План покорения Нюниуса

      Все кончено.       Эта мысль стучала в груди вместе с сердцем, отчего-то принося облегчение, но не давая заснуть.       Джеймс пролежал всю ночь, переворачиваясь с бока на бок, чтобы устроиться поудобнее, но сон так и не пришел к нему ни через час после отбоя, ни ближе к полуночи, ни в предрассветной тиши. Голова была пустой и наотрез отказывалась как думать о чем-либо, так и полностью отключаться.       Совершенно отчаявшись, устав от бесцельно проведенной ночи, Джеймс окончательно открыл глаза. В окно пробивались первые солнечные лучи на фоне лилово-розового неба. Лежи не лежи, а лучше от этого не становится.       Тихо спустившись с кровати, он отыскал свои спортивные штаны, смахнул с них солидный слой пыли и растянул перед собой.       Прекрасный повод для начала новой жизни.       Легко облачив худое тело в мягкие одежды и натянув кроссовки на голые ноги, Джеймс сделал несколько взмахов руками и поочередно согнул колени, привыкая к необычным ощущениям, а заодно и собираясь с силами перед физической нагрузкой. Начинать заниматься спортом всегда приятно, волнительно, и, честно говоря, даже немного страшно, а после большого перерыва и подавно. Он сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и тихо вышел за дверь.       Пробежав по пустому коридору Хогвардса, Джеймс скатится по перилам и направил палочку в Пивза, который тут же лишился возможности разговаривать, словив простенькое проклятие. Возмущенный призрак пригрозил кулаком и пролетел сквозь стену в пустой кабинет, наверняка затевая очередную пакость. От него хорошего ждать не приходится. Джеймс распахнул массивные двери главного входа, остановился на пороге и осмотрел двор, вдыхая прохладный утренний воздух полной грудью. Он скинул с ног обувь, ступил ногами на гравийную дорожку и моментально пожалел об этом решении – острые грани камней вонзились в кожу. Может ему и хотелось ярких ощущений, но точно не таких. Скривившись лицом, он в два шага перепрыгнул на газон и расслабился, как только почувствовал мягкую траву под ногами.       С минуту постояв на месте, собирая капли росы большим пальцем, он посмотрел вперед. А затем побежал. Медленно. Наслаждаясь каждым шагом. Чувствуя, как стопа касается земли, как перекатывается с пятки на носок, как снова оказывается в воздухе. Шаг за шагом. Он бежал пока не сбилось дыхание. А потом побежал дальше.       Джеймс остановился только после того, как понял… все кончено.       Он согнулся, опираясь руками о колени, с трудом глотая воздух, мечтая завалиться на прохладную траву. Ноги отказывались слушаться, мышцы дрожали от напряжения и усталости. Джеймс медленно, с трудом преодолевая сопротивление обессиленного тела, шел в сторону озера. Он скинул одежду и в одном белье прыгнул в обжигающе холодную воду, на несколько секунд перестав дышать. Волны настойчиво мешали плыть, постоянно возвращая к берегу, заливая рот и уши. Джеймс набрал побольше воздуха в легкие и нырнул, проплывая несколько метров под водой, где течение было не таким сильным. Поднявшись на поверхность, он сделал несколько частых вздохов, восстанавливая сбитое дыхание, а затем перевернулся на спину, раскинул руки в стороны и позволил ветру направлять его движение, пока сам разглядывал облака в небе.       На обратном пути по замку Джеймс так и шел с мокрыми волосами, шлепая голыми ногами по полированным камням пола, держа в руках кроссовки и отшучиваясь перед каждым встречным знакомым по поводу своего внешнего вида.       Он легко кивнул Северусу, когда увидел его в коридоре. Хотелось дотронуться до руки, заполнить собой всё пространство вокруг. Но Джеймс прошел мимо, практически не дыша, пристально глядя в глаза, лишь кончиками пальцев коснувшись его мантии. Он прекрасно понимал, что сейчас выглядит невероятно привлекательно, что от него издалека чувствуется запах озера, что от него веет свежестью утра. Он точно знал, что Северус смотрит ему вслед, знал, что всецело занимает его мысли. Джеймс торжествующе улыбнулся, а затем обернулся, полностью подтвердив свои догадки.       Только это не принесло облегчения – пристальный взгляд, который его провожал, был полон тоски и печали. Северус думал о нем. Но кому от этого легче?       Все кончено.       ***       – Где был? – спросил Сириус, который в одиночестве дожидался Джеймса в спальне.       – Бегал.       – А на самом деле?       – На самом деле бегал. Вокруг замка, – ответил Джеймс, доставая полотенце.       – На завтрак пойдешь?       – Да. Сейчас быстро в душ, и пойдем.       Теплые струи воды согревали замерзшую кожу. Джеймс положил руки на стену и прислонился лбом к мокрому кафелю.       Все кончено.       Он медленно сполз вниз, сел на пол, обхватил колени руками и прижал голову к стене.       Минут через двадцать его так и нашел Сириус, сидящим в углу душа, смотрящим пустым взглядом в одну точку перед собой. Вода лилась мимо, задевая растекшейся лужей лишь пальцы холодных ног.       Сириус закрыл кран, принес большое полотенце, накинул Джеймсу на плечи и сел рядом, прижимая его к себе.       – Все кончено, – Джеймс впервые сказал это вслух.       – Я знаю. – Сириус откинул голову назад, опираясь на стену, и вытянул ноги. – Что он сказал?       – Что это плохая идея.       – Чего-чего, а логичности Снейпу не занимать, согласись. Ты Джеймс – личность непостоянная, с тобой серьезные отношения строить опасно. Ветер в твоей голове сменит направление и ты, как флюгер на мачте, тут же повернешься другим боком.       Джеймс тяжело вздохнул.       – Ты же как-то со мной уживаешься?       – А все просто, – Сириус хлопнул себя по груди, а затем расставил руки в стороны, показывая себя во всей красе. – Я такой же придурок, как и ты. К тому же, ты единственный, кто может терпеть мои шутки достаточно долго, – он крепче прижал друга к себе, и положил его голову к себе на плечо.       Они замолчали.       – Я не… не могу… – почти беззвучно сказал Джеймс, закрыв глаза.       – Ты справишься, – Сириус похлопал его по колену. – Сначала будет тяжело, потом совсем хреново, потом снова тяжело, а дальше привыкнешь.       – Тебе-то откуда знать?       – Джеймс, – он сделал паузу, – думаешь, я никогда не влюблялся? – Сириус водил пальцем по темным стыкам плитки, повторяя линии квадратных краев.       – Лили? – не задумываясь спросил тот, посмотрев на друга.       Сириус кивнул, не поднимая глаз.       – Давно?       – Не знаю точно, – Сириус пожал плечами. – Это как-то незаметно произошло. Года три наверно.       Джеймс присвистнул.       – Почему ты никогда не говорил?       – Да как-то не приходилось к разговору. Ты за ней с первого курса ухаживаешь. Сейчас она с Римусом. А я… – Сириус вздохнул и длинно выдохнул, прикусив губу, – я ей никогда особо не нравился.       Джеймс посильнее укутался в полотенце, встал на ноги и протянул руку.       – Пойдем, человек-загадка. Как много я еще о тебе не знаю, Бродяга?       Сириус взялся за руку и поднялся следом.       – Ты себе даже не представляешь.       ***       – Пошли на кухню, у домовиков поесть возьмем. Мы с тобой все-таки не успели на завтрак, – сказал Сириус и повернулся к отставшему Джеймсу. – Сохатый?       ***       Джеймс немного отдалился от друга, погрузившись в свои мысли, когда они шли по коридору, маневрируя между встречными школьниками. Основной поток учащихся направлялся в обратном направлении, возвращаясь к своим делам, как раз покончив с едой. Оставалось немного времени до первого занятия, и все стремительно разбредались по разным кабинетам. Толпа оттеснила задумчивого Джеймса в сторону глубокой ниши, с огромной статуей на постаменте, где он и застрял, решив, что историю магии можно узнать и из учебника.       ***       Он стоял в тени, прижатый спиной к постаменту, и чувствовал, как настойчивый язык проникает все глубже, исследуя его рот, как зубы ощутимо задевают нижнюю губу, как рука, которая его только что поймала, все еще крепко сжимает локоть, будто боясь потерять.       – Если ты всю ночь тренировался целоваться, то мог бы обратиться ко мне. Я бы тебя научил. Мне не трудно. Не обязательно было вчера сбегать, – прошептал Джеймс на ухо, отодвигая пальцем волосы и нежно проводя ладонью вдоль шеи.       – Поттер, я умею целоваться. Я вчера застыл как полный недоумок совсем по другой причине.       – Знаю. Я… я все понимаю… – глухо произнес он и прижался губами к виску. – Я знаю… Скажи, почему ты передумал?       Северус усмехнулся, уткнувшись лбом в плечо перед собой.       – Джеймс, я полночи сам с собой спорил, и победила та часть, которая отвечает за «эх, была не была».       – Не знал, что у тебя и такая часть есть.       – Честно говоря, я тоже.       – Уверен, мы с ней подружимся.       – О, в этом я не сомневаюсь, Поттер! Я даже думаю, что это ты меня заразил своей несдержанностью.       – Возможно, – он мягко улыбнулся. – Я очень рад, что ты передумал.       Джеймс нежно поцеловал шею, оставляя языком влажные следы на коже. Он прижимался губами, чувствуя, как быстро бьется пульс, слыша, как тихо, почти неразличимо звучит сдавленный стон, который изо всех сил старался сдержать Северус. И то, что это он, Джеймс, был причиной таких жарких вздохов, нестерпимо распаляло его воображение, заставляло закатить глаза, задыхаясь от желания. Он обхватил руками за талию и крепко прижал к себе. Его Северус. Вот он, совсем рядом, стоит и прижимается всем телом, не отталкивая, не шипя, не ругаясь и не пытаясь ускользнуть. Не растворяется как дым, чем всегда заканчивались фантазии раньше. Он настоящий.       – Ты не представляешь себе, как я рад, Северус.       Джеймс прижался лицом к плечу и счастливо улыбнулся. Он старался сдерживать себя, чтобы не задушить в своих объятиях, потому что если он использует всю свою силу, все свое желание, то сможет запросто раздавить хрупкие ребра. Пальцами он смял мантию на спине и громко вздохнул, едва преодолев потребность закричать от восторга.       – Надеюсь, я не пожалею об этом, – Северус запустил руку в растрепанные волосы возле своего лица. Волосы, которые так умопомрачительно пахли озером. И Джеймсом.