Нарисуйте смайлик на моём стакане

Кляксами круги Расплылись под глазами, Здесь никого нет. И некуда идти, Среди холодных зданий Ненужный человек.

Этот день не был похож ни на один из предыдущей череды серых будней. По крайней мере, сейчас казалось, что всё в порядке, что придя домой не прийдётся колоть снотворное, чтобы забыть о сегодняшнем дне, как о страшном сне. Сегодня был тот самый единственный день в месяце, в который Арсений мог почувствовать себя нужным-день зарплаты. Да, сумма была не очень большой, но только она могла дать мужчине те эмоции, которые он не мог получать в полной мере. Я знаю, вы сейчас подумали о каких-нибудь лёгких наркотиках или о тяжелых спиртных напитках и прочих средствах для удаления от реальности. Но, к счастью, эти догадки ошибочны. Единственным источником радости Арсения уже 8 лет был маленький ребёнок. — Пап, а почему мы так редко видимся? — наконец прервала тишину маленькая Кьяра, — Это из-за мамы, да? В глазах мужчины можно было заметить почти невидимый блеск… Он не знал, как объяснить дочери. — Солнышко, ты же знаешь — Арс замолчал, не зная, какие подобрать слова. Это был не первый такой разговор, — Ты же знаешь, мама очень волнуется, когда тебя нет дома. Поэтому тебе нельзя долго быть со мной… она же испугается. А ты вон какая смелая девочка, если что защитишь её! Верно, малышка? — Да, папочка! — гордо произнёс ребёнок. Мышцы лица Арсения слегка расслабились. И хоть он знал, что тема не закрыта, но сейчас ему точно не придётся портить день дочери. Мужчина старался сделать всё, чтобы Кьяра была сегодня счастлива. Нет, даже не так, он всегда старался сделать всё для счастья этого маленького солнца. Однако сегодня Арс старался сильнее прежнего: катания на машинках, поход в кино, огромное ведро попкорна, добрая половина которого оказалась на полу, затем поход в кафе и на десерт кофе из Старбакса. Арсений покупал его только в случаях, когда действительно хотел кого-то порадовать, и Кьяре он всегда его брал. А сейчас они вдвоём шли по парку, обходя шумных подростков, собачников и спортсменов. Арс чувствовал, что счастлив, что сейчас, шлёпая по лужам в зимних ботинках, уже явно не подходящих по сезону, держа руку ребёнка крепко-крепко, чтобы защитить от всего, от всех, он был намного счастливее всех тех богачей, которые имеют все бриллианты мира. — Пап, может закажем пиццу? — детский нежный голосок прервал мысли мужчины. — Да, доченька, конечно! Но потом мы с тобой на такси поедем к маме, она скучает, — Арс в последнюю очередь хотел сейчас расставаться с дочерью, но он и сам понимал, что не сможет оставить ребёнка у себя, испортив девочке жизнь. — Хорошо, папуль, тогда возьмём самую большую, чтобы хватило всем: и маме, и Саше, и… -Кьяра на секунду замолчала, — и дяде Толе, — на выдохе произнесла она. Мужчина не хотел слышать ни о каком дяде Толе, но не стал перечить дочери.

***

Купив самую большую «Пеперони», Арсений ехал по опротивевшей дороге, держа на руках малышку и обнимая её. Он знал, что ещё месяц не увидит эти чудесные нежно-голубые глаза, ещё не помутневшие от разочарований вокруг себя. Отец хотел сохранить этот момент. Просто замереть, оставив его в памяти навсегда, но, к сожалению, это не работает… Всё как в тумане И вот Арсений уже один уезжает от отвратительного дома, вид которого напоминал о многом. Мужчина ехал домой, зная, что на карте осталось 5000 рублей, 5000 на месяц…