His little secrets

Очевидно, чтобы испытать запасы его благожелательности, первым на урок зельеварения явился третий курс Гриффиндора совместно с пуффендуйцами. «Великолепная троица» не подвела — Поттер плевался недоверием и презрением, Грейнджер тянула руку по любому вопросу и умничала к месту и не к месту, а младший Уизли просто раздражал своей глупостью и рыжей шевелюрой. К концу урока Снейп практически обрёл своё прежнее я и почти с недоумением вспоминал недавнее происшествие за столом. — Как я мог допустить атаку? — Спрашивал он себя в который уже раз, одновременно пытаясь не упустить ни один ученический огрех. — Ведь она же ещё ребёнок — маленькая девочка с зачатками дара. Но насколько мощными зачатками, — восхищался профессор, параллельно раздавая желчные комментарии и гневные окрики. — Нет, ей нельзя не заниматься, иначе малышка Лили проинспектирует мою голову, как свой шкаф с игрушками, и, выбрав самые яркие воспоминания, просто заберёт их себе в качестве трофеев. Снейп с ужасом представил подобную перспективу, ненадолго, но этого хватило, чтобы ученики начали потихоньку переговариваться, пользуясь его невольным попустительством. Северус встрепенулся и злобно грохнул указкой по столу. — Долгопупс! — Взревел он так, что половина класса повтягивала головы в плечи. — Что я сейчас сказал?! — Вы молчали, профессор Снейп. — Пролепетал несчастный Невилл, оглядываясь по сторонам в поисках хоть какой-нибудь поддержки. — Действительно молчали, профессор. Последние десять минут точно, — поддержал его Гарри, добавив про себя тихим язвительным полушепотом, — что странно и подозрительно. Дабы не ломать и дальше хрупкую детскую психику резкой сменой имиджа, превратившись из надменного злюки в милого молчуна, Снейп остаток урока непрерывно ворчал и цеплялся ко всем по делу и без оного, попутно в скрупулёзных подробностях объясняя сегодняшний материал. К моменту прихода следующих учеников, ими оказались пятикурсники Гриффиндора и Слизерина, Северус был уже достаточно взвинчен, чтобы, рыкнув для острастки, назначить сразу же проверочную работу. — Посмотрим, сколько выветрилось из ваших мозгов за лето? — Съязвил он, раздавая листки и наблюдая, как, постанывая, гриффиндорцы затачивают перья, а слизеринцы снисходительно за ними наблюдают. — Задание касается всех. — Не без удовольствия добавил профессор — он сейчас не делал различий между своими и чужими, карая просто потому, что мог. Эйлин, сев, как всегда, между близнецами, уткнулась в свой лист, неистово что-то там строча и успевая параллельно исправлять работы Фреда и Джорджа. Снейп, удивляясь сам себе, всё же не стал доходить до крайности и не рассадил трио по разным столам — он просто дал каждому из друзей свой вариант набора задач, изменив уже написанное задание. Справедливо решив, что, если талантливая ученица хочет поработать за троих, то, кто он — профессор Снейп — такой, чтобы ей отказать, Северус убил одновременно несколько зайцев. И Эйлин проучил, и близнецов заставил немного поработать головами, ну, хотя бы, чтоб правильно переписать уже для них разжёванное, и собственную душу отвёл, следя, как мучаются над сложными рецептурами зелий юные маги. Получив к концу урока сделанные работы и выдворив радостно гомонящих учеников в коридор, профессор позволил себе немного расслабиться — до обеденного перерыва оставалось всего одно занятие. Правда, увидев, кто на этот раз зашёл в его класс, Северус в очередной раз смиренно вздохнул, готовясь к роли великомученика внутри и злобного клоуна снаружи, поскольку в кабинет во главе разудалой ватаги первокурсников величественно, иначе не назвать, вплыла его рыжеволосая, всё утро эти рыжие, персональная головная боль. Или персональное исцеление от головной боли, её же и вызывающее. Лили, в отличие от других, уже, видимо, предупреждённых старшими товарищами, ребят, улыбнулась учителю, но, пройдя на одно из свободных мест, ничем пока более не выделялась. Так что занятие прошло как обычно на первом уроке первого курса — Снейп запугивал и знакомил с основами зельеварения, дети послушно пугались и основы эти в большинстве своём старательно игнорировали. Хотя почти перед самым обеденным колоколом что-то вдруг изменилось. Дети перестали вертеться по сторонам и начали буквально поедать учителя глазами. Северус, на секунду приспустив маску надменного безразличия, обвёл класс изучающим взглядом, отмечая про себя наиболее внимательные мордашки. Таких, к немалому удивлению профессора, было немало. Снейп присмотрелся ещё внимательнее, а потом прислушался и даже принюхался — ему внезапно показалось, что в воздухе разливались странный запах и очень странная мелодия, отдающая чем-то до боли родным и знакомым. Найдя не менее знакомые зелёные глаза, взглянувшие на учителя с лёгкой хитринкой и тут же ставшие честными-пречестными, мужчина укоризненно покачал головой. — Лили… — прошептал он еле слышно, — спасибо, конечно, но не стоило. — И вам спасибо за урок, профессор Снейп, — уже почти привычно прозвучало прямо в его голове. — Всегда, пожалуйста, — так же безмолвно отозвался Северус. Ему даже стала нравиться эта игра. По крайней мере, она затягивала и отвлекала от постоянно терзающей мозг профессора боли, не говоря уже о том, что сами ситуации, в которых он вдруг оказывался по вине непослушной малышки, влекли его не меньше. Неведомая сила словно связывала их души, их умы, их таланты, образуя в итоге невероятной мощи воздействие на чужие умы. Отпустив класс на перемену, Северус собрал реактивы и, тихо хмыкнув: «Эйлин повезло, что их урок не был последним», — старательно вымыл все использованные ёмкости. *** Всё с тем же странным сочетанием чувств досады и неконтролируемой благодарности, минут двадцать спустя, Снейп вошёл в Большой зал. Ученики, старательно работали ложками, вилками, ножами и челюстями, быстро поглощали содержимое тарелок. — Что-то намечается? Куда они так торопятся? — Мимолётно удивился профессор, принимаясь за свой обед и пытаясь не смотреть слишком пристально на гриффиндорский стол, где сидели сестрёнки Эванс. — Дементоры снова пытались войти на территорию, — ответила на его невысказанный вопрос Минерва Макгонагалл, — и потому Альбус решил сделать им «последнее строгое внушение», так он это назвал. Естественно, студентам каждого из факультетов жутко интересно, что там будет происходить — откуда они узнали, даже не спрашивайте — и все теперь стараются быстрее поесть, чтобы потом будто бы случайно оказаться неподалёку от места «внушения». — Жутко — согласен, — хмыкнул Снейп. — Но интересно…? У них что, чувство самосохранения совсем атрофировалось? — Вы же знаете подростков, — развела руками Макгонагалл, — им, чем страшнее, тем интереснее. Так что, я больше, чем уверена, в окрестностях центральных ворот вскоре будет вся школа. Надо бы проследить, чтоб никто не нарвался на неприятности из-за собственного неуёмного любопытства. Северус согласно кивнул и, наскоро закончив обед, вышел во двор Хогвартса. Ученики, делая вид, что просто дышат свежим воздухом, прохаживались небольшими группками по периметру лужайки перед главным входом, сдвигаясь после каждого круга на метр-два к ограде. Обойдя двор по широкой дуге и незаметно выпустив в сторону скопления студентов пару охранных заклинаний, Северус пересёк окаймляющую луг поросль густых кустарников. На некоторых деревьях одиноко торчащих среди кустов профессор подметил наиболее любопытствующе безбашенных юных волшебников, которые, желая получше разглядеть беседующих с Дамблдором кошмарных созданий, облачённых в длинные черные одеяния с огромными капюшонами, удобно устроились прямо среди раскидистых ветвей. Снейп, взмахнув палочкой, сдул нарушителей вниз. — Минус пятнадцать очков, Гриффиндор, минус десять — Когтевран, ещё трижды по пятнадцать — Гриффиндор, Пуффендуй — десять, Когтевран — десять, Гриффиндор — пятнадцать. — Монотонно перечислил профессор, наслаждаясь каждым штрафом. — Так…! — Он вперил взгляд в обнаруженного слизеринца. — Фрикс! Что вы забыли рядом с этими болванами? — Юноша попытался раствориться в листве, но был пойман и опутан выросшими из веток верёвками. — Вам, я вижу, очень нравится сидеть здесь. — Слизеринец отчаянно замотал головой. — И всё же вам придется пробыть тут до отбоя. — Да, сэр. — Полузадушенно просипел из пут худощавый третьекурсник, сливаясь по цвету с мантией. — И только попробуйте не выполнить домашнее задание или заснуть завтра на уроке. — Пригрозил декан, левитируя пленнику стопку учебников из его сумки, валяющейся в корнях дерева, и освобождая ученику голову и руки по локоть. — Что у вас после обеда? Трансфигурация. Чудесно, отсюда вам будет прекрасно слышен голос профессора Макгонагалл. Я попрошу её открыть окно. Удовлетворённо осклабившись в ответ на страдальческий вздох проштрафившегося ученика и проследив взглядом за быстро удирающими студентами других факультетов, Северус прошёл ещё немного вглубь леса и, расположившись чуть в стороне от центральных ворот, принялся неторопливо наблюдать. Затылком он ощущал недовольные взгляды учеников, а боковым зрением ловил столь же раздосадованные — дементоров. Пока ситуация его вполне устраивала. Когда Дамблдор практически договорился со своими собеседниками, сумрачно выстроившимися метров на двадцать вдоль стены, ограждающей территорию Хогвартса, и дементоры, пожирающие голодными взглядами недоступную для них сейчас добычу, уже почти расходились, Снейп заметил нескольких, особо отчаянных или особо безбашенных, юных волшебников. Студенты, на вид второкурсники, подначивая друг друга и, по-видимому, не до конца осознавая степень опасности, исходящую от жутких существ, раз те так легко подчинились директору, пытались залезть непосредственно на стену ограждения. Близость двух учителей их, вероятно, тоже не пугала, а, напротив, придавала дополнительной остроты ощущений. Создания в капюшонах, жадно втянув воздух, дружно поворотились в сторону нарушения границы. Ругнувшись сквозь зубы, Северус короткими взмахами палочки снял неуёмных остолопов с ограды и, привязав их к ближайшим деревьям, приложил повелительно палец к губам. Студенты испуганно смолкли, вжимаясь спинами в шершавые стволы и тараща виноватые глаза на профессора. Чёрные тени проплыли вдоль стены, пытаясь обнаружить ускользнувший источник столь желанных эмоциональных лакомств, но под грозным взором Дамблдора, нехотя вернулись обратно и разочарованно удалились вглубь окружающего Хогвартс леса. Побледневшие и слегка замёрзшие пленники обратили на профессора умоляюще негодующие взоры. Чуть приподняв бровь и меланхолично оглядев студентов, Снейп развернулся к ним спиной, бросив небрежно: — Три недели отработки каждому. Вернусь к закату, если вы, конечно, до него доживёте. Ваши приключения на сегодня закончены. Мои, надеюсь, тоже. После чего, послав незаметно в сторону учеников защитную сферу, окружившую их прозрачным чуть зеленоватым куполом, тут же слившимся с листвой, зашагал в сторону замка, намереваясь хоть немного отдохнуть перед следующими занятиями. Но дойти без приключений до своего кабинета ему всё же не удалось. Уже спускаясь в подземелья, Северус вдруг уловил отголосок мгновенной ментальной вспышки отчётливо алого цвета. Заинтересованно прислушавшись, он ощутил неясную, но вполне осязаемую тревожную нотку, повторяющуюся с нарастающей периодичностью. Стремительно выскочив во двор, Снейп повёл головой, определяя направление, и уверенно зашагал в сторону озера. Через некоторое время он уже не шел, а бежал, пугая встречаемых по пути студентов глухим клокочущим рыком, если те не торопились уступить ему тропу. Тревожные нотки ощутимо отдавали багрянцем и звучали почти на грани ультразвука, когда, проломившись сквозь последние кусты, профессор выскочил к берегу. Происходящее там заставило его на миг, не больше, оцепенеть, восхищённо и ошарашено взирая, как маленькая Лили отважно противостоит трём огромным дементорам, заслоняя собой испуганных однокурсниц. Разливающееся вокруг девочек голубое сияние уже начинало лиловеть и гаснуть, но пока ещё весьма эффективно сдерживало наступающего противника. Рыжая воительница, правда, находилась почти на грани обморока, но упрямо стояла, вперив немигающий взгляд в глубины черных капюшонов. Встряхнувшись, Снейп мгновенно послал в дементоров заклинание патронуса, одновременно подхватывая на руки теряющую создание Лили и заслоняя собой её подруг. — Быстро назад! — Прошипел он, оттесняя девочек к тропинке. — К мадам Помфри! К профессору Макгонагалл! К Мерлину в пекло! Куда-нибудь, куда сами найдете, только быстрее. Для убедительности мужчина подтолкнул остолбеневших от ужаса девчушек заклинанием. Те, придя в себя, то ли от окрика и толчка, то ли от вида уносящихся прочь страшных созданий, преследуемых ослепительным лучом, напоминающим формой косулю, прыснули по тропинке к видневшемуся на холме замку, размазывая на бегу льющиеся по щекам слёзы. А Северус смог, наконец, уделить внимание обвисшей на его руках смертельно бледной малышке. Поместив Лили на скинутый с плеч плащ и вложив ей в рот кусочек завалявшегося в кармане сюртука неизвестно с каких времён шоколада, мужчина провёл над девочкой сперва руками, а потом и палочкой, одновременно диагностируя и латая обнаруженные ментальные дыры. Когда её щёки слегка порозовели, Снейп вновь подхватил бессознательное невесомое тело и, закутав Лили в плащ, устремился к Хогвартсу. Навстречу уже спешили мадам Помфри и Минерва Макгонагалл, но Северус, отмахнувшись от обеих профессоров, пролетел через весь холл ко входу в подземелья. — Позовите Эйлин Эванс, — бросил он, чуть обернувшись, — больше никого.