У него глаза - Неба синева

15 Мне пятнадцать И у меня первый мальчик. У него глаза — Неба синева. Ямочки на щёчках… И летние, полные любви и секса денёчки! Я его обожал! Всё ему позволял! Днём на солнце ловил в его кудряшках огонёчки, А ночью целовал ниже пупочка))) 15-16 Лето прошло, пролетело. Школа, учёба и скучные дни в неделях. Уехал мой мальчик первый… Он навсегда в моём сердце, но…жизнь в русло вошла постепенно. Класс в параллели. Новый ученик…оба! Перестали быть скучными дни недели! Ваня… Ванюша… Миленький, словно игрушка. Слегка полноватый, но сладкий, как плюшка. Мы с ним любили прогуливать, бить баклуши. И занимались сексом, порядок в его комнате руша. Он так любил делать минет. Особенно ему нравилось, чтобы я был полностью одет. А вот он одежду мог сразу скинуть, Свой ротик разинуть И феерический сделать заглот. От которого я кончал на раз, еле держаться мог. Любил ноги бесстыдно раздвигать, Себя предо мной ласкать. Я обожал за ним наблюдать! А потом свою дырку мне предлагать. И я не мог устоять! Я стремился его, себя узнавать, Хотелось секс со всех сторон изучать! И так много ещё получать, Муку чувственности продолжать! Весь год десятого класса Он был моим, одиночество скрася. В один не очень прекрасный день Я узнал — наша семья переезжает и слегка охуел… Отца перевели в большой город, А мы за ним…априори. С Ванюшей тяжело было расстаться. В любой момент он мог на истерику сорваться… Плакал сильно, наверное понимал тогда, Что мы не увидимся никогда… Его я тоже помню, Он для меня остался малышом нескромным) 16-17 Переезд был быстрым. Новый город встретил дождём и парнем симпотичным. Сосед на этаже был любопытным, Старше и для отношений открытым. Ему было двадцать четыре, А мне на тот момент шестнадцать. Но мы у него часто на квартире тусили, А потом охуительно трахались! Он был у меня первым в известном смысле. Я был не против, мне просто нужно было всё осмыслить. Мне нравилось всё, что он делал И даже в минете Ванюшу уделал. Когда он меня натягивал, Любил смотреть в мои глаза. Я стеснялся, краснел, тело подрагивало. Но бля, это было крышесностно всегда! Он звал меня «мальком», А я шутя его «стариком». Иногда делал у него уроки, А он на компе свою работу. Даже в выходные пропадал у него Мне было мало, меня просто вело. От такого взрослого чувака. Поэтому я по малолетству себе любовь вообразя Круто обламался, когда… Пришёл рано утром, а там такаааая хуйня!!! Мой сосед открывает, А его голожопый любовник на плече повисает. Не могу поверить — меня ломает. Я на пару секунд подвисаю, Глаза закрываю…не понимаю… И просто на улицу выбегаю. Целый день брожу, а где и сам незнаю… Меня даже не остановили… Просто из жизни к хуям слили!!! Здравствуй, черная жизни моей полоса. Я вообще-то не ждал тебя! Одиннадцатый класс в тумане, Какой и когда я сдавал экзамен? Быстрее в универ поступить и уехать, забыть. Больше никогда не любить!!! Лето медленно протекает, Сосед периодически на сетчатке мелькает. Он меня пару раз выципляет, Но я его не замечаю, избегаю. Ничего не хочу о нём слышать, А он приходит и чай с мамой пьёт умышленно. Меня на разговор вызывает И ещё маму мою подпрягает. Мама просит с ним поговорить Мол, что да, я могу чудить. К нему заставляет пойти на тусу А я не могу, блин, я — ебануся! В итоге на его вечеринке Я напиваюсь в гавно. Засаживаю какой-то блондинке И демонстративно при нем на кухне выбрасываю гандон. Он курит у окна. Внимательно смотрит на меня. Отварачивается и шепчет: — Малёк, у тебя душа чернеет. Ты сейчас сделал себе, а не мне больнее. — Ну, кто что посеет… Вот и весь разговор, Я на пятках развернулся и просто ушёл. Меня ждёт универ И мне не нужно больше таких проблем! Я обещал себе всё и сразу получать И все влюблённости отражать. Себя в броню заковать, Чтобы больше никто не смог сердце мне разбивать! 18-20 Да здравствует новая жизнь! Хоть вешайся, хоть ебанись! Живу в общаге. Хожу на вписки. Учусь как надо. Периодически на алкоголе висну… Друзей много. Знакомых до хуя, Но так одиноко! Просто.....бля, бля, бляяяяя! Однажды в пятницу, в какой то хате Я курил на балконе и тут сзади обътья… Чьи то руки на заднице — хм, грубовато. Я пытаюсь повернуться, но оказываюсь на перилах распятым. Потом меня в затылок поцеловали, Задницу больновато смяли. Чуток шею покусали. Я бля, охуеваю! Тут хрипло: — Чё ты такой зажатый? Я резко повернулся, рядом парень рыжеватый. Высокий, красивый, сильный И взгляд пронзительный, невыносимый. — Ну, привет, — я улыбаюсь. — Привет. Целует, а я задыхаюсь. Так хорошо — увлекаюсь И под майку к нему забираюсь. Его зовут Рома, Он моя новая зазноба. Я как и обещал броню поставил, А он со временем её просто расплавил И в отношения на три года её переплавил. Добавив разные сплавы: Терпенье, вниманье И просто своё обожанье. Переросшее для нас (меня) в наказанье… С ним я стал каким-то ранимым, А он в постели вещи делал невообразимые! Мне сейчас кажется, у него всегда стоял. Он меня подчинял, Трахал жестко, по самые гланды мне загонял. Да, скорее всего, просто себя ублажал… Правда и меня доводил — я за минуту кончал. Очень любил к стене прижав трахать И не любил, когда я подмахивал. Делал всегда всё сам И секс был охуенный у нас по ночам. Я не против был. Просто принял, понял, любил. Руки мне связывал И как он говорил: «наказывал». Синяки оставались от стяжек Пришлось купить напульсники даже. Хлыст в ход часто шёл, Я хотел его очень, а потом…кое-что нашёл. Его переписку… Да не просто, а на пару парней подписку. Устроил ему разборку, А он сразу придумал себе отговорку. Заговорил, залюбил… Я поддался и всё забыл. А он спустя пару месяцев своё блядство вновь повторил… У меня отношения эти отбирали так много сил! Боже, какой же я был дебил! Я терпел…но так сильно его любил! Короче, тело и душу мою под себя подмял. Всё внимание своё мне вновь уделял. А спустя пару лет отношений я узнал его главный изъян… Он был бывший наркоман… И он снова злоупотреблял… Я как пытался ему помогал Даже бывало его умолял, На коленях стоял… Целый год он то в депресняк впадал, То неделями пропадал. Дома переодически не ночевал. А когда всё было норм, целовал Трахал…и я ему позвалял. Сам же себя с ним рядом терял. А потом осознал… Слез с него и всю память поудалял. На хуй его послал. Больно было пиздец! Я уж подумал жизни моей конец! Хорошо он был из другого универа И я больше не видел этого зверя! Пару раз от друзей прилетало, Что Рома в завязке. Но мне не нужны были очередные сказки. Я устал быть жилеткой, Устал от блядок и быть его марионеткой. Я снова был одинок, Только уже поломан душою чуток… 22 Мне двадцать два. В моей душе пустота. В постеле…лиц не помню, их до хуя! Как говорил мне сосед? Дааа, теперь я та самая чернота! Испарилась в ноль моя чистота! Да и похуй! …такая херня… Смутно эти пару лет припоминаю: Кто- то в любви признаётся, Кто то прям сразу со мной сосётся. Я ебу всех подряд И никому не даю свой зад! По хуй на все отношения, Мне нужны только сношения. Даже стал ненавидеть прикосновения. Загибаю, ебу без зазрения..... Мне друзья говорят, что с тобою? А я и их стал обходить стороною. Весной на последнем курсе Телефон психолога дал один однокурсник. Я сначала хотел попросить, Чтобы он не мешал мне жить. А как-то с утра, После очередного незнакомого ебла Понял, реально к врачу пора. Бабла у родичей взял. Всё про себя рассказал, Отец просто сказал: «ты еблан». Но денег всё-таки дал. И сказал держать в курсе дел, Заставил пообещать не устраивать из жизни своей беспредел. Лечение проходило летом, Уже после защиты диплома. Улицы были солнцем согреты… А я всё ждал момент перелома. Родители с работой не торопили, Я теперь жил снова с ними. Сосед переехал, Поэтому я смог спокойно к ним въехать. Жить, ходить и…иногда дрочить. Секса жутко хотелось, Но в душе злость пригрелась Обида там засиделась. Врач вытаскивал их…и однажды…они просто куда-то делись. Голова моя стала ясной — прозрела, Что-то в душе звонко-звонко запело. Врач на очередной нашей встрече на меня посмотрела: — Ну всё, я не нужна. Ты здоров. Теперь впусти в своё сердце любовь. Я вышел на улицу и завис. Как здорово смотреть в небо, а не опускать голову вниз. Видеть мир прекрасным. Значит всё моё лечение не напрасно! Я забыл свои бесконечные связи, От них на душе было слишком много грязи. Больше не обещал себе от любви закрываться. Решил просто так не сдаваться. Быть открытым для этого мира, Чувствовать свою силу! 23-25 После универа Никого не было в моём секс-разделе. Я после лечения очень хотел, Но не получалось, хотя снимать я умел. Даже взять простой отсос в клубе… Неее, теперь не по мне это чудо. Да, я заведения разные посещал, А потом на утро на себя же орал: Что побывал как будто в борделе, Мне было одиноко на самом деле. Так и пошло: работа-дом. Я деньги стал зарабатывать, стал (как отец говорил) мужиком А потом родители мне квартиру купили И с богом меня от себя отпустили. Работал много. Всегда допозна, Так как дома меня ждала тишина. В выходные ездил к родителям, Иногда у них ночевал. Я даже сам от себя устал. А они лишь отвлекали И чем могли помогали. 26 Как обычно в пятницу Собираюсь к родителям отправиться. Думаю переночую, Потом в субботу тоже перекантуюсь И в воскресенье домой, В стены своей квартиры пустой… Воскресенье, вечер, я из такси выхожу И немного на лавочке у подъезда сижу. Смотрю в темноту своих окон И так на душе плохо. На часах время — девять. Пора домой, Завтра понедельник, а не выходной. Дверь подъезда открываю… И мне она сама прям в лоб прилетает. Я не удержался, упал Даже смешно, на ногах не устоял. Парень как бешенный из падика вылетает, На меня хмурый взгляд кидает. Потом глаза округляет, Чуток зависает. Руку дал И как-то очень легко меня с асфальта поднял. — Извини, не хотел. — Сам виноват, отойти не успел. — Окей я спешу, пока. — Ну, увидимся тогда. Он обернулся, ухмылнулся: — Номер квартиры скажи, Прийду на шишку твою посмотрю. Я сказал, Он повернулся и уже со спины рукой помохал. Убежал. А я всё смотрел ему вслед, долго стоял. Бля, уже десять, пора бы домой. Поднимался по лестнице как чумной. В квартиру зашёл и понял, что улыбаюсь. На душе хорошо, впущу любовь в сердце — я постараюсь. Весь день на работе завал, Но думать о том, высоком парне не перестал. Выше меня на голову, брюнет Худощавый, сильный, совсем не атлет. Голос низкий, приятный. Короче незаурядный. А вот глаза… Мне показалось? Или неба синева? Ямочки на щёчках… Точно! Мои 15 лет и летние денёчки! Вечером в дверь звонок. Я открываю — он. — Привет. Протягивает мне тяжёлый пакет. — Привет. Думаю сразу сказать или нет. Он меня опережает: -Ты в курсе, что я тебя знаю? — Да, я тоже тебя узнал, проходи. — Погоди. Сразу тебе хочу сказать, Что я часто тебя вспоминал, хотел увидать. Даже иногда стал о тебе мечтать. На душе разлилось тепло, Я подошёл и просто обнял его. А он мою голову руками поднял, Наклонился и сладко, обжигающе поцеловал. За руку меня взял, Подвёл к дивану и майку снял. Потом стянул домашние штаны, А следом на пол полетели трусы. На колени встал, Бля, походу я встрял. Секса не было очень давно Кончить я мог через пару минут, легко. — Я помню твой член Ты не изменился. Он у тебя большой, Есть чем гордиться. Я смотрел на него и не верил Мне сосёт то чудо в кудрях? Отпустил себя и ему всё доверил. Кончил почти сразу. Таааак стонал в экстазе, Что сам удивился. Даже в его волосы, чтоб на ногах удержаться вцепился. Он проглотил, с колен поднялся И тихонечко засмеялся. Толкнул меня на диван, Сам с себя всю одежду снял. Смотрел на моё тело, Хитро щурился. А у меня ладошки аж вспотели, От его взгяда я кайфовал, жмурился. Ноги мои раздвинул, Между ними сел. Наклонился и в губы мне прохрипел: — Я многому научился с тех пор. Сегодня в тебе будет мой прибор! Укусил, зализал, целовал, А я под ним только стонал. Руки его по моему телу Прям как будто с прицелом. Где пальцами задевает — Ожоги приятные оставляет. У меня мурашки, я во хмелю. Ведь тогда в 15, говорил ему что люблю… Вот смазку открывает, Раскатывает презер по члену. Пальцами скользкими в меня проникает И бежит кайф у меня по венам. Входит осторожно — Я ему доверяю. Он надёжный. Стон и я угол проникновения изменяю. Задом виляю, Но он сам меня направляет. Шепчет: — Ты милый, я помню тебя в сексе другим, Но сейчас ты стал таким.....моим. За ключицу укусил, Стал меня вбивать в диван, А я через стон лыбился от его слов, как баран. Потом он реально пошёл на таран. Я охуел, пораженье своё признал И кончая его имя стонал. Он вышел резко, презик снял И мне весь живот обкончал. Потом я лежал у него на плече, Он обнимал меня крепко И не верилось мне Что меж нами судьбы крепкая сцепка. Потом совместный душ, Мы ржали, я был неуклюж. Мокрый и скользкий трах, И вся ночь погрязла в наших грехах=) Только под утро уснули. Я не смог встать, позвонил на работу, сказал заболел. И целый день от его ласк шалел. Только к вечеру мы чуток поостыли И на кухне друг другу всё объяснили. Я рассказал про себя. Он долго молчал, потом выдал со вздохом: " да уж хуйня». Меня крепко к себе прижал И в самое ухо сказал: — Хочу ещё раз попробовать То, что за эти сутки пока не распробовал. Я отстранился, посмотрел внимательно. — Я согласен, — а сам страх маскировал тщательно. Боялся до ужаса отношений, Но я уже принял решение. Хочу именно с ним остаться, Вместе, рядом во взрослого превращаться. Он меня поражает, Снова сердце в груди крыльями трепыхает. 26.....плюс пять, десять или двадцать лет? Он ко мне переехал. И я не ношу больше свои ржавые броню-доспехи. Родаков с мамой его познакомил, И свой дом разговорами, смехом наполнил. Больше я не боюсь тишины… В окна светлые, каждый раз возвращаясь смотрю. Знаю, там ждёт тот, кого я люблю. Мне легко рядом с тобой. Ты очень вырос — стал взрослый, другой. Ты заботишься обо мне, А я стараюсь быть с тобой наравне. И заботиться в ответ о тебе. Иногда я думаю, что всё не зря. Если бы не случилась в моей жизни хуйня… Я бы снова тебя не встретил уже никогда. А так, считаю что это судьба. Судьба свела меня снова с мальчиком первым. Думаю, у нас все так и должно было быть — постепенно. Время дало нам шанс: Узнать, какими мы были тогда и сравнить нас сейчас.