Заброшенный храм

В ночной тишине были слышны только волны, бьющиеся о причал и… чьи-то шаги. Тень ступала практически бесшумно, будто паря над землей. Если бы случайный прохожий пригляделся, то разглядел бы в этой тени девушку. А если бы присмотрелся еще внимательнее, то увидел бы, что под капюшоном скрываются невероятно добрые глаза, которые могли принадлежать лишь одному человеку. Цзян Яньли. Но к счастью, на залитой лунным светом дорожке не было ни одной живой души. Лишь кошка на мгновение показала свой черный хвост и скрылась в зарослях кустарников. Цзян Яньли не взяла с собой даже огарок свечи, прекрасно помня дорогу. Лишь бледная луна была ее единственным спутником и источником света. Дорога не была долгой, уже через пятнадцать минут Цзян Яньли дошла до полуразрушенного храма. Когда-то величественное здание поросло мхом и было увито плющом, будто оберегающим храм от чужих взглядов. Внутреннее убранство померкло, фрески и картины исчезли, оставив лишь неприглядные голые стены. Только столик для подношений остался нетронут. Цзян Яньли остановилась перед входом, будто раздумывая. Посмотрев, чтобы поблизости никого не было, Цзян Яньли переступила порог храма. Тут же она отряхнула пыль со столика для подношений, положив на него фрукты, взятые с утра на кухне. Метлой была сметена накопившаяся паутина в углах и пыль на полу. Вперив руки в бока, Цзян Яньли довольно оглядела плоды своего труда. С уборкой храм стал выглядеть более оживленно, будто и не был заброшен вовсе. Преклонив колени, Цзян Яньли сложила руки и зашептала привычные слова молитвы. В холодном лунном свете, проникающем сквозь полуразрушенную крышу, коленопреклонная Цзян Яньли будто сошла с легенды о девах, очаровавших своей стойкостью духа. Столько благородства и внутренней силы было в этом лице, кажущемся простодушным и не слишком красивым на первый взгляд. Цзян Яньли уже готова была встать с колен, как вдруг услышала странный звон цепей. Этот звук ни с чем нельзя было спутать. В момент Цзян Яньли покрылась холодным потом, понимая, что ее ожидает за подобные ночные прогулки. — Не побоялась придти сюда ночью одна, но теперь дрожишь лишь от одного звука… Цзян Яньли резко повернула голову в сторону звука, но увидела там лишь пустовавший угол храма. Ей бы вскочить и бежать, но ноги отказывались подняться. — …я предполагал, что ты более храбрая. Чьи-то пальцы бегло пробежались по ее спине, заставив Цзян Яньли зажмуриться. Пытаясь совладать с малодушием и трусостью, она спросила: — Кто ты? В ответ ей послышался смешок, а затем громкий звук цепей и шагов. Цзян Яньли почувствовала, как кто-то стоял прямо перед ней, а она по-прежнему отказывалась открыть глаза. Рука, обхватившая ее подбородок, заставила смотреть вверх. Цзян Яньли открыла глаза, встретившись взглядом с одним пылающим красным глазом. — Это мой храм. Неужто ты даже не знала кому молишься? Цзян Яньли остолбенела от ужаса, пытаясь взять эмоции под контроль. Прямо перед ней стоял настоящий демон, в происхождении которого можно было не сомневаться. Его лицо с правильными чертами лица безусловно можно было назвать красивым. Даже повязка на одном глазу нисколько не умаляла его красоты, наоборот, придавая ему нечеловеческое обаяние. Его тонкие губы исказились в усмешке, на секунду приоткрыв острые клыки. Он немного наклонил голову, впиваясь сильнее длинными черными ногтями в подбородок Цзян Яньли. Девушка была хороша собой, особенно сейчас, когда она смогла унять дрожь и почти бесстрашно смотрела ему в лицо. Выбившиеся из-под капюшона смолистые локоны красиво обрамляли ее фарфоровое лицо. — Ты так неустанно молилась здесь каждую неделю, что я просто не мог не полюбопытствовать, кому же мог понадобиться демон. — тембр его голоса будто усыплял, он был таким мягким и… — Я думала, что это храм небожителя, — холодно ответила Цзян Яньли. — Никогда не слышала, чтобы демонам строили храмы. — Какая наивность… или же глупость? Пальцы демона переместились на ее шею, слабо обхватив ее. Цзян Яньли рефлекторно схватилась за его руки. Холодные, как ледяная стужа. — Я прошу прощения, что оскорбила вас своим неведением. Демон резко отпустил ее и встал на ноги. Цзян Яньли недовольно потерла шею, где точно останутся следы, которые придется объяснять. — Так почему же ты молилась именно мне? Храмов с небожителями так не хватает, что пришлось молиться демону? Невероятно острый на язык. Цзян Яньли почувствовала лишь досаду от его язвительных слов. Нашла Цзян Яньли это место совершенно случайно. Вей Ин с Цзян Ченом что-то не поделили, поэтому самоотверженный Вей Усянь решил, что всем будет лучше без него и ушел. Цзян Яньли направилась на его поиски. Неожиданно ее занесло к пустынной дороге, а потом и к зарослям, сквозь которые проглядывался облик какого-то здания. Цзян Яньли подумала, что Вей Ин мог спрятаться там. Она ожидала увидеть что угодно, но только не разваливающийся храм. Цзян Яньли почувствовала необъяснимый трепет в душе, будто встретила что-то родное и близкое ей по духу. Ее будто тянуло к этим развалинам, в сердце разгорелся настоящий неутомимый пожар. Дурман, наваждение… В тот же день Цзян Яньли приняла решение придти туда снова. Так и начались бесконечные дни и ночные прогулки, которые стали уже так близки и милы сердцу. В стенах храма Цзян Яньли чувствовала спокойствие. Она была уверена, что так на нее действует сама божественная сила этого места, молитвы простого люда сделали этот храм поистине священным. И Цзян Яньли ни с кем не собиралась делиться своей отдушиной. Оттого она ничего никому не рассказала, предпочитая тайно сбегать под покровом ночи. Так малодушно и отвратительно с ее стороны, но эти чувства Цзян Яньли погребла в своем сознании под мерзлой землей. Но объяснять это демону никакого желания не было. — Не ищите в этом сакральный смысл. Демон хмыкнул и… вдруг начал растворяться в воздухе, как страшный мираж. — Стойте! — закричала Цзян Яньли, бросившись к месту, где он стоял. — Скажите мне хоть ваше имя! Нечисть, перед тем как ответить, широко улыбнулась, обнажив устрашающего вида клыки. — Сань Лан. И испарился.

***

— … это не то! И это тоже не подходит! Цзян Яньли сидела на полу, перебирая и откладывая книги. Библиотека Юньмен Цзян, конечно, не могла сравниться с библиотекой Гусу Лань, но также имела достаточно много литературы и научных трактатов. Правда ни в одном из них не было даже намека на нечисть. Попадались огромные фолианты известных и не очень ученых, иностранная литература, древние свитки, исписанные неровным почерком, пожелтевший пергамент с разводами от туши. И нигде даже упоминания демона по имени Сань Лан. Может, демон ее обманул? Разыграл как глупого ребенка. Сказал не то имя, чтобы посмеяться над ней. Неожиданно Цзян Яньли очень живо представила, как Сань Лан сейчас стоит напротив нее, возвышаясь над ней. Черные волосы жутко растрепаны, будто на мальчишеский манер. Весь его облик какой-то мальчишеский, как у сорванца, только рогатки в руках не хватает. Совсем несолидно для демона, но дьявольски притягательно для человеческого существа. — Засмотрелась на меня? И голос такой живой, озорной, с лукавством. Одет он намного проще, чем в их первую встречу. На нем красное одеяние, без его побрякушек и цепей. И два глаза. Очень непривычно. — Уйди, ты всего лишь моя фантазия. Касание теплых пальцев к ее щеке чуть не отправило ее к праотцам. Цзян Яньли с трудом подавила в себе крик, отшатнувшись от демона, как от огня. — Так ты… не моя фантазия?! Сань Лан сделал вид, что ничего не услышал, подняв одну из книг, валявшихся на полу. Пробежавшись глазами по обложке, он самодовольно улыбнулся. — Ищешь про меня информацию? Цзян Яньли злобно сверкнула глазами, подпрыгнув к демону и пытаясь отобрать книгу. Но Сань Лан даже в другом облике оставался демоном — невероятно быстрым и ловким. Каким-то образом, Сань Лан оказался на другом конце комнаты, поднимая книгу высоко вверх. Цзян Яньли никогда не дотянуться со своим маленьким ростом. — Ты невероятно льстишь мне, — промурчал Сань Лан. — Я не ожидал, что так понравлюсь тебе в нашу первую встречу. В голове Цзян Яньли вертелось много ругательств, но ни одно из них настоящая Госпожа никогда не должна была произносить вслух. Поэтому оставалось лишь натянуть улыбку и ответить в тон демону: — Так приглянулись вы моему бедному девичьему сердцу, что уже неделю я безуспешно пытаюсь узнать о вас хоть что-то. Не соизволите ли вы в таком случае сами рассказать о себе? Сань Лан сделал вид, что глубоко задумался, но на самом деле можно было заметить по его блестящим глазам, что он уже давным-давно придумал условие. — Поскольку в нашу первую встречу ты вела себя невероятно храбро для человеческого существа, я поведаю о себе… за поцелуй. Цзян Яньли недоумевающе уставилась на него. Она не ослышалась? — Да ни за что в жизни! Сань Лан снова загадочно улыбнулся перед тем, как оставить Цзян Яньли в полном одиночестве.

***

Так Сань Лан взял в привычку неожиданно появляться перед Цзян Яньли, пока та была одна. Его никогда не смущала сама обстановка и то, в каком виде она находилась. Спала ли она, принимала ванну или сидела на ночном горшке — неважно. Демон не спрашивал разрешения, вторгаясь в ее личное пространство тогда, когда ему только вздумается. Только невероятная выдержка и терпение помогали уживаться Цзян Яньли с демоном, не желающим оставить ее в покое хотя бы на день. И к ее же ужасу она стала привыкать к вечному нахождению рядом Сань Лана. Уже было тяжело представить хотя бы один день без Сань Лана. Он был всегда и везде рядом с ней, незаметно помогая ей и уберегая от опасностей. «Как ангел-хранитель, только демон». Никто не знал о Сань Лане, даже Вей Ин с Цзян Ченом. Цзян Яньли не решалась рассказать о демоне своим братьям. Сань Лана никто не видел, когда он в столовой при всех дёргал ее за волосы и насмешливо хихикал. Никто не видел его на лодке, бесстыдно срывающим лотосы. В один момент Цзян Яньли даже начала думать, что сходит с ума. Что Сань Лан всего лишь галлюцинация ее воспаленного мозга. Но сам Сань Лан опроверг такое заявление. — Яньли, я могу скрывать свой облик от глаз одних людей и открывать его для других. — Но о тебе нет ни одного сведения в книгах! Даже упоминания. Сань Лан долго молчал, покачивая ногой. С той встречи в библиотеке он всегда показывался в том облике. Всегда с растрепанными волосами и озорной улыбкой без клыков. Этот облик казался человеческим, не внушающим опасения. — Сань Лан мое… ненастоящее имя. — И как же тогда тебя зовут? — Расскажу, когда придет время. Цзян Яньли на этот ответ недовольно надулась, получив от Сань Лана только порцию заливистого смеха.

***

— Меня выдают замуж. Сань Лан удивлённо приподнялся. — О? И за кого же? — За Цзинь Цзысюаня. — За того павлина? Цзян Яньли коротко рассмеялась, прикрыв рот рукавом платья. Сань Лан улыбнулся, услышав ее смех, схожий с перезвоном колокольчиков. — Ты его называешь также, как и Вей Ин. Он тебе тоже не нравится? — А тебе он нравится? Цзян Яньли натянуто улыбнулась, опустив голову. Хватило пару минут, чтобы она в своей привычной манере ответила: — Чувства не имеют значения. Главное, что этот союз послужит хорошим отношениям между Юньмен Цзяном и Ланьлин Цзинем. «Какое это имеет значение, если человек, к которому у меня есть чувства, никогда не будет со мной? — с грустью подумала Цзян Яньли, кинув взгляд из-под полуопущенных ресниц на виновника ее чувств.» «Так значит, ты питаешь чувства к совершенному другому человеку. Явно не ко мне, — с усмешкой подумал Сань Лан, по-прежнему улыбаясь.» И не зная, как схожи их мысли.

***

Прошли холодные осени, свадьба с Цзинь Цзысюанем. Начались бесконечные проблемы с братьями, которым она никак не могла помочь. Цзян Чен стал ещё более нелюдимым и агрессивным после смерти родителей, взвалив на себя непосильную ношу в виде Ордена. Ему было безумно тяжело справляться с делами, внешне оставаясь безразличным ко всему на свете. Вей Ин стал изгоем в мире заклинателей, презираемый всеми. Все осуждали его неправедный путь, порицали и насмехались над ним. Цзян Яньли разрывалась между мужем и братьями, пытаясь хоть как-то помочь. Сань Лан покинул ее, не отзывался на ее зов, как бы она его не просила. Когда все только начало налаживаться, Цзинь Цзысюань погиб. Оставил ее одной с маленьким ребенком и двумя проблемными братьями. В ту же ночь Цзян Яньли бежала в заброшенный храм в Юньмен Цзяне. Она чувствовала, что если не увидит его, то умрет от разрыва сердца. Разум кричал о нелогичности ее действий, но какая-то сила ее будто подталкивала к тому храму. Перед ним она предстала уничтоженной женщиной в траурном одеянии. Ничего общего с той цветущей красавицей, не познавшей горестей этой жизни. Цзян Яньли опустилась на колени, сложив руки в молитве. И начала говорить. — Мы с тобой уже давно не виделись. За эти несколько лет я потеряла родителей, стала женой, родила ребенка, потом стала вдовой. Ко всему потеряла обоих братьев. Не буквально. Цзян Чен уничтожен морально, Вей Ин совсем плох, — слезы душили, но Цзян Яньли упорно продолжала говорить. — Так глупо все обернулось. Вся счастливая жизнь разрушилась, оставив за собой только горечь разочарования. — Мне жаль. Сань Лан ничуть не изменился. Только выглядел так, будто потерял любовь всей своей жизни. Как и она. — Сань Лан, Сань Лан, — Цзян Яньли зашептала быстро и горячо, будто боясь, что он снова испарится. — Ты все же пришел, не оставил, не бросил меня… Сань Лан встал перед ней на колени, грустно улыбнувшись и взяв ее за руки. — Я никогда не забывал тебя. Я всегда был с тобой и следовал незримой тенью. Оберегал тебя и твоего ребенка, только Цзинь Цзысюаня не смог сберечь. Цзян Яньли глупо захлопала ресницами. Он всегда был с ней? Защищал и оберегал? — Почему же ты ни разу не показался мне? — Не хотел разрушать вашу семейную идиллию, — насмешливо произнес демон. Не хотел портить твои отношения с тем павлином и мучать себя, видя, что ты недосягаема для меня. — Сань Лан, Сань Лан, — мягко покачала головой Цзян Яньли. Сердце билось столь же радостно, как и несколько лет назад. Так же сладко и щемяще было чувство эйфории, окутавшей все тело. Они говорили и говорили, так отчаянно и крепко держась за руки. Цзян Яньли сумбурно изъяснялась, торопясь рассказать обо всем, что случилось в ее жизни. А Сань Лан внимательно слушал и мягко улыбался ей. — У меня мало времени, мне ещё нужно вернулся в Ланьлин Цзинь. — Буду с нетерпением ждать нашу следующую встречу. Цзян Яньли хотелось верить, что это не последняя их встреча.

***

Перед глазами все кружилось и плыло, рот был наполнен вяжущей кровью. Только лицо Вей Ина она отчётливо видела. Обезумевшее от горя. Потом всполохи, оглушительные крики. Цзян Яньли провалилась в спасительную тьму, подальше от бесконечной боли и агонии, охватившей все ее тело. Странное чувство спокойствия вырвало ее из тьмы, чьи-то холодные руки крепко сжимали ее собственные. Цзян Яньли с трудом открыла глаза, встретившись взглядом с Сань Ланом. Тот был бледнее обычного и бесконечно холоден. Цзян Яньли попыталась что-то сказать, но получился только кашель. Сань Лан будто очнулся. — Тише, не двигайся. — Где мы? — с трудом выговорила она, не узнавая свой хриплый голос. — В безопасности. Не волнуйся, я уже передал тебе все необходимые силы для восстановления. — Вей Ин? Цзян Чен? Что с ними? — Живы, еще меня переживут, — усмехнулся демон. На лицо Цзян Яньли поползла глупая, но такая чертовски счастливая улыбка. Не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Цзян Яньли осмотрелась по сторонам и заметила, что они находятся в том самом храме. Как символично. Вдруг она заметила, что Сань Лан буквально тает в воздухе. — Сань Лан? — обеспокоенно спросила она, приподнявшись на локтях. — Сань Лан, ты… — Я передал тебе слишком много сил, мне придется на некоторое время исчезнуть. — Что?! — воскликнула Цзян Яньли. — Исчезнуть? На сколько? — Год, два, может столетие, — пожал плечами Сань Лан. Столетие… Возможно, она никогда его больше не увидит. Сердце мучительно сжалось. Наплевав на все, она бросилась ему в объятия. — Я так много не успела тебе рассказать, — зашептала она. — Я не рассказала тебе о Цзинь Лине, о своем доме. Я не… Я не рассказала о своей любви к тебе. — Все хорошо, — Сань Лан крепче прижал ее к себе, поглаживая по голове. — Я вернусь. Дождись меня. Цзян Яньли отчаянно мотала головой, захлебываясь в нескончаемых рыданиях. Она безуспешно хватала руками Сань Лана, таявшего в ее объятиях. — Меня зовут Хуа Чэн. Хуа Чэн растаял на ее глазах, обернувшись мириадами серебристых бабочек, взметнувшихся ввысь. Одна из бабочек села на ее руку, прежде, чем улететь с остальными. Цзян Яньли стояла на коленях, смотря на ночное небо и удалявшихся бабочек. — Я дождусь тебя, Хуа Чэн. Серебристые бабочки давно скрылись в небе, но девушка в храме продолжала шептать молитву своему демону.