Глава 2 - " Договор. "
***
18.05.48. Коридоры сплетаются в лабиринт из постоянно повторяющихся поворотов. Мне кажется, что я хожу кругами по пустынным тоннелям. Здесь нет ни начала, ни конца пути. Я потеряна и одинока. При свете ламп на стене промелькнула крупная тень. Я пытаюсь убежать от незнакомого силуэта, который раз за разом находит дорогу ко мне. Позади меня гулом пронеслись отголоски моего имени. Тень зовёт меня. По всему моему телу пробежала дрожь. Я вздрогнула от неожиданности, когда за поворотом увидела высокого мужчину, который блуждает по коридору. Заметив меня, он поспешил быстрым шагом в мою сторону, переходя на бег. На секунду меня парализовало от страха, но я быстро пришла в себя. Я тут же сорвалась с места и нырнула в ближайший проход. Ноги рвались вперёд, рассекая по мраморному кафелю. Я бегу так быстро, как могу, насколько позволяет мне моё сердце и лёгкие. Коридор кажется бесконечным с его тёплыми огоньками ламп, что мелькают перед глазами после каждого поворота. Огни сливаются в единую нить, бесконечно протянутой вдаль. Всё стихло. Я уже не слышу шагов и голоса преследователя. Впереди меня ждал тупик. Под ногами возникла сухая испепелённая земля без единого признака жизни. Стены возвысились передо мной. Они покрыты старым мхом, проникающим в трещины камней. Потолок исчез, вместо него надо мной нависло палящее солнце. Со спины раздался манящий голос, что позвал меня по имени. Я резко повернулась и нервно попятилась назад. Мой преследователь стоит передо мной в тёмном одеянии. Он медленно снял капюшон с головы. На свету тёмно-фиолетовые локоны парня словно заискрились. Незнакомец поднял голову и посмотрел в мои глаза. Черты его лица, пусть и смутно, но кажутся мне знакомыми, только никак не могу вспомнить, кто это. Парень медленно протянул мне свою руку. Словно по приказу, моя рука потянулась к нему, желая коснуться. Земля подо мной тут же рассыпалась, заточив меня в свои объятия, словно зыбучий песок. Не успев схватиться за руку парня, я провалилась в темноту.***
Перед глазами мелькают размытые огни от настенных ламп. Моë сердце отбивает бешеный ритм, что гудит в ушах глухим эхом. Капелька холодного пота скатилась со лба на мою щëку. Я быстро вытерла еë, чтобы избавиться от чувства щекотки. Ощутив в грудной клетке огромный ком боли, я тяжело вздохнула и присела на край кровати, с которой свисает покрывало. Может ли этот сон быть кусочком моего потерянного воспоминания? Было чувство, что я где-то видела этого человека, но где? А главное когда? Думая об этом, невольно вспоминаю эту ночь. Голова начинает гудеть от всех этих раздумий. Я обязана узнать всю правду. Микун мне не договаривает, а может и врёт. Кажется, моя тётя вовсе не воспринимает меня как родственника. Как вспомню её холодный и суровый взгляд, так внутри всё сжимается. Но несмотря на это, она отвечала на мои вопросы ёмко. Её сухая и быстрая речь, без единой запинки, даёт понять, что она готовилась. С Мирой, с тётей, с этим местом что-то не так. Странное письмо, та худая беглянка, те жестокие и грубые надзиратели — всё это вовсе не похоже на больницу. Тот мужчина назвал "номером 15" ту девушку, а меня – "номером "18" , что бы это могло значить? Возможно, если тётя мне соврала, то мои родные живы. Сейчас мне хочется верить, что мне посчастливится увидеть хоть кого-то из родственников, кроме Микун . Иначе, что мне остаётся? В любом случае стоит вести себя аккуратно и естественно, будто вчера я ничего не видела и не слышала. Я должна больше выяснить об этом месте и убраться отсюда скорее. Внезапно, женский голос прервал мои переживания:— Котигава, ты в порядке? — повернувшись ко входу в комнату, я увидела Миру. Она, насторожившись, смотрела в мои глаза. Девушка медленно приближается ко мне, тихо шоркая каблуками по кафелю. Она встала на границе тени и света солнечных лучей.
— Всë нормально. Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась я. Мира внимательно смотрит на меня, сжимая в руке скреплëнные бумаги.
— Я пришла за тобой. Мне нужно отвести тебя на осмотр, — поправив очки в чëрной оправе, произнесла она. Не помню, чтобы вчера она их надевала.
— Я чувствую себя вполне здоровой. Зачем всë это? — от моих слов Мира печально опустила глаза, мельком взглянув на свои бумаги.— Это для твоего же блага. Я проверю твоë физическое состояние. Это не больно, так что можешь не волноваться. Надеюсь, ты не боишься сбора крови, — девушка искренне улыбнулась, оголив свои белоснежные зубы. Я нехотя подчинилась.
— Хорошо, пойдëм, — не успев подняться с кровати, Мира остановила меня словами:
— Я отвезу тебя, садись в кресло.
— Но я могу идти, — резко отрезала я.
— Я отвечаю за твоë состояние и безопасность. Прошу, сядь. Так будет быстрее, — девушка придвинула ко мне кресло, которое со вчерашнего дня стояло напротив зеркала. Она серьёзно взглянула на меня, ожидая, когда я поднимусь с кровати.
Я медленно встала ногами на холодный кафель. Мира подняла свою руку и протянула еë мне. Длинный рукав белого халата скользнул вниз к сгибу руки. Из под рукава блузки показались едва заметные розоватые тонкие порезы и шрамы, освещëнные солнцем. Не подав вида, что заметила ссадины, я взяла еë руку, и Мира посадила меня в кресло. Откуда у неë эти порезы? И к чему эта излишняя забота? Вопросов всё больше и больше. Мира взяла ручки кресла и повезла меня к двери. Воспользовавшись ключ-картой, мы покинули комнату. Солнечный свет плотно заполонил широкий коридор, освещая каждый квадрат чëрного мраморного кафеля. В памяти вновь показалось воспоминание о ночи. Только вчера я бежала здесь, но сейчас, как ни в чём не бывало, отправляюсь на осмотр. Мы двигаемся прямо в тишине, пока не сворачиваем вправо, к белой двери кабинета. За ней отдалëнно прозвучал грубый голос, который я слышала раньше. Мира дëрнула ручку кабинета, а после провела меня внутрь. От прохладного воздуха по моим ногам пробежали мурашки. Сделав глубокий взволнованный вдох, я ощутила приятный аромат лекарств, что стояли за стеклянными дверцами шкафов, рядом с одним из которых располагалась раковина. Между шкафами находится закрытая дверь в соседнюю комнату. Перед белоснежным столом стоит тот неприятный парень, который с таким отвращением выражался обо мне несколько дней назад. Одной рукой он держал телефон, прислонённый к правому уху, а другой рукой в спешке перелистывал папку с бумагами. Он медленно повернулся в мою сторону и пристально посмотрел в мои глаза. Мне стало не по себе, из-за чего я опустила голову, нервно перебирая пальцами складки одежды. В комнате раздался хлопок. Видимо, он демонстративно закрыл папку. Неприятный тип прошёл мимо меня и вышел в коридор, закрыв дверь. Я точно знаю, что он смотрел на меня до самого выхода из кабинета. Мира тяжело вздохнула:— Не обращай на него внимание. Он ко всем испытывает презрение, — слегка улыбнулась девушка. Не похоже это на презрение. Что я ему сделала?
— Поднимайся медленно и садись на стул, — девушка указала на место напротив стола. Я сделала то, что мне было велено. Слабость в ногах уже не так ощутима после сна. На теле, после вчерашнего падения, царапин нет, что радует.
— Сейчас мы измерим твои физические показатели. Только не волнуйся, хорошо? – спросила девушка, на что я молча кивнула.
Мира смерила температуру и давление, послушала моё сердцебиение, осмотрела уши, шею, рот и кожный покров, измерила мои рост и вес, сняла мерки моей фигуры. Мне не до конца был понятен смысл всего этого. После каждого измерения девушка записывала данные на бумагу, вносила их в таблицу. Я мельком заметила свою фотографию в начале медицинской папки. Кажется, на фото я ещё маленькая. В глаза бросился яркий маленький, картонный календарь, что стоял на столе. На нём написан 2048 год с отмеченным месяцем и днём — 15 мая.— А сейчас я возьму у тебя образцы твоей крови. Потерпи немного, —сказала Мира и взяла мой безымянный палец. Она протёрла его спиртовой салфеткой, а после проткнула маленьким острием так быстро, что я даже не успела пискнуть. Из раны потекла алая кровь.
— Котигава, всё хорошо? — заканчивая брать кровь, спросила Мира.
— Да. Всё нормально, — получив ответ, девушка одарила меня нежной улыбкой.
Каждый раз, когда она это делает, мне становится спокойнее, но вопросов в моих мыслях не убавляется. Мне нужно скорее узнать больше информации. Вряд ли я чего-либо добьюсь своими расспросами. Только тётя может дать мне ответы. Интересно, чем она сейчас занимается?— Мира… Когда я смогу поговорить с мадам? — вырвалось с моих губ.
— В скором времени, — сухо ответила девушка, приложив к моей ране ватку.
Я собралась попросить её отвести меня сегодня к ней, но тут ручка двери дёрнулась. На пороге показалась жутко бледная и исхудавшая девушка в белом одеянии. Она находиться в таким же состоянии, как та беглянка со светло-розовыми локонами, которую я видала ночью. Её голова опущена в пол, а длинные русые волосы закрывают лицо. Она медленно прошла внутрь кабинета, а следом за ней вошла высокая рыжеволосая женщина на каблуках. Она посмотрела на Миру, которая никак не отреагировала, а рыжеволосая не обратила на меня внимание. Осмотрев комнату, женщина лениво направилась в соседнюю комнату вместе с "пациенткой". Похоже, кроме Миры, здесь никто не улыбается. Что же с этой бедной девушкой могло случиться? Она выглядит очень больной. Не нравится мне всё это. Тем временем Мира вбивает данные на клавиатуре с невозмутимым видом. Я медленно убрала почти чистую ватку от пальца и взглянула на уже не кровоточащую, из-за быстрой сворачиваемости крови, рану. Через нескольких минут соседнюю дверь медленно открыла хрупкая девушка. Она также неуверенно, словно через боль, шагает вперёд, прижимая руки к себе. Девушку немного шатает в стороны. Пройдя так полметра, она остановилась, потеряла равновесие, и упала на правую сторону, ударившись головой об пол. Я тут же поднялась на ноги и упала коленями рядом с ней. Мои руки потянулись приподнять её голову. Хотела я уже поднять её, как девушка присела, будто и не ударилась вовсе. Худая рука вцепилась в моё плечо. Сквозь локоны волос на меня посмотрели два выразительных глаза, полные боли, страха, и отчаяния. Под глазами девушки были огромные мешки. Внутри меня всё сжалось и похолодело, на несколько секунд я перестала дышать. Её потрескавшиеся и обезвоженные губы прошептали:— Бе-ги… — сквозь хрип, я отчётливо услышала это слово.
— Чёрт, стоило оставить тебя на минуту. Отпусти её, — женщина оттащила девушку от меня. Поднявшись, они быстро покинули кабинет. Мира вскочила с места и помогла мне подняться.
— Она ничего тебе не сделала? — встревожено спросила девушка. Я покачала головой.
Взглянув на свои руки, я увидела капли крови. Это кровь той "пациентки". Наверное, когда я коснулась её ушей, она попала мне на руки.— Ох, нет... Давай смоем, — встревоженно сказала Мира. Она повела меня к раковине.
— Что с этой девушкой? Почему она такая худая, почему у неё кровь из ушей? — не выдержав, спросила я. Мира молчала несколько секунд, отмывая мои руки от крови, но потом всё же ответила.
— Она неизлечимо больна. Ей ничем не помочь. Не забивай свою голову этим. Главное, что ты в порядке, — девушка печально вздохнула.
— Я хочу знать, что здесь происходит, — еле сдерживая себя, сказала я. Мира не смотрела на меня, а её руки сильнее сжали мои пальцы под тёплой струёй воды. Было видно, что ей не нравится эта ситуация.
То, что я увидела несколько минут назад, произвело на меня сильное впечатление. Эта девушка сказала мне бежать. Все события в месте взятые говорят лишь об одном — эти люди скрывают правду об этом месте и его работе. Сейчас нет ничего важнее, чем знать ответы. Я резко отдёрнула руки.— Она ведь не болеет… Что вы с ней сделали?! — мой голос нервно воскликнул. Закрыв кран, Мира повернулась ко мне лицом. Взгляд её стал холодным, она уже не улыбается.
— Тише… Успокойся, — Мира выставила обе руки вперёд. — Хорошо… Я отведу тебя. Только давай не нервничать.
Она прошла мимо меня и направилась к выходу. Я последовала за ней. Мы идём вновь по пустому коридору. Здесь подозрительно тихо. Чем ближе мы подходили к большой белой двери, тем громче слышались душераздирающие крики. Моё тело покрылось мурашками. Я ощущаю пульсирующую кровь в висках. Что здесь происходит?!— Ты находишься в лаборатории. Здесь мы проводим негуманные эксперименты и опыты на людях и других существах. Мы изучаем мутации и всякие особенности тела. К твоему сожалению, ты являешься носителем необычных глаз, как ты и сама заметила. Мадам хочет изучить тебя. Сотрудничай с нами и будешь в безопасности, — сухо прояснила Мира.
— Что вы хотите со мной сделать?! — на мой вопрос девушка не ответила, будто не услышала.
За стеклянными стенами видна лаборатория. Люди в масках и халатах колят подопытным непонятную жидкость в руки. У каждого подопытного имеется ужасная худоба, бледность, мешки под глазами, замученный взгляд, волосы спутанные и неухоженные. Эти бедные люди выглядят будто ходячие трупы. Вот о каких "живых трупах" говорил человек в записке. Теперь становится ясно, что он был такой же больной, как и все, но, несмотря на это, говорил правду. В соседнем стеклянном кабинете лежит девушка, прикованная к стулу. Над ней стоит мужчина, а в руках он держит скальпель. Руки девушки покрыты множественными глубокими порезами, наполненными вытекающей алой кровью. Эти душераздирающие крики издавала именно она. Неужели все эти псевдоврачи хотят сделать эти ужасные вещи с моим телом? Как же я могла вообще попасть сюда?— Зачем он режет её руки? Что за жидкость он колет? Как же вы можете так издеваться над людьми? — дрожащим голосом, наполненным страхом, спросила я, но не получила ответа ни на один вопрос.
Скрестив трясущиеся руки на груди, я продолжаю идти. От молчания Миры мне становится куда тревожнее. Что же она имеет ввиду под «сотрудничеством»? Как я могу им доверять после всего увиденного и услышанного? Открыв следующую громоздкую дверь, Мира ринулась вперёд по ступеням стеклянной лестницы.— Подожди здесь, — произнесла она, а после поспешила наверх.
Вокруг царит атмосфера покоя, воздух свежий, но такой холодный. Стоя на холодном кафеле босиком, я ощущаю себя куда более уязвимой. По обе стороны от меня находятся белоснежные диваны. Возможно, здесь мадам принимает коллег или гостей. Справа стена такая же стеклянная, но из-за отсутствия освещения я не могу разглядеть, что находится в том месте. Спокойствие нарушили звонкие стуки каблуков. Мира с опущенным взглядом спускается вниз, а за ней идёт глава, высоко задрав подбородок, сжимая в кулаке что-то белое. Мадам остановилась у ступень и холодно взглянула на меня. Спустившись, Мира вышла из кабинета, ни разу не посмотрев в мою сторону. Я осталась наедине с этой неприятной женщиной. Меня на время будто парализовало, в горле пересохло, а губы вовсе не хотят разжиматься. Моему телу становится всё холоднее и холоднее.— Тётя, что это всё значит?! Зачем ты держишь меня здесь? — вырывалось с моих губ. Ответа не последовало.
Микун расслабленно облокотилась на перила, достала из кармана брюк упаковку тонких сигарет, одну из которых она достала и сжала губами. Тётя убрала пачку, следом достав из другого кармана металлическую зажигалку. Она разжала кулак, в котором лежала сложенная в прямоугольник бумага. Это же та записка, что я нашла под кроватью! Похоже в комнате, где я была, есть камера, иначе как бы она узнала? Микун ехидно улыбнулась и подожгла записку, держа её за уголок. Она поднесла сигарету к пламени и та моментально загорелась. С довольным взглядом тётя закурила, держа сигарету между двух пальцев левой руки. Мадам бросила себе под ноги тлеющую бумагу, а после раздавила её своим каблуком.— Как жаль… — сделав затяжку, произнесла Микун. — Ты оказалась куда смышлённее, чем мы думали. Да, любопытства тебе не занимать. Ты напоминаешь мне этим твою слабохарактерную мать. Вот дрянь, — протяжно вздохнула.
— Тётя, зачем вы так говорите? Она же ваша сестра, — произнесла я.
— Я никогда её не любила, и прекрати называть меня так. Для тебя я мадам Микун. К горлу уже тошнота подкатывает, хочешь чтобы меня вырвало? — грубо повысила голос мадам.— Ответьте мне, что вы хотите со мной сделать? — спросила я.
— Твоя мать перевернулась бы в гробу, узнав, что тебя ждёт. Какое счастье, что мне никто не помешает проводить на тебе опыты, — Микун злобно усмехнулась, смотря на меня.— Неужели испугалась? Трясёшься, как маленький зайчик. Если будешь сопротивляться, это место станет для тебя могилой. Мне не холодно и не жарко от этого, не скрою. Всё же, во имя науки, мне придётся отправить тебя в ад. Тебе лишь остаётся подчиниться или сдохнуть, как тысячи таких же трусливых зайцев. Сотрудничай со мной и тебе будет обеспечен билет в «жизнь», — цинично проговорила мадам.
— Я не собираюсь умирать здесь, но и сотрудничать с вами не стану. Лучше убейте меня здесь и сейчас, зачем медлить? — резко ответила я.
— Ох. Как же я устала от этих воплей, — Микун закатила глаза, опустив сигарету вниз.
Она тлеет так же быстро, как и моя надежда, что я выйду отсюда живой. Мадам вальяжно спустилась со ступенек. Она подошла ко мне вплотную. Я задерживаю дыхание, чтобы не дышать этим отвратительным запахом дыма. Её пристальный, столь уверенный взгляд заставил меня отвести свой. Мадам подняла мою голову за подбородок.— Зайчик, подумай ещё раз. Ты находишься в месте, в котором полно охраны. Без пропуска тебе не выйти, повсюду камеры. Я всегда знаю, где ты и с кем ты. Даже если тебе чудом повезёт, и ты не помрёшь здесь, тебя ждёт маленький сюрприз в виде сильного электрического удара. После такого никто не выживет, стоит лишь нажать единственную кнопочку. Хочешь ответы? Ты их получишь, только будь хорошенькой девочкой, — мне не оставалось ничего, кроме как согласиться на её условия.
Микун протянула мне правую руку. Я недоверчиво протянула свою, заключив договор жизни и смерти.— Вот умница, — произнесла она в жуткой ухмылке, излучающей превосходство.
Мадам отпустила мою руку. За моей спиной открылась дверь. Сердце забилось быстрее. Обернувшись, я увидела двоих мужчин и Миру в белых халатах, масках и перчатках. В руках девушки я заметила шприц с жидкостью. Все трое направились ко мне. Меня парализовало на месте от страха неизвестности. Двое мужчин окружили меня, схватив мои запястья грубым хватом. В панике я начала вырываться, потеряв из виду Миру, которая встала сзади меня и вколола в плечо шприц. Я моментально ощутила накатывающую слабость.
