Nightingale

      Антон честно пытался поступить. Сказали не хватает личного желания. Антон с этим был крайне не согласен, но с вполне спокойной душой решил пока найти работу, раз не сложилось.       — Ну и пожалуйста… ну и очень то мне нужно… — задумчиво прошептал Шастун, идя по мостовой и пиная камушки. Всё же было обидно.       Он в Питере, без денег, без учёбы, без знакомых и без жилья. Мать будет не в восторге от подобной новости, да и вернуться обратно ему не позволит совесть. Антон шел, глядя себе под ноги настолько задумчиво, что умудрился задеть ногой объявление и рухнуть вместе с ним. Пыльный тротуар неумолимо приближался к лицу, но Шаст успел подставить руки.       — Грёбаный штендер!.. откуда я вообще знаю это слово?! Сука! Блять! Ёбаная… — он валялся на асфальте, обхватив руками ушибленное колено.       Когда боль немного прошла, он, не открывая глаз, раскинул руки и ноги, оставаясь лежать в форме звёзды на земле. Это была тихая улочка вдоль черт знает какого канала, и никто тут не ходил, значит мешать он никому не будет. Вставать не хотелось, какое-то чувство обречённости нахлынуло, заставляя почувствовать слезинку, которая пробилась сквозь закрытые глаза и побежала по виску к уху.       — Хей, ты в порядке? — послышался мягкий женский голос откуда-то сверху.       Антон резко сел, вытирая рукавом висок. Из-за резкого подъёма, в глазах потемнело, так что он остался сидеть с закрытыми глазами.       — Я не… вы тут давно стоите?.. — спросил он, повернувшись на голос.       — Ты уронил мой баннер…       — Ох, простите! — перебил Шастун, подскакивая с земли и быстро исправляя последствия погрома.       Женщина засмеялась.       — Я услышала звон, да вот только теперь понять не могу, это от тебя или от цепей на этой штуковине… не хочешь зайти? — Антон тихо рассмеялся и наконец-то осмотрелся. Рядом с ним была небольшая, но очень красивая и опрятная кофейня «Соловей». В дверях стояла симпатичная молодая женщина. Она была худая, с круглым и приветливым лицом, длинные волосы были убраны в высокий хвост. В общем весь её образ вызывал какое-то доверие и будто притягивал, заставляя улыбнуться в ответ.       — Зайти?.. простите, у меня совсем нет денег, — на эти слова женщина приподняла брови и указала на баннер, который Антон самолично уронил пару минут назад; «требуется работник» - гласила она. Если это не судьба, то что?       Женщину звали Лейсан, у неё был муж Павел, ему и принадлежала эта кофейня. Вопрос с работой решился сам собой вследствие разговора с этой прекрасной дамой, излучающей добро. Как только она узнала, что бедному мальчику ещё и жить негде, Антон честно пытался не давить на жалость, ему предложили небольшую мансарду в этом же доме. Она использовалась как склад, однако половину барахла можно было выкинуть, а вторую половину перетащить на первый этаж, в подсобку кафе. И вот ещё полчаса назад Шатсун думал, что ему делать и как вообще жить, а теперь у него есть небольшой аванс, чтобы купить хотя бы гречки, работа и маленькая, но уютная квартирка. Идеально? Антон готов был прыгать от счастья.       На энергии от своего счастья он полдня бегал с шестого этажа на первый и обратно, таская всякий хлам под руководством Лейсан, хотя пару вещей он всё же оставил себе. Дом, в котором поселился Антон, был старый, и парадная была безумно красивой, в такой даже курить было как-то стыдно. Вход в неё был со двора, там же стоял огромный мусорный бак, который вывозился через арку в соседнем дворе. Вся эта возня с перетаскиванием вещей и уборкой в этой пыльной однокомнатной квартире тянулась до позднего вечера. Только в десять часов Шаснун позволил себе рухнуть на матрас и выдохнуть. Всё болело, но он был рад, это была его первая квартира. В единственной комнате, которая была и спальней, и гостиной, на скошенном потолке было окно, Антон был уверен, что со своим ростом сможет без особых трудностей со стула залезть. Это было очень круто. Он так и уснул в одежде и с телефоном в руках, Шаст собирался позвонить матери.       Уже следующее утро было рабочим, но на что-то жаловаться было просто глупо, Шаст собирался выложиться на все сто, чтобы Лейсан не пожалела о своём добром поступке. Эта неделя должна была быть пробным сроком, в конце недели он встретится с Павлом, и там уже будет решаться, останется он работать или нет. Милая девушка по имени Ира быстро объяснила Антону, что где лежит и как работает. Первые полдня он скорее наблюдал за тем, что она делает, а вот с четырёх до восьми он остался один. Это было странно и, как думал Антон, так не должно было быть, Ира судя по всему решила просто свалить по раньше.       — Тош, ты главное не воруй и не сломай ничего, в остальном всё просто, а мне пора! — сказала она и упорхала даже не в закат.       На самом деле людей было немного, заходили где-то раз в полчаса, но для первого дня работы было очень напряжно. Так что к концу вечера Антон был очень нервным, к тому же за это время он выходил лишь раз покурить. Поэтому компания молодых людей за час до закрытия вообще не радовала.       — Да что за хуйня!..– ворчал Антон, стоя за кассой, кусая ногти и сверля взглядом одно из компании. — Они тут уже тридцать минут сидят! Суки…       За дальним столиком сидело пять человек, единственным, кто сидел к Шастуну лицом, был голубоглазый парень, самый громкий и весёлый из всех, заводила компании. Вот его Антон и сверлил взглядом. Парень заметил это сразу, так как то и дело бросал на него взгляды, но долго игнорировал. Первым сдался Шаст в этих гляделках. Натянув улыбку и сложив руки на груди, он подошёл к компании.       — Ребят, мы не в баре, вы собираетесь?.. — двумя пальцами, будто ногами, он прошёлся по воздуху к выходу.       — Молодой человек, как вам не стыдно выпроваживать постоянных посетителей! А где Ирочка? Обычно она тут на кассе, а вы, я смотрю, новое лицо. Я Арсений Попов, — улыбнулся этот голубоглазый и протянул руку.       — А вот Иры нет, я за неё, — Шастун показал пальцем на бейджик с недовольным и уставшим тоном в речи, но улыбка оставалась. Руку этого Попова он проигнорировал. — Антон. Кофейня скоро закрывается вы собираетесь…       — А если мы доплатим? Ну, можно мы ещё немного посидим?.. и ты к нам присоединяйся, а то стоишь там, локти кусаешь, — Арсений добродушно улыбнулся, но это почему-то очень взбесило Антона, хотя от денег отказываться было непростительным грехом в его положении.       — Ничего я не кусаю! С каждого по сотке за дополнительные полчаса. Если об этом узнает начальство… — Антон нахмурился, глядя себе на кеды.       — Фига ты придумал! — удивился бородач, который сидел рядом с Арсением. — Не хило ты устроился…       — Да ладно тебе, Серёж, всего двести рублей! — рассмеялся кто-то из компании.       После небольшого обсуждения в кармане Антона была тысяча и, развернув стул спинкой к столу, он присоединился к компании, делать всё равно было нечего. Он узнал, что ребята празднуют удачно отыгранный спектакль Арсения, Стаса и Артёма, остальные два парня, бородатый Серёжа и Олег, были просто группой поддержки. На вопрос почему не в баре, оказалось, что половина компании трезвенники, завтра всем им на работу, и эта кофейня просто на просто находится рядом. Антон просто слушал, узнавая много интересного, было весело, и его настроение даже немного поднялось, но позволить себе выйти покурить и оставить эту компанию наедине с кофейней он не мог. Просидели, как и обещали, час, ну может чуть больше и стали расходится.       — Антон, может я тебе чем-нибудь помогу? Из-за меня ты задержался на работе как никак… — улыбнулся Арсений.       Шастун задумчиво посмотрел на него, снимая рабочий фартук. Этот парень вроде сначала бесил его, но сейчас Антон понимал, что просто устал, да и повод у компании был.       — Я не против, но сначала покурим. Ужасно хочется. На улице было тепло и ещё светло, что удивило Антона. Он молча прикурил сигарету и посмотрел на небо, оно было всё ещё голубое, но звёзды и луна забавно висели на нём.       — Так странно, восемь часов, а ещё светло… Арсений, куришь? –Шаст протянул пачку в предлагающем жесте. Попов неловко рассмеялся.       — В общем-то не курю, но сегодня не откажусь, — он вытащил сигарету на секунду засмотревшись на руку Антона. — Можно огоньку?.. Друзья зовут меня Арсом, так что, если тебе будет удобнее, можешь говорить так, но только не Сеня, пожалуйста. Ты недавно переехал?       — Пару дней назад. Собирался поступать, но… не срослось в общем, — Антон убрал пачку и зажигалку, смотря на небо. — Наверное классно быть местным… видеть такое каждый год.       — Прости, ты думаешь я местный? –Арс повернулся на собеседника, подняв глаза к его лицу.       — А разве… сорян, ты просто такой… питерский. Хах, не знаю, как это объяснить… — Антон бросил взгляд на Арсения и снова стал считать звёзды.       — Я чуть больше года назад переехал сюда и тут же влюбился. В город. Он сильно отличается от других, — молодой человек развёл руками, не находя слов, чтобы выразить свои эмоции. В его голосе слышалась улыбка. — У тебя столько колец и браслетов, у них есть какой-то смысл?       — Не, это просто безделушки. Красивые и звенят классно, — Антон потряс рукой, создавая характерный звук цепей.       Арсений засмеялся и из-за этого подавился дымом, начиная после ещё сильнее смеяться. Антон спросил про театр и, пока Попов эмоционально об этом рассказывал, они докурили и даже начали убираться.       — Ты извини, что я вас сегодня так злобно выгонять начал… просто первый день работаю, нервный и уставший… — протирая поверхности за кассой сказал Антон, не поднимая глаз. Арсений удивлённо поднял глаза.       — Я… даже не думал об этом. Всё нормально, ты правильно повёл себя, это мне извиняться надо, но я не буду. Я за это заплатил, — Антон рассмеялся. Вся уборка заняла где-то час, может больше, но за разговором время проскочило совсем незаметно.Шаст закрыл магазин и завязав рубашку на поясе сел на корточки, снова закуривая.       — Спасибо за помощь, но в следующий раз, Арсений Попов, я на ваши красивые глазки не поведусь и выгоню вовремя! — Антон усмехнулся и помахал рукой на прощание, провожая актёра взглядом.       Стоило тому скрыться за поворотом, у Шаста зазвонил телефон, и на экране высветилось «МАМА». Где-то полчаса он сидел во дворе на качелях, медленно качаясь и объясняя матери, что он живой и вообще всё у него отлично, не считая той мелочи, что он не поступил. Успокоить женщину вышло, так что, перешагивая все ступеньки, он поднялся домой, открыл окно и со вздохом лёг на матрас, прикрывая глаза. В голове мешались мысли и воспоминания за сегодня, в один момент в мыслях, будто фотография, появились два ярко голубых улыбающихся глаза. Антон открыл глаза и перевернулся на бок. Наверное стоило попросить страничку в вк этого Арсения, он весёлый, и можно было бы попробовать попросить бесплатный билетик… Шаст не особо расстроился, этот парень несколько раз повторял, что он постоянный посетитель, когда-нибудь они увидятся.