Воронеж-Питер, это пиздец, бегите.

      Солнце уже давно село, уступив своё место молодому месяцу, но Алекса это совершенно не тревожило. Тихо постукивая по столу, в такт очередной крутившейся в голове песне, достаточно высокий тёмноволосый мужчина с явным равнодушием рассматривал документы. Да, обычные люди с радостью спешат домой, как только часы оглашают конец рабочего дня, но только не он, и только не сегодня. Дома его… нет, его деньги ждала некогда любимая жена. Будучи юным и опьянённым любовью, Алекс совершенно не замечал каких-либо недостатков своей избранницы, вечно превознося её и хмурясь при брошенной матерью фразе: «У тебя отвратный вкус на женщин», которая преследовала его на протяжение всей жизни. Он искренне не понимал, как это может относиться к столь милой и и-д-е-а-л-ь-н-о-й даме. Но через годы совместной жизни сладостная пелена начала постепенно спадать с его глаз, оголяя горькую правду. Алёна с каждым днём становилась всё холоднее и расчётливее, а он всё тише и незаметнее, словно блёклая луна, еле видная из-под облаков. Он начал осознавать, что от него реально требуют. Это осознание его убивало. Поэтому да, сегодня он хотел как можно дольше оставаться в своём кабинете. Впрочем, как и всегда.       –Ну вот, с квартальным отчётом покончено, — сказал тот с секундой задорности в голосе, которая в конце-концов перетекла в грусть. Отложив стопку бумаг, мужчина кинул взор на панорамные окна, в комбинации с высотой выдававшие прекрасный вид на ночной Питер, а затем перевёл его на одну из папок, аккуратно стоящих на полке недалеко от стола. Вздохнув то ли облегчённо, то ли с досадой, мужчина мысленно оправдался перед собой чем-то по типу: «Ну, а что мне остаётся делать? Работа, есть работа». Вот, после прелюдий он наконец достал папку, долго мозолившую глаза, и принялся за неё, предварительно размяв шею, и выпрямив спину. Да, хотя к жене у него были смешанные чувства, о своей задержке Алекс её всё же уведомил, хоть и понимал, что скорее всего его сообщение даже не прочитают.       Пробило двенадцать.       То, что хранилось в данной папке было настолько нудным, что не выдержав, Саша (так его называли родные) откинулся на спинку стула. Его зелёные глаза сначала медленно пробежались по потолку, а затем вновь остановились на окнах. Теперь он был полностью поглощён своими мыслями, душевными терзаниями и прочими, свойственными его возрасту проблемами.       –Хах, ладно. Пожалуй, на сегодня и вправду хватит. Иначе не высплюсь и не смогу нормально выступить. Конечно, есть ещё несколько дней, но отдых — дело системное, верно? Да и оставаться тут на ночь было бы странно, наверное… — пара секунд тишины, и Алекс резко встаёт, попутно встряхивая голову. — Ну вот, я уже засыпаю, так дело не пойдёт. Нужно быстрее добраться домой… — теперь уже окончательно замолчав, мужчина стал собираться.