Мэйнхеттенская Шестёрка

- Ты проебалась, Наоми,- заключила сидящая на ступенях ресторана пони, наблюдая, как её израненного отца увозят на кэбе скорой помощи в сопровождении истерично плачущей матери. Наоми была недалека от правды. Удивительно, насколько быстро всё пошло не по плану. А ведь их затея так чудесно начиналась. Если задуматься, её отец был в одном шаге от того, чтобы проспонсировать это странное предприятие, дав понадобившийся Теофилу стартовый капитал. Кобылка мотнула головой, ужаснувшись меркантильности собственных суждений. Похоже, она утратила последние остатки морали, раз уж ей в голову в первую очередь приходят деньги, а не судьба подстреленного родителя. Проводив уезжающий кэб взглядом, пони поднялась на ноги с твёрдым намерением начать жизнь с чистого листа - без Теофила и его идиотских комбинаций, без тётушки и попечительства отчего дома и уж точно без змеиной своры, называющей себя актёрским составом того сериала для умственно отсталых жеребят. Обрести независимость, о которой единорожка так давно мечтала. Да, в нищите. Но хотя бы не в обиде.

***

- И так, я ознакомился с вашим резюме. Выглядит весьма...многообещающе,- сказал усатый пони в строгом деловом костюме, сидящий напротив Наоми в пыльной, заваленной бумагами коморке, окном выходящей на живописную стену стоящего рядом дома. - Скромности мне не занимать...- одетая в помятое платье кобылка расплылась в натянутой улыбке. - Оно и видно. В целом, вы подходите под наши критерии. Остается лишь узнать, соответствуете ли вы им на деле. Начну с ключевого вопроса - на какую зарплату вы претендуете? - Скажем...2000 битов в месяц? - Наоми кокетливо состроила глазки. Собеседник чуть было не подавился только что выпитым кофе. - Кхм,- вытирая рот салфеткой пробормотал он,- Знаете, это слишком большая сумма для...подобной деятельности. Глазки Наоми округлились словно у котёнка, а губки единорожки сложились в аккуратный бантик. - Вы правда думаете, что это на меня подействует? - произнес жеребец с плохо скрываемым раздражением. - Ну, попытаться в любом случае стоило,- Наоми флегматично пожала плечами. - В вашем случае было бы здраво претендовать, ну, скажем, на 200 битов. И то - в лучшем из возможных исходов. Честно говоря, в последнее время Наоми находилась в положении столь отчаянном, что она согласилась бы работать и за еду. - Я не имею права отказываться от столь щедрого предложения,- пони протянула работодателю копыто,- Всё в порядке? - с лёгкой тревогой спросила она, видя, как сильно тот смутился. - Да, да...просто у нас обычно не жмут копыта кобылкам...- всё таки сделав противное себе действие ответил земной пони. - Как так? А почему? - Наоми удивлённо хлопнула глазками. - Ну, знаете, есть жесты и манеры, допустимые только по отношению к определённому полу...- произнес пони, не веря, что ему приходиться объяснять такие прописные истины,- Всё же, вы должны понимать, что различия между нами выражаются не только в зарплате. - Вы что, сексист? - сказала находящаяся в культурном шоке кобылка. - Нет, что вы. Реалист.

***

- Эй, новенькая! Посмотри под этот стол - как ты могла пропустить такую грязищу?! - рявкнул проходящий мимо жирный клерк,- Понабирают дурочек по объявлениям...- пробурчал он себе под нос, заворачивая за угол офисного помещения. Наоми состроила полную ненависти ко всему живому мину, подойдя к столу и отодвинув тот в сторону, начав яростно пидарасить ленолиум замызганной шваброй. Закончив процесс протяжным вздохом, та поставила инструмент к стене и размяла спину, решив взять незапланированный перерыв. Выйдя на шумную дневную улицу, единорожка обнаружила себя в компании одинокого серого пони, стоящего на крыльце с зажатой в зубах сигаретой, взглядом прожигая пустоту. - Хочешь прикурить? - не дожидаясь слов кобылки сказал он, по прежнему смотря в одну точку. - Нет, я не курю,- вкрадчиво ответила Наоми. - Это правильно. Поверь, нам всем по жизни и без того хватает трудностей, чтобы разбавлять их раком лёгких. - Кхм... - Давно здесь работаешь? - Неделю. А вы? - Двадцать лет. Наоми запнулась. - Не переживай, все так реагируют. Я уже привык,- продолжил жеребец. - Похоже...вас всё устраивает, раз вы продержались здесь такой внушительный срок... - О, нет. Я ненавижу это место. Ненавижу всеми фибрами души. Каждый день, просыпаясь в своей однокомнатной квартире, когда я смотрю, как Солнце восходит над Мэйнхеттенскими высотками, я вступаю в торги сам с собой. Выйти ли мне на улицу или в окно. Пока побеждала улица. - Но почему тогда вы не уйдете? Жеребец лишь горько усмехнулся. - Мне некуда идти. В этом городе бухгалтеры ценятся не выше грязи - в своё время мне просто повезло. - Возможно, лучше так, чем вообще без работы... - Не знаю. Ради чего я здесь тружусь? Чтобы у меня была возможность прийти вечером домой, поесть, лечь спать и утром снова пойти на работу? И так каждый день с перерывом на два скоротечных выходных? - Неужели из этой ситуации нет выхода?..- пробормотала Наоми поникшим голосом. - Мэйхеттен - страшное место. Он калечит судьбы. Пожирает всех, кто по глупости попал в его раскрытую пасть. Единственный выход - бежать отсюда без оглядки, не замечая собственного отчаянного крика. Пони бросил окурок в сторону и пошёл обратно в офис, оставив Наоми наедине с её противоречивыми мыслями.

***

Когда она вошла в квартиру часы давным-давно перевалили за полночь. Бросив сумку на пол, Наоми рухнула в постель не снимая верхней одежды. Ноющая боль в каждой части её тела отразилась полным усталости стоном, с которым пони перевернулась на спину, смотря в потолок. Чувство тотального, всепоглощающего опустошения не отпускало разум измученной единорожки, никогда прежде не ощущавшей себя настолько ничтожной. Нескольких дней тяжелого физического труда хватило, чтобы кобылка разочаровалась в своих романтических мечтах, худо-бедно живших в её голове когда та светила мордочкой на телевидении. Однако природная, абсолютно детская упёртость не давала ей признаться самой себе в крахе надежд, оставляя тусклый, почти потухший огонёк надежды на лучшее будущее. Держа его в уме, Наоми села на одеяло, вытащив из кармана пачку сигарет. Задумчиво раскрыв красную упаковку, кобылка достала от туда запретный свёрток, несколько мгновений не решаясь сделать задуманное. Но, собравшись с силами, пони щёлкнула зажигалкой по краю сигареты и вставила ту в рот, спустя мгновенье выпустив из него облачко ядовитого дыма. Не успела единорожка насладиться кумаром, как занялась отрывистым кашлем. Сжав грудь передними ногами, пони зажмурила слезящиеся глаза, силясь побороть вырывающуюся из горла мокроту. Спустя минуту, Наоми сделала глубокий вдох и выдохнула последние остатки отравы. Скривив мордочку в гримасе отвращения, та выкинула сигарету в окно. Пачка полетела туда следом. Уткнувшись в копыта лбом, униженная и ущемлённая вспомнила слова того странного жеребца. В этот момент огонёк надежды превратился в искру, упавшую на солому спутанных мыслей, разразившуюся пламенем лютой, звериной ярости. Как может судьба так поступать с ней? Неужели единственный способ добиться чего-то в этой жизни - родиться в богатой семье, без денег которой ты - мусор, подстилка для ног таких же богачей? Что это за неправильная, извращённая в самой своей основе реальность? И можно ли её исправить?..

***

Ежась от холода весенней ночи, она боязливо посмотрела на стоящее посреди промзоны здание, казавшееся заброшенным многие годы назад. Однако Наоми точно знала, что глаза подводят её, скрывая за невзрачным фасадом будоражащую воображение суть. Даже не пытаясь бороться со страхом, кобылка постучала в ржавую железную дверь, створка по центру которой распахнулась с глухим щелчком. - Пароль. - Пароль...как же там...- единорожка принялась судорожно вспоминать, что ей велел сказать тот подозрительный тип, которому она недавно изливала душу в зассаном баре,- Красное станет чёрным. В-верно? - Проходи,- створка закрылась, открывая дверь и впуская пони в протяжённый коридор, пройдя по которому та достигла распахнутого прохода в кабинет, больше походящий на оружейный склад. Сидящая в окружении массивных ящиков пегаска подняла крыло в молчаливом приветствии, не отвлекаясь от выведения символов авторучкой. - Александра?.. - Здравствуй, Наоми. Я рада, что ты решила присоединиться к нашему делу. - То есть, всё это время... - Вряд ли кто-то подумает на актрису детского сериала. Коллеги по нему - в том числе. - Мы не особо много общались... - У нас не было тем для разговора. Мы были слишком разобщены собственными мелочными амбициями, не видя затуманенную ими истину. Ты не первая, кто уже прозрел. Далеко не первая. - Ты хочешь сказать, что... - Да. Агния и Селена тоже из нашего числа. Если задуматься, не так уж сильно мы и различались... Начавшись с удивлённого недоумения, разговор быстро перешёл в деловое русло, став красноречивым потоком громких слов и обнадёживающих обещаний, которые так страстно желала услышать юная, бурлящая от гнева душа. В это время её прежняя и вновь ставшая таковой коллега стояла на раскинувшимся над рекой мосту, смотря на медленно вступающий в права рассвет. Среди расплывчатых образов недавних событий, что жёлтая пегаска прокручивала в голове, ей вспомнились услышанные однажды слова. - Когда хозяин воскликнет твоё имя, будь готов ответить на зов.

(Joy Division - Shadowplay)