Сборник всякого интересного

Склеп. Темнота. Запах затхлости. Старости. Заброшенности. И не было там ни одной щели, трещины или дыры, где мог гулять ветер или бежать дикий ручей дождевой воды. Квадратные валуны возводили стены из которых не было выхода, только вход. И посреди тьмы тихо потрескивали старые факела. Настолько старые, что они уже стали частью стены и держателей. Неизменно горя и служа этому проклятому, пропахшему железом месту. Там же гордо стояла семья. Царственная семья. Вождь, его царица, их дети. Из года в год они несли это бремя. Из года в год они защищали и берегом свой титул. Из года в год, они оставались на троне. И позади них не было дверей. Окон. Лестниц. Часам не нужно было тикать и бить в колокола, чтобы начать очередную торжественную ночь. Только они. И только все те, кто претендовал на их роль ранее. Пыхтение, крики, ворчание, возгласы. Слёзы, стоны, хныканье. Всё это сменяет друг друга, стоит сотням голых, ободранных ног волочиться по каменному полу. Обдирая гнилую плоть. Протирая и так стёртые кости. Суставы. Хруст, щёлканье. Мутные больные глаза. Давно мёртвые. Из года в год, достойные остаются на своих местах. Из года в год, только способные удерживают титул. Из года в год, только не многие могут нести тайну жуткого склепа. Здоровую плоть раздирают, снимая живьём. Кости ломают, выворачивают из суставов. Глаза выкалывают пальцами, уродливыми ногтями. Отрывают уши со скальпом и откусывают зубы. Ломают пальцы, вытаскивают органы. Победа над десятком бессмертных не оправдала себя. Крики ужаса затихают. Тихо. Совсем тихо. Факелы гаснут. До нового претендента. До нового избранного. Шурша, подобно крысе. Но и те не водились в этом месте. Дети жмутся к стенам. В тряпках, босые, чумазые. Давно в песке. Давно вдвоём, тихо плача и глядя во тьму. Скоро настанет и их черед. Из года в год, никто не знает, что год им несёт. Из года в год, склеп молчит. Факелы тухнут. Чтобы поступь молодых ног снова зажгла их. Милое дитя. Чумазое, милое, наивное дитя. Хмуря брови и уверенно глядя. Поправляя тёмные волосы за ухо. Милое, глупое дитя. Вот и настал твой черёд, впиваться зубами в мёртвую плоть, грызть глотки, подобная тем, кто проиграл в этой битве. Тем, кто потерял право иметь титул. Вот и настало твоё время упиваться гнилой кровью. Кусая когда-то родную и любящую руку.