Бред-хорошая вещь

Через пару недель должно будет состояться выступление, и Дов как будто с цепи сорвался. Постановщик орал на всех по поводу и без, вызывал труппу в несусветную рань, прогоняя миллионы раз одно и тоже до ночи. Сегодня очередная репетиция, а звезды всего представления - Микеланджело Локонте - всё ещё не было. Аттья в бешенстве. Конечно же, ведь "уже половина шестого, а половины труппы нет, нет "Моцарта"!" Виновник же припадков сценариста спокойно спал у себя дома. Вставать не хотелось, и не потому, что он уже неделю как не высыпался, нет, к этому привыкаешь, а потому, что очень болела голова и, по ощущениям Мике, он заболевал. Внезапно раздался пронзительный крик телефона. Не открывая глаз, Локонте поднёс его к уху и даже рта не успел раскрыть: - Локонте! Ты, что ли, спишь ещё?! Быстро собирайся! Чтобы через час ты был уже в зале! Ты все понял?! - Дов менял громкость своих возгласов, и каждый новый, более громкий, крик будил Микеле. В итоге, положив телефон, заснуть он уже не смог. Хотя с кровати подняться тоже был не в состоянии. Голова раскалывалась на миллиарды осколков, тошнило, бросало то в жар, то в холод. При таком наборе ни то что на сцену, даже в магазин не выходят. "Может, позвонить Дову, сказать, что заболел?" - пронеслась в голове шальная мысль, Мик тут же откинул её куда подальше, потому как легче было сразу повеситься или шею себе свернуть, всяко безболезненнее. Зато мсье Аттья лишится удовольствия поиздеваться над Локонте, прежде чем убить его. Усмехнувшись своим мыслям, Микеле отправился в душ. После горячей воды стало немного полегче. Но и эта радость покинула его уже через пять минут - вновь появились синдромы беременной женщины. Есть в таком состояние не хотелось. Быстро выпив стакан горячего чая, Микеле побежал на работу. Точнее, как побежал - пополз, но старательно! До театра Микеланджело добрался без происшествий, уже внутри до гримерки тоже дошел спокойно, встретив всего пару человек по дороге. Очень обрадовало, что среди них не было Дова. Внутри ещё никого не было. Локонте удивился, почему Аттья поднял его в несусветную рань и заставил прийти немедленно, а Флоран ещё где-то прохлаждается. Но сил выяснять отношения не было, всё, о чем Мике сейчас действительно мечтал - диван. Закинув сумку с вещами в ближайший угол, он улегся на диван, ощутил нечто похожее на наслаждение и провалился в царство Морфея. Мот ввалился в гримерку, всё ещё хохоча над удачной шуткой Мервана, и громко захлопнул дверь. Приземлившись на стул, Фло заметил, что на диване лежит Мике. Он хотел было извиниться за шум, но, кажется, друг этого даже не услышал, лишь что-то буркнул и перевернулся на другой бок. Мот усмехнулся и, решив пока не тревожить Моцарта, как можно тише, учитывая его габариты и скрипучий пол, вышел из комнаты. Многие были уже на сцене, ожидая криков Аттья, но тот успокоился. Правда, затишье это было недолгим. Не проснувшаяся до конца Диан шла со стаканчиком кофе в руке, глаза её были полузакрыты, поэтому девушка не заметила сценариста и, столкнувшись с ним, пролила кофе аккурат на его штаны. Дов взорвался. - Диан Дассини, где, черт побери, твои глаза?! Ты могла бы быть аккуратнее?! Мне теперь весь день сидеть так, как будто у меня недержание? Мелисса, наблюдавшая на этой сценой, не удержалась и хохотнула. Дов перевёл свой убивающий взгляд на неё, и Марс тут же замолчала и убежала. - На сцену! Все! Быстро! - проорал Аттья и ушел менять пропитавшиеся кофе штаны. На сцене уже были все, кроме болеющего Микеланджело. - Где Микеле? Его все утро не было видно, - в манере Леопольда Моцарта спросил Солаль, - Фло, ну, где твой друг? - Кажется, он всё ещё спит в гримерке. Я схожу за ним, - ответил Мот и ушел за кулисы. Микеле же ворочался на маленьком диванчике. Ему снился какой-то страшный сон, то ли гигантские пингвины, то ли комары-убийцы или, того страшнее, Флоран с топором в образе Сальери. Влетев в гримерку, Фло подошел к Локонте, который махал руками и что-то мычал, и дернул его за плечо: - Микеле, пора вставать. Солнышко встало, петухи спели, и Дов съест тебя, если ты не встанешь, - сказал брюнет. Мике не реагировал и продолжал буйно спать. – Микеланджело! Локонте, вставай! Моца-а-а-арт! - крикнул Флоран. Микеле, все ещё витая во снах наркомана, очень испугался Мота и, пытаясь вжаться в подлокотник дивана, не удержался и свалился на пол. Флоран прыснул и, подойдя к неудавшейся ласточке, помог ему встать: - Ты как? - просмеявшись, спросил "Сальери". - Вроде нормально, - прохрипел Микеле. - О да, я вижу. Ты случайно не заболел? - поинтересовался брюнет, касаясь лба итальянца. Лоб, так же, как и весь Локонте, горел. - О, друг, тебе домой нужно. Ты сейчас как печка. - Конечно, чтобы мсье Аттья меня после выздоровления убил, ну, или пытал, - сказал Мике и кое-как улыбнулся. Фло усмехнулся. - Ладно, пойдем, обогреватель ходячий, – сказал Мот, помогая другу идти. - Знаешь, а в том, что у тебя температура есть свои плюсы. - Да?! И какие же? - поинтересовался Локонте. - Ну, во-первых, с тобой не замерзнешь, а во-вторых, тебя можно использовать как микроволновку. Ты же разогреешь мне пирожки, что у меня с собой? - спросил Мот. - Да?! Интересно, куда ты мне их запихивать собрался? - спросил Локонте. - О, неужели мсье Локонте почтил нас своим присутствием, – пафосно начал Дов и едва не сделал поклон. Микеле решил пропустить мимо ушей вышесказанное, ему и так плохо, а слушать этого зануду не было ни какого желания. - На места. Начнем, я думаю, со второго акта. Почти весь второй акт Микеланджело держался молодцом. Конечно, Аттья орал на него за то, что он очень вялый, но он старался как мог. Вот уже Моцарт умирает, и к нему приходит Сальери. Во время репетиции этой сцены Мике становится просто невыносимо плохо, а Дов готов кричать: "Браво!" за такую актерскую игру. Последняя песня. Фло кладет руку на плечо Микеле. - Фло, я сейчас упаду, - прошептал итальянец. - Что? - не расслышал француз. - Я... - не успел договорить Локонте и повис на руках друга. - Мике, Мике, что с тобой? - запаниковал Флоран. Минусовка выключилась, всё актёры подбежали к пострадавшему. - Что там происходит? - крикнул из зала Аттья. - Микеле сознание потерял, - ответила Маэва. Никто не понимал, почему это произошло. - Солаль, найди врача. - Нет, - прохрипел Микеле, – Не надо врача. - Боже, Мике, ты всех напугал! Как ты? - начала Мелисса, и убрала волосы с его лица, - Он горит. Фло, решая не мешкать, поднял друга с пола и потащил за кулисы. - Ты куда? - поинтересовалась Диан. - Я отвезу его домой и вызову врача. Не на полу же его оставлять. - ответил Мот. - Мамочка, я хочу домой, - просипел Локонте, находясь в бреду. - Я уже мамочка? Ух ты. Нет, для мамочки я ещё молод, - сказал Мот. - Папочка, не ругайся, - добавил Микеле, улыбаясь. - Заткнись, старикашка, - процедил Флоран. Дойдя до своей машины, Мот уложил больного на заднее сидение и, закрыв дверь, пошёл за вещами. Вернувшись через несколько минут, Флоран сел за руль и завел машину. - Куда мы едем? - голосом страдальца спросил Микеле. - Ну, тебя я, наверное, в больницу отвезу, а сам вернусь на репетицию, - ответил брюнет. - Нет, пожалуйста, только не в больницу, отвези меня домой, - чуть оклемавшись, затараторил Микеланджело и, приподнявшись, потянулся к двери. - Тихо, тихо, спайдермен. Ты куда это собрался? Припарковавшись на обочине, Мот повернулся к Локонте и как можно аккуратнее откинул его на сидение. – Лежи и не рыпайся. - Фло, пожалуйста, отвези меня домой, - сказал Микеле, непроизвольно делая глаза кота из Шрека. - Ладно, страдалец, – сдавшись, Фло завел машину. Через пять минут Мот парковал машину рядом с домом Микеле. Вытащив больного из машины, Фло донёс его до квартиры. Кое-как найдя ключи, француз проворно открыл дверь и распахнул её ногой, так как все руки были заняты Микеланджело. - Отлично. Полдела сделано. Теперь надо найти, где твоя комната, - говоря больше себе чем Мике француз прошел в глубь квартиры. Квартира Микеле была похожа на квартиру любого очень одаренного артиста. Везде что-то валялось. Либо мольберт, либо краски, либо ноты или стихи, ну, и, на худой конец, носки. Причем, носков больше, чем всего остального. Найдя комнату Локонте, Фло сразу понял, что это и есть его комната. Там были гитара, кровать, картины, куча красок, разбросанных по всей комнате, и огромное количество исписанных или изрисованных бумаг. - Вот тебе делать ночами нечего?! Ты бы, что ли, девушку нашел, - кладя друга на кровать, пробубнил Мот. Найдя в этой куче мусора одеяло, француз накрыл Мике и ушел в гостиную. Свалившись на диван, Флоран набрал номер скорой. Через секунду в трубке послышался голос девушки: - Больница святого Франциска, слушаю вас. Приятный голос девушки привел Фло в чувство: - Эмм... Здравствуйте, я могу вызвать врача на дом? - поинтересовался брюнет. - Конечно, диктуйте адрес, - ответила девушка. Через пятнадцать минут в дверь позвонили. Чертыхнувшись, Мот подскочил с места и открыл дверь. Мда, надежды на то, что придет сексуальная девушка-врач, не оправдались: в дверях стоял милый доктор лет шестидесяти, маленького роста, с улыбкой до ушей: - Здравствуйте, где тут у нас больной? - поинтересовался мужичек, крутя в руках статоскоп. Фло опешил, но быстро справился с собой: - Пойдемте, он в спальне. Улыбнувшись ещё шире, доктор вытер ноги и чуть ли не вприпрыжку прошел в комнату. - Позвольте спросить, - зайдя в комнату, начал врач, - Где, среди этого мусора, наш болеющий? Фло подошёл к кровати и, подняв один листочек открыл взору врача, лицо Микеле. - Ух ты! Прям волшебство, - хохотнув, произнес доктор. - Простите, а можно узнать ваше имя? - вежливо спросил Мот. - А вы, что, хотите пригласить меня на свидание? Вопрос ввел Фло в ступор. Доктор начал смеяться: - Извините, я не хотел вас напугать. Я Мимлер, Франсуа Мимлер. Прошу, выйдите из комнаты, я вас позову. Мот вышел из комнаты, хотя и боялся оставлять Микеле с этим странным доктором. Вдруг, он его на органы порежет или съест. От таких мыслей его передёрнуло. Через десять минут врач позвал брюнета. - Так, скажите мне, кем вы ему приходитесь? - поинтересовался мсье Мимлер. - Я его друг, близкий друг, - сложив руки на груди сказал Флоран. - Угу, знаем мы таких близких друзей, - скептически посмотрев на Мота, пробубнил доктор, - Мне нужно знать, кто будет о нем заботиться. - А что, всё так плохо? - Ну, у него грипп. Не меньше недели он должен быть в постели. - Хмм.. Я точно не могу, но попробую поговорить с кем-нибудь. Ну, или его семье позвонить, – начал отвязываться француз. - Вам сложно уделить неделю вашему "близкому" другу? - укоризненно спросил Мсье Мимлер. Флоран замялся: - Но у меня репетиции... - начал Мот, но увидев лицо Локонте, которое было похоже на мел, Фло шумно выдохнул и сказал, - Подставляете вы меня, Моцарт. Какие ему нужны лекарства? Проводив врача, Флоран быстро побежал в аптеку за лекарствами и за незапланированным номером телефона одной миленькой блондиночки. Открывая квартиру, в которой он поселится на неделю, Фло мечтал прийти и упасть на диван... ...и провалиться в царство Морфея. Но открывший дверь Мот получил виноградинкой в лоб: - Первый заряд попал в цель. Ура, товарищи! - заорал Микеле с ложкой в руках. Фло немного не понял, что происходит, но увидев, как в него летит второй заряд, понял, что Локонте сошел с ума. Второй заряд тоже попал в цель, только уже в нос. - Враг повержен! - закричал Микеле. - Твою мать, Локонте, ты что творишь?! Бросив покупки, Фло подлетел к "болеющему" и, схватив его за запястья, дернул вверх. - Нет, пожалуйста, не убивай меня. Я добрая лесная фея. Я никому не делала плохого! – запаниковал Мике. - Что?! Какая фея? Микеле, что с тобой? - встряхнув блондина, начал спрашивать Мот. - Мой лес захватили, я последняя фея. Рыцарь, помоги мне, - Локонте повис на руках Флорана. - Мике? – француз потряс итальянца, - Черт тебя побери, Локонте, что же ты мне жизнь-то усложняешь... Флоран дотащил Локонте до кровати и, уложив его, уже было направился в гостиную. - Фло, мне плохо, - проныл Микеле. Охнув, Флоран вернулся к больному и, поправив одеяло, как-то фальшиво-раздраженно произнес: - Горе луковое. Локонте улыбнулся. Через несколько минут бессмысленного наблюдения за итальянцем, Мот заснул в кресле около кровати. Посреди ночи его разбудил странный грохот, доносившийся с кухни. Немного затормозив спросонья, Фло осмотрел спальню и, не найдя в ней Микеле, подпрыгнул с кресла и помчался на кухню, не забыв споткнутся о банку краски на полу. - Это что за хрень?! В ответ послышалось чавканье и что-то невнятное. Все помещение было в коробках из-под эклеров, шоколаде, хлопьях, в углу валялась кастрюля, а цветы, подаренные поклонниками, торчали из двери холодильника. Посреди всего этого бардака сидел Мике, измазанный в шоколаде, и с очень грустным лицом. - Локонте, твою мать, что здесь произошло?! - находясь в шоке, спросил Мот. - Фло! Ты же знаешь, что я ем сладкое только тогда, когда мне плохо. Так вот: мне плохо! - обиженно сказал итальянец и съел последний кусок пирожного, - Ну вот, и эклеры кончились. - Плохое настроение не повод громить кухню. Что тебе мешало продолжать спать? - Мне стало жарко и одиноко. - Повторюсь, это не повод громить кухню! - проорал Флоран. Все-таки, невысыпание сыграло огромную роль на изменение настроения Мота. - Ну, Фло-о-о, не злись, - улыбнувшись, сказал Мике, - Улыбайся, ведь плохо мне, а не тебе. - Я тебе сейчас так улыбнусь... Ладно, фиг с тобой, пойдем, - подойдя к итальянцу, Флоран помог встать ему встать с пола. - Куда? - с широко распахнутыми глазами спросил Локонте. - Куда, куда... В ванную. - Зачем? - Рожу твою грязную умою, а то на свинью похож. А потом в страну чудес отправлю, - сказал Флоран, не понимая, что за бред он несёт. - В страну чудес? А там будут эклеры? - Конечно, гора эклеров. - Тогда я согласен. Мой меня! - сказал повелительно Мике. - Кажется, твоя температура зашкаливает за пределы разумного. Запихнув Локонте в ванную, Фло начал поиски градусника. В этот момент итальянец, находясь в ванной один, начал осматривать себя в зеркало. - Я такой милый одуванчик, - выдал Микеле. Фло на секунду оторвался от "интереснейшего занятия" и вернулся в ванную. На всякий случай. Он вернулся очень во время, потому что Микеланджело высыпал себе на голову всякие порошки, находившиеся у него в ящиках. - Стой! - подлетев к "Моцарту", Флоран отнял у него пакетики и крема, которые, к сожалению, он уже почти полностью вылил. Мот, секунду помедлив, подтолкнул Локонте к ванной: - Так, Мике, давай-ка лезь в ванную. - Я не могу, - разочарованно сказал Микеланджело, - Я же одуванчик. Если я залезу в ванную, меня польет водой, и я опаду. - Если бы ты слышал себя со стороны, покрутил бы пальцем у виска, - проговорил Флоран, - Лезь давай, одуванчик. Ничего не опадет, все будет нормально, а я за градусником. Вернувшись на кухню, Фло размял шею и, мысленно прокляв Мике за бессонную ночь, вернулся к поискам градусника. Найдя его минут через десять, Мот вернулся в ванную. - Что-то не так? - увидев испуганный взгляд Сальери, спросил Локонте, - Я все-таки облетел?! Итальянец, схватившись за голову, начал паниковать. - Эмм... Нет, - сказал Флоран и протянул полотенце одуванчику, - Вылезай, только аккуратнее. Уже сидя в комнате, Мот помог вытереть голову Мике и, поняв что порошки и крема не прошли даром, сел напротив Локонте и тупо пялился на него. - Может, скажешь, в чем дело? - в который раз спросил Микеле. Флоран благополучно пропустил вопрос мимо ушей. - Флоран?! - А? - очнулся тот. - Что случилось? Что у меня на голове такого, что ты так тормозишь? - А, нет, ничего. Всё хорошо. Ложись спать, ты должен отдыхать, - сказал Фло и вышел из комнаты.