Дорогой Зла

Осень 1994 года. Лондон, Министерство Магии.

Тонкс просто не находила слов. Эти… Эти!!!... Она стояла у выхода одного из залов в глубинах Министерства, приходя в себя после… «совещания». И глубоко дышала, как её учил покойный Аластор Муди. Вдох. Выдох. Размеренно, в определенном ритме. Дыхательная гимнастика из арсенала китайских волшебников, позволяющая как минимум привести мысли в порядок и не поубивать окружающих. А ведь очень хотелось! Она, будто сомнамбула, добралась до каминного зала Министерства, встала в камин, кинула Летучего пороха и назвала первый попавшийся адрес из списка «конспиративных квартир», оставленных еще покойным наставником - так эти неприметные комнатушки и подсобки называл сам Аластор Муди, пока был жив. Тонкс уже почти на автомате следовала параноидальной схеме перемещения, что вбил в свое время в её голову Муди. Каминная телепортация, переход под иллюзией в соседний дом, снова камин, потом аппарация, перебежка, новый камин… В их с Северусом дом в Хогсмиде она ввалилась спустя где-то минут сорок таких скачков. И все эти сорок минут она не прекращала думать. «Совещание», ну как же… Скорее, это было больше похоже на самое настоящее судилище, вкупе со служебным разносом и выговором! И ладно бы, все это устроили Скримджер и Бруствер – в конце концов, они были её начальством, имеющим право стукать подчиненных по голове за косяки настоящие и мнимые. Но какого Мордреда там сидели эти двое министерских паркетных шаркунов: Долорес Амбридж и Пий Толстоватый, её подпевала?! Тонкс металась по кухне, будто тигрица в клетке, цвет её волос менялся в совершенно диком диапазоне: настолько она была на взводе! Она и раньше бывала свидетельницей нарочитой несправедливости Министерской бюрократии, но впервые столкнулась с этим лично. И её это неимоверно взбесило! - Тонкс, - донесся до неё спокойный голос. Остановившись, девушка-метаморф резко развернулась и… встретилась глазами с насмешливым взглядом Снейпа. Точнее, его лицо было как обычно спокойно-надменным. Но уж жена всегда сумеет распознать истинные эмоции мужа! Если она хорошая жена, конечно. А Тонкс полагала себя таковой. И потому совершенно точно знала: мордредов Северус Снейп в данный конкретный момент откровенно забавляется её метаниями! - Ты прямо наслаждаешься моим унижением, да?! – неосознанно рявкнула она. И тут же смущенно умолкла – больно уж агрессивно и неадекватно прозвучало. Но Северус ничуть не обиделся. Лишь отхлебнул своего неизменно черного кофе и перелистнул «Еженедельный Пророк», что читал до этого. - Унижение? Возможно. И то не точно. А вот насчет «наслаждаешься» - уже перебор. Я бы не стал «наслаждаться» унижением близкого человека, - спокойно проговорил он. От этих слов Тонкс смутилась и невольно залилась краской. А Северус продолжил: – Скорей уж, не совсем понятно, с чего ты вдруг так взбесилась? - Но!... Ведь они!... Да они!... – не сразу смогла сформулировать свою мысль девушка – настолько возмущение захлестнуло её. - Наверное, мне стоит уточнить свою фразу, - вздохнул Северус, откладывая газету. – Сама ситуация, когда подпевалы Министра, эти бесполезные лизоблюды, лезут в дела Аврората, мешая тебе и остальным мракоборцам работать, в угоду собственным подковерным играм – действительно возмутительна и неадекватна. Но чего беситься-то? – пожал он плечами. – Изначально было понятно, чем это все обернется. - Но… как же?... – немного растерялась Тонкс. – После Чемпионата только и разговоров, что о повышении безопасности! А тут – подозрительные ритуалы, которые проводились уже несколько лет. И неизвестные темные маги, что бродят вокруг Гарри Поттера! Да они просто обязаны были выслушать меня и начать расследование! - Нимфадора, - с усмешкой покачал головой Снейп, с наслаждением глядя, как растерянное выражение на лице жены сменяется опасным прищуром. Ему нравилось её подкалывать – тогда её мордашка приобретала совершенно умилительное выражение. – Скажи, что, по-твоему, заботит Фаджа и его шайку прилипал больше всего в данный момент? - Э-э… Безопасность британских волшебников и прибывших на Турнир гостей? – неуверенно проговорила она. Так, будто сама в это не верила. - Нет. Точнее, это далеко не на первом месте, - снова усмехнулся и покачал головой Северус. – Больше всего их беспокоит одно: сохранение собственной власти. - Что?! – Тонкс поначалу решила, что ослышалась. Или её муж просто шутит. Но он был полностью серьезен. - Фадж и его команда при власти уже шестнадцать лет. Четыре года из них Корнелиус занимает пост Министра. Тебе напомнить, что начнется в следующем году, после окончания Турнира Трех Волшебников? – чуть наклонил он голову вбок, глядя на Тонкс. - Точно! – ударила она кулачком в ладонь. – Выборы! - Именно, - кивнул Снейп. – Фадж, Амбридж и прочие уже привыкли к своим креслам, укоренились в них, обросли знакомствами и связями – в том числе коррупционными. При прошлом Министре Багнолд они сработались как единая команда, переплелись между собой, оказались повязанными множеством нелицеприятных делишек. То, что Фадж стал новым Министром – лишь закономерный итог их устремлений. Они почувствовали вкус власти и богатства, что она дает! И очень рискуют все это потерять в том случае, если грядущие выборы пройдут не в их пользу. Понимаешь, о чем я? - Ну, да, - неуверенно качнула головой Тонкс. – Обычно при смене Министра меняется и вся администрация, назначаются новые главы департаментов, все обновляется… а после становления Фаджа Министром вся администрация осталась прежней! – изумленно вскинула брови девушка. - Именно, - кивнул зельевар. – Суть народовластия, в идеале – это постоянное обновление. Не дать одному человеку, или группе людей, сидеть во власти больше оговоренного срока. Потому что если такое происходит, эти люди очень быстро забывают – ДЛЯ ЧЕГО они были поставлены на высшие посты. Они забывают, что народ выбрал их не просто потому, что они имеют на это некое незыблемое право, а для того, чтобы они делали жизнь народа лучше. Ну или хотя бы не хуже. - Ты прям сейчас на какого-то янки похож, вещающего с трибуны про демократию, - прыснула Тонкс, глядя на задумчивого мужа. - Это так, рассуждения на досуге. Частенько сталкивался с тем же, что и ты сегодня, - поморщился он. – Ну и… наболело немного. - А мне говоришь: «не бесись», - буркнула девушка, присаживаясь рядом с мужем и позволяя ему приобнять себя. – А сам? - Так я и не бешусь, - пожал плечами тот. – Я спокойно и взвешенно констатирую факты. Правда, - тут он напряженно потер пальцами переносицу, - думая, к чему ведет вся эта тенденция с Фаджем, его командой и прочей политической повесточкой, у меня все больше возникает желание эмигрировать куда-нибудь в Австралию. Тонкс лишь извернулась, вопросительно глянув мужу в глаза. - Подумай сама, - ответил Снейп на невысказанный вопрос. – Магическая Британия как государство встала на путь откровенной деградации. Уже сам факт того, что нынешний Министр «избран» не путем честного голосования, а фактически назначен как преемник госпожи Багнолд – уже очень тревожный звоночек. Ведь, по сути, вся администрация не сменялась почти пятнадцать лет! Пятнадцать! Вдумайся в эту цифру. Учитывая, что максимально возможный срок несменяемости власти еще лет двести назад вычислен в районе десяти лет. - Ну… - поерзала в его объятиях Тонкс. – Это, может, не так плохо? Учитывая, что сейчас творится на Острове, в политическом смысле нужна стабильность и единоначалие? Да и вообще… - Единоначалие и протухший авторитаризм – не одно и то же, - отрезал Северус. – При демократическом единоначалии народ четко и ясно показывает, что он хочет – и поручает воплощать это желание выбранному им лидеру. Парламенту, президенту, Министру Магии – неважно! Через какое-то время, когда эффективность этого лидера снижается, он мирно уходит в отставку вместе со своими людьми – и народ избирает нового лидера, более соответствующего новой обстановке. Не изменяя при этом единоначалию! На пару секунд Снейп взял паузу перевести дух. Все же наболело у него знатно, а потому он неосознанно выпалил последнюю речевку одним духом, почти не переводя дыхания. Глубоко вздохнув, он продолжил уже спокойней: - ЕДИНОначалие – в ЕДИНОЙ системе, а не в конкретной личности или их группе. Если лидера не переизбирают, если он засиживается на своем месте, он превращается из лидера в обузу. Такова человеческая природа: никто из всех правителей в истории, никогда не сохранял свою эффективность более, чем на десять лет! Никогда! И потому я считаю главным достоинством любого Великого Лидера – способность вовремя и легко уйти со своего поста, уступив его следующему поколению. К несчастью для нас, госпожа Багнолд этим качеством не обладала. - Погоди! – тряхнула головой Тонкс. – Но она же как раз была Министром все те же 10 лет! А потому ушла. И поставила вместо себя Фаджа. - «Поставила» - вот ключевое слово, - хмыкнул Снейп. – Ты не помнишь этих «выборов», в 1990-м году, когда Фадж принял власть в Магической Британии. А я помню. На пару мгновений он просто прикрыл глаза и помолчал. Тонкс тоже молчала, уже по опыту зная, что в рассуждениях супруга иногда возникают такие паузы «на собраться с мыслями». - Миллисента Багнолд была женщиной… жесткой, - подобрал слово Снейп. – Во многом даже жестокой. Но – неизменно эффективной! Знаешь, многие сравнивали её с тогдашней маггловским премьер-министром – леди Маргарет Тэтчер, - хмыкнул он. – Она приняла магическое сообщество Британии в самый страшный и темный его период – и оставила его в период его нового расцвета. Конечно, если бы не Пот… не Гарри, - со скрипом зубов, но все же поправился он. По опыту знал: жена не любит его пренебрежительного отношения к ученику. – В общем, если бы не Мальчик-Который-Выжил, скорее всего у неё бы ничего не получилось, и её бы просто убили одной из следующих. Слишком многим сторонникам Темного Лорда она перешла дорогу. Но вот дым войны с Тьмой рассеялся, прошло десять лет, страна под её руководством более-менее восстановилась и… Железная Леди Багнолд допустила ошибку. - Не смогла до конца доверить совершенно новому человеку и его кабинету должность Министра, - шмыгнула носом Тонкс. Снейп слегка покосился на неё, но не стал ничего говорить. Хотя и был несколько удивлен и несказанно горд сообразительностью Тонкс. - Именно, - вздохнул он. – Багнолд… не то чтобы что-то там осознанно посчитала. Скорее уж не смогла переступить свою паранойю и стресс, что так и не оставили её со времен войны с Тем-Кого-Нельзя-Называть. И потому «выборы», которые последовали в преддверии окончания её срока полномочий, были, по сути, сущей фикцией. Скорей уж это был акт передачи престолонаследия. - И она отдала свой «трон» Фаджу. Просто сфальсифицировав… все? – ошарашено пробормотала Тонкс. - Формально она соблюла принцип сменяемости власти. Вот только формально. Буква закона выполнена – человек в кресле Министра сменился, прежний Министр с почетом удаляется выращивать капусту*, - непонятно чему хмыкнул Снейп. Но потом помрачнел: – Вот только ничего иного не изменилось. Все остальные высшие чины, главы Департаментов, даже просто заместители Министра – все остались прежними. А их… «свежесть» уже давно кончилась. «Срок годности» у политиков, даже не Министров, а просто замов и начальников Департаментов мы с тобой только что обсуждали. Так что… - Ты хочешь сказать… - сглотнула Тонкс. – Что наше Правительство… просрочено? Как йогурт, что затаился в дальнем и темном углу холодильника? – прыснула она от смеха. - Именно, - уже хмуро проговорил Снейп, допивая кофе. – А потому мы должны воспринимать их… соответственно. С точки зрения формального закона, правительство Фаджа и его команды – вполне легитимно. А вот если смотреть на дух закона… - тут он дернул щекой в раздраженном жесте. – Если смотреть на дух закона, то, если в течение пары лет состав Правительства не поменяется естественным путем… боюсь, мы будем жить в стране, где кучка ничтожеств, неспособных унять свою алчность и властолюбие, просто… сдадут её силам Тьмы. Лишь бы сохранить свой достаток и власть. - Ну… думаю, ты все же преувеличиваешь… - растерянно пробормотала Тонкс, несколько обескураженная такими откровениями. - Преувеличиваю? – поднял бровку Северус, только… как-то грустно. – Я надеюсь, все душой на это надеюсь, - вздохнул он и потер ладонью лицо. – Вот только попомни мои слова: пройдет 2-3 года и Тьма вернется. Поставит на место фиктивного Министра какую-нибудь серую моль типа Амбридж или Пия Толстоватого, а сама будет править балом. И все, абсолютно все, будут твердить, как тупые инферналы или маггловские автоматы: «Если не Толстоватый и Тьма, то кто?». Просто потому, что разучились быть осознанными людьми и гражданами своей страны, принимающими решения. Разучились быть людьми в принципе! Всегда же проще поверить удобной лжи и найти виноватого в соседе, чем в себе, верно? - чему-то горько усмехнулся зельевар. – Ладно! – тряхнул он головой. – У нас куча работы! Так что пойдемте-ка, миссис Снейп. Мы-то Тьме спуску давать не будем, верно?

Осень 1994 года. Хогвартс.

- …А теперь мистер Поттер и мистер Крамм… Отлично! Мисс Делакур, теперь вы с мистером Поттером… Снято! Мистер Диггори – ваша очередь. Так… О, да, отличный кадр! Низенький пухлый волшебник с колдокамерой в буквальном смысле гонял их и строил на протяжении почти часа. Этот скромный пухляш в обычной обстановке совершенно терялся на фоне своей яркой и активной напарницы – журналистки Риты Скиттер – но коренным образом менялся, когда она, закончив с индивидуальными интервью участников Турнира и с Гарри Поттером, отошла в сторону. Рыхлый серенький мужичок, получив возможность снять столько знаменитостей с разных ракурсов, прямо на глазах преобразился в какую-то смесь безумного экспериментатора, уличного художника и безжалостного тирана. Даже такие личности, как директора трех школ, Снейп, Макгонагалл, Люциус Малфой и даже Министр Фадж, не смогли избежать его напора, с каким-то обреченно-загипнотизированным видом вставая там, куда толстяк покажет и в той позе, которую он обозначит. Гарри это забавляло. Он сегодня приоделся в лучшую свою мантию, костюм под ней был идеально выглажен, галстук сиял алым цветом факультета Гриффиндор, а сам юноша сиял сам по себе. Ровно уложенные длинные волосы, золоченые узкие очки, легкий макияж чтобы подчеркнуть некоторые черты лица – все было подобрано идеально! Недаром они со Сластёной столько времени проводили перед зеркалом, под яростные завывания Забияки приводя себя в наилучший вид. Ведь как-то неспортивно было привлекать к себе людей одним только Приворотным Взглядом. Например, эту Риту Скиттер – моложавую женщину под сорок лет. И под «моложавой» Гарри подразумевал «весьма аппетитную». Что конкретно вызывало у юного колдуна такую оценку? Вызывающий наряд журналистки, тесно облегающий все выпуклости её фигуры, или золотистые густые волосы, или симпатичное личико – наверное, все вместе. Хотя, он помнил, что на дурацкие кривления этой шлюшки он не может полноценно ответить в половом плане. Что бесило необычайно! «Ну не может быть, что нет способа обойти запрет гребанной Шляпы!» - почти вслух прорычал Гарри, провожая старшекурсницу с Хаффлпаффа. А точнее – вызывающе открытое декольте, с почти вываливающимися из него сочными сиськами: многие девушки с пятого по седьмой курс весьма оживились, узнав, что к ним приехала целая толпа симпатичных подтянутых парней из сурового Дурмстранга. Впрочем, и мужская половина старших курсов тоже от них не отставали, распуская хвост перед хорошенькими француженками из Шармбатона. Вот только это знание никак не помогало Гарри, а скорее бесило: видеть аппетитных девчонок в откровенных, на грани школьных правил, нарядах, и не иметь возможность даже просто пощупать открывшиеся виды – эта пытка вышла на новый уровень. «Мы уже это обсуждали», - «покачал головой» Добряк. «До шестнадцати лет мы просто откладываем эту идею и не суетимся по пустякам. Ведь у нас и так много дел. Даже суетливый раб Манипулятора отступился…» «Не недооценивай меня, гнилушка», - внезапно усмехнулся Умник. «Я не забыл об этой задачке и уж тем более не отступил. А уж теперь, с новыми данными и силами, у нас определенно есть перспективы…» «Обойти запрет? Но как?!» - вскинулся Сластёна. Да и Гарри заинтересованно замер: для них со слаанешитом это было болезненной темой. «Увидите», - довольно хмыкнул Умник. «Дождемся торжественного открытия Турнира, там все и станет ясно. Пока же… у нас все еще есть дела». «О, да!» - в свою очередь усмехнулся Сластёна. «Больше симпатичных ведьмочек в гарем Великого Чемпиона!» «Смотри, как бы Гермиона тебя не услышала» - фыркнул на это Гарри. Впрочем, фыркнул он скорее довольно. Настроение улучшилось, скука и неопределенность отступили – на время, но все же. У него была четкая локальная цель, появилась надежда на то, что он сможет порвать оковы, наложенные магией Распределяющей Шляпы. Поэтому шуточки про «гарем» были как раз в тему. Если у них все получится с Турниром… Точнее, КОГДА у них получится – он найдет способ объясниться с Гермионой насчет некоторого… расширения их маленькой «семьи».

Ноябрь 1994 года. Хогвартс. Квиддичное поле.

- Хм. Очень странный дизайн метлы, - проговорил Йозеф Кешч, когда они с Гарри зависли в небе, на уровне колец с одной стороны поля. – Она не сломается в самый решающий момент? - О, нет! – рассмеялся на это Гарри, при этом сделав пару пируэтов прямо в воздухе. – Скорее уж сумеет сильно удивить. - Ну-ну, - чуть скептически усмехнулся чех, но дальше обсуждать метлу Поттера не стал. Вместо этого он свистнул, подзывая к кольцам остальных членов их сборной команды: Драко Малфоя, Рона и близнецов Уизли, а также флегматичную Марию Станциу. Вытащить на квиддичное поле новых знакомых, и устроить небольшой матч смешанными командами было идеей Рона. Правда, он рассчитывал, что Малфой притащит к ним Виктора Крама, но слизеринец пришел один. На возмущение рыжего он фыркнул и сказал, что у Крама своя «партия», без которой он никуда идти не станет – и уж тем более туда, где собирается в полном составе другая дурмстранговская «партия». Рональд попыхтел, попыхтел, но в итоге крыть было нечем: ему уже не раз разъяснили особенности взаимодействия факультетов Дурмстранга, так что мог бы и учесть такие расклады. А Кешч тем временем уверенно раздавал команды: - Мария, ты на кольцах, - румынка на это едва заметно кивнула. – Вы двое, - взгляд Йозефа перешел на близнецов. – Так понимаю, вы у нас сработанные загонщики? Вот и будете на бладжерах. Ты, - указал он на Рона, - и ты, - палец перешел на Малфоя, - со мною на охоту. Поттер, ты ловец. Слышал, тебе не впервой. - Так точно, командир! – шутовски отсалютовал Гарри, на что чех только скептически хмыкнул: - Нда, дисциплинка… Но ничего, у вашего Вуда точно такая же ситуация, если не хуже, - глянул он в сторону команды противника, отданной под руководство Оливера Вуда. Другая команда также была сборной солянкой: собственно, Вуд в качестве вратаря и капитана, Кнут Тюрссон, Микка Хямяляйнен и Борис Карамазов охотники, а загонщиками у них выступали Дагейд Бьорнсдоттир и Джинни Уизли. Вишенкой на торте этой команды был ловец: высокий и стройный блондин со смазливым личиком и томным взглядом ярко-голубых глаз – Гийом Монморанси, с факультета Жезлов. С ним они познакомились в шахматном клубе – это именно он жестикулировал розой и хвастал, что «закончит па’гтию одним уда’гом». Он был единственным из шармбатонцев, пришедших за компанию на квиддичное поле, кто высказал желание поучаствовать в товарищеском матче. Что интересно – ту партию он действительно выиграл на следующий же ход. Француз изначально показал себя как довольно самовлюбленный и самоуверенный тип. И Гарри планировал немного сбить с него спесь – в том числе и несколько… нечестными методами. В общем, в своей манере. Ну, например, традиционно приспустить Приворотный Взгляд, провокационно облизать губы или даже приобнять слащавого парня, вгоняя того в краску – Гарри определенно нравилось дразнить всяких смазливых блондинчиков. Что Драко, что этот Монморанси – они оба очень мило заливались краской в ответ на его заигрывания. «Хм… А ты шалун, Гарри» - хихикнул Сластёна. «Не только планируешь собрать гарем, но еще и разнополый? Ты определенно знаешь только в извращ… в развлечениях» - в последний момент со смехом поправился демон. «Я учился у лучших» - самодовольно хмыкнул на это Поттер, делая круг почета над стадионом. Возвращаясь к квиддичу, то, если честно, Гарри ожидал, что двое боевиков «партии» Йозефа будут загонщиками: в конце концов, они выглядели как четко сработанный тандем, привыкший понимать друг друга с полуслова. Да и накачанные ручищи северян как будто самой природой были предназначены для бит загонщиков. Но на вопрос об этом Йозеф только хмыкнул и ответил: «Увидишь. И постарайся их не недооценивать». И он увидел… Видели когда-нибудь, как летит снаряд? Мощный сгусток чистой кинетической энергии, врезающийся с огромной скоростью в цель и сносящий её. Вот примерно так выглядели двое северян, когда вылетели на поле! Конечно, грязные приемы вроде откровенных толчков и ударов были запрещены в квиддиче, но и сама по себе техника отъема меча никогда не отличалась нежностью. Особенно в их исполнении. Эти два живых бладжера чуть ли не таранили охотников противника, ловко вырывая квоффл из рук на встречных курсах и применяя что-то похожее на упрощенную тактику Гарри: без прямого физического контакта проносились в считанных дюймах от противника, пугая и дезориентируя его. А пока швед и финн развлекали игроков противника таким образом, отвлекая внимание на себя, их третий напарник, Карамазов, каким-то незаметным образом оказывался в опасной близости от колец противника, частенько в слепой зоне вратаря. И когда устроенная его коллегами собачья свалка приближалась к нему, ушлый русский получал внезапный пасс и мгновенно забивал гол. Правда, данная тактика идеально работала только без учета остальных факторов: встречной тактики противника, загонщиков… и Гарри. Ну и еще одного немаловажного фактора: миниатюрного такого, с бледным симпатичным личиком. Мария Станциу, после первого забитого Карамазовым гола в упор, зло прищурилась и словно взорвалась. Следующий гол был перехвачен еще на подлете: русский так и не получил паса от напарников, потому что стремительный черноволосый вихрь пронесся у него прямо под носом, будто телепортировавшись, и отбил квоффл в сторону пролетавшего мимо Малфоя. Видимо, румынка была знакома с любимой тактикой своих товарищей, но не сразу сообразила, что в этот раз её применят против неё. И да: Гарри достаточно легко обыграл Гийома Монморанси в качестве ловца. Деморализованный стрельбой глазами со стороны Поттера, тот просто не смог нормально сосредоточиться на игре и в итоге позорно проморгал появление снитча. В целом же, матч вышел крайне интересным! Несмотря на то, что команды были разношерстными и не сработанными, игра получилась напряженной и захватывающей. Хотя, наверное, именно эта несработанность и вносила толику хаоса на поле, придавая особой пикантности в игру обеих команд. Но все хорошее когда-то заканчивается и толпа школьников трех школ, возбужденно переговариваясь, двинулась в сторону замка. Входя в холл, Гарри тут же прикипел к стоящему в его середине предмету: Кубку Огня. Символу, инструменту отбора и главному призу Турнира Трех Волшебников. Шансу Гарри разорвать цепи чар, наложенных Распределяющей Шляпой. «Если наши Прогнозы верны, то Отдел Тайн и авроры не дадут нам осуществить первоначальный план» - проговорил Умник. «Просто обмануть Кубок и кинуть свое имя в него нам не позволят – охрана вокруг него будь здоров. Так что мечты нашего розового друга о минуте славы пока что откладываются на неопределенный срок». «Эй! Я не розовый! Я…!» «Да-да, ты сиренево-перламутровый, мы уже поняли!» - отмахнулся от слаанешита Умник. «Но, тем не менее, нам придется переходить на план Б. То есть, сразу начинаем вторую стадию общей стратегии, минуя эксперименты и тесты». «Дожидаемся, когда Кубок выберет всех участников, и его перенесут в хранилище, где охраны будет гораздо меньше» - кивнул на это Гарри. «После чего проводим запланированный ритуал». «Заодно сразу можно будет включить в ритуал и Гермиону» - вкрадчиво добавил Умник. «О! А ведь верно! Если вы оба пройдете ритуал, то вы сможете…» - как бы «поиграл бровями» Сластёна, тут же перестав дуться. Гарри на это довольно улыбнулся. Они с Гермионой разрабатывали этот ритуал в том числе для того, чтобы перейти в своих отношениях в более… горизонтальную плоскость. Обычных обнимашек и поцелуев им становилось уже откровенно маловато. Осталось дело за малым: найти подходящую жертву, провести её в нужный момент к Кубку и использовать – и все это, не привлекая внимания охраны, нагнанной в Хогвартс. Проще простого, да? Гарри самодовольно ухмыльнулся: для него - да. Проще простого.

Конец ноября 1994 года. Хогвартс.

- Странные все же у магглов газеты, - покосившись на Гарри, покачал головой сидящий неподалеку от Поттера Невилл Лонгботтом. А потом, взяв из стопки номер «Таймс», потыкал в фотографию на первой странице. – Они что, совсем старые? Колдографии не двигаются, - пояснил он на вопросительный взгляд Гарри. - Они и не должны, - хмыкнул на это Поттер, возвращаясь к листку «Саут Хеленс Бьюгл», что до этого читал. – Ты же сам заметил – газеты маггловские. И чар на них, соответственно, нет. - Эм… Да, точно, - смутился Невилл. А потом, после пары минут неловкого молчания, спросил: - И… что пишут? - Да так, по мелочи, - нейтрально ответил Поттер. – Хотя вот интересная новость: в Лондоне вспышка какой-то новой болезни. Даже парочка знаменитостей заразились. Хотя правительство магглов уверяет, что бояться нечего: болезнь якобы не сильно опасная. - Бабушка говорит, что правительство всегда до конца будет твердить, что «все хорошо» и «бояться нечего», оттягивая принятие решений и замалчивая проблему, - кивнул Лонгботтом. – И нет разницы: волшебное это правительство или маггловское. Так что, возможно, уже пора беспокоиться за магглов, - чуть улыбнулся он. Видимо, это была попытка пошутить. Гарри покосился на Невилла, но ничего не ответил, лишь слегка усмехнулся и вернулся к чтению. На самом деле он просил Лорда направлять ему через Фулгрима маггловские газеты не только и не столько чтобы держать руку на пульсе новостей, сколько чтобы если постоянные отлучки совы отследят, оправдать это. Основная цель же этих рейдов была в письмах и отчетах, прятавшихся в ворохе прессы. И эта новость про вспышку заразы в столице давно не была секретом для Поттера: сектанты Энди уже давно готовили для этого почву и, конечно же, подробно делились своими планами с Ангелом. И да: пресса действительно почти не ошибалась – болезнь, что сейчас распространялась по Лондону и Саут Хеленсу, действительно не являлась чем-то опасным. Пока что. Скорее, это была еще не сама болезнь, а её первый симптом: легкая сыпь на некоторых участках тела. Несколько дней не особой сильной чесотки, и сыпь пропадала. Если бы не такие желтые листки как «Саут Хеленс Бьюгл», никто бы этой сыпи и не придал бы какого-то значения. Но вот только сыпь – лишь первая стадия колдовской болезни, которую по инструкции Гарри разработали и сварили культисты мусорной секты. Он назвал её Дедушкин Грибочек – все же по сути это действительно был грибок. И после того, как первая стадия заболевания заканчивалась и сыпь пропадала, это значило, что Грибочек закрепился в организме носителя, затаился и ждет своего часа. И когда придет время… Гарри зловеще улыбнулся и его глаза едва заметно вспыхнули колдовским огнем во тьме гостиной. О-о, когда придет время, Грибочку посредством колдовства будет дан сигнал и он расцветет! Превращая множество людей в послушные марионетки того, кто этот сигнал подаст. То есть – в его, Гарри, марионетки. Но для этого еще слишком рано. Если что-то подобное произойдет сейчас, волшебники переполошатся и начнут копать под это дело. И, скорее всего, смогут выйти на секту Энди. А ему это точно не нужно! Он вспомнил и про отчет Меган и Хелен. У последней это было скорее потоком восторгов работой мистера Шарпенстоуна и механиков банды Лорда по апгрейду Упертого Танка. Гениальный рунолог и магоученый действительно помог значительно продвинуться в деле превращения притащенного в «Логово Прелести» звукового оборудования в мощное оружие, которое прекрасно заменит холостую пушку танка. Правда, из-за того, что Флитвик и – особенно – Гермиона вынуждены были вернуться в школу, работа немного замедлилась, но Гарри не унывал. Не к спеху. Все равно этот танк пока негде было применять – по той же причине, почему рано было врубать Грибочек на полную мощность. А вот Меган высказывала сдержанное беспокойство: активность культистов Слаанеш, по мнению бывшей полицейской, была совершенно недостаточной! Кровавые оргии для избранных – это конечно, хорошо, но вот только регулярно их проводить не получится. Больно уж Теддингейл, где находился её клуб, был маленьким и тихим городком, где проще простого привлечь к себе внимание. И потому она уже который раз спрашивала в своих письмах: а не пора ли им открыть такой же клуб в Лондоне? Гарри задумался. Действительно, это было бы весьма логично: большой город, большие возможности… и опасности. В Лондоне ведь находилось в том числе Министерство Магии, и была самая большая плотность волшебного населения. Не привлекут ли они внимания, занимаясь там колдовством? Он пока колебался. Но в конце концов это решение напрашивалось. Еще ему писал Люциус Малфой. И тоже по деловым вопросам. Он слал бодрые заверения, что проект по добыче ингредиентов в Запретном Лесу не заглох и даже развивается – и уже приносит первые плоды. То-то последнее время Гарри редко видит Хагрида: полувеликан был полностью вовлечен в это дело, одновременно как консультант по флоре и фауне леса, и тот, кто присматривает за тем, чтобы Собиратели не угодили в неприятности. Ну или сами их не организовали. Гарри специально проинструктировал кентавров, чтобы не совали носа за границы своей территории и не пересекались с волшебниками из Собирателей. Зная похотливую натуру этих конелюдов, лишь усугубленную влиянием Слаанеш, он опасался, что какой-нибудь молодой кентавр не устоит и утащит какую-нибудь девушку-Собирателя, после чего волшебники начнут поиски. Которые закончатся нахождением изуродованного трупа затраханной насмерть девчонки – и кучей крайне неприятных вопросов! В общем, как и в случае с Энди и Меган, затихариться и не отсвечивать – вот была их стратегия. Но Гарри пообещал кентаврам, что как только Турнир закончится и правоохранительные органы Министерства перестанут просвечивать каждый дюйм вокруг Хогвартса, он исполнит обещание и предоставит-таки их вождю давно вожделеемую добычу – девственную волшебницу. А вот кстати… Гарри задумался. А если это будет не просто волшебница, а еще и полувейла? Для ритуала, что он обещал старому вождю, подойдет любая волшебница-девственница, но ведь можно расширить и усилить ритуал… «Обойдется, старый хрыч!» - фыркнул Сластёна. «Такой лакомый кусочек какому-то четвероногому импотенту? Дудки! Чтобы такой точеный орешек был разодран в хлам вонючим конским членом – недопустимо! Ну, по крайней мере пока мы сами не наиграемся» - поправился он. Гарри усмехнулся. Действительно, он присматривался к Флер Делакур и даже строил некоторые… планы в её отношении на время после манипуляций с Кубком Огня. И не все они были особенно гуманны. Впрочем, как и большинство его планов. Хотя да, отдать такую красотку на растерзание кентаврам – пустая трата ресурсов. А красотка действительно таковой была. И не только в плане идеального личика, но и всего того, что было ниже. Даже в свободной мантии она умудрялась демонстрировать соблазнительные изгибы своей фигурки и упомянутый Сластёной «точеный орешек». И это ещё если не вспоминать на пусть ослабленную, но ауру вейлы. «Интересно получается» - задумчиво продолжил Сластёна. «Твоя девушка – кареглазая шатенка, а ты уже флиртуешь с кучей блондинок. Малфой, Скиттер, Монморанси, теперь вот Делакур… Это что, какая-то система или очередной ваш с Умничкой заговор?» «Иногда совпадения – это просто совпадения» - усмехнулся на это тзинчит, когда и Гарри удивленно замер, раздумывая. «То, что Гарри в качестве новых кандидатов в будущие… хм, постельные партнеры пока рассматривает только светловолосых – как раз-таки случайность». «Ну, кто ж знал, что вокруг меня так возрастет градус блондинистости» - пожал плечами мальчик. «Малфой с нами с первого курса тусит. А тут разом трое, и все чертовски горячие штучки!» «Готов поспорить, что наш алый зубастик был бы рад добавить в этот гаремчик одну миленькую рыжую оторву…» - протянул слаанешит. «Отвали!» - прорычал в ответ Забияка. Правда… как-то слишком мирно для него. В его голосе слышались даже какие-то… радость с удовлетворением? «Не вмешивайте меня в эти педерастические дела! Я делом занят!» «Ну я бы скорее сказал, что эти дела бисексуальные» - уточнил Умник. «Но в чем-то наш алый друг прав: ваши планы слишком забегают вперед. До ритуала это всего лишь бессмысленные мечты». «Да, ты прав» - вздохнул Гарри, сложил газету и встал с кресла, на котором ранее сидел. Махнув напоследок Невиллу, он направился в спальню мальчиков. «Пока ритуал не готов, наша задача – завершить к нему приготовления. Ну и решить, что нам делать с еще одной проблемой». Он имел ввиду все ту же корреспонденцию, но только уже не ту, что приносил Фулгрим. В этот раз речь шла о невзрачной сове, что однажды перехватила его на опушке Запретного Леса и буквально скинула на голову конверт с письмом. Очень интересным и немного странным письмом. Задернув полог балдахина, Гарри вынул из кармана то письмо и снова начал его перечитывать. Учитывая, что Забияка с некоторых пор приносит весьма интересные сведения о том, что в Лютном переулке последние полгода происходит непонятные шевеления и что он почти завербовал себе перспективного последователя – вдвойне! Гарри развернул простой пергамент с неровными строчками письма и погрузился в чтение. «Здравствуй, Сохатик…»