Восемь точек зрения........

Двадцатое марта. День, который в моем личном календаре ярко выделен красным. Этому есть три логичных объяснения: во-первых, двадцатое марта – день моего рождения, а во-вторых, это также годовщина (в этом году уже пятая) моего ухода из агентства и начала работы в роли частного детектива. Признаюсь, если анализировать по отдельности каждый аспект моей жизни, то данное решение окажется одной из лучших ее частей. Так я начал зарабатывать почти вдвое больше моего изначального дохода, избавился от посторонних факторов, мешавших мне концентрироваться, а также получил полную власть над процессом и его результатом. Я ни на секунду не пожалел об увольнении по собственному желанию. Последняя же причина отнести этот день к числу знаменательных появилась неожиданно и, по моему личному мнению, носила не самый позитивный характер. Утро началось довольно обыденно – с чашки крепкого кофе и научной передачи по радио. Через открытую форточку тянул холодный воздух, с улицы доносились крики детей, радующихся первому дню весенних каникул. Справа от меня шумел холодильник с огромным количеством списков и старых заметок, прикрепленных с помощью магнитов. Когда в прихожей щелкнул замок, я не обратил на это внимание. Сейчас восемь утра, а в это время по субботам возвращается из магазина мой стажер. Дверь приоткрылась и, зайдя в комнату, тот тихо пробормотал: – Почту принесли. – Что-нибудь необычное? – Ммм... Нет, не думаю – Зонтик в свободной серой футболке и мешковатых джинсах опустил пакет с продуктами на стол, перебирая конверты – Коммунальные услуги, старые винтажные открытки... Вот, кстати, утренняя газета и пачка сигарет, как ты просил. Так, это за электричество, это за воду. А это письмо от кого? Нечитайло? Это что, кто-то из бывших клиентов? – Не помню, проверь в книжке. Парень вздохнул, оперся рукой о холодильник, вскрывая желтоватый конверт, пока я потянулся за зажигалкой к ящику под раковиной. – «Уважаемому детективу Куромаку...» Хах, точно не из бывших. Ладно, пропустим все формальности. – Что там? – спросил я, выпуская клуб дыма в сторону окна. – Фу, Маку, не кури на кухне, пожалуйста. Что, если пожар начнется? – Если начнется пожар, мы вызовем службу спасения, и предпримем все меры предосторожности. Что пишет этот Нечитайло? – Просит раскрыть убийство его брата. Говорит, ты – его последняя надежда. – Обстоятельства дела? – Почти все детали опущены. Однако, похоже произошло это вдали от всей возможной цивилизации... Я даже мест таких не знаю. Но зато плата действительно высокая... Для нашей организации. – Не интересно – отрезал я и встал из-за стола, чтобы открыть окно. Зонтик вздрогнул так, что уронил письмо. Иногда он бывает таким пугливым и неуклюжим, что люди впадают в нервный шок, когда узнают, чем он занимается. Меня это всегда забавляло. Это же нужно уметь до смерти бояться темноты и громких звуков, но при этом учиться на детектива и совершенно спокойно проходить практику в морге. Помню даже, как однажды застал его разговаривающим с остывшим трупом нашей старой соседки. Она долго болела и в один день мы нашли ее, лежащей в собственной квартире. Было немного странно, я сразу вспомнил, как преподаватели из его университета предупреждали меня о его «наклонностях». Жаль его на самом деле. Большая часть психологических проблем появляется еще в детстве, и, как в случае с Зонтиком, сохраняется до двадцати трех. Вместе со всеми тараканами в голове... – Что значит «не интересно»? – Перефразирую. На данный момент меня не привлекают мелкие дела подобного характера. – Куромаку! Это первое предложение работы в этом месяце. Из адекватных по крайней мере. И если ты забыл, это всего лишь одно письмо из девяти. Остальные – счета. – И что? – Перефразирую. Маку, у нас денег нет. Нам аренду платить нечем. Последнюю неделю мы живем на мою стипендию. Быть детективом, особенно частным, в наше время совсем не выгодно, этим только чудаки занимаются, а его помощником – еще хуже. И если ты будешь вести себя, как Шерлок Холмс недоделанный, в конце концов, мы оба окажемся на улице – казалось, Зонтик вот-вот либо сорвется на агрессивный крик либо расплачется. А может и все сразу. – Шерлок Холмс – не существующий в реальном мире, выдуманный персонаж из художественного литературного произведения Артура Конан-Дойля. И, между прочим, «дедукция», которой регулярно пользовался этот персонаж, имеет в словарях совершенно иное лексическое значение. На самом же деле, его метод раскрытия преступлений был ближе к индуктивному – монотонно пояснил я, но глянув на наполнившиеся слезами глаза стажера, добавил – Ладно, прости, виноват. Собери, пожалуйста, все необходимые вещи недели на две, а я пока пробью адрес места преступления и расписание поездов до этой глуши... Зонтик улыбнулся, смахнул с глаз слезы, отобрал у меня сигарету и, потушив ее о стопку использованных контрактов на подоконнике, прыжками убежал в комнату. – И принеси мне ноутбук. Он под кроватью, рядом с коробкой отмычек и пакетом Макдональдса – я сделал еще один глоток кофе, достал записную книжку, ручку и ровным почерком вывел на новой странице: «Мое дело №100. Убийство среди лесов». – Может и выгода неплохая будет. Все-таки юбилейное...