Девятихвостый Наруто: Ангел Канохи и кровавые слезы

Самого утра девушку нельзя было уловить на одном месте. Взяв пакетик из пергамента, она направилась к главному входу в деревню. Уже там стоял Какаши и Джирая, они о чем-то разговаривали с охраняющими шиноби. – По моему, это к тебе! – Джирая тыкнул пальцем за спину напарнику, и улыбнулся. Мужчина развернулся. Наоми приближалась к нему. Тревога заиграла в подсознании. Светловолосая девушка подошла близко - близко к учителю. – Я же знаю, что ты не завтракал. Возьми это. – Она протянула ему пакет с приготовленой едой. – Здесь хватит на двоих. – Та посмотрела на Джираю и помахала. – Спасибо, но зачем? Ты спешила через всю деревню, что бы позаботиться обо мне? – Потому, что я те... – Какаши нам пора, давайте прощайтесь. – Ну всё, давай иди. – Наоми погладила его щеку, и поджав губы улыбнулась. – Да, пора. Они обнялись, и двое шиноби ушли. Какаши иногда обарачивался, а Нао терпеливо ждала, когда они исчезнут из виду. – Теперь можно и заняться собой. Этим солнечным, ранним утром она направилась на тренировку. Большой келометраж бега, и бой с самой собой. Лёжа на газоне, она ловила лучи солнца на себе. Весна была очень раней. – А ты и вправду стала сильнее... Девушка поднялась на ноги, и с распостёртыми объятиями пошла на встречу к старому другу. – Неджи, наконец-то ты вернулся. Я рада! Сильные руки сжались на спине девушки. – В деревне ходят слухи, что ты становишься сильнее не подням, а по часам... – Дай угодаю, ты услышал детские сказки? Шутки шутками, но моменты из прошлого оставляли след в памяти. – Не хочешь пообедать со мной? – Ну я даже не знаю. – Я плачу. Как раз у нас новый ресторан открыли, может какие-то новые десерты попробуем. – Ты всегда знал, чем меня подкупить. – И только не говори, что тебе это не нравиться! Ресторан был расположен близко к парку Огня. Большая вывеска с Сакурой, летняя площадка в белых тонах, и внутри всё оформлено со вкусом. – Что ты будешь? – Я наверное... – Ничего нового там небыло. – Как обычно, ананасовый сок. – Хорошо. Мы обсуждали как кто проводит свободное время, что нового в жизни. Позже мы пошли на мою поляну. Сидели на траве. Надо же, его волосы ниже поясницы. Совсем взрослый, мудрый Неджи. Когда он успевает так меняться? – Ты стала собирать волосы? – Угу, они очень мешают. – Девушка демонстративно распустила их, показав что они стали ещё и короче. – Зачем? – Я уже ответила на твой вопрос. – Знаешь, когда мы танцевали на той вечеринке, мне показалось, что что-то ещё можно вернуть. – Что ты имеешь ввиду? – Не притворяйся, что не знаешь о чём я. – Он смотрел не на меня, а сквозь. – Почему ты тогда ушла от меня? Мы же любили друг друга. – Нет, Неджи. Не нужно, никакой любви небыло. – Почему ты так считаешь? – Когда любят, не мешают с грязью. Слышишь? – Яростно и со злостью я смотрела на парня. – Когда Ино спросила, что между нами, а ты ответил что мы просто знакомые, хотя тогда ты уже говорил, насколько я дорога тебе. – Хорошо, я могу понять твою злость. Но если бы я не поступил так, что-то можно было изменить? – Прошлое нельзя менять. Уже ничего не вернёшь. Агрессия переполнила мои лёгкие, казалось что я сейчас врежу прямо морду. Господи, за что... Вдох- выдох, вдох-выдох... Спокойно.. – Ты же знаешь, что я всегда хорошо к тебе отношусь и относилась. Те отношения - детская глупость, что оставили след в тебе и во мне. Уже прошло много времени, нужно делать что-то сейчас, просто брать и действовать, а не жить воспоминаниями ничего не делая. – Ты хочешь сказать, что ты даёшь мне шанс? – Что? С чего ты вз... – Я буду исправляться! – Парень развернулся и ушёл. – Неджи, я не договорила! – Я всё исправлю. – Он уже был далеко. Ага, кричит что всё изменит, исправит, а теперь убегает. Супер. Сказать честно, в моих глазах он был всегда очень холодным, но стоило узнать его - и этот человек превращается в ребёнка, которому просто не хватало внимания. Я достала из сумочки блокнот, начала писать: « Иду по тропе одиночества, как вдруг встречаю ту самую. Нам нельзя быть вместе. Я должен много и усердно работать , а она сплошное "слишком". Но если раз дотронуться до этого вечно горящего пламени её чувств, то я могу наконец-то согреться» - для начала не плохо. В голове я проработала все детали образа. Конечно же нельзя перенести полностью внешность меня и Какаши, поэтому я сделала всё по хитрому. Она была со светлыми волосами, что были усложены на левую сторону , и с темно - серыми глазами. Маленького роста, в голубоватом платьице. Он высокого роста, среднего телосложения, на нём чёрный спортивный костюм ( отсылка к нашей вечеринке), блондин с голубыми глазами. Половина лица закрыта синими шарфом, и шрам на лбу. Если я чётко буду делать отсылки к нам, то вскоре кто-то поймёт, а мне хочется, что бы это было в первую очередь сюрпризом для Какаши. Ухватившись за идею Наоми просидела так до позднего вечера, уже надо было возвращаться домой. На пути к дому, сама природа будто бы была против. Дорога, что я знаю с детсва, заставила меня заблудиться. Всё темно и темнело. Повернула в сторону с которой пришла, и пыталась найти выход, но все попытки были зря. – Как можно потеряться в таком месте? Я обернулась что бы посмотреть, кто это умничает, но через секунду этот человек оказался предо мной. Не очень высокий, возможно даже худощавый. На нём был обычный чёрный плащ, без каких либо меток. На нём был капюшен, я лишь видела ровный нос и пряди тёмных волос. Толи чёрных, толи каштовновых, но это не важно. – Вы знаете, как от сюда можно выбраться? – Да. Голос был мне очень знаком, хотелось сдернуть капюшон и посмотреть, кто под ним. Мы шли медленно, и молча. – Но здесь небыло тропы. – Наоми пыталась доказать, что она действительно не потерялась сама. – Путь появляется на пути тех, кто движется к цели. Возможно просто ты оказалась не в том месте, не в то время. – Ваш голос мне очень знаком, мы знакомы? – Врыд ли, я обычный путешественник.– Мужчина поправил капюшон, что бы я не видела очертаний лица. – Пишу философские книги, психологию. – Правда? Я тоже пишу, вернее только начала... – И что же ты пишешь? – История любви. Очень интересная, и тоже философская. – Скучно. Слишком скучно и сухо. Кхм... Как можно судить книгу, не зная что там написано? Эгоист. – Как тебя зовут? Стоит ли мне отвечать, вдруг это кто-то из помошников Така? Но у них никого нет, кроме их самих. – Наоми, а вас? – Я тот, чьё имя стёрто из памяти Канохи. – Что это значит? Вы предатель? Разбойник? Я попятилась назад, держа кулаки при себе. Мой взгляд и интуиция не очень хорошо работали, я пыталась как-то это исправить, но плохо получалось. Его чакра... Она настолько густая и сильная, будто бы в ней смешано больше количество крови. – Если захочешь, то ты можешь самостоятельно узнать кто я. – Хорошо, тогда дайте ответ на мой вопрос. – Скрывая подозрения, переживания Нао спросила. – Вы опасен? Он нервно смеясь, уверено ответил: – Но ты же ещё жива, значит нет. Могу поспорить, что в этом момент у него на лице была какая-то странная ухмылка. А я, это лишь – какая-то шутка для него. Впереди виднелся спуск к деревне, и дорога к дому. – Вот мы и пришли. Я снова окинула его взглядом, пытаясь увидеть хотя бы кусочек его лица. Ладно... – Мне пора, спасибо что показали дорогу. Наигранно улыбаясь, якобы в благодарность, я шла дальше. – Ещё увидимся. – Что? – Я обернулась, но никого небыло. Наверное показалось... Дома всё как обычно, помогла маме и стала писать книгу. Вот когда-то этот путишесвенник найдёт мою книгу, и поймёт, что обосрал такую часть искусства. Осталось двадцать шесть дней, и мне снова придётся покинуть родной дом. Так не хочется об этом думать, но убегая от страха - в безопасности не останешься.