно прошла в парк. А женщина кого-то подозвала, что-то жарко шепча незнакомцу и указывая пальцами на двух сестрёнок, чьи пальцы переплелись в крепкий узел. Силуэт также внезапно исчез, поспешив за обычной, на первый взгляд, семьёй…

***

Полли лучезарно улыбалась, глазея на аттракционы. Всё вокруг было таким пёстрым и весёлым, повсюду ходили люди, переодетые в разных бойцов. Иногда бывало, что клоуны раздавали сласти или гостинцы, что не могло не радовать маленьких посетителей. Блондинка прижимала к себе свой розовый зонтик, хитро смеясь и прячась за ним. Лёгкий ветер бывало заставлял голубое платье всколыхнуться, но девочка вовремя придерживала подол, когда её сестра лишь усмехалась, ведь на Шейзл были удобные обычные брюки, которые так недолюбливала Полли. — Эй, девочка, иди сюда! — один из аниматоров лукаво погрозила пальчиком, подзывая Полли. — Я? Или вы это моей сестре, Шей? — девчушка потупила взгляд, несмело делая шажок вперёд. — Знаете, а идите обе! Вот, вам подарочки! — женщина достала из своего мешка две вещи, улыбаясь. Шейзл уже успела заметить, что у них всех были одни и те же улыбки, глупые и фальшивые. Словно они не люди, а какие-то картонки, или по крайней мере те, кто не хотят выдавать свои настоящие лица. Брюнетка тряхнула головой, отгоняя плохие мысли от себя. В конце концов, это обычный парк, что может быть не так? Девочка слабо кивнула головой, подходя к аниматору. Женщина протянула ей жёлтый платочек, а Полли бережливо вколола в длинные косы цветок лотоса. Блондинка радостно заверещала, рассыпаясь в благодарностях и ловко вытащив зеркальце. Изумлённые вздохи срывались с её уст, когда она приговаривала, что этот нежно-розовый цветок очень идёт ей. Крупные лепестки распустились, а лотос показался во всей своей красе. — И что мне делать с этим платком? — Шей нахмурилась, небрежно окидывая взглядом скромный подарок. — Ну, не знаю. Можешь себе его на шею завязать! — Полли ехидно хихикнула, аккуратно поправляя причёску. Шейзл пожала плечами и тут же выполнила совет сестрёнки, а через минуту жёлтый платочек украшал её смуглую шею, которая словно отливала медью. Брюнетка придирчиво окинула себя взглядом, бесцеремонно выхватив зеркальце из рук сестры, а после последовало удовлетворительное причмокивание губами, которое означало, мол, и так сойдёт. Полли весело расхохоталась, завидев ту, а Шей сердито нахмурила брови, отвесив сестре лёгкий подзатыльник. — А по-моему, получилось довольно-таки неплохо, — Шейзл улыбнулась своему отражению, а после заразительного смеха сестры не выдержала и сама звонко смеялась. — Доченьки, всё хорошо тут у вас? Мы можем с папой отойти, сами справитесь? — ласковые слова мамы заставили обеих радостно кивнуть головой. — Мы взрослые, конечно, справимся! Можете идти, — Полли сделала важное выражение лица, выгнувшись в спине, пока её сестра поглаживала свой яркий брелок-дробовик, которым не могла налюбоваться. Два силуэта исчезли в толпе, а девочки полностью остались в собственном распоряжении. Шейзл задумчиво почесала затылок, понимая, что так и не выбрала свой аттракцион. Вроде она и взрослая, но было страшновато идти одной в таком огромном парке, поэтому девочка ждала вердикт сестры, чтобы пойти вместе. Блондинка, кажется, разделяла её чувства, тяжело выдохнув. — Куда пойдём? Может, в комнату зеркал? — первой предложила Полли, прервав молчание. — Фу, куда угодно, но только не к зеркалам. Это же скучно! Ты что, себя не видела? — Шей надула губки, сморщив свой острый нос. Блондинка скривилась, дразня сестру и изображая ту же недовольную мину лица. Шейзл не выдержала и легонько толкнула негодницу, отчего та использовала запрещённое оружие — щекотку. Сама Полли не боялась её, но вот, зная слабые места своей любимой сестрички, доводила ту до слёз, выступающих от непрерывного смеха. Спустя минуту Шей, заливаясь хохотом и отчаянно пища, взвизгнула и подняла руки вверх, мол, сдаюсь. Блондинка победоносно улыбнулась, показав язык поражённой. — Ну, так куда идём? Я бы предпочла тир, — утирая слёзы от смеха, спросила Шей. — Хм… А знаешь, я согласна! Было бы интересно, — вдруг неожиданно согласилась Полли, хватая сестру за руку и уводя в одну из палаток. Игра в тире не задалась — Шейзл всё время промахивалась, девочка могла выиграть только с близкого расстояния, одним ударом выбивая несколько мишеней. А вот Полли наоборот оказалось очень меткой, даже самой меткой, десятью ударами выбив все десять банок и не допустив промашки. За это она заслуженно получила маленькую игрушку в виде плюшевого мишки, украшающего её брелок с ключами, к которому она давно искала какую-нибудь безделушку. Шей же шла немного расстроенная поражением и подавленная. Честно говоря, она не ожидала столь ярких физических способностей от сестры. — Может, в комнату страха? — стараясь забыть неудачу, предложила брюнетка. Полли колебалась, будучи в сомнениях. Шейзл прекрасно знала, что её сестра трусиха, а это был отличный шанс показать своё превосходство зазнайке хоть в чём-то. Блондинка неуверенно кивнула головой, боясь новых дразнилок от сестрёнки, которая явно была не в духе. Для аттракциона был даже свой особый тоннель, который излучал от себя ужас. Мрачные коридоры, вагонетки и настоящие летучие мыши — сюда заходили лишь отчаянные смельчаки. И это был отличный шанс утереть нос Полли!

***

Шей стояла во мраке и рыдала. Тьма полностью окутала её, страх вгрызался в душу, когда неистовые вопли повисали в воздухе. Она не помнит, что произошло. Помнит, что они садились в вагонетку, а после та сошла с рельс, а они разбились… А дальше провал в памяти. Как она здесь оказалась? Не вспомнить… На ней была порванная одежда, на плече была рана, которая сильно пекла, заставляя крупные слёзы скатываться по лицу. Рядом с ней, во мраке лежала разбитая вагонетка, деревянные щепки впились в кожу, а алая кровь стекала по смуглой коже. — Мама, папа! Я хочу уйти отсюда! — жалобно скулила она, забившись в угол. Послышались хрипы. Дрожь в теле стала невыносимой, крики были готовы сорваться с уст, пока девочка тихо плакала. Нет, она не хочет больше страха! Она хочет домой, к родителям и пропавшей сестре! Липкий ужас завладел ею, голос дрожал, как и тело. Хрупкие плечи подрагивали, когда по щекам скатывались бегущие слёзы. Её карие глаза, отчаянные и застланные белой пеленой слёз, пугливо стреляли взглядом по комнате, чтобы найти единственное спасение. «Шейзл! Шейзл!» — этот знакомый плач заставляет брюнетку вскочить с ног. — Полли, я здесь! Где ты? — девчушка вскочила с ног, кружась на месте во тьме, но всё равно нельзя ничего увидеть. Крики стихли. Вопль сестры утих, когда Шей упала на колени и разрыдалась. Страх захлестнул её волной отчаяния, когда она взглянула на потолок. Звёздочка, горящая на нём, потухла… Потухла, как и её шанс выбраться отсюда. Слёзы катились по лицу, а брюнетка билась в истерике, разрывая горло. Послышались гулкие шаги, которые эхом отзывались в ушах. Стук сердца стал громче голоса, оно бешено колотилось, словно хотело выпорхнуть пташкой из груди. — Шей, беги! Это ловушка! — вопли Полли стали невыносимо отчаянными, слишком близко. Шейзл обернулась. Клоун с окровавленным лицом держал за руки вырывающуюся сестру, которая получила удар по голове обухом за свою выходку. На мужчине была маска, по которой вместо слёз, которые обычно рисуют на печальных гримасах, были капли крови. Она сумасшедше улыбался, а его звериный оскал стал зловещим, недобрым. Полли рьяно сопротивлялась, но он заломил ей руки за спину. Лотос накренился, а его лепестки печально смотрели на Шей. С его ножа, опущенного вниз, стекали алые капли крови, а рядом лежали трупы. Мама и папа… Мать распласталась на полу, её бледная рука была обращена к дочери, а со рта стекала струйка крови. Женщина захлёбывалась в ней, а хрипы вырывались с её груди. На отца Шейзл предпочла не смотреть, мужчине перерезали глотку, чтобы тот не сопротивлялся. Слёзы застлали глаза, а Шей неистово закричала. Леденящая душу картина застыла в её памяти, а кровь в ней вскипела. Её крик, судорожный и пугающий, эхом разнёсся по зданию, когда клоун стал надвигаться всё ближе и ближе. Тело Полли выпало из рук, упав на холодные трупы родителей. Взгляд блондинки, потухший и пугающий, печально смотрел на сестру, которая упёрлась в холодную стену, а неизвестный занёс над ней кинжал. Девочка словно хотела помочь своей трепыхающейся сестре, но она сделала всё, что могла. Хрустальная слеза скатилась по её лицу, когда она закрыла глаза, чтобы не видеть это… Цветок лотоса, увядший и раздавленный, выпал из рассыпавшихся золотистых волос. Его лепестки были окровавлены, а после он был нещадно раздавлен, когда перед Полли вырос силуэт. Она слышала лишь пронзительный визг сестры, который быстро оборвался. Лотос был раздавлен чужой ногой, лишь один лепесток кружил в воздухе. Клоун, лихорадочно улыбаясь, занёс свой кровавый кинжал, а Полли не кричала. Она лишь крепко зажмурилась, тихо повторив три последние слова в своей короткой жизни: «Мама, папа, Шей…». А последний кровавый лепесток лотоса кружил в воздухе, плавно приземлившись на один из золотистых локонов своей бывшей хозяйки, которая стеклянным взглядом смотрела в потолок, на потухшую звезду, пока струйки крови неустанно текли ручьём.

***

Я закричала, проснувшись в холодном поту. Фух, приснится же такое… Дыхание участилось, сбившись, пока я жадно глотала воздух ртом, пытаясь успокоить себя. Шелли Шотган, соберись, это всего лишь очередной кошмар, который снится тебе на протяжении всей твоей жизни. Я обняла колени руками, заплакав. Сколько бы раз я не пыталась что-то делать в этой сне, результат был один. Чувствую себя маленькой девочкой, которая была не в силах что-либо изменить. У меня не получалось спасти и ту девочку с блондинистыми локонами, которая почему-то пыталась сохранить меня… И то имя… Я не помню, оно тонет в пучине и отзывается эхом, помню меня называли как-то «Ше…». Шелли? А почему я тогда не запомнила? Нет, по-другому… Я вновь задумалась, пока холодная струйка пота стекала по спине. — Чего тебе не спится, Шотган? Обнаглела что ли, в такую рань вставать? — лениво проворчала Пайпер, моя соседка по камере. Я невольно улыбнулась, взглянув на её умилительно-трогательное выражение лица, которое почему-то казалось мне слишком знакомым и родным… В другой бы раз я зарядила бы ей нехилый подзатыльник, но сейчас я лишь ласково поправляю золотистый выбившийся локон из причёски. Пай всё время отращивает себе длинные волосы, они у неё длиннее, чем собственный рост. Я считаю это перебором, ведь можно просто отрезать их до пояса, всё равно это хоть и хуже, чем короткая стрижка, но точно удобнее, чем укладывать свою шевелюру по полтора часа, занимая с утра зеркало и моё время. — Сонная принцесса, пора вставать. У нас сегодня тренировка в лагере! Если хочешь выиграть сегодняшнюю карту, то тебе нужно будет попотеть, — я лукаво прищурилась, зная, что Пайпер не может терпеть интриги. Она настолько любопытная особа, что готова пойти на край света, но лишь бы узнать пусть и незначительный и маленький, но секрет. Именно поэтому между нами нет тайн. Ну… Почти нет. Я вновь расплылась в улыбке, силой подымая блондинку. Та лениво замычала, её копна волос рассыпалась мне на колени, пока я их бережно вычёсывала, а Пай в это время досматривала свой сказочный сон. Иногда мне казалось, что мы могли бы быть сёстрами… Мы неплохо ладим, можно сказать, лучшие подружки на арене. — Кстати… А что сегодня за карта? — девушка приоткрыла один глаз, окинув меня взглядом. — Узнаешь. Но там очень много кустов и преград, поэтому сегодня не твой день, — хихикнула я, расправившись с густыми локонами и заплетая их в толстую косу. Пайпер закатила глаза и притворно выдохнула, выражая своё недовольство. Я понимала её. Это даже не наша работа, а обязанность. Эти люди… Я понимаю, что учусь и живу в интернате, но тут творятся неладные вещи. Как нам сказали, мы все дети из детских домов, которым решили дать достойное образование. У нас разные предметы, где-то мы изучаем зелья для своих способностей, где-то занимаемся физкультурой для повышения скорости… Два раза в неделю практика, когда бойцы показывают свои способности и навыки. Порцию еды нужно заслужить, а проигравший остаётся голодный весь день. Частенько это бывает Пай, и если бы не я и не мои первые места с удвоенной порцией еды, то блондинка давно бы стала худее меня раза в два, потеряв свои аппетитные формы. Но мне не жалко, я понимаю, что ей тяжело играть, поэтому делюсь с ней едой. Если быть честной, то это ужасное место. Многие мечтали сбежать отсюда, но не у всех получается… Самое ироничное то, что мы все не помним своё детство, а лишь начиная с недавнего возраста, лет с 12-14. И это очень странно, когда тебе 16, а ты не знаешь о себе ничего. Эти имена нам ещё успели дать родители… Я обычно стараюсь много об этом не думать, чтобы не схлопотать. Учиться нужно хорошо, иначе… Иначе отпетые прогульщики или те, кто против системы пропадают без вести… Нам говорят, что их переводят в специальные корпуса для проблемных детей, но не все в это верят. Я поняла, что знаю всю свою жизнь только со слов этих незнакомых мне людей, но такова наша участь… Все мы проблемные дети, чьи родители погибли в автокатастрофах, авиакатастрофах и подобное. И говорят, что провал в памяти у нас всех. И мы обязаны жизнью этим людям, холодным и злым внутри, но фальшиво вежливым снаружи. Даже солнечного света из нас никто не видел, кроме ярких прожекторов… Но говорят, что солнце красивое. Но ещё красивее те мерцающие звёзды, которые далеко-далеко от нас. Но что такое звезда я не знала, поэтому могла предполагать, что это что-то красивое и необычное… — Ты там долго? Я уже готова! — донеслось до моих ушей, а Пай вышла передо мной, кокетливо подмигнув. — Ты на арену собралась или на свидание? — я невольно выгнула бровь, усмехнувшись с наряда девушки. Пайпер обиженно поджала губки, хлопнув дверью и бросив мне кроткое «Буду ждать в коридоре». Я вздохнула, принявшись собираться. Хоть блондинка постоянно носит своё платье и туфли, но, по-моему, это неудобно и непрактично. Это же не свидание с парнями! Хотя… Тут нас даже лишают личной жизни, запретив встречаться с любым человеком. Ужасное место. Я нахмурилась, тряхнув головой. Что-то сегодня я слишком задумчивая, а если сегодня не выиграю, то придётся вместе с Пайпер умирать с голоду. В конце концов, во время практики большинство сидят голодными, и лишь мы с Пай, хорошо наедаемся. Но блондинка помогает мне в учёбе, за которую тоже дают еду, а у нас её полно, с учётом того, что моя подруга отличница. Я тяжело выдохнула и выпорхнула из комнаты, где меня уже ждала Пайпер. Девушка схватила меня за руку и куда-то потащила, видимо, сильно спеша…