В чрезвычайных обстоятельствах

Имс лежал и кусал губы. Артур заснул так быстро, что он не успел отреагировать должным образом, и теперь был вынужден наблюдать за спящим координатором, неудовлетворенный и несчастный. А ведь был такой шанс, и Артур был так очарователен в своей беспомощности. Имитатор вспоминал его горячее дыхание, и дрожавшие пальцы, и тоскливый взгляд…, но момент был безвозвратно упущен. Заложив руки за голову, Имс смотрел в потолок и думал о том, как это они умудрились оказаться в таком дерьме. Еще недавно все было хорошо, и он почти наладил отношения с Артуром… Ну, возможно, почти — cлишком громкое слово, но, во всяком случае, он собирался их наладить, пока не вмешался Кобб. В последнее время все его идеи оказывались весьма неудачными. А сейчас они вдвоем застряли в каком-то богом забытом месте, преследуемые и плохо вооруженные; Артур ко всему прочему обзавелся дыркой в боку. Мысли Имса вновь вернулись к координатору. Что ж, ситуация с ним оказалась вовсе не такой безнадежной — уж кто-кто, а имитатор прекрасно знал о чудесных свойствах алкоголя, заставляющего объектов его работы выкладывать все, что у них на уме. Пусть даже эти мысли спрятаны очень глубоко. Имс перевернулся на бок. Ну и черт с ним. Куда больше ему хотелось быть вместе с живым и здоровым Артуром, находящимся в твердой памяти, — это сразу прибавило бы его победе гораздо больше очков, ведь разве можно хвастаться, когда твой трофей находится практически в бессознательном состоянии. Имитатор зажмурился и представил Артура в одной рубашке, потом без рубашки; тепло его тела и стон. Стон. Имс вскочил. Артур смотрел прямо на него, но его покрасневшие глаза то и дело закрывались. — Имс? — промямлил он, и на его лице вдруг появилась совершенно нехарактерная улыбка. Он протянул имитатору руку — и тот схватил его пальцы: сухие, горячие и удивительно мягкие. Координатор слабо пошевелился и облизнул губы, елозя щекой по сбившейся простыни. – Имс, — повторил он настойчивее, почти капризно, и имитатор бессознательно погладил его по обнажившемуся предплечью, а потом решительно сбросил с него одеяло. — Имс, что ты делаешь? — спросил Артур с каким-то странным смешком. – Ай! — вскрикнул он, когда имитатор содрал с его раны бинт. Имс не нашел признаков заражения, однако надеяться на то, что все пройдет гладко, было глупо. — Поднимайся, — сказал он твердо. — Чем быстрее мы отсюда уйдем, тем меньше остается шансов на то, что нас найдут. Кроме того, я не хочу, чтобы твои мозги сварились всмятку. Артур вставал долго и медленно, пока Имс не схватил его под мышки и не поставил на ноги одним мягким рывком. В порванной одежде, с растрепанными волосами и слезящимися глазами координатор выглядел настолько непривычно, что имитатор с трудом удержался от того, чтобы сфотографировать его на телефон. Свежий уличный воздух, очевидно, начал приводить Артура в себя, потому что он вдруг выдрал свою ладонь из имсовой и требовательно спросил: — Имс? Имитатор слышал свое имя уже много раз за это утро, но сейчас оно отдавало металлом, было жестким и угловатым. Совсем непохожим на то мягкое и почти нежное «Имс», сорвавшееся с языка координатора всего около часа назад. Он огляделся. — Ну что, Арти, готов посмотреть, как я второй раз буду изображать профессионального угонщика? Артур закатил глаза, и Имс уже готов был услышать что-то вроде «не называй меня так», но вместо этого координатор сказал: — Перестань рисоваться, потому что я сейчас вырублюсь. Он выполнил свое обещание ровно через пять секунд.