Изгнание злого духа (Страшилки#3)

Глава XII ТЫ МЕНЯ ТОЛКНУЛ!  Мои колени стали подгибаться. Я вцепился в поручень, лишь бы не упасть. — Не-е-ет! — вырвалось у меня. — Джим! Джим!.. Он лежал ничком в конце лестницы. Одна рука под ним, другая откинута в сторону. Всклокоченные волосы. — Джим! Джим! — кричал я, сбегая по ступеням. Он приподнял голову с пола: — Зачем…зачем ты меня толкнул? — выдохнул он. — Чего? Не толкал я тебя! — выкрикнул я. — Я лишь по плечу тебя хлопнул! Джим еле сел. На его плече была рана, из которой текла кровь, расплываясь по светлой рубашке. Глаза Джима будто впились в мои. — Нет, это ты сделал. Ты меня толкнул, Макс. — Нет! — выкрикнул я. Несколько учеников, остановившихся около Джима, чтобы помочь ему, уставились на меня. — Нет, я не трогал тебя. Стал бы я толкать тебя! Я лишь окликнул тебя, а после… Он потёр плечо, чувствуя мокрое пятно от крови. — Ты…ты лжёшь. Я ощутил твою ладонь у себя на спине. Ты толкнул меня. Я ощутил, как ты толкнул меня, Макс. — Нет, — убеждал я. — Клянусь. Не трогал я тебя. Ты просто упал. Теперь уже все с подозрением глядели на меня. Я чувствовал на себе их возмущённые взоры. ≪И что они здесь столпились? Чапали бы по собственным делам — на уроки! > Тут я увидел, что и нога Джима поранена. — Вот! — вскрикнул я. — Шнурки! У тебя шнурки развязались! Джим, постанывая, потирал бок. — Что? — он покосился на свои ботинки. — Видишь? — сказал я. — Возможно, дело в этом. Да, ты споткнулся из-за шнурка! — Ты толкнул меня, — твердил он. — Я ощутил, как ты толкнул меня. Я мог разбиться насмерть. Неужели ради этого состязания ты готов на что угодно? Ты мог меня убить! — Нет, — повторял я, мотая головой. — Нет и нет! Мы с ним были такими хорошими друзьями. Почему сейчас он меня обвиняет? — Я не толкал его. Я стопроцентно знаю, что не толкал. После школы я поторопился к Миллерам, узнать, как там Джим. Дверь открыл Джон. — А, это ты! Казалось, он удивлён, что я пришёл. — Джим дома? — спросил я, заходя за ним в зал. — Как его самочувствие? В гостиной работал телек, показывали какое-то ток-шоу, где все участники кричали друг на друга. Джон выключил его. — Джим до сих пор в больнице, — сказал Джон, падая на зелёное кожаное кресло. — Ему щиколотку забинтовывают. — У него не перелом, нет? -спросил я. Джон помотал головой. — Одно растяжение. Может быть, он даже не станет принимать участие в сегодняшнем состязании. Я издал длительный вздох облегчения и плюхнулся на диван напротив Джона. — Слава Господи, — сказал я, но тут мой голос дрогнул. — Он…он обвиняет меня, говорит, что я его толкнул с лестницы. Но это явный бред! Джон провёл пятернёй по своим коротким волосам и вперил в меня пристальный изучающий взор. — Не толкал его я, — сказал я. — И не наталкивался на него — ничего подобного не было. Я затаил дыхание и ждал, что скажет Джон. Наконец он заговорил: — Даже если ты на него натолкнулся, это наверняка вышло случайно, — он уселся и закинул ноги на подлокотник кресла. — Знаю, что ты никогда бы специально ничего ему подобного не сделал. — Да! Ладно, хоть ты веришь мне, — обрадовался я. — Если бы только… Я умолк, услышав, что хлопнула входная дверь. В гостиную влетел Джек. Когда он увидел меня, его рот раскрылся. — Ты — тут! Я повернулся на диване. — Да, а… — Ты нашёл их? — спросил Джек, еле переводя дух. — Я тебя целый день искал. Ты нашёл мои часы? — Нет. Я везде обшарил, целый дом перевернул, — сказал я. — Но…но… — заикасто произнёс Джек. Его короткие волосы торчали ершом. Лицо выглядело безумно. — Тогда где они? Он провёл пальцами по запястью, будто в надежде найти их там. — Я и за гаражом искал их, — сказал я. — Где мы попугая похоронили. Нет там их. — Я без них чокнусь, — сказал он. — Просто чокнусь. — Сожалею, правда, — пробубнил я, смотря в пол. — Я поищу ещё, обещаю. Он вздохнул и закрыл глаза. — Это странно. Затем он очень удивил меня. Подлетел ко мне и обнял. — Макс, я же тебя не обвиняю, — прошептал он. Его горячее лицо коснулось моего. — Ты должен знать это, ясно? Ты — мой друг. Мой лучший друг. И не дождавшись, что я ему на это отвечу, он повернулся и вылетел из зала. Я оторопел. Возможно, Джон заметил это. — Джек немного разволновался, — сказал он. — С того момента, как пропали его часы, он сам не свой. Я вновь сел на диван. Только расслабиться мне не удалось. По полу прошлись быстрые шаги мягких лап и тонкая кошка Джима прыгнула на мои колени. Я испугался и вскрикнул. — Забери её! — завопил я. — Забери её от меня! — Пайпер, иди ко мне! — вскочил Джон. Но, к моему удивлению, рыжая кошка ткнулась мордой в мою грудь и замурлыкала. — Джон! — ахнул я. — Она…она… Пайпер, тихо мурлыкая, устроилась на моих коленях. — Ничего не понимаю, — пробубнил я, подрагивая. — То она едва не разодрала меня на части, то… — Это Пайпер так просит твоего прощения, — улыбнулся Джон. — Разве она не прелестная? — его улыбка расширилась. Кошка замурлыкала сильнее и потёрлась головой о мой свитер. — Да ты погладь её, — сказал Джон. — Видишь, она хочет, чтобы ты приласкал её. Я сглотнул. Эта кошка такая непредсказуемая. ≪Что, если я стану гладить её, а она снова полоснёт меня когтями? ≫ — Погладь её, — убеждал меня Джон. — Она ведь ждёт. — Н-нет, не хочу, — сказал я, смотря на это тонкое рыжее животное. — Но она хочет, — повторил Джон. — Она хочет, чтобы ты помирился с ней. — Хорошо. Я глубоко вдохнул и медленно, осторожно протянул ладонь, и… Глава XIII А ТАКЖЕ В ОБЛАСТИ БОЯ Мои руки снова стало покалывать. Я ощущал множество игл в своих руках и опять они загорелись. ≪Почему это снова повторяется? ≫ — удивился я. Кошка продолжала мурчать. Я осторожно провёл ладонью по мягкой спине Пайпер. ≪Что она сделает? Взбесится и ринется на меня, как в прошлый раз? ≫ Нет. Замурчала громче. Я погладил её снова. Она ткнулась носом в меня. — Ну вот, теперь вы вновь друзья, — сказал Джон, просияв от счастья. Я посмотрел на настенные часы. — Мне пора уже. Сегодня же состязание, — я опять погладил кошку. — Надеюсь, мы с Джимом вновь будем друзьями, — сказал я, вздохнув. Но тем вечером на состязании Джим притворился, что меня не знает. Я стоял в коридоре, он меня увидел, но не остановился, а отвернулся. Когда я пошёл за ним, убеждая, что нам нужно поболтать, он сделал вид, словно не замечает. Мне было обидно так, что я чуть не расплакался, как девчонка. Это несправедливо. Один из моих лучших друзей презирает меня. Я же ни в чём не виноват. Когда Джим зашёл в спортзал и стал разминаться, я заметил, что он прихрамывает. Ступня его левой ноги была распухшей и забинтована под штанами. Мистер Мастерс, учитель боя, махнул мне, чтобы я подошёл. Затем он приблизился к магнитофону, стоявшему на скамье, и включил музыку для разминки. Я присел на скамью, чтобы завязать шнурки своих кроссовок. Мне было страшно неловко. Я постоянно посматривал на Джима. Он же специально отворачивался каждый раз, как я поворачивал голову к нему. В состязании на два единственных вакантных места собирались участвовать лишь четыре мальчика. Поэтому не скажу, что спортзал был забит учениками. Сказать точнее, в нём никого не было, исключая мистера Мастерса и четырёх мальчиков. ≪Да, нам с Джимом будет очень трудно вообще не замечать друг друга≫, — промелькнуло в моей голове. Мои пальцы путались в шнурках. ≪Я очень расстроен, чтобы участвовать, — подумал я. — Мне лучше уйти≫. Я вновь быстро посмотрел на Джима. Он принял боевую стойку на больной ноге, проверяя её надёжность. — Эй, Джим, у тебя супер получается! — крикнул я. Он вновь не заметил меня, лишь вскинул голову. ≪Это нелепица одна, — возмутился я. — Какое он имеет право так обращаться со мной? Нет, я буду участвовать в состязании. Я не позволю Джиму прогнать меня. Я останусь и буду драться, да так, как никогда ещё не дрался! ≫ Я закончил завязывать шнурки и поторопился на маты, разминаться перед спаррингом. Конечно, драться так, как никогда я ещё не дрался, у меня не вышло, но и лицом в грязь я не ударил. Я обрадовался, когда мистер Мастерс сказал, что мы с Джимом будем спарринговаться первыми. Это означало, что мне не придётся сидеть и накручивать себя, смотря, как дерутся другие. Два других мальчика, Марк и Дин должны были смотреть на наш спарринг. Мы вышли друг напротив друга, поклонились и, отступив в противоположные стороны, приняли боевые позиции. Я знал, что мальчики сидят за моей спиной и наблюдают за каждыми нашими движениями. Я сконцентрировался на своих умениях и смог выкинуть пацанов из мыслей. Как только мы были готовы ринуться друг на друга, мистер Мастерс сказал: — Вперёд, — и свистнул в свисток, резко подняв и опустив руку. Мы начали драться. Джим насупленно наступал на меня, а я успешно отбивал его удары. Джим проявлял напористость в своих движениях, словно хотел отомстить мне за падение с лестницы. Драться мы должны до первого падения на спину. Кто первый упадёт, тот и считается проигравшим. Я держал своё равновесие, переступая с одного мата на другой. Я увернулся от кулака Джима и, крутанувшись, очутился за его спиной. Джим развернулся, махая кулаками, и стал атаковывать меня. Я удачно уворачивался, но при этом не забывал атаковывать и его. Конечно, я поддавался ему из-за его больной ноги и рисковал не попасть в группу. Но несмотря на это, я был собой доволен. Мы нарезали круги друг против друга в боевой позе. Топыря ноздри, Джим помчался на меня, подпрыгнул и выкинул ногу, целясь в моё лицо. Я успел перехватить его ногу и оттолкнуть так, чтобы он не упал. Не став ждать, я сам ринулся на него, размахивая кулаками и ногами. Джим увернулся и подсёк меня так, что я чуть было не упал. Удержав равновесие, я снова кинулся в атаку. Похоже, Джим мне больше не друг, раз всерьёз намерился ушатать меня. Его выпады были серьёзными и уверенными. Я запыхался отражать каждый его удар. Он дрался превосходно, несмотря на больную ногу. По моему лбу стекал пот, пока я отражал боевые нападки Джима. Он подпрыгнул и задел ногой мой живот. Я отступил, потом произвёл похожий выпад и ногой отпихнул его. Я ощутил зависть и ничего не мог поделать с этим. Я очень хотел попасть в группу. Джим занимается в разных кружках и клубов в школе. Для меня же это единственное увлечение и самое огромное желание. Я снова почувствовал, что мои руки колет. Пальцы стали гореть. Я плотнее сжал кулаки. Почему со мной постоянно это случается? Краем глаза я заметил, как Марк, другой претендент, наклонился к Дину и сказал: — Вот это класс! Джим круто дерётся! Дин кивнул. Мои руки воспламенились. — С ним никто не сравнится, — произнёс Дин. ≪Джим дерётся так естественно…≫ — подумал я. Вдруг я увидел, как его лицо неожиданно изменилось. Злость ушла, заменившись удивлением и растерянностью. Драка подходила к концу. Я вымотался, как и Джим. Мы долго сражались. Тренер начал показывать на свои наручные часы. Джим с рыком бросился на меня, подпрыгнул и, крутанувшись колесом в воздухе, ударил меня в бок. Я удержался, не сдаваясь, но с этим боем пора было заканчивать. У нас выходила ничья. Я сделал очередной прыжок с выпадом, но Джим не упал. Мы вцепились друг в друга, сжимая кулаками одежду и пытаясь друг друга завалить на спину. Я противился, как и Джим. С трудом я оттолкнул его и тут его больная нога провалилась в зазор между матами и он стал терять равновесие. Я надеялся, что он упадёт и тогда победа будет за мной, но не тут то было. Джим удержал равновесие и вдруг начал махаться и подпрыгивать одновременно. Я отступил. — Такого в боях нет, — сказал Марк. — Это что за техника такая? Никогда такого не видел. — Он нарочно, что ли? — спросил Дин. В моих руках усилилась колкость. Я расстерянно посмотрел на тренера, который пожал плечами, но сделал знак не останавливаться. Я несколько раз уклонился от выпадов Джима. Он продолжал безостановочно махаться и подпрыгивать, ритмично вскидывая правую ногу на меня и делая оборот. Быстрее и быстрее… — Оболдеть, — сказал Дин, мотая головой. — Вот же разошёлся. — Это верно, — отозвался Марк. Джим теперь дрался ещё быстрее и резко. Его левая нога при этом оставалась выпрямленной и напряжённой. Левую он вскидывал на меня — всё быстрее и сильнее… Я еле успевал уворачиваться, не то, чтобы отразить хоть как-то его удары. Его чёрные волосы прилипли ко лбу. Глядя в его лицо, я невольно вскрикнул. В его выпученных глазах застыл ужас. Рот открылся в молчаливом оре. Он дрался все быстрее и быстрее… ≪Джим это делает не нарочно! ≫ — Эта мысль заставила меня содрогнуться. — Он… Он не может остановиться! — выкрикнул я. — Он не контролирует себя! Мои руки горели, как в огне. Я сильнее сжал кулаки. Мои руки пронзила ужасная боль. Я перестал сражаться и смотрел на боевые выпады Джима. Выброс ноги, оборот. Выброс ноги, оборот… Мистер Мастерс дунул в свисток и выключил магнитофон. Джим не остановился. Выброс ноги, оборот… Выброс ноги, оборот… Он вертелся и вертелся, размахивая кулаками. В наступившей тишине — тяжёлой и напряжённой — мы все в ужасе наблюдали за ним. — Помогите мне! — раздался пронзительный крик Джима. — О-о-х, помогите! Он продолжал вертеться с боевыми выпадами. Всё убыстряясь. Лицо вспотело. Руки беспорядочно молотили воздух. — Помогите мне! Пожа-а-алуйста! С этими паническими криками и стонами боли, всё так же кружась, Джим пересёк весь спортзал по матам и с глухим ударом врезался в стену. Продолжая кружиться даже после этого, он рухнул на пол. Глава XIV НЕТ ВО МНЕ ЗЛА!  — Что произошло? — Зачем он это сделал? — Почему он не мог остановиться? — Не сломал ли он что-либо? Так сильно ударился о стену! — раздались в спортзале наши испуганные голоса. Мы ринулись к Джиму. Он лежал на полу зала в нелепой позе — глаза закрыты, рот открыт, ноги согнуты под странными углами. Он был похож на сломанную куклу. — Отойдите все от него, — резко скомандовал мистер Мастерс. — Отойдите, дайте мне его осмотреть. — Почему он так кричал? Почему не мог остановиться? — причитал Марк. На его лице отражался ужас. — Возможно, он потерял баланс? Либо просто так раскрутился, что уже не мог справиться с этим, — качал головой Дин. Я прикрыл рот ладонью и молча смотрел на своего друга. Во мне поселился страх. Под ложечкой засосало. — Он дышит? Этот вопрос слетел с моих губ словно сам собой. Мистер Мастерс стоял, наклонившись над Джимом. — Дышит, — ответил он. — Джим, открой глаза. Ты можешь это сделать? Мои глаза переместились на ноги Джима. Его левая ступня распухла, как воздушный шар. Снова у меня засосало под ложечкой. Меня замутило. Я пару раз сглотнул, принуждая съеденный обед возвратиться обратно. — Вызовите скорую, — приказал мистер Мастерс. — У меня мобильник есть, — сказал Марк и помчался за своим рюкзаком. — Джим! Ты слышишь меня? — тихо спросил мистер Мастерс. — Ты можешь открыть глаза? Наконец Джим зашевелился. С его губ сорвался сухой и хриплый звук. Изо рта вытекла слюна, стекая по подбородку. — Джим! — повторил мистер Мастерс. — Джим, ты слышишь меня? Джим застонал. Пару раз моргнул. — Больно, — прошептал он, поднёс руку к рёбрам и тут же отдёрнул. — О-о-х! — Лежи и не двигайся, — сказал мистер Мастерс. — Возможно, ты сломал ребро, когда врезался в стену. — В стену? — прерывисто вздохнул Джим. — Ты очень сильно раскрутился, — сказал мистер Мастерс. — Не смог справиться с движением и… Джим вновь застонал. — Моя нога. Я не могу шевельнуть ею. — Не пытайся ничем шевелить, — сказал учитель. — Мы отвезём тебя в больницу. Ты поправишься, не переживай. — Но чтопроизошло? — непонимающе смотрел на него Джим. Затем он вдруг ахнул, изменился в лице: он увидел меня, стоящего всё в той же напряжённой позе, с рукой у рта. — Макс! — хрипло выкрикнул он. Я кинулся к нему, но его ледяной, яростный взор остановил меня. — Макс, — повторил он моё имя, и его лицо исказилось от презрения. — Это ты мне это подстроил! — Н-нет! — заикасто пробубнил я. — Не знаю как, но это сделал ты, — повторил он, указывая на меня рукой. Марк и Дин во все глаза пялились на меня. — Джим, лежи спокойно, — мистер Мастерс положил ладонь на его плечо. — Думаю, у тебя мозговое сотрясение. Ты всё путаешь. Никто ничего тебе не делал, Джим. — Как тогда, с косилкой Грега, — прошептал Джим, и его рука, направленная на меня, задрожала. — Джек мне рассказал, что произошло с его косилкой. Гадалка не ошиблась. В тебе есть зло! В тебе есть ЗЛО! — Нет! — воскликнул я. — Джим, перестань! Это не так! Ты сам знаешь, что это не так! Это неправда! Перестань! Джим закрыл глаза и застонал от боли. — Это ты мне всё устроил! Ты, Макс! — прошептал он. После этих слов все развернулись ко мне, вперив в меня настороженные взгляды. Они глядели так, словно Джим сказал правду. Словно я действительно был причиной случившегося несчастья. Словно я действительно сею зло. Я не смог больше сдерживаться. Не мог утаивать собственную боль и ярость. Я пронзительно заорал, насколько хватило сил. Я заголосил как помешанный: — Нет во мне зла! Нет! Нет! Нет! Глава XV ОПЯТЬ ПАЙПЕР Спустя пару мгновений примчались санитары, чтобы отвезти Джима в больницу. Мистер Мастерс поторопился в учительскую позвонить его предкам. Марк и Дин шустро переоделись. Им сказали явиться на состязание в другой раз. Они постоянно шушукались, посматривая на меня, но не обращаясь ко мне. Я переобул кроссовки, накинул поверх спортивной формы куртку. Я хотел уйти поскорее. Лишь бы не слышать их шёпот и не видеть подозрительных взоров. Как мог Джим сказать такое про меня? Как мог кинуть такое обвинение? Мы с ним дружим с третьего класса. Он хорошо знает меня. И знает, что я не смог бы причинить ему вред. Я посмотрел на свои руки. Они уже не пылали. ≪Почему вновь это произошло? ≫ — подумал я. Как только мои руки начинают пылать, случается нечто страшное. Всегда. Но это ведь не значит, что я нарочно так делал, так ведь? Я сунул руки в карманы. Я не хотел об этом думать. Я вышел из раздевалки и помчался к выходу из школы. Я хотел добраться домой и спрятаться в своей спальне. Но когда уже дошёл до выхода, мистер Мастерс остановил меня. Он поклал ладонь на моё плечо. — Джим был просто очень расстроен, — тихо проговорил он. — Он не мог сказать такое серьёзно, это глупо. — Да, я знаю, -прошептал я. — Скорее всего, у него шок. Это единственное объяснение, — сказал мистер Мастерс. Я кивнул. — Макс, попытайся выкинуть это из головы. Пройдёт время, и Джим, скорее всего, и не вспомнит о своих словах, адресованных тебе. — Наверное. Но что всё же случилось, мистер Мастерс? — схватил я его руку. — Почему Джим так раскрутился, что не смог контролировать себя? — мой голос дрогнул. — Это было…страшно…устрашающе. Смотря на него, можно было подумать…что им руководит некая чужая сила! Мистер Мастерс покачал головой. — Я сам не могу понять, что произошло. Возможно, я тоже пока не отошёл после шока, — он похлопал моё плечо. — Думаю, из сего следует, что в боевую группу попадаешь ты. Дин и Марк, конечно, примут участие в состязании, но до тебя им далеко. Прими мои поздравления. Хотя, я понимаю, ты огорчён из-за своего друга. — Да, — кивнул я вновь. На лице учителя появилась улыбка. — Но я по-любому поздравляю тебя. А отметим мы это в другой раз как-нибудь, ладно? — Благодарю, мистер Мастерс. Я повернулся и рысью припустил домой. — Попытайся не думать о том, что сказал Джим, — крикнул он мне вслед. — Он был в шоке. Я уверен, он извинится, когда ему будет лучше. — Ага, — пробормотал я. Я выскочил на ледяной холодный воздух. Бледная серебристая луна освещала площадку около школы. Сухие листья кружились на газоне. Я захотел поднять голову к небу и завыть. Но вместо этого я нагнул голову против ветра и побежал. Но убежал недалеко. В паре шагов от угла я на кого-то наткнулся. — Эй! — от неожиданности вскрикнул он и отскочил в сторону. — Сбавь скорость. — Грег! — удивился я. — Что ты тут делаешь? Он отбросил назад свои волосы и усмехнулся мне. — Макс! Тебя нужно включить в школьную команду по бегу. — Извини, я не заметил тебя. Я…я вообще не смотрел. То есть я…А что ты тут делаешь? — повторил я с тяжёлым дыханием. — Шпионю за тобой, — ответил он. Я выпучил глаза. — То есть? — Шутка, — засмеялся Грег. — Я обходил квартал, собирал деньги за стрижку газонов. И вспомнил, что у тебя сегодня боевые дела. Ну и подумал… — Только не расспрашивай меня об этом, — сказал я, содрогнувшись. — Это было ужасно. И я побрёл к своему дому. Он поспешил за мной. — Тебя не взяли? — Наоборот — меня взяли, — ответил я. — Но…но… — и я выложил ему: — Джим попал в больницу и винит меня в этом. Грег выскочил вперёд, загородив мне путь. — Вот дела! А как это произошло? Ты его подсёк или как? — Нет. Я его не подсекал, — сказал я. Голос мой дрожал. Я снова едва не расплакался. — Я его не подсекал. Но он сломал щиколотку и говорит, что я виноват. Как сегодня утром в школе: он упал с лестницы и обвинил меня в этом. Я его не толкал, честное слово! Грег нахмурился, стараясь разобраться в том, что я сказал. — Дважды за день? — повторил он. — Дважды за день он падал и расшибался? Дважды и перед самым боевым состязанием? И два раза ты там был? — Д-да, — пробубнил я. — Но я до него не дотронулся. Я не лгу! Он в упор посмотрел на меня. — Ты мне веришь, а? - спросил я. — Веришь? Он опустил глаза. — Да. Да, верю. Но что-то изменилось в его голосе. Грег больше не глядел на меня. И вдруг занервничал. ≪Он не верит мне≫, — понял я. Он считает, что если Джим два раза за день упал и расшибся, это больше чем совпадение. Но это не совпадение, я-то знаю. Под порывами ледяного ветра, заскрипев, согнулись деревья. Вокруг нас посыпались сухие листья. Я поёжился. Мне стало вдруг холодно. — Джим мой лучший друг, — сказал я. — Я бы никогда не сделал ему ничего плохого. Нет. — Да, знаю, — кивнул Грег. Но продолжал не смотреть на меня. — Мне пора домой, — сказал я. — Пока. И помчался. — Пока, — крикнул он мне вслед. Я добежал до конца квартала и остановился на углу. Когда обернулся, увидел, что Грег стоит на месте. Он продолжал стоять перед школой с руками в карманах и внимательно следя за мной. И даже с такого расстояния я разглядел печаль и тревогу на его лице. Домой я не пошёл. А пошёл в дом Джима. Я знал, что предки Джима сейчас находятся где-то на полпути к больнице. Но мне хотелось рассказать Джеку и Джону о том, что произошло. Дверь мне открыл Джон. У него были красные глаза, словно он плакал. — Ужасный день! Родители и Джек поехали в городскую больницу, — выпалил он. — Макс, что там случилось? Джим поправится? — Конечно, — сказал я, заходя в дом. Из кухни пахло жареным луком. Доносилось пыхтенье посудомоечной машины. В зале по всему полу были разложены тетради и учебники Джона. — Егощиколотка сильно опухла. Наверное, перелом. Но всё будет хорошо, он поправится. Джон нервно зашагал по комнате. — Но как это произошло? Он поскользнулся? Я вздохнул. Мне по-прежнему было холодно. Я решил не снимать куртку. — Трудно объяснить, Джон. Всё вышло очень странно. Он начал махать кулаками и вертеться, хотя это ни к чему по ходу боя. Он вертелся, вертелся, и, возможно, лишился самоконтроля. — Бедный Джим, — помотал головой Джон. — Он столько готовился к этому состязанию. Я тяжело опустился на диван. — Наверное, и пару рёбер сломал, — тихо добавил я. Джон схватился за бок, будто почувствовал боль Джима. — Ох! Мне нужно было поехать в больницу тоже. Я не думал, что это серьёзно. Я кивнул, не имея понятия, что ещё можно добавить. Нужно ли мне сообщить Джону, что его брат обвиняет меня во всём? Обвиняет в том, что я использовал против него свои злые силы? ≪Нет≫, — решил я. Мистер Мастерс прав. Джим был в шоке. Он сам не соображал, что базарит. Вдруг Джон перестал шагать. Его лицо изменилось. Он подошёл ко мне и сел рядом на диван. — Могу я задать тебе один вопрос? — Да, задавай, — сказал я. Светлые глаза Джона вперились в меня. — Помнишь, ты был у нас вчера и гладил Пайпер? — Да, — ответил я. — Такое разве забудешь? Я был в шоке. Сначала эта кошка бросается на меня как бешеная, затем вдруг решает, что я нравлюсь ей. Джон сглотнул, продолжая внимательно смотреть на меня. — Твои руки не были чем-либо намазаны? Я выпучил глаза. — Не понимаю. — Ну, ты ведь всегда пробуешь жидкие мыла для рук, так ведь? Так вот, вчера на твоих руках оно же было, да? Или что ещё? — Нет, ничего такого не было, — сказал я, ошарашено смотря на него. — А что такое? Джон нахмурился. — Сейчас увидишь. Он встал с дивана и вышел из гостиной. Через пару мгновений вернулся, неся Пайпер. Маленькая кошка безжизненно висела на его руках. Я вскочил на ноги, моментально сообразив, что случилось нечто странное. Пайпер никогда не позволяла Джону брать её на руки. — Может, ты помыл руки каким-либо новым жидким мылом? — спросил Джон. — Вспомни. Либо, возможно, дотрагивался до чего-то странного в химической лаборатории? Я решительно покачал головой. -Да нет же. А что такое? — Глянь на неё, — сказал Джон, спуская Пайпер на пол. Увидев её спину, я ахнул. Не сразу до меня дошло, что широкая жёлтая полоса в багровых пятнах это её кожа. Голая кожа кошки. Прежде покрытая густой рыжей шерстью. — Видишь, что произошло, — печально вздохнул Джон. — Вся шерсть на спине вылезла, падала прямо клочьями. Сразу после твоего ухода, Макс. И только там, где ты до неё дотрагивался.